На конференции, проходившей во дворце Цецилиенхоф в Потсдаме с 17 июля по 2 августа 1945 года, рассматривался ряд вопросов помимо Германии, так что полный отчет о ее заседаниях, для которого в любом случае не хватает опубликованных материалов, в данной книге был бы неуместен. Но, дабы была понятна остальная часть истории, необходимо изложить решения, касающиеся Германии. Они делятся на три основные группы: a) принципы обращения с Германией в начальный период контроля, б) решения о репарациях Германии, в) урегулирование западной границы Польши, с которым были тесно связаны положения об «упорядоченном перемещении немецкого населения»29.
а) Принципы обращения с Германией в начальный период контроля в основном основывались на проекте, подготовленном Госдепартаментом весной 1945 года. Он составлялся в духе директивы JCS № 1067. Параграф 13, конечно, содержал отголосок требования Моргентау о пасторализации, но мало кто мог спорить с указанием уделять «первостепенное внимание развитию сельского хозяйства и мирной отечественной промышленности» – за исключением, пожалуй, его расплывчатости. Подчеркивалась необходимость децентрализации, но всякая идея расчленения (практически решенная в Ялте) исчезла. Германию не только следовало рассматривать как единую экономическую единицу, но и нужно было создать определенные «важные германские административные департаменты», предположительно для того, чтобы сделать возможным проведение общей политики, согласованной в пункте 14. По словам Бирнса, эти положения были приняты без особых споров.
ПРИНЦИПЫ ОБРАЩЕНИЯ С ГЕРМАНИЕЙ В НАЧАЛЬНЫЙ ПЕРИОД КОНТРОЛЯ
A. Политические принципы
1. В соответствии с Соглашением о механизме контроля в Германии верховная власть в этой стране осуществляется по поручению соответствующих правительств главнокомандующими вооруженными силами Соединенных Штатов Америки, Великобритании, Союза Советских Социалистических Республик и Французской Республики, каждым – в своей зоне оккупации, а также совместно в вопросах, затрагивающих Германию в целом, в их качестве членов Контрольного совета.
2. Насколько это практически возможно, на всей территории Германии должно быть обеспечено единообразное обращение с немецким населением.
3. Целями оккупации Германии, которыми должен руководствоваться Контрольный совет, являются:
1) Полное разоружение и демилитаризация Германии и ликвидация или контроль над всей германской промышленностью, которая может быть использована для военного производства. Для достижения этих целей:
a) все сухопутные, морские и воздушные силы Германии, СС, СА, СД и гестапо со всеми их организациями, штабами и учреждениями, включая Генеральный штаб, офицерский корпус, резервные корпуса, военные школы, организации ветеранов войны и все прочие военные и полувоенные организации, а также все клубы и ассоциации, служащие сохранению военных традиций в Германии, должны быть полностью и окончательно ликвидированы таким образом, чтобы навсегда предотвратить возрождение или реорганизацию германского милитаризма и нацизма;
б) все оружие, боеприпасы и орудия войны и все специализированные предприятия для их производства должны быть предоставлены в распоряжение союзников или уничтожены. Должно быть предотвращено содержание и производство всех самолетов и всего оружия, боеприпасов и орудий войны.
2) Убедить немецкий народ, что он потерпел полное военное поражение и не может избежать ответственности за то, что сам на себя навлек, поскольку его собственная беспощадная война и фанатичное сопротивление нацистов разрушили экономику Германии и сделали неизбежными хаос и страдания.
3) Уничтожить национал-социалистическую партию и связанные с ней и контролируемые ею организации, распустить все нацистские институты, не допускать их возрождения ни в какой форме и пресекать любую нацистскую и милитаристскую деятельность или пропаганду.
4) Подготовиться к возможному восстановлению политической жизни Германии на демократической основе и к возможному мирному сотрудничеству Германии в международной жизни.
