– Что происходит, Прокор? – Йост озирался вокруг, пытаясь разглядеть то, что так упорно высматривали остальные воины, вытягивая шеи и поворачивая озабоченные лица в сторону кормы.
– Погоня, что же ещё? Я особо ничего не разглядел, но солдаты говорят – мол, корабль за нами идёт на парусах чёрных.
– Корабль? – Йост ничего не видел, кроме возвышающейся перед ними надстройки, по верху которой расхаживали скрытые мраком фигуры, что-то высматривая во тьме позади. И был слышен какой-то отдалённый грохот, похожий на ритмичный стук огромного барабана.
– А что с «Летучим Драконом»? Где они?
– Посудина с мордой ящерицы на носу? Говорят, ушла другим курсом, и за ней ещё кораблей пять погналось, – пожал плечами Прокор. – Видать не мы для них главная добыча.
– Вот чёрт, там же Трисса! – не сдержал эмоций Йост. – Мне надо на тот корабль, Прокор. Я поговорю с Рованом…
Йост рванулся было к мостику, где уже приметил знакомую величественную фигуру, но крепкие пальца схватили его за запястье. Он, разозлённый, обернулся и посмотрел на держащего его Прокора: что-то тёмное шевельнулось внутри, но Йост смог сдержать порыв злости и остался в строю.
– Эк как ты на меня посмотрел, – задумчиво проговорил Прокор, отпуская руку Йоста. – Аж мурашки по спине пробежали. Не волнуйся ты за свою подругу: видел я, как она пол-пирса сожгла, защищая нас. И Ровану ты сейчас только надоедать будешь своими бредовыми просьбами.
– Ты прав, Прокор, – вздохнул Йост, стыдясь своей поспешности.
– Вижу я в тебе что-то необычное, недоброе. Что-то мощное и рвущееся наружу. Ты не тот, кем кажешься, совсем не тот.
Йост ошарашенно посмотрел на гнома. Прокор лишь ухмыльнулся.
– Ещё в городе приметил, но подумал – почудилось. Ан нет, как на меня зыркнул, так и глаза твои слегка мигнули светом потусторонним. И холодом как будто повеяло. Да и эти бинты на руках и груди определённо скрывают не просто ожоги.
– Что тебе известно? – шёпотом спросил Йост, оглядываясь на окружающих их воинов, но тем не было дела до их разговора. – И откуда?
– У гномов много сказок и легенд. Про огромных крылатых львов с головами птиц, про мёртвого короля гномов, который до сих пор бродит по нижним туннелям, нападая на одиноких горняков, про затерянный остров – родину всего моего народа. А есть одна про коварных духов, кои могут вселяться в живых и волю их ломать, силой невиданной и тёмной наделяя, – Прокор говорил негромко, так чтобы только Йост мог его слышать. – Этих существ ксартрамами называют у нас; люди же нихлингами их зовут. Но сказки это всё для детей —так я думал, покуда тебя не встретил.
– Ты ошибаешься, – нервно ответил Йост и добавил, соврав. – Я просто маг-недоучка.
– Поверит любой, но не гном, – покачал головой Прокор, не убирая руки с рукоятки своего молота. – Мы – народ древний, и хоть творить волшебство редко можем, но магию чувствуем – её потоки и тех, кто способен управлять ими. Даже тёмных магов, которые не пользуются потоками, а питаются яростью и чужой болью, мы узнаем. Каждый гном ощутит это, а кователь рун и вовсе сразу увидит и всё поймёт.
Йост молчал, не зная, что ответить гному.
– Ты… – палец свободной руки Прокора уткнулся в живот Йосту. – …не маг, но владеешь примитивной магией. Ты очень силён и живуч: я сам видел, как ты сражался, несмотря на смертельные раны.
– Мне просто везло. Это не значит, что я …
Прокор ловким движением пальцев подцепил и сорвал бинт с руки Йоста, обнажая посеревшую кожу и налитые чёрной кровью вены.
