Последующие два дня прошли как одно большое хмурое облако.
Орловы почти не говорили друг с другом, находясь под гнётом недавних событий. Не только на юную княжну давила ситуация с домом, но и на мать и главного виновника. Олег Иванович произнёс некоторое подобие извинений, но легче от этого не стало. Сделанного не воротишь, время бежало, а Виктор ждал решения Елены. Ответ нужно было дать завтра.
Княжна не выходила из комнаты и почти ничего не ела все эти дни. Обеспокоенная Натали отправила Василия к Волконским с посланием для Марии и мольбой приехать. Та только услышала, что с Еленой неладное, тут же отпросилась у родителей и поехала с конюхом в поместье Орловых.
В гостиной её встретила взволнованная Натали. Мария отметила про себя, что такой неуверенной и расстроенной княгиню она ещё никогда не видела.
– Наталья Дмитриевна, что случилось? – девушка подбежала к женщине, взяв её за руку.
– Случилось, милая. Ты очень нужна Елене. Она сама тебе всё расскажет. Княжна уже два дня из комнаты не выходит. Ничего не ест. На тебя одна надежда осталась…
В глазах княгини заблестели слёзы.
Ничего себе, эта железная леди никогда не плачет и не теряет лица! Что же у них произошло?! Нужно немедленно это выяснить.
Мария, сбросив шубу и шапку, легко взбежала по лестнице. Толкнув нужную дверь, она увидела подругу со спины: ссутулившаяся вдруг фигура, плечи опущены.
– Елена, – позвала она её.
Княжна Орлова обернулась. Лицо бледное, а глаза от печали ещё больше и чернее… Она вмиг просияла:
– Маша! Машенька моя, – девушка протянула к ней руки, и подруга кинулась в объятия, с силой прижавшись к худой щеке. – Как здорово, что ты приехала!
Волконская вгляделась в лицо поближе – Орлова не спала толком и много плакала. Глаза опухшие и красные.
– И я рада тебя видеть. Давай присядем? – Маша потянула за руку девушку к софе.
Как только обе уселись, рыжеволосая гостья устремила взгляд на подругу:
– Что произошло? Почему твоя мать сама не своя, а ты из комнаты не выходишь?
Елена опустила глаза на свои сцепленные в замок руки. Наверное, стоит поделиться. Маше она доверяла. Может, после разговора с ней станет хоть капельку легче? Она подняла глаза на гостью:
– Нас выгоняют из дома.
– Что? – та вскинула брови. – Как это выгоняют? Кто?
– Отец проиграл наш дом. В казино.
Мария зажала рот рукой, тихо охнув.
– Дом больше не наш. И завтра мы должны уйти.
– Боже… А я и думаю – что за чемоданы там у вас внизу? Княгиня уже начала собирать вещи?
– Да. Я пока свои никак не решусь упаковать. Успею ещё, впереди целая ночь. Уснуть я всё равно не смогу.
– Куда же вы пойдёте?
Елена пожала плечами:
– Пока хватит денег последних – будем снимать комнату в трактире. Позорище… А там – как Бог даст.
– Ну, подожди. Должен же быть какой-то выход, – княжна Волконская, как всегда, не теряла надежды до последнего. За это Елена и любила её. – Не бывает безвыходных ситуаций.
– Выход есть один.
– Какой?
– Новый хозяин дома предложил моей матери сделку. Он готов оставить дом родителям, если я соглашусь разделить с ним постель, – в глазах Елены заблестели слёзы унижения.
Маша, не находя подходящих слов в сложившейся ситуации, молча смотрела на подругу, открыв рот.
– То есть как… просто так, что ли? – Волконская спросила после немой паузы.
– Он готов жениться. Но от этого не легче. Замуж за него я не хочу, – княжна утирала рукой набежавшие слезинки.
– Ну а кто он, этот наглец? Такие непристойности предлагает, – Мария была полна праведного гнева.
– Виктор Гинцбург.
Казалось, что в этот вечер Машу уже ничто не удивит, но прозвучавшее имя изумило её еще больше.
– Виктор? А… кхм… то есть он был у вас дома и прямо так вот и сказал княгине Орловой: мол, дом я ваш забираю, а ещё и Елену в придачу?
