На следующее утро близнецы и Кира зашли за Антоном и Тэру в парк и на площадь Люции, чтобы всем вместе отправиться на тренировку в лес. Приподнятое настроение команды моментально улетучилось, как только они дошли до дома-землянки егеря, где сам егерь уже поджидал их у горящего костра вместе с Пушинкой. Увидев их, львица поспешила к Кире, обтеревшись об нее боком.
– Хоро-о-ошая, – погладив Пушинку по спине, Кира перестала улыбаться, взглянув на ее хмурого хозяина. Сказать егерю «доброе утро» язык не повернулся даже у веселого с самого пробуждения Хэйдена.
– Я сказал вам, что во время сражения вы должны защищать Тэру, – начал сходу егерь, тяжело вставая на ноги. Перехватив копье, он направился в лесную чащу.
– Я сказал, что каждому достанется, если оставите Тэру один на один с соперником… И намерен сдержать слово.
Кира, Хафза и Хэйден с тревогой переглянулись, тон егеря показался им достаточно угрожающим. В молчании компания добралась до уже знакомой тренировочной поляны. Егерь развернулся к ним лицом и подозвал к себе Тэру. Тэру встала c ним рядом, сказав что-то на родном языке, но егерь явно не стал ее слушать и распределил оставшихся по парам. Хафза встала рядом с Антоном, а Кира оказалась напротив Хэйдена.
– Чего стоим? Сражайтесь! – скомандовал егерь. – Задача не обезоружить, а победить, как на турнире.
– Но там же были хирки… – начала было Кира, в ответ на что егерь только еще больше разозлился.
– Начали! – рявкнул он, принявшись ходить из стороны в сторону и следить за двумя сражениями. Обе пары старались не навредить друг другу, несмотря на указание егеря, что не укрылось от его придирчивого взгляда.
– Я сказал вам сражаться! – прорычал егерь, вдруг кинувшись на Антона. Антон не ожидал атаки от егеря и даже не поднял для защиты секиру, когда егерь проткнул его копьем промеж пластин доспехов, опалив огненной магией. Антон взревел от боли, Хафза, Хэйден и Кира застыли на месте от шока. Выдернув копье, егерь отошел назад к Тэру, жестом запретив ей лечить упавшего Антона.
– Продолжаем! – прикрикнул он, несмотря на то, с каким ужасом на него уставились все остальные.
– Это уже слишком! – возмутилась Кира, пытаясь помочь Антону встать.
Егерь не стал отвечать словами. В его руке засверкала яркая желтая вспышка, и в следующее мгновение егерь замахнулся длинной сияющей цепью, которая крепко скрутила Киру по рукам и ногам. С силой дернув цепь в сторону, он оттолкнул Киру от Антона. Растерявшись, Кира упала на траву, прокатившись пару метров по земле, зарычав от боли и обиды. Цепь пропала, а егерь как ни в чем не бывало развел руками.
– Еще кому-то оказать персональное внимание? – спросил он ядовитым тоном. – Нет? Тогда продолжайте бой!
Хафза, с трудом дыша от волнения, дождалась, когда Антон поднимется без чужой помощи на ноги, не зная, как продолжить сражаться с раненным другом. Страх перед егерем как будто связал ей руки. Ослабевший от раны Антон пытался дать ей знать, что готов к поединку, и призывал жестом начать атаку, но Хафза лишь отрицательно мотала головой.
– Я не могу! Я не могу… – жалобно зашептала она себе под нос, жмурясь.
Кира тем временем гневно прошествовала мимо егеря и Тэру к Хэйдену. Выставив перед собой щит, чтобы закрыться от стрел Хэйдена, Кира ринулась в бой, как и приказывал егерь. Хэйден тоже был растерян, как и Хафза. Взглянув на сестру, Хэйден отвлекся от Киры и не успел увернуться от ее стремительной атаки. Не успев даже ахнуть, Хэйден рухнул на землю, выронив лук.
– Что и требовалось доказать! – разъяренным тоном произнес егерь, хватая упавшего Хэйдена за воротник и резко поднимая на ноги. Чуть не упав лицом в землю от грубой помощи, Хэйден отшатнулся от егеря в сторону, чтобы подойти к расстроенной Хафзе.