– Так и знал, – цокнул языком Прокор, отступая на шаг.
– Ты не понимаешь, Прокор, всё сложно, я и сам запутался, – тихо взмолился Йост, пытаясь спрятать руку; солдаты рядом удивлённо смотрели на них, переглядываясь. – Я не враг тебе.
В этот момент с мачты послышался окрик, и слова на неизвестном Йосту языке унёс порыв слабого ветра.
– Всем приготовиться! – громко скомандовал с капитанского мостика Гедвиг. – Они уже близко.
– Пошёл! – велел Рован, вырастая рядом с Гедвигом и хватаясь за перила. —Держаться крепко!
Гортанный приказ капитана – и паруса когга резко повернулись. Корабль сильно качнуло: Йост едва успел схватиться за какой-то тянущейся по палубе канат. Под жалобный скрип дерева и звук рвущейся парусины «Глеф» начал заваливаться на левый борт, резко меняя курс, и тут они увидели приближающийся к ним корабль: длинное трёхмачтовое судно с высокими бортами и ритмично вздымающимися двумя рядами вёсел. Ночь отступала, сменяясь серым рассветом, и Йост разглядел натянутые чёрные паруса и фигуры на борту мчащегося прямо на них корабля.
– Лучники! Залп! – послышалась команда с носа корабля, и в воздух взметнулось несколько десятков огненных стрел.
– Они идут на таран, нам не увернуться! – закричал кто-то у борта.
Грохот барабана усилился. Залпы огненных стрел с «Глефа» продолжались, изредка достигая цели и поджигая что-то на борту вражеского корабля.
– Всем отойти от борта! Прочь от борта!
Неповоротливому «Глефу» не хватило совсем чуть-чуть, чтобы разминуться с несущимся на него судном. Удар массивного тарана пришёлся в заднюю часть корабля. «Глеф» тряхнуло и подбросило, ударом кроша дерево на мелкие щепки. Йоста отбросило в сторону, он налетел на другого солдата, и они вместе повалились на палубу. В голове зазвенело: так сильно он приложился лбом о доски. Рядом кряхтел, грязно ругаясь, пытающийся встать солдат. Отовсюду слышались крики и лязг стали. Чьи-то руки подхватили Йоста и помогли подняться.
– Сражайся, Йост, кем бы ты ни был! – крикнул, не оборачиваясь, Прокор, налетая на только что взобравшегося на борт солдата в красном.
Йост успел выхватить меч, отражая удар огромного воина в красной кирасе и такого же цвета шлеме. Воин зарычал, занося меч для удара, но внезапно захрипел, роняя оружие и хватаясь за горло. Сэр Брант (а это был именно он, судя по доспехам), словно танцуя, двигался по палубе, неся смерть. Йост, наконец-то, пришёл в себя и вступил в бой, помогая отбиваться от всё прибывающих с борта другого корабля воинов. Таран застрял где-то в задней части «Глефа», насадив небольшой когг, как оленя на копье, и потащил его за собой, раздирая корпус. Вокруг лилась кровь, слышались отчаянные вопли боли. Сражающемуся рядом солдату пробило шею ударом двуручного топора, срезав голову почти подчистую. Йоста залило фонтаном крови, бьющим из мгновенно испустившего дух воина. Их теснили ко входу в трюм. Небольшой отряд остался оборонять корму. Йост видел, как Гедвиг сражается сразу с тремя красномундирниками, пытаясь пробиться к окружённым у самого борта Ровану и Бранту. Засвистели стрелы, и на палубу «Глефа» посыпался их смертоносный дождь. Йост кинулся к мачте, укрываясь от стрел.
– Ну же, Юрол! Ты мне нужен сейчас! – закричал он в пространство, но ответа не было. Рядом упал Ральто: из его спины торчало сразу две стрелы.