– Почти. Сказал – оставлю дом вам, если вы отдадите мне Елену. Завтра он приедет узнать о моём решении.
Девушки немного помолчали, не зная, что ещё сказать. Маша как-то странно смотрела на подругу.
– Елена, – решилась всё же она озвучить свои мысли. – Может, тебе стоит согласиться?
– Что? – изумилась черноокая дева. – Маша! Ладно маменька меня пришла уговаривать, но ты!
– Подожди, дай объяснить! – остановила её Мария. – Когда ты сказала, что новый хозяин сделал тебе такое непристойное предложение – я подумала, что это отвратительно. Но когда ты объяснила, что новый хозяин дома – Виктор, моё мнение изменилось.
Елена с непониманием ждала, что скажет подруга дальше.
– Выйти за Виктора – не так уж и противно. Он молодой, богатый и… красивый. Все женщины света мечтают о нём. А предложение он делает только тебе.
– Мне всё равно. А его поступок – низкий.
– Виктор – интриган. Его поступки не вписывается в рамки привычных. Все это знают. Уже то, что он изъявил желание жениться – просто шок. Может, он в тебя влюбился? Зачем бы ему заставлять тебя таким образом?
– Меньше всего им движет любовь, я уверена, – зло сказала Елена. – Опять что-то задумал. А я – просто пешка в этой шахматной партии. Только играть в его игрушки мне не хочется.
– А ты бы согласилась выйти за него, если бы он просто приехал и попросил твоей руки?
– Что за вопрос? Конечно, нет.
– Вот видишь, – подняла Мария брови. – Для него история с домом – единственный шанс тебя поймать. Похоже, брак с тобой ему нужен. Ах, если бы я оказалась на твоём месте…
Маша мечтательно закрыла глаза :
– Это же мужчина-мечта. Я бы даже не задумываясь согласилась, чтобы это тело стало моим…
– Мария! Как не стыдно? – одёрнула ее подруга.
Елена была в огромном удивлении от внезапного откровения Маши.
– А что? Мы уже взрослые с тобой, чтобы говорить о подобном. Виктор красив как дьявол – и это факт. Но он никогда не обращал на меня внимания, – с горечью сказала она. – Я всегда была лишь озорной младшей сестрицей его приятеля.
– Ты вообще понимаешь, что ты говоришь? – Елена устремила на неё свой пламенный взгляд.– Ты хотела бы оказаться на моём месте? У нас забирают дом, меня принуждают к браку со смутьяном. Мне придётся ложиться с ним постель!
– Как же повезло…
У Орловой все слова застряли в горле, и она просто смотрела на Волконскую распахнутыми глазами – кто бы мог подумать, что в юной княжне кипят такие страсти по Виктору! Она просто не узнавала свою подругу.
– Выходи за него, – сказала Маша. – И дом останется, и ты получишь самого прекрасного мужчину. Все просто обзавидуются!
– Да какое мне дело до всех? Я мечтала не о такой свадьбе.
– Он нравится тебе. Я вижу по глазам.
Елена смутилась. Ну да, вроде бы красивое лицо у него. И тело такое крепкое, ладное.. Но она не должна об этом думать!
– Это неважно. Я всё равно никогда не прощу ему принуждения.
– Это так романтично! У меня просто мурашки по коже. Вы как герои романа. Елена, тебя выбрал самый завидный жених! Может, это судьба? Кто ещё из женщин, кроме тебя, смог бы утереть ему нос?
Девушка была в полном смятении – она думала, что Маша поддержит её и вместе они что-нибудь придумают. Но та, словно назло, приняла сторону Виктора. Она восхищается им, да ещё и сама не прочь была бы оказаться на её месте… Но, к сожалению, этот интриган пригласил в свою постель вовсе не Волконскую!
Елена не знала, какое принять решение. Ох, как же она была зла на него!
***
Утром Елена встала рано. Несмотря на бессонную ночь, долго спать она не смогла.
