Кручу головой в разные стороны, чувствуя, как паника своими щупальцами начинает сдавливать горло. Я же готовилась, настраивалась весь проклятый вечер. Я же знала, что он придёт сегодня и возьмёт то, что ему нужно. Не работает. Ничего не работает. А Руслан словно издевается. Он не торопится закончить. Играет со своей жертвой, как настоящий зверь.
Этот Зверь не даёт мне сдвинуть ноги. Упёрся коленями в матрас между ними и смотрит сверху вниз взглядом победителя.
Запрещаю себе плакать. Сглотнув слюну, сжимаю зубы и тоже смотрю на него.
Безусловно, красивая сволочь. Ярко выраженные скулы, волевой подбородок и проклятые губы, которые так любят издевательски усмехаться, очерчены стильной бородой, переходящей в аккуратную щетину по форме нижней челюсти. Как последний штрих, она делает лицо Грановского не просто привлекательным – хищным, породистым…
– Нет! – вздрагиваю от прикосновения пальцев к своей груди.
Проклятье! Он же сказал, что купил меня не для того, чтобы смотреть! Что он делает? Зачем трогает мои соски?
Грудь покрывается мурашками, становится плотнее, соски темнеют и напрягаются под его пальцами.
Снова кручу головой, разметав волосы по кровати. Гибкое, рельефное тело нависает надо мной. Жмурюсь, чувствуя его член, обжигающий кожу внизу живота. Руслан убирает волосы с моего лица. Звериные ледяные глаза становятся ближе. Задерживаю дыхание при прикосновении его губ к моим. Оно требовательное, дерзкое. Его язык сразу ломится глубже в рот, а пальцы давят на щёки, чтобы я сдалась. От боли размыкаю губы. Он побеждает. Ещё раз…
Целует, кусает нижнюю губу. Она лопается. Руслан слизывает с неё кровь и снова всовывает язык мне в рот. Привкус металла противно обволакивает нёбо. Зверь проводит языком по своей верхней губе и довольно рычит.
Надавив снизу на подбородок, заставляет поднять голову и открыть для него шею. Кажется, сейчас он вцепится зубами мне в горло и разорвёт, как и полагается хищнику.
Меня колотит сильнее, а Руслан продолжает играть, покрывая моё тело болезненными поцелуями. Я сейчас сойду с ума или опять потеряю сознание.
Незнакомые, совершенно чужие мужские руки продолжают пугать и подчинять себе моё тело. Меня бросает сначала в жар, потом в дикий холод. Настолько сильный, что зубы начинают стучать.
– Я не хочу, – сознание пытается сопротивляться, но даже голос уже едва слушается. – Не хочу, Руслан. Пожалуйста…
– Твоё тело кричит об обратном.
– Нет. Нет, это не так, – решаюсь заглянуть ему в глаза.
Зря. Там сейчас проклятая синяя бездна, в которой мне снова становится панически страшно и холодно.
Он заводит обе мои руки мне за голову и, перехватив за запястья, вдавливает их в матрас.
Дёргаюсь.
– Это чтобы ты опять не царапалась, – улыбается он, приподнимаясь и соскальзывая свободной ладонью вниз по моему телу. – Презервативы будут позже. Хочу, чтобы своего первого мужчину ты почувствовала без лишних помех, – и его член начинает давить между моих бёдер.
Уперевшись ступнями в матрас, пытаюсь отползти от него, но Руслан продолжает давить.
«Нет! Я не буду плакать!» – напоминаю себе. – «При нём не буду. Потом. Я справлюсь. Я выдержу это. Он всё равно возьмёт. Он же сказал…» – и расслабляюсь. Полностью обмякаю под его тяжёлым, напряжённым от возбуждения телом.
Он входит медленно. Растягивает. Сначала причиняет дискомфорт, а следом приходит боль, но Руслан не даёт мне быстрого избавления от неё. Он издевается. Наслаждается процессом.
Боль проникает в каждую клетку моего тела. Я теряю связь с реальностью. Не понимаю, где верх, где низ. Всё кружится и плывёт. Губы пересохли, но слёз нет. Я не знаю, как умудряюсь держать их внутри себя. А может их просто выжигает.
Внизу живота горит. Я дышу через рот, стараясь пережить это.
