В просторном зале советов ярко пылал огонь в огромном камине. Языки пламени лениво выползали за пределы каменной кладки, но, будто опомнившись от секундного наваждения, мгновенно ныряли обратно, продолжая танцевать на поленьях. Пляшущий свет и всполохи искр озаряли напряжённые лица людей, собравшихся в круг у стола с картой.
На старой потёртой бумаге они разглядывали земли Королевства и прилежащие территории – Чужие земли, и иногда переглядывались друг с другом, как бы посылая невидимые сигналы, говоря о чём-то одними лишь глазами. Короля Генриха всё ещё не было в зале, но он должен был появиться с минуты на минуту. Впрочем, это постепенно перестало смущать придворных: поначалу они зашептались, а после и вовсе стали рассуждать в полный голос, обсуждая прошедшие события.
– Так что вы думаете по поводу исчезновения маленькой принцессы, господа? – Деловито спросил полный усатый старик, затянутый в камзол грязно-зелёного цвета. Чтобы добавить своему виду важности, он тотчас схватился за кончик длинного уса и принялся накручивать его на палец, иногда шевеля губами.
– Девчонка просто вновь облапошила папашу, а все вдруг подняли крик, спасу нет, – проворчал сухой и сморщенный, точно выжженная на солнце слива, мужчина средних лет, упирающийся тонкими паукообразными ладонями в стол с картой. – Она ведь уже убегала, что в этот раз изменилось?
– Насколько мне известно, – вновь открыл рот усатый старик, выпятив брюхо для увеличения собственной значимости, – в этот раз она не сбежала и не заигралась где-нибудь в богами забытом месте. – Он выдержал многозначительную паузу, обведя присутствующих взглядом водянисто-голубых глаз. Откашлявшись, заговорщически прошептал: – Юная принцесса похищена, господа.
Ропот удивления и какого-то непонятного смятения прокатился среди вельмож. Один из них, что стоял напротив усатого старика, после непродолжительного молчания спросил:
– Позвольте, Данкан, кто Вам сказал такую глупость?
Старик оглядел его нарочито медленно, скривил губы и снисходительно улыбнулся:
– Пока Вы, мистер Шервальд, прохлаждались в городской палате лордов, как и все прочие, кто здесь сегодня присутствует по приказу Его…
– Во имя Ольдигма, полно разводить драму, Данкан, вернитесь к делу! – Не выдержал сухой человек с длинными пальцами, нахмурившись.
– … Величества, – невозмутимо продолжал свою речь усатый старик, – я не сидел, сложа руки на коленях, а слушал. Да, господа милостивые, слушал и вникал в происходящее.
– Хотите сказать, что Вы вот этими самыми ушами слышали, будто девочка была украдена? – Усмехнулся кто-то, стоящий в полутени, но старик узнал его и прищурился, внимательно разглядывая.
– Да, мистер Баггенс, да. Слышал, и ещё как слышал, смею Вас заверить!
– И кто же её украл по Вашему мнению?
Старик наклонился к столу и, упираясь толстыми кулаками в карту, пробормотал, осматривая придворных:
– Известно, кто сотворил это преступление. Сам Хозяин проклятого леса!
– Не может быть, – возразил ему Шервальд, – Варлок умер два века назад, его убили во время последней войны.
– Истинно говорю вам, что он, проклятая бестия, утащил девочку в лес! – Старик ударил кулаком по столу. – Он и никто другой.
И вновь из тени раздался голос мистера Баггенса:
– Это не более чем старая легенда, которой пугают непослушных детей. Варлок давно умер, Шервальд прав. Даже если когда-то хозяин у леса был, то теперь это просто безмозглая чаща.
– Извините, не согласен! – Вперед вышел человечек с сальными вьющимися волосами и жидкой бородой: именно он в числе других вельмож пытался вызнать у Генриха про Великий поход. – Чаща всё ещё живёт, к всеобщему сожалению. Если Варлок был убит, как вы, господа, утверждаете, река вновь вернулась бы в русло и звери не охраняли границы леса. Именно проклятое чудище не позволяет водам вновь орошать наши земли, и вы все знаете это не хуже меня. Издревле лесной король был нам угрозой, и никуда эта угроза сама собой не исчезнет.