4. Все нацистские законы, обеспечившие основу гитлеровского режима или установившие дискриминацию по признаку расы, вероисповедания или политических убеждений, должны быть отменены. Недопустима никакая подобная дискриминация, будь то юридическая, административная или иная.
5. Военные преступники и лица, принимавшие участие в планировании или осуществлении нацистских предприятий, связанных или приведших к зверствам или военным преступлениям, должны быть арестованы и преданы суду. Нацистские лидеры, влиятельные сторонники нацизма и высокопоставленные должностные лица нацистских организаций и учреждений, а также любые другие лица, опасные для оккупации или ее целей, подлежат аресту и интернированию.
6. Все члены нацистской партии, принимавшие более чем номинальное участие в ее деятельности, и все прочие лица, враждебные целям союзников, должны быть удалены с государственных и полугосударственных должностей, а также с ответственных постов на важных частных предприятиях. Такие лица должны быть заменены теми, кто по своим политическим и моральным качествам считается способным содействовать развитию подлинных демократических институтов в Германии.
7. Образование в Германии должно контролироваться таким образом, чтобы полностью искоренить нацистские и милитаристские доктрины и сделать возможным успешное развитие демократических идей.
8. Судебная система будет реорганизована в соответствии с принципами демократии, правосудия по закону и равных прав для всех граждан, независимо от расы, национальности и религии.
9. Управление в Германии должно быть направлено на децентрализацию политической структуры и развитие ответственности на местах. С этой целью:
1) на всей территории Германии на демократических принципах и в рамках военной безопасности и в соответствии с целями военной оккупации должно быть восстановлено местное самоуправление, в частности, через выборные советы;
2) на всей территории Германии должны быть разрешены и поощряться все демократические политические партии, имеющие право на собрания и публичные дискуссии;
3) представительные и выборные принципы должны быть введены в региональную, провинциальную и государственную (земельную) администрацию так быстро, как это может быть оправдано успешным применением таких принципов в местном самоуправлении;
4) центральное правительство Германии пока создаваться не должно. Однако, несмотря на это, будут учреждены некоторые важные центральные административные ведомства Германии во главе с государственными секретарями, особенно в области финансов, транспорта, связи, внешней торговли и промышленности. Такие ведомства будут действовать под руководством Контрольного совета.
10. В условиях необходимости поддержания военной безопасности разрешается свобода слова, печати и религии, а религиозные учреждения пользуются уважением. При условии поддержания военной безопасности также разрешается создание свободных профсоюзов.
Б. Экономические принципы
11. В целях ликвидации военного потенциала Германии производство оружия, боеприпасов и орудий войны, а также всех типов самолетов и морских судов должно быть запрещено и предотвращено. Производство металлов, химикатов, машин и других предметов, непосредственно необходимых для военной экономики, должно жестко контролироваться и ограничиваться утвержденными потребностями Германии в послевоенное мирное время для достижения целей, указанных в пункте 15. Производственные мощности, которые не требуются для разрешенного производства, должны быть вывезены в соответствии с планом репараций, рекомендованным Союзной комиссией по репарациям и утвержденным соответствующими правительствами, или если не вывезены, то уничтожены.
12. В самые кратчайшие сроки экономика Германии должна быть децентрализована с целью устранения нынешней чрезмерной концентрации экономической власти, примером которой являются, в частности, картели, синдикаты, тресты и прочие монополистические структуры.
13. При организации германской экономики основное внимание должно уделяться развитию сельского хозяйства и мирной отечественной промышленности.
14. В период оккупации Германия будет рассматриваться как единая экономическая единица. С этой целью должна проводиться общая политика в отношении:
1) добычи полезных ископаемых и промышленного производства и их распределения;
2) сельского хозяйства, лесного хозяйства и рыболовства;
3) заработной платы, цен и продовольственных норм;
4) программы импорта и экспорта для Германии в целом;
5) валюты и банковского дела, центрального налогообложения и таможни;
6) репараций и ликвидации промышленного военного потенциала;
7) транспорта и связи.
При применении этих принципов должны учитываться, где это необходимо, различные местные условия.
