– Ха-ха, это была смешная шутка, Эмберлин. А теперь давайте вернемся к серьезному разговору. – Муж сцепил ладони и положил на них подбородок.
– А я абсолютно серьезна. Мне очень нравится это поместье. Особенно близость бескрайнего моря и красота прозрачных, будто бы ледяных, стен. Да, согласна, после южных, покрытых зеленью и пестрящих цветами пейзажей здешняя природа выглядит тускло и удручающе. Но это лишь на первый взгляд. Этому месту просто не хватает женской руки. И, может быть, немного семян растений, рынка… и небольшого порта.
На меня посмотрели как на чудо-юдо двухголовое. Которому по обеим головам прилетело молотком. Даже господин лекарь слегка закашлялся и с явным трудом подавил рефлекторное движение. Кажется, он хотел пощупать мой лоб.
– Что ж, тогда скажу прямо. У меня есть другая. Была еще до вас, если быть точнее. И мы планировали пожениться. Вплоть до… приказа свыше. – Мужчина скривился, показывая, насколько поперек горла ему стоял этот «приказ».
– Я помню. – Прятать улыбку в мороженом оказалось на редкость удобно. Еще удобнее ронять фразы, так или иначе провоцирующие собеседника излагать подробности самостоятельно.
– Тогда что за цирк вы устраиваете каждый мой приезд?!
– Цирк? – В моем роду евреев не было. А жаль. Боюсь, без практики не получится бесконечно отвечать вопросом на вопрос.
– То топитесь, то скандалите, то вот… с ума сходите. Подпишите уже эти демоновы бумаги!
– Схожу с ума?
Кажется, меня сейчас на самом деле стукнут. Или ложкой по лбу, или кувшином по затылку.
Надо отдать должное лорду Оверхольму – мужик сдержался. Только какое-то время свирепо сопел в свою креманку с ванильным лакомством и пронзал меня огненным взглядом.
– Мальчик, хватит дурить, – вмешался вдруг господин лекарь. – Неужели ты не видишь, что леди настроена поторговаться? И я ее, признаться, понимаю.
– Пусть на рынке с гремлинами торгуется. А мне, будьте добры, изложите уже ваши условия. Четко, прямо, без умалчивания и женских томных вздохов. Достали, сил нет!
– Деньги, эквивалентные моему приданому, земли в здешних местах и… любовника! – твердо озвучила я, глядя лорду прямо в глаза.
– А может, мне просто самому вас утопить?! Где я возьму вам сразу столько де… Стойте… любовника?!
– Любовника?! – эхом повторили лекарь с пажом.
– Могли бы – давно бы утопили, – мстительно заметила я. – Любовника, вы правильно расслышали.
– Да я и сейчас могу. Ваша тяга к суициду еще со свадьбы половине двора известна!
– Вы для этого слишком мужчина. – Я насмешливо пожала плечами. – Вас раньше совесть замучает.
– Ар-р-р-р! – сказал муж. – Ради такого дела я могу один раз поступиться принципами и задушить совесть!
– И потом каждую ночь видеть кошмары с моим участием.
– Серьезная угроза, – хохотнул старик лекарь. – Насчет денег все понятно. Но зачем вам земли Оверхольма и… кхм… ваше последнее требование?
– Любовник? – Я не стеснялась называть вещи своими именами. – Ну знаете. Муж со мной в брачные отношения так и не вступил, уж не знаю почему. В перспективе то ли монастырь, то ли судьба одинокой старой девы. В то время как этот бесчестный человек, – я сделала страшные глаза в сторону лорда, – тут же побежит жениться на другой и будет получать все прелести жизни до самой старости. А мне? Вздыхать о несбывшемся? Слушать, как за моей спиной люди шепчутся о том, что я никуда не гожусь в постели? И поэтому со мной развелись? Ну уж нет. Если развод, так пусть у него хоть повод будет настоящий. Любовник – прекрасное оправдание. И приятно, и полезно.
Ну и? Подумаешь. Чего они таращатся на меня так, словно хором подавились мороженым? За спиной, кстати, тоже мертвая тишина. Я даже обернулась и посмотрела: может, Патрик уже лежит в обмороке?
Нет, не лежит. Но судя по бледному лицу и трясущимся губам – собирается.
– И любовника я выберу сама.
– Эм, как? И где? – слегка оттаял муж. Ну как оттаял. Перестал выглядеть охреневшей статуей. Стал похож на охреневшего живого человека.
– А где их обычно берут в этом королевстве знатные дамы? На балах? – Я, если честно, тоже задумалась.