– В таком случае, если Варлок похитил девочку, её уже…
– «Её уже» что?
Все вздрогнули, услышав знакомый властный голос. Вельможи обернулись. Король Генрих стоял в дверях, пропуская капитанов стражи, городских наместников, тана Города-под-горой и солтысов трёх деревень. Тана лингов среди них не было. Последним в зал вошёл маг и, опираясь на посох, бесшумно проскользнул к окну. Все остальные торопливо встали поближе к столу с картой, а монарх медленно двинулся к вельможам, внимательно смотря на них проницательным колким взглядом. Присутствующие замялись, усатый старик тихо забормотал:
– Ва-Ваше Величество, мы обсуждали возможные решения Вашей проблемы и м-мы…
– …решили милостиво разобраться без меня, – спокойно закончил король, хмыкнув. – Ведь я уже, видимо, не способен на управление ситуацией.
– Мы не хотели, мы не… – Попытался вставить слово человек с сальными волосами, но Генрих оборвал его резким поднятием ладони.
– Таких лицемеров, как вы, господа, стоит поискать. Стража! – Двери в залу открылись, несколько стражников, привычно сжимая алебарды, вбежали внутрь и замерли в ожидании приказа. Генрих махнул рукой в сторону нескольких придворных. – Уведите.
– В казематы изволите, Ваше Величество? – Пробасил один из стражников, вытянувшись, точно настроенная струна лютни.
Король отмахнулся:
– Нет, зачем же? Я снимаю полномочия с этих людей. Отведите их в город. – Генрих подошел к столу с картой и вытянул из небольшой стопки, лежащей рядом, кусок пергамента. Неторопливо вывел на нём несколько строк и протянул стражнику. – Передайте это судье, у меня нет времени разбираться с господами.
Вельможи побледнели, на лицах выступили крупные капли пота и страх пополз по их спинам липкими скользкими волнами. Они мгновенно сжались, стараясь исчезнуть, но стражники, повинующиеся приказу, были непреклонны и без лишних слов сразу же увели четверых мужчин прочь из залы.
Когда воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев, съедаемых огнём, Генрих глухо откашлялся и, обведя оставшихся в зале взглядом, заговорил:
– Что ж, думаю, каждый здесь знает, по какой причине мы находимся здесь. Моя дочь пропала. – Он на мгновение сжал губы, мрачнея, но переборол себя и продолжил: – Сегодняшние поиски не принесли никаких результатов, но всё же тан лингов сказала мне, где может быть Анна. И сейчас я спрошу вас: кто решится отправиться со мной в Южные земли?
Повисло молчание, которое вскоре нарушил маг, стоящий у окна:
– Мой господин, но до Южных земель без малого месяц пути. Два, если только по суше и с отрядом. Тракты переполнены разбойниками, дорога на юг лежит через Пустошь ветров. Без должной подготовки, Ваше Величество, отряд пропадёт.
Генрих мягко, но властно положил ладонь на карту, туда, где кончалась граница Северного королевства, и ровным тоном произнёс:
– Седрик прав, но мы отправимся не сегодня и не завтра. Так и есть, подготовка займёт время, и пока те из нас, что пойдут в Южные земли, будут заниматься походом, остальные продолжат искать Анну в пределах Королевства.
– Ваше Величество, – старик Гуннар, пришедший почти в одно время с монархом, положив руки на пояс, подошёл к Генриху. Король поднял вопросительный взгляд. – Ежели никто из нас не найдёт маленькую принцессу, что останется?