Накануне Виктор прислал записку, что приедет ровно в полдень за ключами… или Еленой. Но она до сих так и не решила ничего. Чемоданы на всякий случай были собраны… Она до последнего не знала сама, каков будет её ответ. В ней боролось отвращение к образу жизни молодого человека и его поступку – с непонятной тягой к этому разгильдяю. С каждой их встречей образ Виктора все креп в её голове и уже почти не покидал её. Но барон никогда об этом не узнает, даже если она станет его женой! Пусть и не мечтает, что ему удастся заполучить не только её тело, но и душу. Нет уж, свою душу она оставит только себе.
Не о такой свадьбе Елена мечтала… Она хотела, чтобы сначала зародилась любовь и нежность, а потом её избранник бы сделал предложение и попросил благословения в родительском доме. Однако, все вышло не так: Виктор не просил руки, а требовал. Не получал благословения, а молча брал её. Не искал взаимности, а принуждал. И как это принять?
За тяжёлыми мыслями Елена собиралась к приезду мужчины. Она не хотела показать свою растерянность и слабость. Девушка будет выглядеть красивой и гордой. Она достала своё лучшее платье, а на лицо наложила добрый слой пудры, чтобы скрыть следы бессонных ночей. Выделила глаза, чтобы казались ещё больше, и нанесла лёгкий румянец на щёки – пусть знает, кого посмел обидеть! Если она и вправду ему нравится – она будет бить по его слабости.
Ты ещё пожалеешь о своём предложении, барон Гинцбург!
Виктор приехал в полдень, как и обещал.
Натали встречала его в гостиной вместе с чемоданами. Она до сих пор не знала, что решила та, что могла их спасти. Но на всякий случай холодно и вежливо улыбалась – в прошлый раз она всё же погорячилась с высказываниями… Ещё передумает, чего доброго, уже и Елена станет не нужна после такого «горячего» приёма.
Мужчина окинул взглядом чемоданы и нахмурился – неужели княжна решила всё же пойти на улицу, чем за него? Вот непокорная.
Не показывая ничего ни лицом, ни телом, мужчина бесстрастно разоблачился и сел в предложенное кресло. Он уже второй раз садился в него, словно хозяин. Ну да, хозяин вдвойне – дома и положения. Вся судьба семейства сейчас находилась в холёных руках молодого барона.
Виктор поправил нарочито небрежную шевелюру и принял позу поудобнее, всматриваясь в лицо Натали и пытаясь прочесть – знает ли хотя бы она ответ на волнующий его вопрос.
– Ваши чемоданы всё же собраны. Елена решила отказаться от моего предложения? – решил он разведать у матери девушки последние новости.
– Об этом мне неизвестно. Елена всегда сама всё решает и ни с кем не советуется. Свой ответ она даст лично вам. Что же, пойду скажу ей, что вы приехали и ожидаете.
– Будьте любезны. У меня очень мало времени. Еще встреча с нотариусом, который отдаст готовые документы на дом. И я, так сказать, стану его владельцем в полной мере.
– Понимаю. Я потороплю её, – женщина, сохраняя горделивую осанку, стала подниматься по лестнице.
Виктор соврал. Времени у него вагон и маленькая тележка. Но уж очень любопытно, что же решила она… Игра перешла все грани. Княжна не такая, как другие, и это подкупило его и заставило обратить внимание. Или он обратил внимание, потому что девушка немыслимо красива? Барон сам не знал, что испытывал больше – интерес к необычной девушке или же желание.
Мужчина сидел спиной к лестнице, когда послышался шорох платья. Повернул голову – Елена. Молодой человек встал с кресла, внимательно оглядывая княжну. Что-то в ней изменилось с их последней встречи – она как будто потухла. Даже глаза не так горели огнём, в них лишь тлели угольки. Серьёзная какая-то, взрослая. Виктор поднялся ей навстречу. Елена остановилась, не дойдя до него несколько шагов.
– Добрый день, Елена Олеговна,– сказал он ей, продолжая искать глазами ответы на слишком бледном лице Орловой.
– Здравствуйте, Виктор Альбертович, – она с вызовом смотрела на него, не позволяя подойти слишком близко и не давая возможности прикоснуться к ней.
Сейчас она считала его своим самым настоящим врагом.