Йост пригнулся, пропуская топор над головой и нанося смертельный удар нерасторопному воину, который вытаскивал застрявший в мачте топор. Вокруг мачты образовался небольшой безопасный участок, и Йост смог оглядеться. Всю палубу заполонили солдаты в красном. Один за другим падали и умирали немногочисленные защитники «Глефа». Ещё чуть-чуть – и их сметут. Вдруг что-то изменилось. Йост ощутил полную ясность ума и внутреннее спокойствие. Рука сама потянулась в карман, нащупав нечто смутно знакомое. В кармане лежал маленький чёрный кристалл. Йост встал в полный рост, не обращая внимания на царившую вокруг бойню, и взялся одной рукой за мачту. Стрела вонзилась в бедро, но он не почувствовал боли, продолжая стоять. И закрыл глаза, ныряя в красочный круговорот смазанных красок.
***
Рован отступил на шаг, уходя от удара мечом и вонзил свой клинок в грудь врага, едва успев увернуться от разрезающего воздух огромного топора. Рован тяжело дышал, его силы были на исходе. Рядом сражался Брант и капитан Фар с парой своих матросов. За их спинами ещё один, чёрный как смоль, матрос перевязывал отступившего и еле держащегося на ногах Гедвига. Один удар топора пробил его кирасу, а второй сильно ранил правую руку, которой он прикрывался. Старый воин смачно ругался, пытаясь оттолкнуть паренька и вернуться в бой, но окрик Рована заставил его остаться на месте. Внизу около десятка его солдат всё ещё держались рядом с главной мачтой и входом в трюм, яростно отбиваясь от врага.
Застонал и упал, держась за пробитый бок, один из матросов. Стальной клинок капитана тут же отправил на тот свет сразу двоих солдат в красном, но на их место встали другие.
– Было честью служить Вам, – прохрипел Брант, отбивая неприятельский меч. Рыцарь был весь залит кровью, что сделало его доспехи похожими на вражеские.
Внезапно Рован вздрогнул, чуть не пропустив удар мечом – его палец обожгла волна жара. Кольцо раскалилось под латной перчаткой. Он метнул быстрый взгляд на палубу и увидел стоящего в полный рост Йоста. Одной рукой тот держался за мачту, а вторую сжал в кулак. Внезапно корабль тряхнуло, и всё вокруг слилось в одну густую разноцветную мазню. Это длилось всего мгновение, а затем Рован почувствовал, что падает, и не только он – вниз летел весь корабль. Вокруг замелькали зелёные цвета, и с оглушительным грохотом «Глеф» упал на землю, расколовшись надвое. Мачта треснула и завалилась на бок, придавив нескольких красномундирников. Рован едва удержался на ногах, когда доски под ним накренились и начали проседать. Слегка пришедший в себя вражеский воин с удивлением смотрел куда-то за борт, чем и воспользовался Рован, убив того одним ударом, а затем и ещё троих таких же оглушённых врагов. Ему на помощь пришёл Фар с несколькими уцелевшими матросами. Пара минут – и корма была очищена, и только после этого Рован позволил себе осмотреться получше.
– Какого чёрта? – опередил его хриплый бас Гедвига, который уже успел подняться на ноги.
– Магия, – ответил Рован, сплёвывая кровавую слюну. – Брант, ты жив?
– В порядке, – просипел лежащий на спине рыцарь, не в силах встать из-за усталости.
– Где мы, чтоб меня?
Расколотый корабль лежал посреди огромного пшеничного поля. На западе, за далёкими лесами, восходило солнце, озаряя светом бескрайние луга и поля. Из-под обломков корабля медленно выбирались уцелевшие солдаты и экипаж. Воины в красном, все, как один, бросали оружие и сдавались. Их осталось немного – большинство завалило обломками корабля.
– Брант, помоги Гедвигу спуститься и займись пленными, – приказал Рован рыцарю, которого уже поставили на ноги двое солдат, – Вы двое тоже с ним, ищите раненых.