Все замерли, напряжённо сжимая ладони в кулаки. Этот вопрос давно вертелся в головах, но ни один не смог задать его вслух, боясь навлечь на себя гнев короля или, что было ещё хуже, позволить словам сбыться. Генрих долго молчал, тяжело смотря на изборождённое морщинами лицо старика, обдумывая сказанное. Тихо выдохнув, ответил:
– Я долго об этом думал, Гуннар, но мне страшно прийти к решению. Пока я жив – я буду искать её, ведь Анна – всё, что у меня есть в этом мире.
– Мой господин, все мы понимаем Ваше горе, но ехать в Южные земли лишь потому, что так Вам сказала какая-то старуха? Немыслимо! – Возразил Седрик, наконец отойдя от окна и приблизившись к королю.
– Мой король, при всём уважении, – капитан Серафим сделал шаг вперёд и скрестил руки на груди, – чародей прав. Девочка может быть где-то здесь, мало одного дня, чтобы уверенно отправиться в другие земли. Ведь здесь ещё остались места, где мы не искали её.
– Извольте не согласиться, – поднял палец вверх Гуннар, – искали, ещё как искали.
– А как же лес? – Возразил маг, чуть нахмурившись.
– И в шахтах не были, Ваше Величество, – добавил седой мужчина в сером тёплом кафтане – тан Города-под-горой. – Да и стоило бы, думается, осмотреть окрестности внимательнее. В Предместьях искали?
Король внимательно слушал, наблюдая. Серафим кивнул.
– Искали, конечно. И в рыбацкой деревне, и в полях, и в городе. Ваша правда – шахты не осмотрели.
– А в лесу-то были, – вновь вступил в разговор старик Гуннар. – Всю Хвойную окраину избегали, как псы охотничьи, и ни следа!
Седрик покачал головой.
– Нет, господин Гуннар, мало обыскать лишь Хвойную окраину. Нам стоило бы пойти в лес.
– Эк Вы меня назвали-то – «господин», – хохотнул старик, упирая кулаки в бока. – И Вам лучше моего известно, что дальше валежника хода нет, это знает любой из нас. Чуть нога человека ступит в лес, как его хозяин мигом нашлёт на тебя своё зверьё.
– В лес ходить запрещено законом, – спокойно произнёс Генрих, выпрямившись и чуть нахмурившись. – И нет такого проклятия, какое нельзя было бы объяснить, друзья мои. Я готов поверить во многое, но мою дочь не крали волшебные твари из проклятого леса.
– Мой господин, и всё же Хозяин…
– Слышать не хочу о Хозяине и его чудищах, Седрик, – оборвал его монарх, ткнув пальцем в карту.
– Пусть так, Ваше Величество, – маг согласно кивнул, – и всё же я хочу от имени нас всех попросить Вас повременить с походом.
Присутствующие согласно закивали. Генрих поджал губы, глубоко задумавшись, и неторопливо прошёлся по зале, заложив руки за спину и смотря себе под ноги. За ним наблюдали присутствующие, ожидавшие решения. Наконец, остановившись у камина и глядя на языки пламени, монарх тихо произнёс:
– Будь по-вашему, вы правы. Обыщите все углы Королевства от болот до Барбатуровых гор, но найдите мою дочь. Если для этого нужно будет нарушить закон и войти в пределы леса, что ж… сделайте это. Но будьте осторожны. Совет окончен, вы свободны. Отдохните и начинайте поиски.
На губах мага играла едва заметная улыбка, когда он посмотрел в спину королю. Никто не проронил ни слова, помрачневшие и задумчивые, члены совета покинули залу, оставив Генриха наедине со своим горем.
За окном выла и бушевала буря.
Анна украдкой выглянула в коридор, прислушиваясь. В почти звенящей тишине, ей казалось, можно услышать даже дыхание бабочки, будь здесь зимой насекомые, конечно. Девочка осмотрелась по сторонам – никого – и выскользнула из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Вьюнки встретили её своими радостными раскрывшимися бутонами, маленькие розовые и лиловые головы будто наклонились ей навстречу, когда принцесса подошла ближе. Не удержавшись, Анна мягко коснулась нежных лепестков кончиками пальцев, невольно наклоняя цветок, и маленькое беззащитное растение покорно повиновалось. Ей просто вдруг захотелось проверить, настоящий ли это вьюнок. В глубине души она всё ещё надеялась, что ей просто кажется или Хозяин леса умеет накладывать какие-нибудь чары, но цветы были такими же реальными, как она сама.
