Допущено к распространению
Издательским советом
Русской Православной Церкви
ИС Р20-013-0365
© Мизгулин Д. А., 2020
© «Сибирская Благозвонница», 2020
В этом году исполняется 40 лет моей творческой деятельности – в 1980 году было опубликовано первое стихотворение в мурманской областной молодежной газете «Комсомолец Заполярья». Жизнь была разной, но, слава Богу, всегда рядом были надежные друзья, с которыми мы вместе праздновали победы и делили горечь поражений и утрат. Моим друзьям я и посвящаю эту книгу. В нее вошли произведения разных лет, не опубликованные в сборниках «УТРЕННИЙ АНГЕЛ» и «НОВОЕ НЕБО», ранее вышедших в издательстве «Сибирская Благозвонница», а также стихотворения последних лет. Дай Бог всем моим друзьям и читателям здоровья телесного и духовного.
Автор
И споры продолжаются,
И мнения не сходятся —
Поэтами рождаются?
А может быть, становятся…
Не все мечты сбываются…
Не все дороги сходятся…
Поэтами рождаются,
Но не всегда становятся.
Ручей бежал. Ручей журчал.
И вот слился с рекой,
И показалось – потерял
В реке характер свой.
Так полноводна, глубока,
Безудержно длинна,
Тянулась сонная река
Без берега, без дна…
Пропал ручей тот навсегда
В пучине синих вод,
И думалось, что никогда
Он песни не споёт…
Но вот пороги начались.
И что же слышу я?
Взлетела, будоража высь,
Та песенка ручья…
Так в водах тех
Не потерял
Ручей характер свой,
Хотя и был он очень мал
В сравнении с рекой.
Встанешь утром рано —
В мире тишина.
В пелене тумана
Тусклая луна
Скоро неприметно
Скроется сама.
В дымке предрассветной
Замерли дома.
Каждое мгновенье —
Капелька тепла.
Призрачней сомненья
И прозрачней мгла.
Если б бесконечно
Длился этот миг!
Но ничто не вечно…
И меня настиг,
Закружил немного
Призрачный обман —
Из дождя ночного
Сотканный туман.
В нём двоится странно
Тусклая луна.
Встанешь утром рано —
В мире тишина…
Ресторан. Полумрак.
Музыка тихо звучит.
Тихо всхлипывает саксофон,
Что-то бормочет он еле слышно,
Словно сквозь слёзы…
Публика занята делом.
Что ей до музыки этой?
Похоти похоть жаждет.
И похоть
Миром правит и суд вершит.
Тело нагое мерцает в одеждах,
Словно вино в запотевшем бокале.
Музыка тихо струится.
Бормочет
Что-то, вздыхая, саксофон.
Всё вспоминает о скрипке.
Но скрипка
Разве нужна в этот тусклый вечер?
Музыка нынче в сердцах иная —
Ритмы в такт телодвижений.
Музыка тихо струится и тает,
Дымом табачным неуловимо
К тускло мерцающей люстре
возносится…
Будь, как Иван Калита,
Скуп на слова, как на злато,
Чтобы казне быть всегда
Не оскудевшей – богатой.
И да грозить будет меч
Всяким крикливым хазарам!
Вечную русскую речь
Не разбазаривай даром!
Так, чтобы внуки смогли,
Помня заветы и клятвы,
Вывести утром полки
К берегу тихой Непрядвы.
В ночь перед Рождеством
Звёзды, тускнея, тают,
И фонари мерцают
В ночь перед Рождеством.
В ночь перед Рождеством
Улицы опустели,
Окна заиндевели
В ночь перед Рождеством.
В ночь перед Рождеством
Снега выпало много,
И унялась тревога
В ночь перед Рождеством.
В ночь перед Рождеством
Время неторопливо.
Хочется стать счастливым
В ночь перед Рождеством.
Из ниоткуда в никуда
По небу тучи тянутся.
Какою жизнь была всегда,
Такою и останется.
Невозмутимая луна
Как будто ухмыляется.
Воздастся каждому сполна,
Кому как полагается.
И не суди, и не вини —
Ещё не всё потеряно.
И не считай чужие дни —
Не нам с тобой отмерено.
Не суетись и не спеши —
Длинна дорога…
Хотя бы часть своей души
Оставь для Бога.
Кружатся звёздные миры,
Мелькают годы, судьбы, лица…
Вот и дожил до той поры,
Когда пора остановиться.