– То есть вас еще и на бал собрать? Может, сразу на императорский?
– Вы хотите развода в ближайшее время или нет? Я могу и подождать, – напомнила я.
– Вроде как в столице было специальное заведение для таких нужд, – вмешался в наш разговор лекарь. Вот сразу видно профессиональный цинизм и умение перейти от ханжества к делу. – Где скучающие свободные аристократы ищут плотских удовольствий.
– Это то, где все в масках? – пискнуло вдруг из-за моей спины. Пискнуло и аж задохнулось от ужаса, зажав себе рот обеими ладонями.
– Да, именно оно. Это не бордель, а, скорее, гостевой дом. Где собираются исключительно обеспеченные и титулованные, но желающие анонимности. Потому если леди обнаружат там, то осуждать, конечно, будут, но не сильно. Тем не менее вполне подходит в качестве адекватной причины для развода. Как вам такой вариант?
– Любовник из дома ледяных масок стоит бешеных денег! – возмутился лорд Оверхольм. – Да, его не покупают, но… вряд ли вы захотите иметь дело со старым пердуном, решившим на пенсии поиграть в козленочка. Молодые же мужчины из мелкой знати в таких местах ищут богатых титулованных покровительниц, а не юных неопытных девствениц!
– Ну ничего. – Я солнечно улыбнулась. – Развод в любом случае дело затратное. Просто добавьте еще одну статью в расходы на это мероприятие. Неужели ваша трепетная любовь к подруге детства не стоит такой мелочи?
– Давайте будем мыслить адекватно. Размер вашего приданого был велик, не спорю. Но вот я-то не получил из него даже медяка! Конечно, мне его «обменяли» на земли, но земли тоже не золотой рудник, в них надо вкладываться!
– То есть титул лорда севера ничего не стоит? И эти земли не ценны для вас совсем? Отлично, я согласна взять натурой.
– Чего? Какой натурой? – Глаза лорда полезли на лоб.
Паж за моей спиной все-таки свалился в обморок.
– Замком, побережьем, правом торговли в столице, окрестными поселениями моряков, – принялась терпеливо перечислять я, искоса глядя, как у Патрика дрожат ресницы. Маленький притвора! Из его коротких обмолвок во время прогулки мне стало понятно, что здесь действует что-то вроде нашего средневекового крепостного права. То есть простые жители продаются, передаются и наследуются вместе с землями. Вот их бы мне и заполучить. Уж точно не обижу.
– Все отдать не смогу, владения пожалованы лично королем. И даже если передам, у вас их мгновенно отберут – земля пограничная. А вы на военачальника, способного в случае чего отбиться от нападения северных великанов, не тянете. И сами вы такую ношу вряд ли согласны тянуть.
Оп, а что за великаны? И Патрик не упоминал ни о каких границах.
– Значит, оформим совместное владение. Или вы передадите мне право пользования землей в аренду лет на пятьсот, например, – живо нашлась я. Почва под ногами приобрела твердость, несмотря на то что местное законодательство для меня пока темнее темного леса. Но привычная мне торговля уже началась, и сразу стало легче дышать и соображать.
– То есть воевать за Оверхольм буду я, а владеть вы? У вас либо совесть утопилась, либо чувство самосохранения – предлагать мне такой абсурд! – мгновенно возмутился мужчина.
– Вы в любом случае будете воевать, – напомнила я. – Это ваша профессия. К тому же аренда подразумевает, что я стану вам за нее что-то платить. Вряд ли много, конечно, особенно поначалу. Но…
– То есть вы станете кем-то вроде вассала? И ежегодно будете выплачивать налог? – Вот теперь и в глазах лорда Оверхольма появилась заинтересованность.
– Размеры которого мы обговорим заранее! В процентах от извлеченной прибыли, – торопливо обозначила я.
– А если прибыль будет размером с птичьи слезы?
– В ваших интересах, чтобы не было размером со слезы. Если тут не начнут шляться великаны и прочие нежелательные личности, что-то заработать получится в любом случае. Я сама не хочу жить впроголодь, при том что даже не прошу о каком-то дополнительном денежном обеспечении с вашей стороны. А вы только представьте, сколько женщине нужно «на булавки».
– Еще и денежное обеспечение?!
– Только на стадии любовника. Дальше сама разберусь.
– Тьфу! – Лорд резко вспомнил о последнем условии и скис. – Дался вам этот… Ладно. Вы дадите нерушимое слово, что подпишете бумаги, как только я обеспечу ваши желания? Отлично. Будут вам земли, деньги и… хм… любовник.