Свет из узкого высокого окна лениво падал на каменный пол коридора, в нём неторопливо летали крошечные пылинки. Тёмно-зелёные листья вьюнков казались в лучах зимнего солнца насыщенными яркими пятнами на старой потрескавшейся от времени стене. Девочка какое-то время стояла совсем близко к каменной кладке, чувствуя странное тепло, исходящее от неё, и идти куда-то теперь совсем не хотелось. Ей просто вдруг подумалось, как хорошо, наверное, быть маленьким цветком, который все любят и за которым так заботливо ухаживают.
Заботливо?
Анна содрогнулась от этой мысли и отшатнулась от стены, точно дворянка от прокажённого. Разве существо, что поселилось в этом замке, способно быть заботливым? Нет, она в жизни не поверит в подобную глупость, даже если перед ней, точно карты, выложат все доказательства обратного. Если подумать, девочка вообще не была уверена, может ли Хозяин леса чувствовать хоть что-нибудь, проявлять хотя бы самые скупые эмоции. До сего момента Анна не видела ничего, что могло бы показать ей сущность Чудовища, его истинную натуру.
В который раз принцесса задумалась, что из себя представляет это существо, которое бледный человек зовёт Варлоком. «Варлок» – так в деревнях Королевства люди нарекают магов и колдунов. Девочка не раз видела, с какой опаской крестьяне смотрят на Седрика, когда ему приходилось вместе с кем-то ехать в поселение, и понимала, что они подсознательно ждут от мага какой-нибудь подлости. Может быть, Хозяина леса так назвали именно они?
Принцесса чуть сморщила нос, ей вовсе не хотелось забивать голову подобной ерундой. Девочке совершенно не нравилось предаваться раздумьям, ведь это означало бы, что она принимает поражение и безоговорочно соглашается жить в лесу. Всё, что ей нужно – дожить до весны, а там уж она сбежит, точно сбежит, в этом уверенность её не оставляла. Как только снег растает и у Хозяина прибавится работы, она выйдет на ближайшую тропу и ищи ветра в поле.
Как только эта идея обрела нужные очертания, девочка довольно улыбнулась, хитро сощурившись – черта семейная, доставшаяся ей ещё от прадеда по материнской линии, Арне Злословного. Когда-то мать много рассказывала о его приключениях и достойной правителя смерти – сражение с драконом у Тролльего мыса, – но Анна почти всё позабыла, детская память не смогла сохранить легенду о великом предке.
Она уже хотела пойти к лестнице, но неожиданный порыв заставил её протянуть руку и небрежно сорвать маленький хрупкий цветок вместе с небольшим тонким стебельком. Маленькая чашечка боязливо качнулась и замерла, когда Анна поднесла вьюнок к лицу и вдохнула едва уловимый сладковатый аромат. В Королевстве вьюнки не пахли и считались сорным растением, а вот здесь…
Послышались шаги, и девочка вздрогнула, невольно выронив цветок из руки, разжав пальцы. Шуршание босых ног по камню выдало поднимающегося по лестнице: Рейвен. Анна уже успела научиться различать Варлока и бледного человека по походке: Хозяин леса шёл медленно, неслышно, лишь изредка можно было уловить лёгкий стук копытообразных ног; Рейвен же напротив был тороплив, уверенно вышагивая, и почти всегда издавая шорох и иногда шлепки – босые ноги.
Анна наклонилась, чтобы поднять упавший на пол вьюнок, и уже хотела шмыгнуть в комнату, но не успела: Рейвен появился в коридоре, держа в руках длинную метлу. Когда они встретились взглядами, он фыркнул и двинулся в противоположную от комнаты Анны сторону, бросив ей:
– Он не любит, когда убивают цветы.