Пройтись по парку не спеша
И посмотреть вокруг несмело,
И вдруг почувствовать – душа
Ещё совсем не онемела.
И начинать, как прежде, жить —
Без устали и без печали,
И в памяти восстановить
Давно забытые детали.
Так повелось уж на Руси —
В года напасти
Молили:
«Господи, спаси!»,
Ругали власти
И ждали доброго царя,
И ждали чуда.
И ждал, огнём греха горя,
Свой час Иуда.
И поднимался супостат,
Сгущались тучи,
Но все молили – стар и млад —
О жизни лучшей.
Теперь иные времена,
Но те же нравы.
Опять низвергнута страна
В поток кровавый.
Опять надежда и тщета
И безземелье.
В домах и душах – нищета,
В башках – похмелье.
И в бездну тысяча чертей
Россию тащат…
Но раньше всё-таки детей
Рожали чаще.
И так же пусть гремит гроза,
Но утром рано
Мерцали в доме образа,
А не экраны,
Не всякий знал и в те года
К любви дорогу,
Но каждый грешник был тогда
Поближе к Богу.
Изрыли катерпиллеры
Всю Родину мою.
И дилеры, и киллеры
Стоят в одном строю.
И рокеры, и брокеры
Кружатся тут и там…
Но всех их скоро оперы
Расставят по местам.
Здесь всё, наверно, так и было
И будет, кажется, всегда.
Вот ива ветви уронила
На гладь застывшего пруда.
Всё приготовилось к разлуке
С осенним пиршеством судьбы,
И труженик в похмельной скуке
Для статуй делает «гробы».
Трава в снегу. Листы фанеры.
Он молча ладит молоток.
И на челе нагой Венеры
Застыл озябнувший листок.
Жизнь состоит из работы,
Пьянок и мелких страстей.
Россказни, сплетни, заботы,
Мутный поток новостей.
Словно запутал нас кто-то,
Ищем – не можем найти,
Словно бы важное что-то
Мы потеряли в пути.
Кружат и свищут метели,
Звёзды погасли во мгле.
В небо не часто глядели —
Слишком тянуло к земле.
Кабы немного усилья —
Сумрачный мир превозмочь,
С шумом раскрылись бы крылья,
С треском разверзлась бы ночь…
Только гнетёт в небесах
Сферы небесной размах.
Сложатся крылья, шурша, —
Жаждет покоя душа.
По долгу службы третий день
Болтаюсь на природе,
Я здесь слоняюсь, словно тень,
В саду и в огороде,
Здесь весь июль залит дождём,
Застыла в лужах вечность,
И местный олигарх с вождём
За правду водку хлещут.
Я с ними третьи сутки пью,
Я их речам внимаю,
Я проклинаю жизнь свою,
Я их не понимаю.
Гудит от пьянства голова,
Туманятся просторы,
Пустопорожние слова,
Тупые разговоры.
Какие нынче хмарь и мрак,
Совсем пропало лето,
И каждый сам себе дурак
В вопросах и ответах.
Такая вьюга, что беда
На белом свете.
Гудят натужно провода,
Луна не светит.
Ни звёзд, ни фонарей в ночи —
Во тьме округа,
Ни даже дыма из печи —
Лишь только вьюга.
Дома закрылись на засов
В кромешном мраке.
Людских не слышно голосов,
Молчат собаки.
И, кажется, ещё чуть-чуть —
И без подмоги
Не отыскать привычный путь
Родной дороги.
Куда-то город вдруг исчез
В одно мгновенье,
И тянет полуночный бес
В свои владенья.
Гуляет нынче непогодь
По всей планете…
Да не оставит нас Господь
В минуты эти…
Дорогу привычную летом
Закрыли. Мы едем в обход.
На том берегу и на этом
Сирень беспощадно цветёт.
Река отражается в небе,
По небу плывут облака…
О хлебе насущном, о хлебе
Все думы – ведь жизнь нелегка.
Но всё же сегодня – цветенье,
И помыслы грешной души,
Преодолевая смятенье,
Плывут в предрассветной тиши.
И кажется легкою ноша,
И радость вселяется в нас
О самом простом, о хорошем
Подумалось мне в этот час.
Всё в жизни поправить едва ли
Сумеешь – но душу храни,
Пусть эти цветущие дали
Припомнятся в тёмные дни.
И пусть не страшит пораженье,
Во мгле беспросветной тоски
Припомни сирени цветенье,
Движение вечной реки.
Выпал снег – и просветлело.
Слава Богу, что зима.