М-да. Когда я требовала любовника, как-то не учла, что на диком берегу северного моря таких не водится. За ними надо ехать в столицу, в то самое заведение ледяных масок. Интересно, почему ледяных?
Самое главное, что муж, что паж – один в полный голос, другой трагическим шепотом – заверяли меня, что дом ледяных масок – ни разу не бордель. Все очень прилично. Хотя и неофициально.
Интересные дела. Ненужных жен тут сплавляют в монастырь, но при этом все кому не лень надевают маску и идут развлекаться с посторонними товарищами в «приличное заведение».
А как же установление отцовства? Не настолько я невежественна в истории, чтобы не помнить: институт брака и добрачной женской девственности вообще придумали с одной целью – обеспечить именно свое потомство накопленными богатствами. Так сказать, передать генетический материал в будущее. Свой, а не чужой.
Тут, конечно, до брака действительно ни-ни. Девушкам, в смысле. А потом гуляй, душа, получается?
Впрочем, скоро все выяснилось. Одно из правил дома масок – полная бесплодность случайного партнера. В смысле, маска, которую надевает фигурант, не просто так тряпочка на лице. Это магический конструкт, из магического же льда, который полностью скрывает личность и заодно обеспечивает противозачаточный эффект.
Капец как странно, надеваешь на лицо, а эффект… ну… там. Интересно, как у них выглядят прокладки? Тьфу… о чем я думаю?
С другой стороны, о чем еще думать, сидя в тряской карете между мужем и пажом? Не о лекаре же, хотя тот и устроился напротив, всю дорогу с меня глаз не сводит.
– Значит, едем за маской? – в который раз уточнила я, когда окончательно заскучала. До «стационарного перехода» было больше пяти часов пути на колесах и копытах.
– Нет, сначала в столичную резиденцию. Потом в ателье. Потерпите, леди, не стоит заранее выпрыгивать из юбок. Раз я пообещал, будет вам любовник, – процедил лорд муж. Он, удостоверившись в моем упорном бесстыдстве, тоже перестал стесняться. И больше всего, помимо затрат на любовника, мы торговались за количество земли, которую я хочу в собственность.
Я, кстати, не забыла уточнить, что вместе с компенсацией за приданое забираю пажа и… господина лекаря. Судя по обалдевшим лицам переговорщиков, такого заявления никто не ожидал. Пришлось пояснить: когда я получу развод, у меня не останется никакой медицинской помощи. А я женщина слабая, хрупкая и южная. Поэтому хочу, чтобы господин Торстен остался моим лечащим врачом независимо от моего семейного положения.
Муж сначала упирался:
– Господина Торстена я вам «отдать» не могу. И не потому, что я столь жаден, а просто потому, что он вольный человек. Это вы, южане, привыкли к рабам, на севере нет такой отвратительной практики.
– Брось, мальчик, – неожиданно рассмеялся сам господин Торстен. Он к этому моменту уже переварил мою оригинальность и наблюдал за нами с большим интересом, только попкорна не хватало в руках. – Я с удовольствием продолжу обслуживать леди как лекарь. Тебе же будет спокойнее, если бывшая жена останется под… присмотром. Учеников я хороших воспитал, тебе хватит.
Потом мы обсудили количество деревень на побережье, две достаточно удобные бухты и тот самый замок из камня, похожего на лед. Торговались как на верблюжьем базаре. Кажется, в какой-то момент за азартом даже немножко позабыли, что все затеяно ради развода, а не для того, чтобы я стукнула упертого лорда вазой по голове, а он придушил меня скатертью, шелковые кисти которой стискивал и дергал в особенно горячие моменты спора.
– Значит, аренда на пять лет с возможностью продления договора. Если за это время земля не начнет приносить хотя бы минимальный доход, держать вас в качестве арендатора мне будет незачем! И вы мирно и добровольно уйдете в монастырь! – подвел итог муж спустя три часа. И закашлялся, знаком попросив у лекаря кубок с вином.
Я только кивнула. Поскольку под конец мы уже орали друг на друга в голос и оба охрипли, горло следовало поберечь. Теплое вино с пряностями от Патрика пришлось очень кстати.
– Но только добавьте пункт о том, что вы обязаны продлить аренду, если доход все же будет. А то откуда мне знать, что для вас «минимальный»?! Так вы на любую сумму сможете заявить, что она недостаточна!
– Хорошо. – Лорд постучал пальцами по столешнице. – Сто золотых в год. Это примерный доход с одного хорошего торгового каравана. Если вы сможете добиться хотя бы таких результатов, продление аренды не заставит себя ждать.