За что он так со мной? Что я сделала в той жизни, которую не помню, что оказалась под этим Зверем?
Хочется умолять его, чтобы прекратил эту пытку, но я не стану. Я нахожу в себе остатки сил и впиваюсь взглядом в бездну его ледяных голубых глаз. В эту же секунду он делает одно движение бёдрами, чуть резче, чем двигался до этого, и спустя последнюю вспышку, больше похожую на атомный взрыв прямо в моём теле, я снова могу дышать.
– Я предупреждал, что буду наказывать, – хрипло дышит в мои пересохшие губы.
Целует их, а я чувствую лишь распирающие меня изнутри толчки, которые отдают в голову настойчивым «бум-бум-бум». Мой пульс больше не пытается подстроиться под ритм наслаждающегося моим телом Зверя. Он хаотично бьётся в только ему понятном танце.
А я смотрю. Руслан же хотел, чтобы я смотрела ему в глаза. Я вижу в них мужское наслаждение и превосходство. Он сегодня победитель. Он взял меня. Наказал, как и желал. Наверное, весь день только об этом и думал.
Его красивое тело напряжено. Под кожей видны идеальные, хорошо проработанные мышцы. Хозяин этого тела явно его любит и заботится о нём, чего не сказать о моём. Моим он владеет теперь в полной мере.
Его движения становятся резче. А мне больнее. Будто он ударяется во что-то внутри меня, и вспышка за вспышкой боль пульсирует в животе.
– Чёрт… – резкое движение назад.
Встаёт на колени, вскрывает блестящий квадратик, подобранный с кровати, и растягивает защиту по своему влажному, подрагивающему члену. Со стоном снова погружается в меня. Я чувствую лишь новый запах. Кажется, это мята.
«Класс. Теперь между ног по крайней мере будет свежо.»
От этой мысли губы сами дёргаются в нервной усмешке. Руслан удивлённо смотрит на меня, замерев всего на мгновение. Тоже улыбается, демонстрируя идеальные белые зубы, и продолжает вдалбливаться своей эрекцией так, что дышать мне опять становится нечем.
Его тело напрягается сильнее, верхняя губа подрагивает. Он прикрывает глаза от удовольствия, хрипло стонет мне в рот, проталкивая в него свой язык. Соприкасается с кончиком моего и кончает. Я чувствую каждый толчок его спермы внутри себя. Меня тошнит. Ещё слишком свежи воспоминания о том, какая она на вкус. Чёртов горький цитрус, которым пахло его тело. От чего меня в итоге вчера вывернуло, я не знаю. Сейчас часто сглатываю, увернувшись от его поцелуев.
Руслан упирается лбом мне в ключицу. Тяжело дышит, а я тихо лежу и надеюсь, что на сегодня всё закончилось.
– Шикарная девочка, – медленно целует меня в плечо, в щёку, снова тянется к губам.
– В магазин возвращать не будешь? – пытаюсь спрятать за язвительностью вновь напрашивающиеся слёзы.
– Нет, Люси. Я оставлю тебя себе.
Он скатывается с меня, но не даёт сдвинуть ноги. Чёртовы пальцы касаются меня между ними. Плавно массируют припухшие складки. Ноздри щекочет запах секса и мяты, оставшийся на моей коже.
– Ты же получил, что хотел. Хватит, – нахожу в себе силы просить.
– Кончи для меня, и так уж и быть, ужин мы перенесём на завтрак, – целует в висок, продолжая ласкать между бёдер. – Расслабься. Можешь касаться меня или даже моего члена. Девочек обычно это заводит.
Я не знаю, можно ли получить удовольствие после такого. Мне больно внутри. Там всё жжёт и наливается кипятком.
Если сказать? Вдруг услышит…
– Руслан, мне было очень больно. Мне до сих пор больно. Хватит. Я не могу, – повернув голову, смотрю ему в глаза, надеясь достучаться.
– Хорошо, – он убирает руку, а затем и ногу с моего бедра.
Поднимается с кровати, смахивает на пол оставшиеся презервативы. Поднимает меня на руки и перекладывает головой на подушки. Подбирает одеяло, ложится рядом и накрывает нас. Двигает моё измученное тело к себе, укладывая голову на плечо.
– Спи, – тихий приказ.
– Ты не уйдёшь к себе?