– Да, господин! – ответил рыцарь и, подхватив под руки Гедвига, начал медленно спускаться по обломкам ступеней.
– Капитан, – Рован повернулся к Фару, который склонился к умирающему матросу и что-то негромко шептал тому на своём языке. Матрос дёрнулся в агонии всем телом и затих. Капитан провёл рукой над лицом мертвеца, закрыв ему глаза, и поднялся, смерив Рована тяжёлым взглядом. – Мне жаль твоих людей: они погибли зря.
– Мы знали, на что идём, – ответил тот после короткого молчания и тоже направился вниз, сопровождаемый тремя матросами.
Рован ещё немного постоял в одиночестве, собираясь с мыслями, и направился следом за всеми. Он снял перчатку и посмотрел на кольцо – девять кристаллов как будто слегка потускнели, потеряв часть блеска. «Это плохо, – подумал Рован, – очень плохо».
***
Йост закашлялся, морщась от боли в ноге. После падения его отбросило от мачты, и он провалился в трюм расколовшегося от удара корабля. Из многочисленных дыр в палубе над ним лился слабый свет, рядом лежал переломанный труп Ральто, которого тоже сбило ударом. Йост вздрогнул, увидев мертвеца, и начал вставать. Та ясность, что посетила его во время боя, исчезла, и вместо неё навалилась усталость. Йост поднялся, тяжело дыша и чуть ли ни воя от боли из-за застрявшего в бедре наконечника стрелы – древко отломилось, и теперь наружу торчал окровавленный обломок наконечника.
– Что ж так больно… – пробормотал Йост, вспоминая о прошлых своих ранениях, боль от которых он почти не ощущал. Припадая на пробитую ногу, Йост попытался найти выход, обходя трупы и обломки корпуса корабля.
Внезапно чья-то рука схватила его за ногу, и Йост упал, оцарапав лицо. На него тут же навалился сзади ещё живой воин в красном, и крепкие руки железной хваткой сжали горло хрипящего Йоста. Он попытался высвободиться из захвата, грозящего смертью, но ему это не удалось. Руки постепенно теряли силу, в глазах начало темнеть.
– Юрол, помоги! – отчаянная мысль пролетела в голове Йоста, но ответа не последовало.
Внезапно пальцы воина ослабили хватку, и он упал на бок, заливая кровью спину Йоста. Жадно глотая воздух и кашляя, Йост встал на четвереньки, пытаясь вернуться в вертикальное положение.
– Эк как его разбрызгало, – послышался сзади знакомый голос. – Вставай, Йост; сегодня ты снова нас спас. Может и не ксартрам ты вовсе?
– Да человек я! Человек!
Йост, наконец, поднялся и смотрел на гордо стоящего перед ним Прокора. Гном был с ног до головы покрыт уже подсыхающей кровью, но по его весёлой улыбке можно было судить, что кровь не его.
– Рад, что ты жив, Прокор.
– Чтобы победить гнома – мало нарядиться в броню красочную, надо ещё и сражаться уметь, – расхохотался Прокор, хлопнув себя по коленям. – А ты здорово придумал – перенёс целый корабль. Это ж сила какая огромная!
– Сам не знаю, как получилось, – произнёс Йост. – Нужно как-то выбраться отсюда.
– Это не проблема, – Прокор поудобнее перехватил свой молот и с размаху врезал по сильно повреждённой балке корпуса. С надрывным стоном и треском балка накренилась и отвалилась в сторону, открывая проход наружу.
Йост первым выбрался из-под останков «Глефа» и осмотрелся – они стояли посреди какого-то поля, вроде пшеничного. Перед ними уже была утоптана площадка, куда стягивали тяжелораненых воинов. Несколько солдат ставили платки, обустраивая лагерь. Их сильно потрепало, и на ногах оставалось не больше десятка солдат и около пяти смуглых матросов. В небольшом отдалении сидели связанные красномундирники, рядом с которыми выставили охрану, и по отрешённым лицам пленных было видно, что они готовятся к худшему.