– Хм… а сколько стоит, допустим, платье? – Я не разбиралась в местных ценах от слова «совсем», а потому спросила про первое, что в голову пришло, дабы прицениться.
– И вот она утверждает, что может что-то заработать! – раздраженно выдохнул лорд Оверхольм.
– У меня не было возможности разобраться в ценах новой родины, вы ведь не позаботились о моем гардеробе! – язвительно вернула подачу я. О таких подробностях мне уже поведал между делом Патрик. Точнее, я просто вспомнила его стенания по поводу того, что бедная леди вынуждена носить позапрошлогодние, еще девичьи, наряды, в то время как… и так далее.
Муж насупился. И быстро свернул беседу, объявив, что, раз такое дело, мы возвращаемся в столицу немедленно. Прямо вот даже на ночлег не останемся. И если я не успею собрать вещи за полчаса – это моя проблема.
Козел! Горный! Но хотя бы вменяемый, в смысле – торговался адекватно. Может, я даже не буду его ненавидеть. Потом, после развода, когда вылечу нервы, смирюсь, что интернет и теплый сортир остались в недосягаемой дали прошлой жизни, а у меня под боком окажется не менее теплый любовник. Из которого я, кстати, тоже намерена извлечь пользу. Не только ж за-ради постельных утех я его себе затребовала.
Независимый мужик, молодой да шустрый, амбициозный, раз пошел в маски ради покровительства богатой дамы. Как минимум лишний источник информации. Когда буду выбирать – надо совместить: чтобы и внешность как минимум приятная, и образование не ниже высшего. Тут ведь есть образование у мужчин?
Интересно, а в том «не борделе» вообще можно задать критерий, как в Тиндере? У поступающих в маски спрашивают какое-нибудь резюме, например? Ну, вроде как не только чтоб в постели, но и развлечь умными беседами? Или хотя бы стихи зачитать.
Ладно, на месте разберусь. А пока – здравствуй, стационарный переход. Это что, телепорт, что ли? Ого… так. Так. Профессиональный логист во мне заинтересованно встрепенулся. Это ж сколько мы с этим портальчиком наворотить-то можем. Как бы только заполучить себе пару… десятков таких прелестей.
– Вот тут будут твои покои до развода. Их скоро приберут, никто не ждал гостей. – Лорд Оверхольм показал рукой на красивую, даже можно сказать, роскошную, но полностью обезличенную комнату светло-бежевого цвета. Явно гостевая. Ладно, от хозяйских супружеских покоев я б, наверное, и сама отказалась.
– Боковая комната для пажа. Учитывая твою страсть к молодым любовникам, селить его отдельно необязательно, – между тем продолжал язвить муж. Как его зовут, кстати? В смысле, лорд Оверхольм – это то ли титул, то ли фамилия, но никак не имя. Спросят – а я и не в курсе.
Впрочем, это я еще успею выяснить. Пока надо бы отреагировать на пассаж про пажа. Меня тут в педофилии почти обвинили.
Одна беда, пока я про имя мужа думала, момент ответить на язвительную реплику оказался упущен. Я ее вроде как… проигнорировала. И это неожиданно оказалось самым удачным вариантом.
Муж фыркнул, не дождавшись возмущения.
А я пожала плечами:
– Раз у меня нет молодых служанок и горничных, остается надеяться только на него. Порой я даже задумываюсь, а не попросить ли Патрика помочь с омовением. Тяжело до спины дотягиваться.
– Еще чего! – неожиданно взвился лорд.
Мой вопросительный взгляд остановил его на взлете и вызвал недовольное бурчание. И как это понимать? Сам не ам и другим не дам? Так даст же, на любовника уже согласился.
– Ладно, поступай как хочешь. Но если доиграешься, знай – в случаях, когда распутство замужней женщины становится известно повсеместно, ее согласия на развод и не требуется. Коли собралась ставить мне рога, делай это хотя бы… культурно. Тем более что пажу ты тоже сильно испортишь репутацию. А у Шелдонов она и так не кристальная. Иначе бы его тебе в услужение не отдали.
Патрик, всю дорогу гревший уши возле двери, от этих слов поник и побледнел даже больше, чем когда я упомянула помощь в омовении.
Шелдон, значит. Патрик Шелдон. Надо запомнить. Хоть записную книжку заводи для их нерусских имен, право слово. Хотя у меня память тренированная, в нашей компании кто только не работал. И Ким Па Люй, и Хунь Дзынь, и Иль Там Суй, и Насрулло Бердымухаммадович Адылов, и даже Мария-Магдалена Генриховна Паккар. Особенности крупных портовых городов и транснациональных компаний, так сказать.