Мужчина и женщина смотрели друг на друга. Мужчина в ожидании, женщина – с презрением, будто бы он какое-то мерзкое насекомое. Похоже, Виктор переоценил свою мужскую силу и привлекательность, в глазах Елены – он просто ничтожество. Обстановка накалилась добела. В гостиную никто и носа не совал, давая им возможность поговорить и решить между собой важный момент.
– Вы приняли решение? – нарушил молчание барон.
Он не намерен отступать.
– О, да, – подняла она брови.
– Итак? – мужчина вытянулся в струну, ожидая ответа.
Со стороны, впрочем, он казался таким же вальяжным и расслабленным, как и при первой их встрече.
– Вы неверно ставите вопрос, барон, – Елена улыбалась ему.
И это была самая ядовитая улыбка, какую приходилось видеть барону на лицах женщин.
– Как правильно?
– «Каков будет ваш положительный ответ, княжна?»
Барон не скрыл победной улыбки:
– Ваш ответ – положительный?
– Это очевидно. Вы не оставили мне выбора. Вы будто охотник, который травит лисицу собаками, гонит её, пока у неё есть силы бежать. А когда лиса устаёт, падает на снег и оказывается в тупике, вы спрашиваете её: «Лисица, лисица, а хочется ли тебе жить?» Лисица отвечает: «Хочется». А охотник ей: «Знаю, но я уже решил сделать из тебя шубу!»
– Какое интересное сравнение. Но вы же не зверёк, я не собираюсь делать из вас шубу.
– Вы правы. Я – не зверёк. Я – намного хуже. Просто вещь. Так берите свою вещь и будьте довольны собой.
Барон на миг оторопел – он вовсе не ожидал подобных слов в лицо.
– Я не считаю вас вещью.
– Именно так вы и считаете. Трофей, приз, способ обелиться за счёт меня – я не знаю, что именно. Но только не человек. Вы думаете, я не знаю, что говорят обо мне за спиной? Что ж, я стану вашей женой. Обещаю уважать вас, хранить верность. Но любви вы не получите. Никогда вас не прощу.
Гордая девушка хотела уже уйти, как мужчина удержал её за руку, заставив остаться на месте. Девушка попыталась избавиться от плена рук, но сделать это было непросто – Виктор как каменное изваяние замер на месте. Барон смотрел ей в лицо, сдвинув брови, и не давал шагнуть ни на сантиметр в сторону.
– Не торопитесь, княжна,– сказал он, вынимая из нагрудного кармана дорогого пиджака коробочку.
Ах, ну да. Да он джентльмен – пришёл с кольцом. Всё-таки предложение, как-никак. Ужасно мило!
Отпустив Елену, молодой человек достал красивое старинное кольцо и надел на палец теперь уже своей невесте, поцеловав кончики пальцев девушки. Она нервно отдёрнула руку, как, впрочем, и всегда. Его прикосновения раздражали Орлову до зубовного скрежета.
– Это фамильный перстень. Теперь он ваш.
– Красиво. Жаль, что не по праву.
Больше не говоря ни слова, княжна развернулась и покинула его, ни разу не оглянувшись.
Виктор остался стоять на месте в разрозненных чувствах. Радости от её согласия он вовсе не испытал. Да и чего он ждал? Конечно, он понимал, что, заставляя её вступить с ним в брак, может ожидать лишь возмущения. Но чтобы так его… унизить и растоптать? Ещё ни одна женщина не позволяла себе этого. Он был крайне зол. Во что он ввязался? Кажется, этот глупый спор и соревнования с самим собой завели мужчину вовсе не туда.
За своими мыслями Гинцбург не сразу расслышал, что в гостиной он снова не один. Мать Елены стояла напротив, обращаясь к нему.
– Что, простите? – переспросил погруженный в себя барон.
– Поговорили? – спросила княгиня.
– А… да. Свадьба через две недели. Я пришлю людей, которые помогут подготовиться Елене. Некоторые вещи можете уже собрать, и слуги отвезут их в мой дом. После свадьбы княжна, естественно, будет жить со мной. Что ж, откланиваюсь, – Виктор коротко кивнул и уверенным шагом покинул гостиную.
Натали беглым шагом поднялась в спальню дочери.