Девочка схватила вьюнок и выпрямилась, смотря бледному человеку в спину и вредно кривясь. Набравшись храбрости, она сделала несколько шагов к нему и остановилась у лестницы, наблюдая за тем, как он начинает неспешно подметать каменный пол. Набрав в грудь как можно больше воздуха, чтобы голос звучал небрежнее, она спросила:
– Что?
В ответ раздалось ворчливое:
– Что-что, глупая ragilla, – он даже не взглянул на неё, отвернувшись и продолжая взметать в воздух облачка пыли, – ты убила цветок. Варлок этого не любит.
– Мне совершенно всё равно, что он любит, – надменно произнесла Анна, вздёрнув нос, и деловито вплела в рыжие локоны цветок. – Всё равно.
Рейвен замер, сжимая бледными руками древко метлы, и медленно выпрямился, смотря на неё глазами, полными презрения. Анне вдруг захотелось развернуться и бежать изо всех сил, но взгляд этого человека точно пригвоздил её к месту. Почему-то глубоко в груди кольнуло неясное чувство стыда. Рейвен долго молчал, сжимая губы, и шрам на правой стороне снова побелел – она разозлила его, но всё же нашёл в себе силы смерить гнев и ответить как можно спокойнее:
– Ты не умеешь ценить помощь, девочка, и тех, кто эту помощь предлагает. Этот замок и этот лес принадлежат Варлоку, их хозяину, и тебе стоило бы подумать, что случится, если ты потеряешь его расположение.
– Как будто какой-то жалкий цветок станет нерешаемой проблемой, – она хмыкнула, скрывая беспокойство и обиду. Губы невольно поджались.
– Нет, цветок не станет проблемой. – Рейвен вернулся к своему занятию, смотря на пол под ноги, поднимая облачко пыли прутьями метлы. – Проблема – это ты, ragilla.
Анна фыркнула, вздёрнув подбородок, и сжала ладони в кулаки, стараясь смотреть на бледного человека свысока. Ей это не удавалось, ведь Рейвен оказался намного выше, чем она, но последние крупинки гордости не позволяли ей смириться.
– Что ж, если я проблема, вот тебе ещё одна: мне не в чем ходить, я порвала шубу и испортила платье. Хочешь, чтобы я слушалась тебя и твоё всесильное Чудовище? Не дождётесь. Но на пару дней я согласна притвориться тихоней за достойные принцессы вещи.
Он несколько удивлённо приподнял брови и вновь замер, внимательно смотря на девочку изучающим взглядом. Ноздри Рейвена раздулись из-за с трудом скрываемой ярости, в глазах заплясали лихорадочные огоньки. Анне показалось, что ручка метлы в его руках затрещала от давления тонких бледных пальцев, и невольно вжала голову в плечи, но отступать было уже поздно. Она ждала его ответа, и ответ всё же последовал, когда Рейвен нашёл подходящие слова.
Его лицо вдруг перестало быть мрачным и удивлённым, глаза весело и хитро сощурились и губы растянулись в сладкой лисьей улыбке.
– Маленькая принцесса изволит новые одежды? Хорошо, будут тебе новые одежды. – Бледный человек приставил метлу к одной из дверей и отряхнул ладони от пыли.
Теперь настал черёд Анны удивляться, она даже замерла на мгновение в нерешительности. Тихо и без былой уверенности она пробормотала:
– Ты соглашаешься?
– Indesur16, ragilla. Разумеется. – Он довольно хмыкнул, лениво поправляя помятую льняную рубашку, достающую ему до колен. – Идём со мной.
Рейвен прошёл мимо девочки и всё с той же лёгкой хитрой улыбкой спустился по ступеням, исчезнув из виду. Анна какое-то время стояла в полном оцепенении, не зная, следовать ли за ним, и смотрела на метлу в тёмном углу. Бросил работу, чтобы выполнить её просьбу? Не просьбу, нет. Анна отдала приказ. Ей не верилось, что подобный Рейвену человек мог так легко согласиться послушать её. И всё же послушал.