15. Контроль союзников должен применяться к германской экономике, но лишь в той мере, в какой это необходимо:
1) для реализации программ промышленного разоружения и демилитаризации, репараций, одобренного экспорта и импорта;
2) для обеспечения производства и обслуживания товаров и услуг, необходимых для удовлетворения потребностей оккупационных сил и перемещенных лиц в Германии и необходимых для поддержания в Германии среднего уровня жизни, не превышающего среднего уровня жизни европейских стран (под европейскими странами понимаются все европейские страны, за исключением Великобритании и Союза Советских Социалистических Республик);
3) для обеспечения в порядке, определенном Контрольным советом, справедливого распределения основных товаров между несколькими зонами с тем, чтобы создать сбалансированную экономику на всей территории Германии и уменьшить потребность в импорте;
4) для контроля германской промышленности и всех экономических и финансовых международных операций, включая экспорт и импорт, с целью предотвращения развития военного потенциала Германии и достижения других целей, указанных в настоящем документе;
5) для контроля всех германских государственных или частных научных органов, исследовательских и экспериментальных учреждений, лабораторий и т. д., связанных с экономической деятельностью.
16. При введении и поддержании экономического контроля, установленного Контрольным советом, должен быть создан германский административный аппарат, и от германских властей в максимально возможной степени потребуется провозгласить и взять на себя управление таким контролем. Таким образом, до сведения немецкого народа должно быть доведено, что ответственность за администрирование такого контроля и за любой срыв этого контроля будет лежать на нем самом. Любой германский контроль, который может противоречить целям оккупации, будет запрещен.
17. Должны быть незамедлительно приняты меры:
1) для проведения необходимого ремонта транспорта;
2) для увеличения добычи угля;
3) для максимального расширения производства сельскохозяйственной продукции;
4) для проведения аварийного ремонта жилья и обеспечения основных коммунальных услуг.
18. Контрольным советом будут предприняты соответствующие шаги для осуществления контроля и права распоряжения принадлежащими Германии внешними активами, еще не находящимися под контролем Объединенных Наций, принявших участие в войне против Германии.
19. Выплата репараций должна оставлять достаточно ресурсов, чтобы дать возможность немецкому народу прожить без внешней помощи. При выработке экономического баланса Германии должны быть предусмотрены необходимые средства для оплаты импорта, одобренного Контрольным советом в Германии. Для оплаты такого импорта в первую очередь должны использоваться поступления от экспорта из текущего производства и запасов.
Вышеуказанное положение не будет применяться к оборудованию и продукции, упомянутым в пункте соглашения о репарациях (см. ниже).
Комментария заслуживают три момента. Во-первых, высказывались призывы к проведению согласованной политики (пункт 14), но она так и не была согласована. Разумеется, предполагалось, что все эти меры должны определяться Контрольным советом. Но это был четырехсторонний орган, который мог действовать лишь при согласии всех четырех членов, а на практике оказалось невозможным выработать общую политику по ряду вопросов (например, по валютной реформе), поскольку Совет не смог прийти к согласию. Западные державы не хотели действовать самостоятельно в вопросах, отнесенных Потсдамскими решениями к компетенции центральной власти, и поэтому на некоторое время ряд насущных проблем пришлось отложить. Но к моменту принятия Потсдамских решений русские без консультаций с союзниками уже взяли на себя обязательства по земельной реформе, репарациям и линии Одер-Нейсе. Если они собирались так действовать и дальше, то предположение о том, что Контрольный совет сможет согласовать общую политику, выглядело довольно смелым.
Во-вторых, пункт, призывающий к проведению единой политики, заканчивается тем, что, при всей видимости разумности, предусматривается, что при ее применении «при необходимости учитываются различные местные условия». Это одна из тех удобных фраз, которые один американский политик однажды назвал «уклончивыми» и которые, в руках умелых адвокатов, могут быть использованы для того, чтобы уйти от тех обязательств, которые в противном случае казались бы «железобетонными». Включение такого положения в любое соглашение, где добросовестность всех сторон не может считаться само собой разумеющейся, чревато неприятностями.