Елена сидела за своим туалетным столиком перед зеркалом. Кулаки её были сжаты, девушка тяжело дышала и смотрела в стол невидящим взглядом. Мать легонько тронула её за плечо, и княжна вздрогнула от неожиданности. Похоже, она всё ещё была под впечатлением от разговора. Натали озадаченно смотрела на свою дочь в отражении зеркала.
– Что ты Виктору такого наговорила, что он даже спесь свою растерял?
– Правду, – глаза Елены так и метали молнии.
– Лена, – цокнула языком мать. – Ты очень несдержанная. Я-то знаю, ЧТО ты могла наговорить. Удивительно ещё, что после твоих слов он не передумал. Хотя… я его предупреждала об этом.
– Ты слышала, – догадалась девушка.
– Только часть. Последнюю.
– Ну и чёрт с ним. И жаль, что не передумал.
– Ты в этом состоянии войны с ним и жить собираешься?
– Я хочу сделать так, чтобы он сам со мной развёлся. Но перед этим отдав права на дом мне.
– После этого ты больше не найдешь себе мужа, – вздохнула Натали.
– Я больше искать и не буду, – твёрдо ответила девушка. – Достаточно одного такого.
– В этой ситуации я уже ничему не удивлюсь. Делай, как считаешь нужным… Ты спасла нас всех.
– Да. Закопав при этом себя.
– Красота – отнюдь не всегда равняется счастью. Тебя она сгубила. Как и многих других. Во все времена красота – слабость мужчин. Она порабощает их, заставляя делать ужасные поступки, иногда глупые. А страдаем мы, женщины.
Это был исключительно редкий момент, когда мать говорила с Еленой на равных, без своего напускного жеманства и мишуры приличий. Она говорила как обычная женщина, как мама. Натали и сама испытала на себе силу женской красоты. Сколько раз Олег дрался из-за неё на дуэлях, пока был молодой и горячий.. Варварский способ доказать свою любовь. Глупее не придумать, как верно подметила княгиня.
– Виктор просил передать, что свадьба состоится через две недели. Скоро приедут люди за твоими вещами, которые ты уже готова передать в его дом.
Елена промолчала, подавив горький стон. Осталось всего две недели до конца её привычной и свободной жизни. Через четырнадцать дней девушка наденет на тело подвенечное платье, на голову – фату, а на душу – невидимые кандалы и поедет в дом барона нести свой крест.
С утра в доме творился переполох, совершенно обычный для такого дня. Только с одним отличием – счастья в этом доме от предвкушения венчания единственной дочери у Орловых не было.
Елене предстояло поклясться перед святынями в верности и любви к будущему мужу. И начать этот брак со лжи перед ликами святых и батюшки – княжне придётся сказать, что брак их по согласию. Этот вопрос задают всем, и среди благородных редко когда невеста отвечает согласием искренне. К сожалению, такова доля дочерей дворян.
В зеркале в полный рост отражалась девушка в подвенечном платье. Платье красивое и дорогое. На такую ткань у Орловых денег нет. Виктор не скупился на свою невесту и привёз в их дом лучшие ткани и украшения, чтобы Елена выбрала то, что ей нравится не только для свадьбы, но и пошила новые платья – радовать глаз мужа уже в его доме после венчания. Девушку не покидало ощущение, что она просто огромная кукла во весь рост. Красивая настолько, насколько же и несчастная. В порыве барона обеспечить свою жену всем необходимым нет ничего плохого, но в каждом его поступке в её сторону Елена видела корысть, мелочность и скрытый смысл.
Натали надевала ей фату, прикрепляя к каштановым волосам шпильками. Она была такая же взволнованная и бледная, как и её дочь. Как бы ни была строга женщина, но дочь свою любила и такой участи ей не желала. Натали тоже выдали замуж по расчёту, но с Олегом было всё понятно и просто. Дом у родителей княгини никто не отбирал, чтобы получить её непонятно для какой цели.
– Ты очень красивая, девочка моя, – с нежностью сказала она, глядя в отражение девушки.
Елена ничего не ответила. Она не ела нормально уже несколько дней, и её мутило от волнения и страха.