– А почему вы теперь трясетесь как лист на ветру?! Что? Закончилась бравада? Победа уже не важна?!– кричал егерь, указывая на них копьем. – Вы, жалкие птенцы, которым ума не хватает хотя бы слушать то, что я вам говорю! Что сейчас случилось?! А то же, что и вчера! Когда вы якобы победили! У вас нет лекаря, ее убили! – раздраженно махнув рукой на молчаливую Тэру, егерь остановился перед Антоном. – Убили, потому что ты забыл о своем долге! И теперь твои раны никто не залечит! А ты! – указав на Хафзу, егерь не обратил внимания на то, как она дернулась в сторону, ежась от копья. – Из-за его ранения забыла, как колдовать! И все, ты легкая добыча, это верная смерть! И ты! – указав на Хэйдена, егерь криво ухмыльнулся. – Из-за родственных чувств и тревоги за сестру забыл, что сам вел бой! А он уже закончился, ты мертв!
Наступила зловещая тишина. Троица и Антон не знали, что сказать, растерянно и сердито глядя на егеря. Качнув головой, егерь обратился к Тэру, и та поспешила заговорить рану Антона. Пока Тэру занималась Антоном, Кира, набравшись смелости, сделала шаг к егерю, стоящему к ним всем спиной.
– Это всего лишь соревнование! – с надрывом произнесла она. – У нас были хирки! И лекари в любой момент бы помогли, случись что непредвиденное…
– Вы сказали, что хотите проявить себя, – тихо процедил сквозь зубы егерь после недолгого молчания, обернувшись к Кире и подойдя так близко, что она увидела свое отражение в сердитых зеленых глазах. – Если вы хотите проявить себя глупыми детьми, ищите мне замену. Этот турнир закончится, а ваши бестолковые головы останутся, – не оглядываясь, егерь направился назад в лесную чащу. – Я не буду учить вас, как ждать чудес и чьей-то помощи, надеясь, что беда обойдет стороной! Решайте сами, что делать дальше!
Выдохнув, Кира поникла головой, ослабевшей рукой вложив меч назад в ножны. Тэру помогла Антону прийти в себя после ранения, Хафза все еще испуганно смотрела вслед егерю, а Хэйден, рассержено подобрав с земли лук, тихо выругался.
– Ну и пускай! Оно того не стоит! Сами справимся, найдем шестого, теперь то уж точно сможем после победы! – заявил он, хотя в голосе слышалось сомнение.
Кира качнула головой, подходя к остальным ближе.
– Как бы не хотела я не согласиться… Но он прав, – произнесла она с грустью.
– Что?.. – опешила Хафза, воскликнув высоким голосом. – Он только что копьем ранил своего же брата, как с ним дальше можно тренироваться?!
– На турнире никто не умрет, это точно, – ответила спокойно Кира, – но… Если бы это не был турнир, и сражались бы по-настоящему, то вчера мы бы потеряли Тэру. И сегодня, сражаясь вновь, мы бы погибли все один за другим.
– Но это турнир! – возразил настойчиво Хэйден. – Это соревнование, где нет вопроса жизни и смерти! Нет темных тварей, ничего такого опасного нет!
– Тогда зачем нам этот турнир вообще?! – рассердившись, воскликнула Кира. – Зачем нужна победа в какой-то ерунде, где мы ничего не доказываем ни себе, ни другим? Победа стоит чего-то лишь тогда, когда к ней был трудный путь!
Хафза и Хэйден притихли, все еще злясь на егеря, но уже не возражая Кире. По их лицам Кира поняла, что и близнецы чувствовали, что егерь прав, хоть им было тяжело это признать.
– Да, мы вышли вчера в следующий тур, и это было трудно! – сказала Кира, обведя близнецов строгим взглядом. – Но сегодня это уже не победа, это достижение. Я не хочу полагаться на одни только хирки. Дедушка сражался без них на войне, и своих воинов учил сражаться так же. И я хочу научиться сражаться по-настоящему. Нам не нужна замена. Пошли, – уверенно заявила она, зашагав в ту же сторону, в которую ушел егерь. Недолго помедлив и переглянувшись, Хафза и Хэйден направились за Кирой, а после следом пошли Антон и Тэру.