– Нет. Мне же тебя ещё кормить утром, – посмеивается он, перебирая пряди моих волос.
Закрываю глаза и всё же позволяю одной единственной слезинке вырваться наружу и капнуть прямо на грудь Руслана.
Выскальзываю из-под его тяжёлой руки, умоляя высшие силы о том, чтобы Зверь не проснулся. Он безмятежно спит, насытившись своей игрушкой. Пусть так и остаётся.
Над деревьями едва сереет небо. Хотя бы немного времени наедине с собой у меня должно быть.
Вспоминаю, где лежат полотенца. На цыпочках пробираюсь к шкафу и очень осторожно открываю дверцу, боясь случайного скрипа петель. Вытянув с полки бежевый махровый комплект, а также банный халат, сбегаю в смежную комнатку.
Бросив стопку полотенец на корзину для белья, открываю воду, повернув кран так, чтобы она сильно не шумела о дно ванной. Смотрю в полукруглое зеркало, висящее на стене. Так жалко себя становится. Глаза дикие, будто я бежала по лесу от погони. Волосы спутаны. На груди осталась пара следов от особенно грубых поцелуев Руслана.
Опускаю взгляд ниже. В зеркале уже не видно, но оно мне и не нужно, чтобы разглядеть немного размазанной по внутренней стороне бедра крови.
Закрыв глаза, делаю глубокий вдох, беря себя в руки. Ничего. Это ведь лучше, чем пойти по рукам.
Так себе оправдание, конечно, только другого у меня всё равно нет. К тому же Адиль был прав. Лучше один Зверь, чем десятки таких, как он или даже гораздо хуже, злее и извращённее. После прошедших суток я могу в красках представить наихудший вариант развития событий. Не хочу в нём оказаться.
Тряхнув головой, забираюсь в тёплую воду. Ложусь, делаю вдох, задерживаю дыхание и ныряю. Хорошо. Тихо. Лежу с закрытыми глазами, пока лёгкие не начинают гореть. Возвращаюсь на поверхность. Отдышавшись, нахожу мыльные принадлежности и смываю с себя мятный запах своего первого секса. Становится легче. Мне даже удаётся расслабиться.
Поднимаюсь из остывшей воды и встаю под душ. Вылив немного шампуня на ладони, взбиваю плотную пену в волосах. Она падает на грудь, щекотно скатывается по животу. Резко открываю глаза, почувствовав на себе пристальный взгляд.
– Руслан… – пульс мигом подскакивает, и я машинально вжимаюсь спиной в прохладную стену.
Совершенно голый Грановский жрёт меня своими ледяными глазами. Судя по эрекции, ему нравится всё, что он видит, и сейчас будет продолжение, к которому я пока не готова. Мне всё ещё дискомфортно и даже немного больно внизу живота. До этой секунды я старалась об этом не думать, но теперь отчётливо ощущаю все неприятные последствия своего первого секса.
– Доброе утро, – улыбается он, шагая ко мне в ванную.
– Я не хотела разбудить, – пытаюсь отодвинуться.
Зверь смеётся.
– Там стена. Ты решила попытаться пройти сквозь неё?
Было бы неплохо на самом деле.
Он встаёт под душ. Скептически смотрит на новенький кокосовый гель и ладонями проводит по своему телу и члену, тоже смывая с себя прошлую ночь.
– Люси, – прижимается ко мне, находит мои ладошки, сплетает наши пальцы и поднимает руки вверх, прислоняя к стене с обеих сторон от моего лица. Прикасается к губам практически неощутимым поцелуем.
– Тебе так идёт это имя. Помнишь, что я тебе обещал, Люси?
Киваю.
Как такое можно забыть?
– Вот и отлично. Знаешь, малышка, я ведь не хочу, чтобы тебя выворачивало каждый раз, когда мой член будет попадать к тебе в ротик. А я люблю, когда мне сосут, так что этот вид секса не станет редкостью. Ты забавно краснеешь… – улыбается он, снова невесомо меня целуя. – Давай не будем портить это охрененное утро твоими капризами. Сделай это сама. Принцип ты теперь знаешь. Обещаю, я даже не стану мешать.
– Ты ведь не предлагаешь мне выбор, так?
– Выбор? Ну почему? Мы можем повторить вечер знакомства, но как я тебе уже сказал, рвота меня не возбуждает. Так что сама.