Йост повернул голову, когда его окликнули по имени, и увидел спешащего к ним Рована в сопровождении одного солдата.
– Слава всему, ты жив, – уже куда тише сказал подошедший Рован, жестом отсылая солдата. – То, что случилось… Это ты?
– Да, но я не знаю, как у меня вышло.
– Сила в нём древняя, что там думать, – вмешался Прокор, протиснувшийся, наконец, в оказавшийся узковатым проход. – Но как он волю свою ещё не потерял – мне не понятно, хотя…
– Что ты сказал, гном? – острый взгляд Рована устремился на Прокора. – Что за бред ты несёшь?
– Может, некоторые идиоты и поверят, что их сюда перенёс ваш Всеотец вместе с кораблём и помолятся во славу Владыке. Куда большая часть поймёт, что этот парень владеет силой, и, скорей всего, он маг, а малая доля самых догадливых начнёт приглядываться и связывать старые сказки с реальностью, – закончил свой короткий монолог Прокор. – Посмотри сам, лорд, дурацкими бинтами уже не скрыть это.
Палец Прокора указал на шею Йоста.
– И если я правильно помню те легенды, то и глаза его скоро изменятся.
Йост поднёс к лицу меч, пытаясь рассмотреть свою шею в отражении клинка, и увидел, что вены стали чернеть уже выше давно не белых бинтов, и только то, что он был весь покрыт кровью и грязью, частично скрывало его странную кожу.
– Вот чёрт, – из-под распоротых штанов тоже проступали чёрные вены, особенно у места воткнутого наконечника. – Чёрт, чёрт, чёрт.
– Успокойся, Йост; тебе нужен лекарь. Иди к палаткам, а после отправишься к Гедвигу. Надо срочно придумать, как это скрыть, – ярость во взоре Рована сменилась холодным спокойствием. – А с тобой, гном, я хочу побеседовать лично.
– Как изволит господин, – без какого-либо уважения произнёс Прокор. – О, а это не Скалистые ли горы там, на западе?
Йост и Рован проследили за взглядом Прокора. Вдали темнели горы, а одна скала выступала и возвышалась над прочими.
– Скалистые горы… значит, мы в Аквисте, – произнёс Рован, снова переведя взгляд на гнома. – Мы, должно быть, недалеко от Двеневера.
– Тогда нам нужно на запад, чтобы попасть к гномам, – машинально произнёс Йост.
– Я, кажется, приказал тебе идти к палаткам, солдат, – в холодном голосе Рована лязгнула сталь. – Ты и так много рассказал.
– Да, господин, – Йост развернулся и поспешил к платкам, хоть и жаждал послушать, о чём же Рован будет говорить с Прокором.
Йост проходил мимо ровных рядов мёртвых тел. Солдаты доставали всё больше погибших воинов из-под обломков корабля. Йост поёжился: ведь он буквально только что видел, как эти люди весело общались за ужином, играя в кости.
На подходе к палаткам Йоста ждала ещё одна неприятная картина. Солдаты успели поставить самодельный навес из нескольких жердей и остатков корабельного паруса. Под тентом лежали тяжелораненые, хрипя и кашляя. У многих – глубокие колотые раны.
– Как больно, – прохрипел один из них.
Йост остановился возле стонущего. На него смотрели полные боли глаза умирающего. Ведь молодой солдат уже был на грани – Йост понял это сразу, как только увидел пробитый живот и почуял неприятный запах. Лицо солдата было бледным, как полотно, а из уголка рта стекала кровь.
– Я здесь, держись, – Йост присел на корточки, поморщившись от боли в пробитом бедре. – Я помогу.
– Нет… стрела застряла, – прошептал тот, опустив взгляд на живот. – Я – покойник.
Йост приложил руку к ране солдата, который вздрогнул от этого прикосновения и застонал, испытывая новый приступ боли. Йост сосредоточился, вспоминая, как вернул к жизни Рована. Он направил все свои эмоции в одно единственное желание – исцелить. И… ничего.