Когда в груди начало разливаться странное тепло – смесь гордости и тщеславия – девочка быстро побежала вслед за ним, уже спустившимся на первый этаж. Когда она добралась до подножия лестницы, Рейвен ждал её в холле. И он был не один.
Анна испуганно застыла, широко распахнув глаза. Рядом с бледным человеком возвышалась рогатая фигура Хозяина леса. Сжимая посох, сплетённый из ветвей и коряг, когтистой рукой, он смотрел на девочку глазами-дырами и молчал. Рейвен ликующе улыбался, и его улыбка была больше похожа на оскал зверя.
– Повтори то, что сказала мне, ragilla, – усмехнулся он, прищурившись и скрестив руки на груди. – Можно слово в слово, если ты способна на подобную – он хмыкнул – дерзость.
Анна молчала. Горло будто сдавила невидимая рука, перекрывая доступ к кислороду, и девочка лишь несколько раз растерянно открыла рот, стараясь вдохнуть. Хозяин леса терпеливо ждал её ответа, Рейвен с довольным лицом, выражающим смесь презрения и ощущения полной победы, смерил девочку взглядом, а она всё стояла и не могла вымолвить хотя бы короткий ответ. В животе почему-то всё скрутилось в противный тягучий узел, Анна сглотнула вязкую слюну и приоткрыла рот, будто рыба, вытащенная из воды.
Чудовище сверлило её пустым бездонным взглядом из глазниц черепа, и это не убавляло её страха, лишь усиливало его. Как девочке хотелось, чтобы он вдруг отвернулся и просто ушёл или испарился в воздухе, будто страшный зловещий призрак. Чтобы он был лишь её сном, жутким плодом детской фантазии, не более. Но Хозяин леса всё ещё был здесь и спокойно ожидал её ответа.
Наконец, не выдержав этого тяжёлого гнетущего молчания, Рейвен насмешливо заговорил:
– Что такое, маленькая ragilla? Испугалась? Знать, храбрость и спесь в тебе проявляются лишь тогда, когда ты имеешь дело с кем-то безвластным. Попроси, девочка, попроси. – Он сощурился, кривя губы в презрительной улыбке. Варлок молчал. – Хозяин исполнит.
Анна судорожно втянула носом воздух, и чуть широкие для небольшого носа ноздри расширились ещё сильнее, став похожими на птичьи. С трудом, но выдавила, прикованная взглядом к глазницам черепа:
– Я… Мне нужна одежда. П-платье порвала, – голос сорвался, и последнюю фразу Анна проглотила, сказав совсем тихо. Откашлявшись, она постаралась придать себе храбрости и чуть более уверенно повторила, распрямив плечи и задрав подбородок: – Я порвала платье, мне нужны новые вещи. Хотите держать меня в плену – позаботьтесь о моём гардеробе. – С каждым уверенным словом, которое, впрочем, давалось ей с трудом, девочка понемногу обретала растерянную наглость. Но чёрные глазницы всё так же заставляли дрожь ужаса прокатываться по её телу холодными волнами.
Рейвен угрюмо хмыкнул, не решившись отвечать. Оба ждали, что предпримет Хозяин, но тот по-прежнему был будто бы глух к словам девочки. Собравшись с духом, она добавила, не став дожидаться его:
– И шубу тоже порвала, учти это. Мне всё равно, где вы оба берёте шкуры, но мне нужно и я хочу новую шубу. – Её глаза сверкнули от скопившихся в уголках слёз, она чувствовала, как подписывает себе смертный приговор собственной дерзостью, но остановиться уже не могла. Даже спустилась со ступеней и сделала несколько шагов навстречу чудовищу, до побеления сжимая ладони в кулаки. – Можешь снять свою накидку, если у тебя нет одежды для меня, но достань всё, что я хочу. Иначе ты очень и очень пожалеешь, Чудовище, что оставил меня в своём проклятом лесу! – И, подкрепляя свои слова, она сухо плюнула в сторону, как это делали крестьяне в деревнях, стоило им увидеть мага.