Он меняет нас местами. Прислоняется спиной к стене и приглашающе кивает вниз.
– Давай же. Я чертовски хочу тебя. Ночью было так мало. Будешь умницей – возьму с собой на приём в город. Наденешь красивое платье, развеешься. Я даже разрешу тебе выпить немного шампанского.
Сглотнув, медленно опускаюсь перед ним на колени. Закрываю глаза и понимаю, что так ничего не выйдет. Открываю. Передо мной те самые крупные вены, что я уже ощущала на языке, и тёмная крупная головка, упорно пытавшаяся влезть мне в горло.
– Люси, – настойчиво зовёт Руслан.
Напрягает мышцы. Его член дёргается навстречу моему лицу. Отшатываюсь быстрее, чем понимаю, что сделала. Зверь недовольно вздыхает, кладёт ладонь мне на затылок и подталкивает обратно. Берёт в руки свой орган, направляет его к моим губам. Стучит по ним головкой.
– Положи на него свою руку и открой уже ротик, детка.
– Ты обещал не мешать, – напоминаю ему севшим голосом.
– Я помогаю тебе решиться. У меня нет времени ждать свой минет всё утро.
Кладу ладонь поверх его руки и размыкаю губы, делая вдох носом. Руслан вводит член мне в рот, убирает свою ладонь, предоставляя мне далее всё делать самой. А я понятия не имею, что делать! Сначала держу его во рту, стараясь не дышать и не смотреть. Сглатываю. Язык сам касается горячей кожи. В этот раз она практически без вкуса и пахнет только мужским телом. По тихому стону Грановского понимаю, что мне надо делать нечто подобное, и ещё раз совершенно неуверенно провожу языком по рельефному стволу.
– Умница. Всё правильно. Смелее, – подсказывает он.
Начинает плавно двигать бёдрами, а я рисую языком странные узоры по доступной мне длине. Ладонь Руслана толкает меня в затылок, задавая нужный ритм. Давлюсь несколько раз. Он даёт отдышаться, требуя, чтобы в это время я ласкала его рукой. Сам толкается в мою ладонь.
Снова в рот…
Меня подташнивает. То ли от воспоминаний о первом разе, то ли от ощущений во рту прямо сейчас. Руслан делает нетерпеливое, резкое движение бёдрами. Член проскальзывает слишком глубоко. Срабатывает рвотный рефлекс. Он гладит меня по голове и снова даёт отдышаться.
– Работай язычком, Люси, – смакует моё имя. – Не отвлекайся. Смелее вылизывай его, особенно головку. Давай же. Я скоро кончу.
Зря он это сказал. Мутить начинает сильнее. Ну, конечно, у меня же завтрак. Желудок жалобно сводит.
Чёрт, я не помню, когда последний раз нормально ела.
Руслан усиливает напор. Переборов себя, стараюсь делать, как он говорил. Вожу языком по горячей головке, надавливаю на выпуклое местечко под ней. Зверь хрипло стонет, сжимает мои волосы на затылке, фиксируя голову, и сперма толчками изливается мне в рот.
– Глотай, – хрипит он.
Я пытаюсь. Всеми силами борюсь с тем, чтобы меня опять не вывернуло. Интенсивнее дышу носом.
– Оближи всё, что осталось на члене, и я отпущу.
Он серьёзно?!
У меня даже глаза широко открываются.
Руслан, тяжело дыша, смотрит сверху вниз. Ждёт.
Обвожу языком всю длину под его довольный стон. Убирает руку и помогает подняться. Прижимает к себе, целует мокрые волосы. За его рёбрами громко колотится сердце. Оно всё же существует. Наверное, чёрное, как уголь.
– Ну вот. Если сама, всё уже не так страшно. Да, Люси?
Молчу, мечтая о том, чтобы сделать хотя бы пару глотков воды. Можно прямо из душевой лейки.
– Ты научишься. Это вопрос времени и регулярной практики. Я пойду собираться. Спускайся в столовую на завтрак. Нам с детьми надо ещё кое-что обсудить.
– Что?
– Твой статус в этом доме. Ты же понимаешь, я не могу сказать им, что привёз тебя сюда, чтобы трахать.
– И какой у меня статус?