– Лена, – мать развернула к себе девушку. – Не бойся. Это не страшно, и потом – вовсе не больно. Не сопротивляйся. Тогда всё пройдет… нормально. От Виктора что угодно можно ожидать. Он молод и горяч. Ты теперь его жена, и тебе придётся быть ей в полной мере. От этого всё равно не уйти.
Её дочь нервно сглотнула и еле удержала рыдания. Мама всё поняла.
– Но кое в чём я могу тебе помочь.
– В чём? – прошептала девушка.
– Я дам тебе травки. Передам с вещами. Будешь их пить, чтобы… не было детей. Если, конечно, ты сама захочешь быть с бароном и ребёнка от него, просто перестанешь их пить, и всё получится.
– Спасибо, – Елена сжала руку матери. Дети им действительно не нужны, если брак они хотят расстроить. Вот уж не ожидала такого от Натали. Да она просто стала её сообщницей! – А если… я захочу быть с ним – ты это допустишь?
– Дочь, ты уже не маленькая. Я не обсуждала с тобой тему развенчания в Империи, но так уж вышло, что она коснётся тебя, если ты всё же разорвёшь брак. Побыв с Виктором, а потом разведясь с ним – ты будешь обречена на одиночество или роль содержанки. И для меня было бы лучше, если бы у вас каким-то чудом брак удался. У многих он начинается с расчёта, но, бывает, и перерастает в любовь. Я приму любое твоё решение. Ты не допустила того, чтобы нас выкинули на улицу как котят. И заплатишь за это слишком большую цену, чтобы я тебе потом указывала, как поступать. Травки даю тебе, чтобы ты сама решила, а не судьба.
– Мама… – в глазах Елены заблестели слёзы. Она не знала, насколько Натали живёт ею и любит свою непокорную красавицу. Она не знала, как матери больно принимать всю эту ситуацию. Натали переживёт это сама, ни к чему рвать и без того неспокойное сердце дочери.
– Девочки, пора, – позвал их заглянувший в комнату Олег.
Женщины ещё какое-то время смотрели друг на друга, пока Натали не потянула мягко за руку невесту.
Татьяна накинула на плечи Елены красивую белую шубку, и она вышла на крыльцо. Возле лестницы княжну ожидала шикарная карета. Прекрасная тройка лучших коней барона была украшена бантами, лентами и бубенцами. В последний раз Елена едет в карете княжной Орловой. Уже через несколько мгновений жизни она выйдет замуж.
***
Увидев в церкви Виктора, невеста разволновалась окончательно. Нервы её были на пределе, Елена не обращала толком ни на что внимание, просто переставляя ноги и двигаясь туда, куда её тянул за руку Виктор в великолепно сшитом свадебном фраке. Лицо его было абсолютно бесстрастным и во время клятв, и во время обряда венчания. Елена чувствовала постоянно его тепло рядом и боролась с желанием сбежать прямо от алтаря, а кольцо, которое барон надел на её палец будто жгло раскалённым железом даже через перчатку. Хотелось избавиться от него – и от кольца, и от мужа.
Из церкви выходили под крики и поздравления гостей. На голову им сыпали лепестки роз, монеты, конфеты. Всё будто мимо Елены, она словно статуя молча шла, надев на лицо маску безразличия. Лишь бледная кожа да слёзы в глазах могли выдать её состояние.
***
Праздновали в доме Виктора.
Этот особняк намного богаче и больше их поместья. Всё красиво и со вкусом, только имеет ли значение, насколько красива твоя клетка?
Гостей было так много, что они еле помещались в бальной зале и столовой за ужином, а свадебными подарками была забита целая комната. Елене они были безразличны, как и поздравления многочисленных гостей. Каждый норовил поздравить лично, поцеловать руку жене барона и выразить восхищение красотой девушки. Под конец вечера невеста жутко устала от всех, а ей ещё предстояла брачная ночь, которую Елена ненавидела и боялась заранее.
Под самый конец вечера к ней подошла Маша.
– Позвольте украсть вашу жену ненадолго, – обратилась она к Виктору, который весь вечер и шагу не давал ступить Елене без него.
– Конечно, – кивнул ей молодой мужчина, выпуская руку невесты.