В-третьих, внимательное изучение покажет, что действие этих пунктов зависит от расплывчатой концепции уровня жизни, который должен быть разрешен для Германии, и в этом решающем пункте используемые формулировки выглядят наиболее неудовлетворительными.
После указания в директиве JCS № 1067 о том, что основные стандарты жизни не должны оказаться «на более высоком уровне, чем тот, который существует в любой из соседних Объединенных Наций», контрольным органам предписывается обеспечить производство товаров и услуг, «необходимых для поддержания в Германии среднего уровня жизни, не превышающего средний уровень жизни в европейских странах». Большая часть последующих обсуждений начиналась с предположения, что Германии обещаны стандарты, равные среднеевропейскому уровню, и трудно понять, какой другой эффект могли оказать слова «обеспечить» и «необходимых для поддержания». Однако можно утверждать, – и впоследствии так и было сделано русскими во время обсуждения «Уровня промышленности», – что слова «не превышающего» лишают эту фразу каких-либо обещаний и гарантий. Если поддержание немецких стандартов на среднеевропейском уровне делало невыполнимыми другие части Соглашения, то, согласно этой интерпретации, положение нужно было урегулировать путем снижения указанных стандартов. И в американском политическом заявлении, опубликованном Госдепартаментом 12 декабря 1945 года, признавалось, что «поскольку Берлинская декларация не содержит никаких положений относительно уровня жизни в Германии в период оккупации, оккупационные державы не обязаны обеспечивать импорт, достаточный для достижения в Германии уровня жизни, равного среднеевропейскому». Истина заключается в том, что мышление до капитуляции было настолько пропитано идеей сокращения мощи и преимуществ Германии, что не принимало во внимание возможность того, что первоначальной проблемой может оказаться предотвращение снижения немецких стандартов, или (как однажды выразился Черчилль) это будет скорее вопрос удержания Германии от краха, чем ее падения. Соответственно, было сочтено достаточным определить максимальный стандарт, когда на самом деле необходимо было установить минимальный. И на практике взаимосвязь между этим пунктом и всем разделом о репарациях имела большое значение для выполнения Соглашения.
б) Решения о репарациях. Как всегда, русские больше всего были озабочены репарациями, и Бирнс сказал, что эта тема оказалась одним из нерешенных вопросов Потсдамской конференции. Проект текста, который должен был послужить основой для обсуждения, как говорят, был привезен из Москвы Комиссией по репарациям, созданной в Ялте. Но он мог принести относительно мало пользы потому, что Комиссия не смогла достичь какого-либо соглашения по данному вопросу, и потому, что только по прибытии в Потсдам, да и вообще по ходу конференции, англичане и американцы осознали масштабы изъятий.
Они обвиняли русских не только в этом, но и в том, что передача Польше столь значительной территории повлияет на потенциал Германии. Как, спрашивал президент Трумэн, может быть решен вопрос о репарациях, «если часть немецкой территории исчезнет до того, как мы достигнем соглашения о том, какими должны быть эти репарации». Что касается второй жалобы, то русские отрицали, что оба вопроса связаны между собой. В первом случае Майский попытался сформулировать определение военных трофеев, которое оправдывало бы изъятие таких вещей, как ванная сантехника и столовое серебро, но проявил так мало необходимой изобретательности, что впал в немилость к Сталину и навсегда исчез из международной жизни. Затем Молотов откровенно признался в том, что происходит, и предложил в виде компенсации сократить объем претензий. Американцы утверждали, что односторонние действия России сделали невозможным общее решение проблемы репараций. Они утверждали, что справедливое разделение между союзниками стало невозможным теперь, когда один из них уже обошелся без участия остальных и не ведет учет своих приобретений. Единственным удовлетворительным решением в таких обстоятельствах было то, что каждая страна должна была изымать репарации из своей собственной зоны. Это облегчалось тем, что 40 % имеющихся заводов, как считалось, находилось в русской зоне. Если 10-я часть из 60 % предприятий, находящихся в западных зонах, будут дополнительно переданы русским, то их требование о половине от общего объема будет удовлетворено.