– Спустишься, всё узнаешь. И не задерживайся. Сегодня очень насыщенный день. А моё время стоит очень дорого. Ты вряд ли представляешь себе насколько.
В столовой меня ждёт стакан апельсинового сока и недовольный взгляд Инессы. Я не разбирала пакеты с новой одеждой. Заказала, потому что велел Руслан. Привезли, сложила в комнате, вытащив лишь одну футболку и свежее нижнее бельё. У меня не было сил заниматься разбором гардероба. Все мысли были заняты предстоящей ночью. Да и штаны, в которых меня привезли, роднее. Странно цепляться за вещи, но другого то нет.
Ками и Назар уже тут. Маленькая принцесса в короне, а смурная копия отца опять в телефоне. Наверное, так проходит каждое утро в этой семье.
Сажусь рядом с Русланом. Он двигает ко мне стакан с соком.
– Приятного аппетита.
– Спасибо, – обнимаю ладонями стакан. Сок в нём немного дрожит. Я ещё не отошла и от ночи, и от утра, но Зверю стараюсь не показывать своего состояния.
Маленькими глоточками пью свой «завтрак». Морщусь от кислоты натурального напитка. От него немного дерёт горло, а желудок урчит, радуясь хоть чему-то по-настоящему съедобному.
На дне осело много мякоти. Пытаюсь размешать, взбалтывая стакан, но толку мало. Большая часть так и остается на дне.
– Можно мне ложку? – прошу у Руслана.
С интересом наблюдая за мной, протягивает свою. Благодарно кивнув, забираю, стараясь не касаться его пальцев. Собираю со дна мякоть апельсина, отправляю в рот. Неимоверно вкусно.
Боже, как же хочется есть!
Просить не буду. Руслан обозначил мой рацион на ближайшие несколько дней. Нарываться не хочется. Кто знает, какое ещё наказание для меня придёт ему в голову. И надо бы всё же прогуляться по дому. Вдруг здесь и правда есть пара тайных комнат для развлечений хозяина.
– Ками, Назар, посмотрите на меня, – просит Руслан.
Его сын нехотя откладывает телефон, а дочка забавно поправляет съехавшую набекрень корону. Она гораздо тяжелее пластмассовой. Почему взрослые об этом не подумали? Ребёнку ведь попросту неудобно.
– Я не успел вас нормально познакомить. Давайте ещё раз. Это Люси, ваша новая няня. Она будет помогать Инессе заботиться о вас. Жить будет с нами. Назар, есть вопросы?
– Есть, – кивает он. – Дашь денег на новую видеокарту для моего компа?
– Мы сейчас не об этом. И насколько я помню, апгрейд твоего компьютера делался совсем недавно.
– Ты просто не шаришь, пап. Богдану отец уже купил новую видюху. Илье ещё два дня назад. Мне тоже надо. Что, я как лох буду?
– Сколько? – вздыхает Руслан.
Назар подходит к нам с телефоном, показывает отцу железку стоимостью чуть больше ста пятидесяти тысяч рублей и ещё одну примерно за шестьдесят. Удивленно смотрю на десятилетнего мальчика. Он даже немного переплюнул сестру в своих запросах.
Грановский вчитывается в карточку товара, смотрит обзор. Назар нетерпеливо переступает с ноги на ногу рядом. Кладёт ладонь на предплечье отца. В этом жесте нет ничего необычного. Тактильный контакт ребёнка с родителем. Руслан от него вздрагивает и напрягается. Заметив реакцию отца, Назар аккуратно убирает руку.
– Я подумаю, – озвучивает решение Грановский.
– Ну пап, – обиженно.
– Сказал, подумаю! По цене твоего компа можно купить хорошую машину.
– Зачем она мне в десять лет? – тон маленького недолюбленного ребёнка напоминает его отца.
Я даже пытаюсь представить Руслана в таком возрасте. И не могу. Мне кажется, в его глазах и в десять лет был лёд.
– Ты Камиле корону купил, а мне опять подумаешь…
Опустив голову, Назар забирает телефон и уходит на своё место.
– Корона Камилы стоит дешевле.
– Она ей надоест через два дня! – парирует его сын. – И будет валяться под кроватью. Как всегда!
– Папа меня просто больше любит, – подливает масла в огонь маленькая вредная принцесса.
Руслан вдруг внимательно смотрит на меня.