Елена будто глотнула свежего воздуха.
Мария отвела чуть в сторону баронессу:
– Мы уже собрались домой. Я пришла попрощаться перед отъездом. Приезжайте в гости к нам обязательно. Ты теперь замужняя, и я буду очень скучать.
– И я, милая, – Елена поцеловала в щёку свою подругу. – Мы будем видеться обязательно. И никто мне этого не запретит.
Маша покачала головой:
– Смотри осторожнее. Ты теперь за себя не решаешь.
– Посмотрим, – гордо вскинула подбородок девушка, сверкнув чёрными глазами.
Волконские уехали, и другие гости тоже постепенно начали разъезжаться. Елена долго не отпускала рук матери, смотря на неё огромными глазами, как будто мама могла защитить её от того, что предстоит пережить любой девушке, ставшей женой.
***
Свет свечей мягко заливал спальню барона. По комнате нервно ходила невеста в подвенечном платье. Она ждала и боялась.
В спальню её отвела служанка Виктора Степанида, молодая юркая девушка. Красивая крепостная, которая с детства жила в этом доме и перейдет по наследству вместе с домом Виктору.
Барон не торопился. Он выпил немного бренди в своём кабинете, собираясь с мыслями. Сложно даже предположить, что она скажет ему, когда он попытается потребовать от неё исполнения супружеского долга. Но как бы там ни было – Елена теперь его жена, и эта женщина станет женой во всех смыслах. Рано или поздно.
Скинул фрак и поднялся с кресла, бросив недопитый бренди, отправился по лестнице вверх. Замер на секунду возле двери, положив ладонь на холодную ручку. Одно движение – и дверь перед ним отворилась, открывая взору мечущуюся невесту.
Увидев мужа на пороге спальни, Елена будто бы запнулась о невидимую преграду туфелькой и встала на месте. Она смотрела на мужчину с вызовом, смешанным со страхом, который кожей чувствовал Виктор.
Барон подошёл к ней, остановившись вплотную, заставляя против воли вдыхать его дорогой одеколон. Она невольно начала отступать и уже сделала шаг назад, как руки мужчины мягко заставили её стоять рядом. Дыхание от его близости начало сбиваться, заставляя грудь вздыматься и выдавая волнение девушки. Мужчина притянул к себе дрожащую красавицу, положив на спину широкую ладонь. Сработала защитная реакция, и Елена упёрлась в грудь мужа кулаками, пытаясь не дать придвинуться ещё ближе. Он лишь мазнул взглядом по её рукам. Второй рукой поднял лицо девушки вверх, которое она упорно отворачивала в сторону. Виктор смотрел на ресницы Елены, за которыми она прятала свои бездонные чёрные глаза. На щеках играл румянец смущения.
– Посмотри на меня, – сказал мужчина мягко, но твёрдо.
Баронесса, взмахнув ресницами, остановила взгляд на лице мужа. От зрительного контакта, ещё и так близко, она затряслась сильнее. Мужчина не акцентировал внимание, но отметил про себя каждый её порыв оттолкнуть, убежать. Это понимание неприятно вбивалось в его сердце.
– Не бойся, Елена, – произнёс барон, почти касаясь её губ и остановив себя лишь за секунду до. – Я не собираюсь тебя заставлять. Я не принуждаю женщин.
Всё же не удержался от поцелуя и коснулся губ строптивицы. Он почувствовал, как она дёрнулась, но мужские руки не позволяли ей сделать ни одного лишнего движения. Разве можно ТАК бояться мужчину? Барон никогда раньше не сталкивался с подобным: неприятие, страх, даже какая-то ненависть. Это вовсе не заводило молодого сердцееда. Если только поцелуй, пусть и против воли… С чего-то же надо начинать приручение Снежной Королевы.
Оставив в покое губы Елены, он вновь посмотрел в бездну глаз:
– Я не трону тебя, пока ты сама мне не ответишь взаимным желанием.
Мужчина отпустил девушку, целомудренно поцеловав её в лоб.
– Ложись спать. Ты устала. Я буду спать пока в гостевой.
Лениво развязывая на ходу галстук, барон вышел из комнаты.
Pulsuz fraqment bitdi.