– Что ты делаешь? Дай спокойно умереть, – попросил солдат. Он хотел сказать ещё что-то, но закашлялся, выплёвывая кровавую слюну.
– Юрол! Помоги мне! — мысленно позвал Йост, прикрыв глаза. В ответ тишина.
– Он умирает, мы должны спасти его!
Но как ни звал и ни умолял Йост, дух молчал.
– Парень, отойди, – на плечо Йоста легла чья-то рука.
– Я могу ему помочь! Могу!
– Он умер, парень, – ответил Харис, подошедший к навесу. – Иди к лекарю; ты сам истекаешь кровью.
Он указал на намокшие от крови штаны Йоста, а сам наклонился, закрывая остекленевшие глаза мёртвого солдата.
Йост поднялся и побрёл к лекарю, проклиная себя и духа за беспомощность.
Он вошёл в палатку, чуть не врезавшись в выходящего оттуда солдата с рукой на перевязи. Внутри поставили почти целую кровать, табурет и сложенный из нескольких досок стол. Всё перенесли с корабля.
– Садитесь на кровать, – послышался надломленный голос.
У стола стоял болезненно худой человек с взлохмаченными кудрявыми волосами и круглыми очками на остром носу. Его фигура была столь нескладной, что Йост удивился, как его вообще взяли в солдаты – узкие плечи и невероятно длинные руки и ноги при слишком крупной голове. Он в спешке мыл покрытые свежей кровью руки, а с его лба стекали крупные капли пота. Йост сел на кровать и прождал ещё несколько минут, пока лекарь закончит мыть руки. Стряхнув воду, он подошёл к Йосту и начал внимательно осматривать рану на бедре.
– Наконечник вошёл глубоко. Древко обломилось, и в рану попали фрагменты дерева. Рану надо промыть, наконечник вырезать, затем зашить… – не переставая бормотать себе под нос, лекарь достал склянку с какой-то полупрозрачной жидкостью и, разбавив её водой из фляги, опрокинул на рану Йоста. Небольшое покалывание – это всё, что почувствовал Йост.
– Какой высокий болевой порог! – воскликнул лекарь, уставившись стёклами очков на Йоста. – Этот антисептик выжигает грязь и заразу так болезненно, что любой взвоет! Скажите, у вас в роду были гномы?
– Вроде бы нет, – неуверенно ответил Йост.
– Невероятно, – произнёс лекарь и уставился на рану. – Приступаю к извлечению наконечника.
Он достал из-за пояса идеально чистый кинжал и уверенными движениями стал вырезать наконечник. Йост хоть и морщился, но, скорее, от страха, чем от боли. Лекарь закончил и зашил белой нитью рану, перед этим промыв её ещё раз, как вдруг замер, внимательно рассматривая кожу Йоста.
– А это что за диковинная болезнь? – надвинув на нос очки, эскулап провёл пальцами по сероватой коже Йоста, изучая чёрные вены. – Я такого ещё не встречал. И из известных мне болезней ни у одной нету таких симптомов.
Йост открыл было рот, лихорадочно пытаясь придумать ответ, но тут в палатку ввалился Гедвиг.
– Не твоё это дело, Векир, – в голосе Гедвига не звучало угрозы, но Йост её ощутил. – Ты закончил с парнем? Он мне нужен.
– Да, конечно, господин Гедвиг, – Векир уставился себе под ноги, сгорбившись ещё больше. – Я зашил рану, но в ближайшее время не рекомендую напрягать ногу…
– Он разберётся. Идём, Йост, – Гедвиг поманил его к себе и, когда они уже выходили из палатки, обронил напоследок. – И про это никому ни слова, Векир.
– Он просто делал своё дело, – заступился за него Йост, следуя за Гедвигом.