Что? Что он от меня сейчас хочет? Я должна что-то сделать? А он здесь зачем?
«Да! Я хреновый отец» – вспоминаю его слова.
Отставив пустой стакан, встаю и подхожу к Ками. Инесса опять недовольно поджимает губы. Уверена, решение о моём назначении ей не по душе. Здесь я нравлюсь пока только самому Грановскому и, возможно, Вере.
– Принцесса, – улыбаюсь, присев перед ней на корточки, – зачем ты так с братом? Посмотри, как ему грустно.
И грустно ему не потому, что папа не купил дорогую железку. Назар потянулся к отцу и не получил отдачи. Только раздражение. Малышке этого не объяснить, да и при Руслане говорить такое точно нельзя.
– Ну и пусть, – она дует губы, будто это её обидели.
– Тебе же будет обидно, если брат поступит также? – аккуратно подбираю слова. – Если скажет, что папа тебя не любит, а любит только его.
– Папа меня любит! Он мне корону купил! С камушками! – она стучит ногами по ножкам своей табуретки.
– Конечно, любит, – бросаю быстрый взгляд на Руслана. Он продолжает внимательно за мной наблюдать. – Но слышать такое обидно. Правда?
– Да, – шмыгает носом Камила.
Улыбаюсь, глажу её по мягким волосикам, поправляю опять съехавшую корону.
– Иди, обними братика, – помогаю ей слезть с табуретки.
– Не хочу.
– Не надо меня обнимать, – фыркает Назар.
Руслан усмехается, а я не отчаиваюсь. Это же только первые шаги. До этих детей так сложно достучаться.
– Хорошо. Будем уважать личное пространство. Это тоже важно, – говорю, в том числе и для их отца. – Но извиниться придётся. Ками, просто скажи Назару, что ты не хотела его обидеть. Давай же, – в знак поддержки кладу ладони ей на плечики.
Насупившись, малышка смотрит на отца, потом на брата и немного подумав, говорит:
– Назар, папа и тебя любит. Но меня всё равно больше! – топает ножкой, вырывается и убегает.
Инесса уходит за ней, а Руслан, посмеиваясь, возвращается к своему завтраку.
– Неплохая попытка, – делает глоток кофе. – Назар, можешь заказать видеокарту.
– Это такое доказательство любви? – не выдержав, шиплю Зверю, чтобы его сын не слышал.
– Зато всем понятное. Инесса вызовет для тебя стилиста. Он поможет подготовиться к выезду в город. Я сегодня работаю дома. Меня не беспокоить.
Встаёт и уходит, бросив белую тканевую салфетку в тарелку. Назар убегает вслед за отцом. Ему скоро выезжать в лицей. А я решаю прогуляться. Боюсь, если всё время сидеть взаперти, начну сходить с ума.
До обеда брожу по этажам.
В доме есть спортивный зал, закрытый бассейн с очень приятной, тёплой водой. Сев на бортик, спускаю в него ноги. Я уже посмотрела всё. Много комнат. Некоторые заперты, некоторые пусты. Нашла бильярдную и библиотеку. Крыло персонала и несколько гостевых спален. Так много места. Все стильно, очень дорого, но совсем неуютно. Жизнь есть разве что в детских комнатах.
– Скажи на милость, почему я должна носиться и искать тебя по всему особняку?! – ругается Инесса.
А мне хорошо тут. Я думала выяснить, умею ли плавать. По внутренним ощущениям, да. И вообще вода меня успокаивает. Я бы ещё посидела. Или у камина, но там постоянно кто-то ходит.
– Стилист пришёл. Иди к себе. Тебя приведут в порядок.
Поднимаясь в спальню, я не ожидала увидеть гору одежды на кровати. Мужчина в очень узких штанах и странной свободной рубашке задумчиво смотрит на все купленные мной вещи.
– А знаешь, у тебя неплохой вкус. И есть чувство стиля. Неожиданно.
Разворачивается ко мне.
– Миленькая. Это хорошо, – довольно улыбается он. – Я уже вижу, что надо подчеркнуть, чтобы господин Грановский не отходил от тебя ни на шаг весь предстоящий вечер. Детка, он зубами в тебя вцепится и будет держать при себе, чтобы никто не увёл. А попытки будут. Я гарантирую!
Pulsuz fraqment bitdi.