Варлок вдруг двинулся, и многочисленные украшения и кости тихо застучали друг о друга. Зашуршала юбка, когда Хозяин, точно не касаясь пола, неторопливо последовал к Анне, неслышно опуская ветвистый посох и снова чуть приподнимая. Девочка онемела, и зрачки расширились от новой волны животного ужаса. Каждый его осторожный звериный шаг приближает её к концу, к расправе. Анна пожалела, что осмелилась открыть рот. Снова захотелось броситься прочь и скрыться где угодно, только бы не оставаться в этом замке с ним.
Когда он, хищник, притаившийся в траве перед жертвой, встал напротив неё, так близко, что она могла разглядеть трещины на костях его украшений, сердце учащённо забилось о стенки рёбер. Анна зажмурилась, молча, в отчаянии, какого не испытала даже в момент встречи с медведем, и замерла в ожидании приговора.
Если бы она посмотрела на Рейвена, то заметила бы, что и он несколько напрягся, наблюдая за ней и Хозяином. В глубине его голубых глаз поселилась настороженность, хотя и не страх; он чуть наклонился вперёд, готовый подойти, если это потребуется.
Внезапно на плечи девочки упало что-то очень тяжёлое и сразу заставило ноги подогнуться. Анна едва не упала, но смогла устоять и медленно выпрямиться, невольно коснувшись дрожащими пальцами этого нечто. Глубоко вдохнув, девочка открыла глаза и с удивлением посмотрела на мех, волочащийся по полу и струящийся по её телу. Подняла взгляд на чудовище и застыла, не веря тому, что увидела.
Он так и стоял перед ней, высокий, невозмутимый и статный, но теперь она могла разглядеть его сильные загорелые руки, видные из-под странной короткой накидки на плечах. Лишь мгновение спустя девочка поняла, что на ней надето: она сказала, чтобы он отдал ей свой плащ из шкур… и он отдал.
Удивлённый Рейвен даже отшатнулся, сделав несколько шагов назад, настолько поразил его поступок Хозяина леса. Он не ожидал, что подобная доброта может быть направлена на человека – захватчика и убийцу.
В этой гробовой тишине был слышен лишь лёгкий шорох накидки на плечах девочки. Она нервно теребила мягкую волчью шкуру, судорожно цепляясь за неё пальцами, и смотрела на Варлока так, как если бы он ударил её ладонью по щеке. В самом дальнем уголке её маленького сердца на мгновение вспыхнул крошечный огонёк сомнения, который хотя и погас крайне быстро, но успел дать первые всходы.
– Хозяин, но… – Рейвен шагнул к нему, но властная когтистая рука коротким мягким движением остановила его. Бледный человек застыл, чуть приоткрыв рот в оборванном порыве закончить фразу.
Какое-то время чудовище смотрело на Анну пустыми глазницами, но потом развернулось к ней спиной и мягко скользнуло к Рейвену. Остановившись рядом, он положил руку тому на плечо и наклонился, неслышно шепча бледному человеку на ухо. Девочка невольно прислушалась, но не различила ни звука, его голос будто тонул в чёрных волосах Рейвена и потому бесследно исчезал, предназначенный лишь для того, к кому обращался. Когда Варлок закончил и выпрямился, Рейвен выглядел удовлетворённым.
Отпустив плечо бледного человека, чудовище застыло в ожидании, и Рейвен пробормотал, подавляя улыбку:
– Да, хозяин. Indesur.
Варлок легко кивнул и двинулся к дверям, ведущим прочь из замка. Распахнув их порывом ветра, он ступил на землю заснеженной поляны и исчез в вихре снежинок прежде, чем створки за ним закрылись. Усмехнувшись, Рейвен перевёл взгляд на замершую и побелевшую от ужаса и удивления девочку, быстро осмотрел её и позвал резко, громко:
– Эй ты, ragilla, идём. Будут тебе новые одежды.
Pulsuz fraqment bitdi.