– Нам ни к чему чужое любопытство, – Гедвиг, не оборачиваясь, шагал к большой палатке на краю быстрорастущего лагеря. – На тебя и так уже смотрят косо, и слухи ползут разные.
Йост промолчал. Они дошли до палатки, у которой дежурил один солдат с забинтованной головой.
– Дорвин, свободен.
– Есть, капитан! – Дорвин развернулся и ушёл.
– Заходи, – Гедвиг указал перевязанной рукой на палатку. – Выбери себе что-нибудь, а потом возвращайся к кораблю.
Внутри стояли два самодельных стола с различной экипировкой и оружием: кирасы, кожаные нагрудники, мечи и алебарды, луки и тому подобное боевое снаряжение. Все предметы выглядели потрёпанными временем. На многих – повреждения и не отмытая кровь. Йост остановился у столов, внимательно изучая всё это и отбирая заинтересовавшие его вещи. Спустя полчаса рассматривания Йост нашёл себе необходимое снаряжение. Стальную кирасу он оставил в палатке, так же, как и изорванные штаны и старые ботинки. Из всего этого склада разношёрстного военного имущества он выбрал лёгкий кожаный нагрудник со стальными наплечниками и такими же наручами. Под броню надел прочную, сшитую во многих местах тунику из толстой ткани с длинными рукавами. Почти новые чёрные штаны и высокие сапоги так же нашлись на складе; на штаны надел кожаные поножи со множеством ремешков. Один толстый охотничий ремень с кучей карманов занял место на поясе Йоста, а второй, поуже, он перебросил через плечо. Перерыв весь арсенал, Йост всё же отыскал его – полуторный меч из потускневшей стали с длинной рукоятью – и ножны к нему. Закрепив оружие на поясе и пристроив туда же кинжал, Йост вспомнил о руках. Он заранее снял с себя бинты, опять ужаснувшись своему виду – вены на руках проступили ещё явственнее на фоне продолжающей сереть кожи. Простые перчатки и рваный плащ с капюшоном должны были решить эту проблему.
Йост вышел из палатки и начал делать приседания и прочие разминочные упражнения, проверяя, как на нём сидит амуниция. Оставшись довольным, он извлёк меч из ножен и проверил его на нескольких замахах и парированиях, как вдруг услышал короткий смешок. Повернувшись, Йост увидел Бранта. Рыцарь оставался в полном облачении, только шлем отсутствовал на его голове, открывая взорам плоское лицо с насмешливым выражением. Брант чистил свой великолепный двуручный меч, всё это время наблюдая за Йостом.
– С такой техникой это чистая случайность, что тебя до сих пор не закололи, – усмехнулся он, продолжая своё занятие. – Верно, тебя выручала невероятная живучесть, а не мастерство.
– Мой дядя хорошо обучил меня бою на мечах, – возмутился Йост, убирая оружие в ножны. – И это не раз спасало мне жизнь.
– Видимо, твой дядя был скверным воином, раз его ученик не в курсе, как правильно держать в руках полуторный меч.
– Ты о нём ничего не знаешь! – рассвирепел Йост. – Не смей называть его плохим воином: он одолел эльфа в честном поединке!
Брант закончил полировать меч и, вернув оружие в ножны, подошёл вплотную к Йосту.
– Мне плевать, кем был твой дядя, и мне всё равно, кто ты такой, внезапно явившийся и сразу получивший расположение господина Рована, оборванец. Но если я ещё хоть раз услышу от тебя подобную дерзость, наказание твоё будет страшным.
Рыцарь толкнул Йоста в грудь стальным плечом и пошёл прочь, не оборачиваясь. Йост остался стоять на месте, буравя глазами спину Бранта. Ярость снова забурлила по чёрным венам; всё существо Йоста жаждало ответить высокомерному рыцарю, но он сдержался. И гнев схлынул, сменившись спокойствием. Йост вздохнул полной грудью и направился к торчащим рядом обломкам корабля.
Pulsuz fraqment bitdi.