– То есть в доме масок дамы репутацию не теряют? – уточнила я на всякий случай.
– Нет, – коротко и резко отрезал муж, недовольно поджав губы. По его лицу было видно, что теряют, и еще как, но для развода и серьезных пересудов это не повод. Интересная все же у них система. В маске можно с кем попало, а без маски – сразу блудница? Хотя, учитывая противозачаточные свойства магического льда, из которого эти маски создаются… аристократы точно знают, что никаких бастардов там не нагуляешь. Возможно, именно в этом и кроется секрет их лояльности? С учетом того, что большинство свадеб здесь играется по сговору, а не по любви, возможно, это не такая уж и плохая практика. Так сказать, днем ты благочестивая леди, вся в делах-детях-балах, а вот ночью, в маске… можно и отвести душу.
– Леди, что же вы творите?! – трагически прошептал Патрик, как только муж с задранным носом удалился восвояси. – Как вам такое в голову пришло?! Вы ведь были такой хорошей девушкой! Такой… такой…
– Хорошие девочки редко живут хорошо и долго, – наставительно заметила я, по очереди обходя все шкафы и открывая дверцы. Пусто, как я и думала. Впрочем, обновленный гардероб мне уже обещали. Причем, что главное, за счет пока еще мужа. – А вот хорошие мальчики могут выбирать… насколько им эта хорошесть мешает жить. Понимаешь?
– Леди, я не могу помочь вам с омовением! – залился зарей подросток, как-то по-своему истолковав мои слова. – Вы же мне как… как…
– Как сестра? – уточнила я. – Ну вот и не говори глупостей, это я просто мужа дразнила. А тебя развращать никто не собирался.
– Правда? – Мне показалось или в глазах мальчишки все же мелькнула тень разочарования? Но он тут же себя одернул, причем в прямом смысле – за лацканы камзола. Затем и вовсе растрепал на себе волосы и посмотрел в мою сторону с толикой осуждения. Похоже, парнишка теперь винит леди в своих «жутко непристойных» мыслях.
– Правда. Лучше иди и найди, где здесь можно взять еду в обход столовой. Господин муж отбивает мне аппетит одним своим кислым видом. Надо иметь запас в комнате.
– А по вам не скажешь, что отбивает, – пробурчал Патрик. – В последние дни вы едите как дикарка с севера, а не утонченная южная леди.
– Да, нас частенько так называют. Особенно всякие столичные веганы, – со смешком прошептала я, чтобы убегающий Патрик не услышал.
Так, его светлость лорд муж дал мне пару часов на сборы в ателье. Что именно мне надо собирать, я так и не поняла. Может, накраситься? Как тут вообще с косметикой и из чего она состоит? Мне бы не хотелось капать белладонну в глаза, чтобы сделать их «глубокими и сияющими», или пудриться свинцовыми белилами.
Но никакой косметики в тех вещах, которые собрал для меня в ледяном замке Патрик, не нашлось. А в пустом трюмо с роскошным трехсторонним зеркалом тем более ничего не было.
Я пожала плечами, завела руки за спину и ослабила шнуровку на корсаже. Пару раз потренировалась и але – затянуть это платье на себе я еще не могу, а вот ослабить… потому что наемная горничная в гостинице, где у нас была промежуточная ночевка перед еще одним порталом в столицу, постаралась от души и едва не выдавила из меня все внутренности. Даже строгий окрик не помог. А спорить и ругаться у меня времени не хватило. Лорд Оверхольм налетел, бросил горничной чаевые и потащил меня в экипаж. Вроде как мы по расписанию переходов чуть не опоздали.
Мода на осиную талию, особенно после плотного завтрака, не вызвала у меня теплых чувств от слова «совсем». Потому, как тот ребенок, которого решили научить плавать проверенным дедовским методом бросания в озеро, незаметно ослаблять корсаж я научилась сразу. Я думаю, тут такой навык есть буквально у каждой уважающей себя леди с младенчества.
Ну вот и все. Я вполне готова ехать куда угодно. Сейчас Патрик притащит пару булочек, я подкреплюсь, и…
– Где она?! – Звонкий девичий голосок доносился непонятно откуда. То ли со стороны окон, то ли из коридора. Что-то не везет мне с дамами в этом мире. То домомучительница волком смотрела, то теперь какая-то птичка-мелодичка. Я ведь почему-то уверена, что «она», которую так истерически разыскивает неизвестная, – я и есть.
Pulsuz fraqment bitdi.