Но что собой представляла эта сумма? Сталин и Молотов настаивали на установлении точной суммы и утверждали, что в Ялте была согласована цифра в 20 млрд долларов. Возникла опасность достичь согласия путем ловкого составления чернового проекта. Ведь Комиссии по репарациям было всего лишь поручено взять эту цифру «за основу в своих исследованиях». Бирнс пытался объяснить, что «если вы берете что-то за основу для обсуждения, то не обязательно обязуетесь принять это». Особого успеха он не добился. Однако ему удалось убедить Сталина, что в Потсдаме, по крайней мере, американцы и британцы не собирались называть какую-либо определенную цифру.
«Затем генералиссимус… – говорит Бирнс, – начал торговаться. Сначала он предложил фантастическое увеличение репараций. Затем предложил увеличить с 12 % до 15 % количество капитального оборудования, которое должно быть вывезено из западной зоны в обмен на такие товары, как продовольствие, уголь, лес и так далее. Я сказал, что если он снимет другие свои требования и согласится с двумя другими спорными предложениями, то мы согласимся на 15 %. Он согласился, и вскоре после этого конференция закончилась».
Соглашение о репарациях содержит:
РЕПАРАЦИИ ГЕРМАНИИ
1. Репарационные требования СССР подлежат удовлетворению за счет вывоза из зоны Германии, оккупированной СССР, и за счет соответствующих внешних активов Германии.
2. Репарационные требования Польши СССР обязуется удовлетворить из собственной доли репараций.
3. Репарационные требования Соединенных Штатов, Великобритании и других стран, имеющих право на репарации, подлежат удовлетворению за счет западных зон и соответствующих внешних активов Германии.
4. В дополнение к репарациям, которые должны быть изъяты СССР из своей собственной зоны оккупации, дополнительно из западных зон СССР получает:
1) 15 % пригодного к эксплуатации и комплектного промышленного оборудования, в первую очередь металлургической, химической и машиностроительной промышленности, которое не требуется для германской экономики мирного времени и должно быть вывезено из западных зон Германии, в обмен на эквивалентную стоимость продовольствия, угля, поташа, цинка, древесины, глиняных изделий, нефтепродуктов и прочих товаров, которые могут быть согласованы сторонами.
2) 10 % такого промышленного капитального оборудования, которое не требуется для германской экономики мирного времени и должно быть вывезено из западных зон и передано советскому правительству в счет репараций без оплаты или обмена в любом виде.
Демонтаж оборудования, предусмотренный в подпунктах 1) и 2) выше, должен производиться одновременно.
5. Количество оборудования, подлежащего вывозу из западных зон в счет репараций, должно быть определено не позднее чем через шесть месяцев.
6. Вывоз промышленного капитального оборудования начнется как можно скорее и должен быть завершен в течение двух лет с момента определения, указанного в пункте 5. Поставка продукции, предусмотренной пунктом 4, 1, начнется как можно скорее и будет осуществлена СССР согласованными частями в течение пяти лет со дня заключения настоящего соглашения. Определение количества и характера промышленного капитального оборудования, ненужного для германской экономики мирного времени и потому подлежащего репарациям, производится Контрольным советом в соответствии с политикой Союзной комиссии по репарациям с участием Франции, при условии окончательного утверждения командующим зоной в той зоне, из которой должно быть вывезено данное оборудование.
7. До установления общего количества оборудования, подлежащего вывозу, должны производиться предварительные поставки такого оборудования, которое будет определено как имеющее право на поставку в соответствии с процедурой, изложенной в последнем предложении пункта 6.
8. Советское правительство отказывается от всех претензий в отношении репараций на акции германских предприятий, находящихся в западных оккупационных зонах Германии, а также на германские иностранные активы во всех странах, кроме указанных в пункте 9 ниже.