Вернувшись к дому-землянке, троица, Антон и Тэру остановились рядом с костром, у которого снова сидел на табуретке егерь. Пушинка встревоженно фыркала, глядя то на хозяина, то на его подопечных, а егерь неотрывно смотрел на странно пахнущее варево из трав и ягод, которое перемешивал в котелке над огнем.
– Мы решили, – заявила Кира, гордо приподняв голову.
– Хоть что-то сделали, как просил, – проворчал егерь.
– Мы решили, – словно не услышав слова егеря, продолжила Кира, – что будем тренироваться дальше. Как вы учите. Слушаясь и выполняя все, что скажете. Мы виноваты, что не уберегли Тэру, этого больше не повторится.
Егерь оставил котелок в покое, сцепив пальцы в замок, хмуро осмотрел компанию, а потом внимательно взглянул на выступившую лидером Киру.
Кира выдержала тяжелый и томительный взгляд егеря, не собираясь отступаться от сделанного выбора, и спустя долгую паузу, егерь шумно вздохнул, указав рукой на сложенные у порога в дом мешки.
– Надо наполнить кормушки, – вдруг сказал егерь. – Где они расставлены, вы уже знаете.
Не ожидая, что им снова поручат ухаживать за лесом и его обитателями, Кира растерялась, но быстро взяла себя в руки, согласно кивнула и первой поспешила к мешкам, чтобы набрать корзинку ягод. Близнецы молча поспешили за Кирой, а следом, после кивка головой егеря, за троицей отправилась и Пушинка. Вскоре Кира, Хафза, Хэйден и Пушинка оказались на знакомой тропинке, ведущей вглубь леса, а Тэру и Антон остались позади вместе с егерем у костра.
***
– И что потом? – с тревогой спросила Диана, когда Кира рассказала ей о прошедшем дне и тренировке. Сидя подле фонтана Омида, Кира задумчиво осматривала звездное небо над головой. Запах приготовленных Дианой кексов, которыми они перекусывали, привлекал к ним взгляды прохожих, но ни Диана, ни Кира не обращали ни на кого внимания. Диана наблюдала больше за Кирой, чем за обстановкой вокруг, а сама Кира, казалось, витала среди облаков. Сладости приподняли Кире настроение, но полностью забыть тяжелый день в лесу она так и не смогла и с тяжелым вздохом продолжила рассказ:
– А потом, когда мы выполнили задание, егерь продолжил нас тренировать, – произнесла она уставшим тоном. – Отрабатывали командный бой против нескольких соперников. Для каждого движения, атаки или защиты нужно конкретное время и очередность действий, поэтому учили «простенькую» связку умений на всех пятерых.
– Звучит не так плохо, как ты рассказываешь, – улыбнулась неловко Диана, а Кира пожала в ответ плечами, смущенно опустив взгляд.
– Я думаю… Пытаюсь понять, как можно было ради того, чтобы доказать свое мнение, ранить близкого эна? – Кира всплеснула руками. – Даже темные твари на его фоне выглядят не такими уж и чудовищами…
Диана предложила дочери еще один кекс из корзины, и Кира его с грустной улыбкой приняла, но есть так и не стала. Настроение Киры серьезно беспокоило Диану, и она, оглянувшись с сожалением на статуи фонтана, мягко произнесла:
– Есть уроки жизни, которые можно выучить только опытным путем… И этот опыт может быть настолько тяжелым, что не передать словами, – добавила она с грустью в голосе.
– Ну, конечно! Сказать «больше так не делать» – это не вариант! Что нельзя объяснить простым понятным языком? – с ноткой пренебрежения спросила Кира, взглянув на Диану.
– Например, потерю близких, – все так же мягко произнесла Диана, но на этот раз в ее взгляде заблестели слезы. – Этот опыт не передать нравоучениями и не объяснить. Особенно, если этот опыт произошел из-за какой-то мелочи… – голос Дианы зазвенел. Она всхлипнула носом и начала рыться в карманах, чтобы найти платок и стереть слезы, пока они не стали очевидны всем прохожим.
– Из-за случайности, неосмотрительности или глупости… – продолжила Диана, с трудом произнося слова. – От того такой опыт еще тяжелее, потому что его тяжело принять и просто осмыслить. Как… Как какая-то мелочь могла полностью поменять целую судьбу или судьбы многих?..