Всё в округе побелело —
И деревья, и дома.
Выпал снег – и слава Богу!
Тишина и благодать!
И раскисшую дорогу
Под покровом не видать…
Нет машин и пешеходов.
Предрассветный, ранний час,
Первозданная природа
Окружает молча нас.
Хорошо на белом свете!
Жаль, что солнце ярко светит, —
Значит снова – грязь и хмарь,
Слякоть, оттепель… А жаль.
Хорошо бы собрать воедино
Все минувшие дни и года,
Чтоб воссозданной жизни картина
Под рукой находилась всегда.
Чтобы давних событий цепочка
Не исчезла в безмолвной глуши,
Чтобы каждая фраза и строчка
Сохранились в архивах души.
Но, прошедшее твёрдо храня,
Не потратим ли время напрасно,
На событья грядущего дня
Обращая свой взор безучастно?
Только память – не склад, не музей,
Чтобы там в алфавитном порядке
Уместить и врагов, и друзей,
И стихи в чёрно-белой тетрадке.
И очнись – а не ты ли уже
Над своим же корпишь некрологом,
Доверяй не уму – а душе,
Ей держать-то ответ перед Богом.
Всё что нужно душа сохранит —
И любовь, и ненастные дни.
В морозном сумраке белёсом
Из дома выйду не спеша
И в лес войду. И стану лесом,
И успокоится душа.
Смешными кажутся обиды,
Пустопорожними – слова,
Быть может, и правы друиды,
Что наши предки – дерева?
Они всю жизнь свою упрямо
Ветвями – прямо в небеса,
А мы лишь изредка – у храма
Поднимем на небо глаза…
Я в лес войду. И стану лесом,
Замру, объятый тишиной.
В рассветном сумраке белёсом
Восходит солнце надо мной.
Когда прибавит обороты
Могучий Дедушка Мороз,
Спасут тебя ли, друг мой, боты
Из магазина «Хьюго Босс»?
По жизни то же – грянут сроки,
Застынут пред лицом судьбы
Немилосердные пророки,
Жестоковыйные рабы,
Когда пойдёт гвоздить эпоха,
Живых и мёртвых не щадя,
На что нам – шутки скомороха
Или пророчества вождя?
Сладкоголосые витии
Со свистом сгинут. И темна
Наступит ночь по всей России,
И оглушит нас тишина…
А я – смахну снежок с крылечка,
Как хорошо, что я один,
Как хорошо, что в доме – печка,
А не готический камин.
И что с того, что нету света?
Ярится чайник на плите,
И пусть не та уже планета,
Но баня – та, соседи – те.
В начале новой перестройки
Я одному лишь только рад,
Что не оставил на помойке
Свой самогонный аппарат.
Затихла напрочь автострада,
Туман морозный над рекой,
Господь устроит всё как надо,
Чтоб обрела душа покой.
Звезда сверкала над излукой,
Струилась чёрная вода,
Ещё не знали, что разлука
Не на неделю – навсегда.
Ничто беды не предвещало,
И тихо, сонно – как всегда —
Качала лодку у причала
Ночная сонная вода.
Ещё твоей любовью строгой
Была наполнена душа,
Но непонятная тревога
Одолевала не спеша,
Струилась в сумраке туманном,
Дрожала в отблесках луны,
Отсвечивая непрестанно
В порывах сумрачных волны.
Ещё дрожат в объятьях руки,
Но в унисон стуча сердца
Живут предчувствием разлуки
И ощущением конца.
Правое дело – левое дело.
Это, признаться, всем надоело.
Это народу совсем не по нраву,
Что значит – левый и что значит —
правый?
Да и зачем? Своего не успели,
Недолюбили. Недохотели
И растерялись. И позабыли.
Старые песни вещие были.
Всё перепуталось – лица и даты.
Кто невиновный – кто виноватый?
Ждёт, что придумают что-то
по новой,
Это и будет нашей основой.
Едем, не зная – куда же дорога,
Глухи без Веры, слепы без Бога,
Верим пустой ворожбе и молве,
Так и живём – без Царя в голове.
У Бога лишних не бывает.
Во все века, во все года
Он ничего не забывает,
Не оставляет никогда.
Не унывай, когда в сомненье
Душа скорбит в ночной тиши,
Молись, сердешный, о спасенье
Своей мятущейся души.
Куда б не вывела дорога —
На край судьбы или за край,
Везде и всюду славить Бога
Не забывай, не забывай…
Pulsuz fraqment bitdi.