9. Правительства Великобритании и США отказываются от всех претензий в отношении репараций на акции германских предприятий, находящихся в восточной зоне оккупации Германии, а также на германские иностранные активы в Болгарии, Финляндии, Венгрии, Румынии и Восточной Австрии.
10. Советское правительство не претендует на золото, захваченное союзными войсками в Германии.
Суть Потсдамской схемы заключалась в том, чтобы поставить количество промышленного оборудования, доступного для репараций (в том, что касается западных зон), в зависимость от формулировки общего экономического плана. В Германии необходимо было обеспечить средний уровень жизни не выше среднеевропейского, а в производстве в первую очередь должна использоваться экспортная продукция, необходимая для оплаты импортных товаров, необходимых для того, чтобы немецкий народ мог прожить на этом уровне без внешней помощи. Лишнее промышленное оборудование должно было стать доступным для репараций, и оно должно было включать в себя все военные мощности, подлежавшие ликвидации, и значительную часть отраслей с военным потенциалом, подлежавших жесткому контролю. Оставалось выяснить, сможет ли Германия, разрушенная войной и задыхающаяся от наплыва беженцев, позволить себе потерять промышленность в предусмотренных масштабах и при этом достичь обещанного уровня жизни (если вообще был обещан какой-либо уровень жизни). Судя по имеющимся документам, не проводилось никакой реалистичной оценки осуществимости этих принципов до того, как они были приняты. На конференции согласовали формулу, а не решение – что, вполне возможно, и стало причиной того, что вообще удалось о чем-то договориться. Она была описана как «импровизация, предпринятая в последний момент в отчаянной попытке выйти из затянувшегося тупика». Спорный процесс выяснения того, что данная формула означает на практике, был оставлен Контрольному совету в качестве его первой задачи.
Следует отметить еще два момента. Во-первых, созданная в Ялте Комиссия по репарациям была уполномочена рассмотреть вопрос об использовании труда в качестве средства репараций, но так и не продвинулась в этом направлении, и, похоже, этот вопрос в Потсдаме ни разу не поднимался.
Во-вторых, что более важно, в соглашении не было четкой ссылки на вопрос о репарациях из текущего производства, хотя на дискуссиях в Комиссии по репарациям уже предполагали, что этот вопрос станет спорным. Ялтинский протокол прямо допускал репарации за счет текущего производства, а в преамбуле к германской главе Потсдамского протокола говорилось, что «целью настоящего соглашения является выполнение Крымской декларации по Германии». С другой стороны, пункт 1 Потсдамского соглашения о репарациях говорит лишь о «вывозе» из советской зоны, и не совсем однозначный смысл этого слова дает возможность включить сюда и товары текущего производства30. Однако на первый взгляд решающим является заявление в параграфе 19 Экономических принципов о том, что «выплата репараций должна оставить достаточно ресурсов, чтобы немецкий народ мог прожить без внешней помощи» и что «в первую очередь для оплаты такого импорта должны быть доступны доходы от экспорта товаров текущего производства и запасов». Естественным толкованием этого положения может показаться то, что текущее производство не должно использоваться для выплаты репараций до тех пор, пока не будет оплачен утвержденный импорт. Однако впоследствии русские утверждали, что второе положение не применяется до тех пор, пока не будут выплачены репарации. Когда на это возразили, что раз так, то немцы не могут надеяться достичь обещанного уровня жизни, они прибегли к загадочным словам «не превышая» и отрицали, что обещался какой-либо стандарт. Более того, когда Поули, член Комиссии по репарациям от США, вернулся домой после конференции, он сделал заявление, что о размере и сроках репараций из текущего производства не может быть принято никакого решения, «пока характер и объемы изъятия промышленного оборудования не будут определены союзным Контрольным советом и не будет более четко определена будущая экономика Германии». Он, во всяком случае, не придерживался тогда более позднего американского мнения, что возможность репараций из текущего производства исключалась Потсдамским соглашением.