Кира подвинулась поближе к Диане, пока Диана пыталась сама себя успокоить. Задумавшись над сказанным, Кира догадалась, что Диана вспомнила своего почившего мужа и ее отца, а спросить, так ли это, и боялась, и опасалась одновременно. Но все же Кира не смогла оставить вдруг поднятую тему без вопроса.
– Ты думаешь, папа погиб из-за какой-то мелочи?.. – спросила Кира едва слышным голосом.
– Твой папа был очень храбрым и сильным, большая беда его бы никогда не сломала, – уверенно ответила Диана, выдавив из себя грустную улыбку. – Быть может, ему не хватило внимательности или нужно было проявить чуть больше ответственности за себя или за других. И не в последний момент, а своевременно, когда это могло на что-то повлиять. Быть может, какая-то мелочь укрылась от его глаз и стала роковой. Быть может, кто-то из его соратников упустил ее из виду, а он не мог остаться в стороне, кинувшись спасать друга ценой своей жизни… И в итоге мы с тобой остались вдвоем, – приобняв Киру, Диана привела дыхание в норму, осматривая постепенно пустеющую площадь.
Дослушав Диану до конца, Кира увидела ее словно в новом свете. Она поняла, как много Диана думала о давно случившейся беде, отнявшей у них родного эна, и до сих пор страдала от бесчисленных догадок. Диана не знала, что случилось с отцом Киры, и неведение было болезненным ничуть не меньше самой утраты.
Кира хмуро уставилась прямо перед собой, впервые за много лет почувствовав тягостную печаль Дианы. Она невольно увязла вместе с матерью в той мутной дымке безвестности, в которой не было ни Мглы, ни Света, только вопросы, давящие на сердце из-за глухой тишины в ответ.
– Так что надо всегда думать о всяких мелочах. Кто знает, какими важными они станут потом, со временем, – с улыбкой произнесла Диана, придя в себя и взяв в руки еще один кекс. Объятия распались, Кира слабо улыбнулась и почувствовала, как похолодело и снаружи, и где-то глубоко внутри не то от ветра, проскользнувшего на открытую площадь, не то от поселившегося в ее сердце страха перед опасными мелочами жизни.
– А по поводу урока егеря… Ну, что же, он показал вам страшный урок на безопасном, хоть и жестоком примере. Лучше так, чем пережить что-то подобное по-настоящему. И, уж тем более, вновь, – оправив Кире волосы за ухо, Диана с досадой махнула на дочь рукой, когда та упрямо вернула прядь на прежнее место.
Кира по-детски надулась, но вдруг, посмотрев на Диану, снова посерьезнела. Кира смутилась от той мысли, которая проскользнула в ее голове, но почувствовала необычную решимость.
– Что такое? – удивилась Диана, растерявшись от новой перемены настроения Киры.
– Я буду лучше, – заявила Кира, глядя на свой несъеденный кекс. – Я справлюсь с любыми испытаниями. Буду следить за собой и за теми, кто рядом, не дам никого в обиду. Я не уйду к Свету из-за какой-то мелочи. Но когда это случится…
– Кира! – возмутилась протестующим тоном Диана, но Кира все равно договорила.
– Когда это случится, это будет достойный повод. И выбор, а не обстоятельства. И вряд ли он предстоит в ближайшее время, так что… – пожав плечами, Кира откусила большой кусок кекса, говоря с набитым ртом. – Надо тренироваться! У нас всего три дня до следующего боя!
***
Кира никогда не уставала так сильно. Тренировки в лесу превратились в череду испытаний, разрабатываемых егерем специально для команды. В течение всех трех дней подготовки не было ни одного часа, когда Кире или близнецам казалось легко выполнять задачи и достигать поставленные цели.
Кира не знала, радоваться или расстраиваться из-за того, что егерь не придирался к ее умениям и навыкам, а старался их улучшить и заточить, сделать еще более эффективными. Как и раньше он лишь громко наставлял ее, видя ошибки, и не отчитывал, как Хэйдена и Хафзу за промахи. Но и работы у нее было, казалось, намного больше, чем у всех остальных, ведь Кира считалась капитаном команды и должна была выполнять не только свою задачу в ходе боя, но и руководить всеми остальными. Именно командирская роль пугала ее больше всего. Быть капитаном означало брать на себя ответственность, которую Кира никогда ранее не взваливала на свои плечи. У нее не было командирского опыта, да и в городской страже она всегда слушалась чужих приказов. О том, чтобы отдавать свои собственные, Кира не помышляла, что отразилось на отсутствии у нее должного командного голоса.
Сражаясь против егеря, Кира должна была координировать действия Хафзы и Хэйдена, в противниках у которых оказались Антон и Тэру.
– В последний раз говорю! – настойчивым тоном внушал ей егерь, рассердившись и остановив бой. – Тебя не услышат, даже если арена вдруг разом застынет от оглушающих чар! Громче! – скомандовал егерь, ожидая, когда Кира даст команду сражающимся на ее стороне близнецам.
– Я и так кричу! – возмутилась Кира, держась за ноющее горло.
Егерь скрестил руки на груди и сердито сощурил глаза, слегка к ней наклонившись.
– Это не крик, это писк, которым можно в лучшем случае попросить о пощаде! – сказал он жестко. – Команды надо отдавать, а не умолять их исполнить!
Кира возмущенно фыркнула и вонзила меч в землю, чтобы отдохнуть. Егерь раздосадовано покачал головой, медленно меря поляну шагами.
– В тяжелый момент вы забудете абсолютно все, что будет сложнее привычек и инстинктов, ради них мы и тренируемся! – начал он нравоучительным нудным тоном. – И пока я не вижу ни одного прирожденного лидера в команде, которому можно было бы доверить вести за собой всех остальных!
– Я – лидер в команде! – сердито произнесла Кира. – И это не всегда правильно, орать на всю арену тактические решения! Потому что их и соперник тоже может услышать!
Егерь запрокинул голову, прикрыв глаза. Кира решила, что доспорилась до серьезного выговора, но вместо очередного нравоучения услышала совсем иное.
– Правильно! – произнес егерь тем же сердитым тоном. – Поэтому раньше знание языка соперника означало тактическое преимущество в бое! Теперь вы должны так слажено работать, чтобы одного имени и жеста было достаточно, чтобы вы поняли друг друга почти без слов!
– Э-э-э! Только этого не хватало! Чтение мыслей – это уже чисто маговские штучки, – запротестовал Хэйден.
– Было бы еще что читать! – язвительно ответила Хафза, смерив брата насмешливым взглядом.
– Все, перерыв… – махнул рукой егерь, отправившись к Пушинке, поджидающей у кромки поляны. Сев рядом с львицей, егерь принялся точить наконечник копья. Кира осмотрелась по сторонам. Тэру отправилась в чащу собирать новые целебные травы, близнецы все еще спорили друг с другом, а Антон устроился поодаль ото всех в одиночестве, заметно поникнув головой.
Кира сочувственно наблюдала за Антоном, чье настроение так и не улучшилось после конфликта с егерем, и решилась на важный разговор. Уверенно подобрав меч, Кира отправилась к егерю и Пушинке, устроившись напротив наставника и отдыхающей белой львицы.
– Я понимаю, что это ваше дело, как себя вести… Со всеми, кхм, – смущенно кашлянув, когда егерь на момент поднял на Киру хмурый взгляд прежде чем снова заняться копьем, Кира все равно продолжила свою мысль, еще раз взглянув в сторону Антона. – Но я беспокоюсь за команду. Раз я капитан, я должна. Антон расстроен и может подвести нас завтра на турнире.
– Не подведет, – коротко ответил егерь, не отвлекаясь от заточки, но по резкости движений Кира поняла, что егерь все же переживал о состоянии Антона не меньше, чем она сама, хоть и не подавал виду.
– Почему вы в этом уверены?.. – спросила Кира, взглянув на егеря. – Похоже, что он не привык получать копье меж ребер от брата.
Егерь промахнулся точильным камнем и рассек руку, но не издал ни звука кроме сердитого выдоха. Встревоженная Пушинка встала на лапы, пытаясь обнюхать рану, но угрюмый егерь усадил львицу назад, после чего достал из сумки на поясе маленький пузырек с лечебной настойкой.
– Он не привык, что надо думать головой, – произнес егерь язвительным тоном. – Поэтому завтра на турнире я и хочу, чтобы этой головой была ты, иначе не справится не только Антон, но и все остальные.