Потсдамское соглашение представляло собой неудовлетворительный документ, поскольку в одном или двух наиболее важных пунктах оно было либо двусмысленным, либо, в лучшем случае, допускало неверное толкование31. Отсутствовала согласованность между вторым разделом, заранее составленным официальными лицами США, и разделом о репарациях, выработанным в ходе политических переговоров на конференции, а ведь важное значение имела именно глава о репарациях.
Действительно, есть подозрение, что русские так легко согласились с первым разделом потому, что получили достаточно из того, чего хотели во втором разделе, и потому, что не собирались уделять много внимания в своей зоне положениям первого раздела, а также потому, что могли блокировать нежелательную политику, голосуя против нее в Контрольном совете.
в) Урегулирование западной границы Польши. Черчилль и Бирнс рассказывают о решительных усилиях американской и британской делегаций заставить русских осознать опасность передачи полякам такой большой части Восточной Германии и затруднительное положение, в котором окажутся власти, ответственные за Западную Германию, из-за такого потока беженцев. В ответ им твердили, что все немцы бежали из мест, где, кроме поляков, некому будет производить продовольствие. Если Германия нуждается в продовольствии, она должна покупать его у Польши. Сталин сказал, что лучше создать трудности для немцев, нежели для поляков, и чем меньше будет промышленности в Германии, тем больше окажется рынков для той же Великобритании. Бевин, сменив Идена, решительно выступал против новых границ. Но ничто не могло заставить русских и поляков уступить. Западные державы могли только настаивать на том, что окончательная делимитация западной границы Польши должна происходить только после мирного урегулирования. Между тем, однако, они чувствовали, что им придется на время смириться с тем фактом, что эта часть советской зоны находится под польским управлением, и соглашение об этом было зафиксировано в протоколе. Однако, как услуга за услугу, они, похоже, получили согласие русских на раздел «Упорядоченное перемещение немецкого населения» в следующих формулировках:
«Правительства трех стран, рассмотрев этот вопрос во всех аспектах, признают, что необходимо осуществить переправку в Германию немецкого населения или его частей, оставшихся в Польше, Чехословакии и Венгрии. Они согласны с тем, что любая такая переправка должна осуществляться организованно и гуманно.
Поскольку приток большого числа немцев в Германию увеличит нагрузку оккупационных властей, они считают, что Контрольный совет в Германии должен в первую очередь изучить эту проблему, уделяя особое внимание вопросу справедливого распределения этих немцев между несколькими зонами оккупации. В связи с этим они поручают своим соответствующим представителям в Контрольном совете как можно скорее доложить своим правительствам о том, в какой степени обозначенные лица уже проникли в Германию из Польши, Чехословакии и Венгрии, и представить оценку времени и темпов, с которыми можно было бы осуществить дальнейшую переправку, принимая во внимание нынешнюю ситуацию в Германии.
Чехословацкое правительство, Временное правительство Польши и Контрольный совет в Венгрии одновременно информируются об этом и просят тем временем приостановить дальнейшую высылку до рассмотрения соответствующими правительствами доклада их представителей в Контрольном совете».
Результаты Потсдамской конференции, выявленные в последующие годы, оказались глубоко неудовлетворительными, и любой мало-мальски разумный человек может разглядеть семена проблем в самой формулировке Соглашения. Неизбежно возникает вопрос, почему не действовали более решительно. Несомненно, в чем-то это было связано с кадровыми изменениями, которые у британской стороны произошли в самый критический момент конференции. Трумэн и Эттли не могли обладать опытом Рузвельта и Черчилля, хотя следует полагать, что последний, который в случае Трумэна видел трудности, связанные с передачей власти, и который намеренно пригласил Эттли в Потсдам, чтобы обеспечить преемственность, ясно дал понять своему преемнику, что именно считает ключевыми вопросами, стоящими на кону.
Pulsuz fraqment bitdi.