Залив рану настойкой, егерь дождался, когда она затянется, и сразу вернулся к оставленному делу, подхватив копье и точильный камень.
Кира молча наблюдала за егерем, пока он трудился над своим оружием. Подбирая нужные слова, вдруг Кира заметила браслет на руке егеря. Точно такой же, как у Антона, браслет с изображением медведя был вырезан из дерева. Браслеты явно значили что-то очень важное как для самого егеря, так и для Антона, раз ни один, ни другой с ними не расставались даже во время ссоры.
– Хафза сказала, что вы семья. Братья… Самих уз должно быть достаточно, чтобы быть друг к другу добрее, чем ко всем остальным, разве нет? – осторожно спросила Кира.
– Когда мне понадобится совет, я… – притворно задумавшись, егерь язвительно улыбнулся. – …А, нет, не понадобится, – иронично добавил он, и тут же непререкаемым тоном продолжил: – Займись делом, утихомирь близнецов, пока они не спалили всю поляну. Пусть приберегут пыл для турнира.
Хмуро взглянув на егеря, а потом через его плечо на бушующий пожар, который устроила Хафза из-за ссоры с Хэйденом, Кира закатила глаза и с сердитым вздохом встала на ноги, поспешив примирять близнецов.
***
Очередная тренировка проходила в волнительном томлении и ожидании вечернего боя. Кира старалась демонстрировать участникам своей команды правильный пример и бодро выполняла все упражнения и задания, но остальных заставить хотя бы ненадолго отвлечься от тягостных мыслей получалось только у егеря.
– А вдруг проиграем?.. – тихо спросила Хафза у брата, когда Хэйден оказался с ней рядом, целясь по мишеням на дальнем конце поляны.
– С чего ты это взяла? – прошипел Хэйден, разом поразив все мишени одним выстрелом.
– Хватит трепаться! – приказал егерь, пройдя мимо за их спинами. Близнецы разом вздрогнули, но стоило егерю уйти к Антону и Тэру, продолжили разговор.
Поочередно колдуя все четыре эссенции стихий, Хафза бегло взглянула на Антона и тихим шепотом произнесла:
– Все наши соперники варья… Папа сказал, что после их прошлого боя, половину команды противников отправили в больницу, хирки еле спасли им жизни.
– Ну, у нас тоже есть варья, – сказал Хэйден, нервно хмыкнув, – тем более, отправиться в больницу мы и так каждый день рискуем, – добавил он уже шепотом, поймав на себе угрюмый взгляд егеря.
– Может, сходим поесть в город?.. – предложила запыхавшаяся Кира, долетев последний круг над тренировочным полем и спикировав на крыльях неподалеку от егеря. – Я умираю с голоду, уже вечер!
– Было бы не плохо, – поддакнул Хэйден, переглянувшись с Хафзой. – Можно было бы в таверне посидеть всем вместе!
– Если, конечно, мы уже закончили тренироваться?.. – уточнила осторожно Хафза, взглянув на егеря.
Егерь небрежно махнул рукой, глядя на другой край тренировочного поля.
– Идите, только не объедайтесь, и так еле на крыльях держитесь, – проворчал он, после чего крикнул на языке арья и варья что-то короткое Тэру и Антону, тренирующимся в паре поодаль от остальных.
Услышав к себе обращение, Тэру согласно кивнула, а Антон с недовольным видом закинул секиру на плечо, направившись за Тэру к троице. Но торопиться покинуть поляну Кира не спешила. Подумав, она со смущенным видом сделала шаг к егерю.
– А вы с нами не пойдете?.. Нам не хватало наставника в прошлый раз, когда собрались все вместе, – с улыбкой произнесла она, несмотря на каменное выражение лица егеря.
– Вас с ложечки кормить перед боем надо? – притворно серьезно поинтересовался он после повисшего молчания. Тэру и Антон добрались до остальных и остановились чуть поодаль, ожидая, когда команда отправится в город. Кира не стала закатывать глаза и даже не возмутилась предположению егеря, успев привыкнуть к его язвительному тону, но и объяснять, что от тревоги им и в самом деле мог не влезть кусок в рот, не стала. Укорив себя за глупую идею, Кира тяжело вздохнула.
– Нет. Эх, ладно, – сдалась Кира, опустив голову. – Увидимся на арене…
Направившись было в чащу, Кира вдруг услышала то, что не ожидала ни она, ни так же застывшие на месте близнецы.
– Устал я от вас за сегодня… Хоть в таверне отдохну за кружкой чего покрепче, – сказал егерь, а Кира, заулыбавшись, согласно закивала.
Близнецы настороженно переглянулись, но тоже заулыбались, как и Тэру, и только Антон оставался все таким же угрюмым, даже когда перед ним в таверне поставили огромную кружку с его любимым виноградным соком.
В «Звездочке» было полно народу, и троица чувствовала особое внимание к их столику. Кое-где даже раздавались голоса посетителей, желающих им удачи в грядущем бое на арене. Сев в углу, где было тише и просторней, Кира заказала для всех сытный ужин, как вдруг в таверну вошли несколько рослых широкоплечих эна, среди которых оказался и Ксипил. По виду и латам, что носили незнакомцы, Кира сразу узнала в них варья. Поймав на себе ее любопытный взгляд, варья с презрением осмотрели их столик и как будто специально сели неподалеку, не пустив к себе за стол Ксипила. Казалось, Ксипил хотел разделить с варья трапезу, но его оттолкнули, и оскорбленному Ксипилу ничего не оставалось, кроме как с сердитым видом покинуть «Звездочку», бросив напоследок на стол Киры и ее команды полный ненависти взгляд. Варья начали разговаривать на родном языке, и спустя пару громких фраз из-за соседнего стола Антон неожиданно сломал ручку кружки, из которой пил.
– Они говорят что-то о нас?.. – спросила встревоженная Хафза, глядя то на сердитого Антона, то украдкой на соседний стол.
– Это ваши соперники сегодня на турнире, – произнес ровным тоном егерь, отпив из своей кружки вино.
Хафза открыла от удивления рот.
– И что они говорят? – спросил Хэйден, осторожно поглядывая через плечо сестры на сидящих позади варья. Они рассмеялись громоподобным смехом, от чего Хэйден почти подпрыгнул на стуле.
– Что бы это ни было, им явно весело, – буркнул Хэйден, елозя на месте от проснувшейся тревоги.
Реплики и смех чередовались одна за другой, пока в какой-то момент Антон не грохнул кружкой по столу, всполошив не только Киру, близнецов и Тэру, но и тех, кто был неподалеку за другими соседними столами. Посетители таверны оглянулись в их сторону, а егерь молча поменял свою кружку на кружку Антона и предостерегающе качнул головой. Антон нехотя выпил вино, стараясь успокоиться, но смех с соседнего столика от компании варья его все еще сильно злил.
– Давайте уйдем отсюда, – предложила Кира, дождавшись, когда пройдет очередная волна оглушающего смеха. После этого снова раздался чей-то громкий голос на непонятном троице языке, явно обращенный в их сторону. Антон сжал кулаки, с трудом сдерживая гнев, как вдруг на языке варья громко заговорил егерь. Прозвучавшая короткая фраза подействовала на веселых варья отрезвляюще: смех стих, варья с разъяренным видом повскакали с мест, хватаясь за оружие.
Антон поспешил было что-то сказать, чтобы остановить егеря, но тот в ответ на явные угрозы в свой адрес со стороны разозленных варья только хищно улыбнулся.
– Я не варья, не забыл? – произнес егерь, взглянув на Антона, прежде чем встать и взять копье. – Не лезьте, сам разберусь, – не оглядываясь к столу, бросил он, на ходу надев на голову капюшон.
– Но… – Кира растерянно смотрела егерю вслед. Варья пропустили его вперед, угрожающе нависая со скрежетом зубов и тихим рыком, а потом тяжелым шагом вышли за ним на улицу.
Переглянувшись, Кира и близнецы, вскочили с мест и ринулись, как и все прочие посетители «Звездочки», к выходу из таверны, чтобы посмотреть на драку. Кира с трудом протиснулась через толпу зевак, застыв в первых рядах.
Егерь не спешил бросаться в бой, держа копье над щитом, и ожидал первой атаки соперника. Шестеро варья, которых легко было назвать великанами, с азартом размахивали тяжелым и громоздким на вид оружием, окружая егеря со всех сторон. Вырвавшийся в передние ряды зрителей Антон застыл рядом с Кирой, выхватив свою секиру.
Первую атаку нанес самый оскорбленный из варья, ринувшись на егеря с размашистым ударом меча. Теплый вечер вдруг показался присутствующим морозным и ветреным. Магия льда сопровождала могучий удар варья, но не настигла цели – егерь ловко пригнулся от атаки, нырнув под руку соперника к нему поближе, и за несколько секунд оказался сбоку от варья, размахнувшись копьем для колющего удара в незащищенное латами плечо. Нанести удар ему не дали, поскольку сразу же пришлось уворачиваться от тяжелой булавы, нацеленной егерю в голову. Отскочив в сторону, егерь закрылся щитом от атаки магией ветра еще одного варья и оказался среди непрекращающихся тяжелых ударов, в самом центре битвы, не имея шанса отступить в более удобное для боя место. То и дело изворачиваясь и проскальзывая от тяжелых волшебных атак в сторону за считанные мгновения, егерь проявлял чудеса сноровки, которые Кира никогда не видела, и от того варья злились все больше. Их удары становились все яростнее и опаснее, что заметила вся команда Киры, наблюдающая за сражением со стороны.
Выхватив меч, Кира переглянулась с Антоном, понимая, что по-другому нельзя, и с боевым кличем ринулась в бой, блокировав атаку одного из варья, которому захотелось застать егеря врасплох. Близнецы не заставили себя долго ждать и опутали оставшихся трех варья магией – Хэйден приковал одного из них к земле яркой желтой стрелой, а Хафза начала пугать рослых магов-варья магией огня в виде опутавших ее руки змей, то и дело кидающихся в атаку по ее негласному приказу. Еще одного варья взял на себя Антон. Помимо тяжелых ударов их оружия округу сотрясали и громкие резкие выкрики. Кира не понимала ни слова из того, что говорил варья сердитому Антону, но судя по состоянию Антона, разговор выходил грубым и опасно горячим. Разъяренный Антон так ударил секирой по земле, что все стоящие рядом почти что рухнули на землю, а его соперник пошатнулся и потерял баланс, упав на спину. Но и егерь, оказавшийся недалеко от их сражения, тоже не удержался на ногах.
Кира заметила его слишком поздно, равно как и ринувшегося в бой воина-варья, заносящего на егеря булаву.
– Сзади! – крикнула Кира, но оказалось слишком поздно. Когда егерь начал оглядываться назад, булава уже неслась на него наискось, овеянная магией ветра. Получив сильный удар в спину, егерь отлетел в сторону, тяжело упал на землю и встать так и не смог. Тэру с ужасом в глазах упала рядом на колени, пытаясь понять, почему ее лечащие чары не сработали. Запыхавшаяся Кира рухнула рядом, посмотреть, что случилось, и растерянно окликнула близнецов.
– Хафза! Хэйден! – позвала она, не узнав собственного голоса.
Близнецы отступили от своих соперников, прикрывая Тэру и Киру, а Антон, увидев, что егерь не вставал, с диким ревом размахнулся секирой и начал рубиться со всеми варья разом, отталкивая их как можно дальше от друзей. Прорычав что-то на родном языке, Антон повторил ту же фразу таким громким и разъяренным тоном, что вздрогнули даже стоящие рядом наблюдатели. Все зеваки быстро разбежались кто куда от ярости, что полыхала в глазах Антона. А варья-соперники, огрызнувшись, отступили назад и в итоге с презрительными усмешками ушли от таверны. Разогнав толпу, Антон убрал секиру себе за спину и кинулся к егерю, над которым безрезультатно колдовала Тэру. Кира сердито взглянула на обоих, когда Антон и Тэру начали разговаривать между собой на языке варья, не считая должным объяснить, что происходило близнецам и ей самой. Решительно кивнув Тэру, Антон взял потерявшего сознание егеря на руки и поспешил по улице в сторону городских ворот. Тэру взлетела на крыльях и вскоре скрылась из виду, оставив растерянных близнецов и Киру позади. Схватив копье егеря, которое тот выронил, когда упал, Кира побежала следом за Антоном.
Pulsuz fraqment bitdi.