Иллюстратор Альфия Мухамедьянова
© Елена Лосева, 2018
© Альфия Мухамедьянова, иллюстрации, 2018
ISBN 978-5-4490-8238-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Небо любит танцующих.
Когда падаешь – поднимайся.
Подчиняйся движениям танца,
Избегая гневных и паникующих.
Небо любит танцующих.
Разбегайся и бейся в стены-
Круши свой страх.
Кто с тобой не искренен, не в ладах,
Просто, учит быть тебя, забывающим.
Небо любит танцующих.
Если веришь второму, идущему рядом,
самой сладкой и лучшей твоей наградой
Будет то, что он понимающий.
Небо любит танцующих.
Под какой бы ритм не пришлось шагать —
Надо жить, влюбляться, гореть, страдать.
Победить, не прятаться, петь, играть,
Каждой клеткою тела светить, дышать,
Каждым днем наслаждаться, по мере сил,
и пока ты про все это не забыл,
Научись любить его, принимать,
И иди уже свою жизнь танцевать.
16.04.18. 2.34.
Пришел, ворвался, окрутил?
– Да нет, возник спокойно.
Он что-то пил, молчал, курил, и говорил вполне достойно.
Он был словно водоворот,
Однако, нет, пустое.
Ни Бог, ни дьявол и не скот – другое.
Ну, как сказать – не брат, не сват.
Ну, муж, что ли? – нет право.
Любовью он моей объят. Любовью – как отравой.
Меж нами сны, года и грязь.
– И все что ли?
– Да нет же.
Весны навязчивая вязь и утренняя свежесть.
Все было – низость и порок.
– А как же вдохновенье?
– Мы собирали его впрок, в часы отдохновенья.
Когда ж расстаться нам пришлось…
– Так все же вы расстались?
– Любовь взошла к нам на порог, и смело постучалась.
Она смотрела нам в глаза, строга и молчалива.
Не плакала и не кляла, и даже не просила.
Мы перед ней еще в долгу. Платить мы не умеем.
Мы лжем: он – ей, а я – ему. И в разных спим постелях.
Чего же ждем мы от судьбы? Какого, право, чуда?
Так ждал, наверно, в час беды, спасения Иуда.
А я ищу твое лицо, а ты – мое, я знаю.
Но все чужие, как назло, мелькают.
02.04.02
Мне нечем заплатить тебе, торговец облаками.
В карманах мелочь, а в душе сумятица и грусть.
Отдай мне даром, не на вес, расстанемся врагами.
А как полегче станет мне я тут же расплачусь.
Ты держишь веру в кулачке – замызганном и строгом.
Твой сюртучок промок уже от кредиторских слез.
За гроши счастье продаешь ты сирым и убогим.
И в то, что лучше станет им, ты веруешь всерьез.
Но я-то циник, не клиент, надеюсь, ты заметил?
Надежды разделить твоей никак я не могу.
На это, друг мой, ничего он вовсе не ответил.
И что-то странное в руке спокойно протянул.
Держу подарок в кулачке – холеном и тревожном.
Не стало лучше мне ничуть. Совсем наоборот.
Я веру продаю теперь другим неосторожным.
Недорого. Задаром все. Слышь, подходи народ…
23—24.04.02
Я звоню тебе, чтобы открыться.
Утекает время в таксофоне.
Мне чужие ухмыльнутся лица.
Я чужую жизнь живу в погоне.
Не рассвет мне утро обозначит,
Не любовь мне путь озолотит,
И никто мне ничего не значит.
Не о чем ни что не говорит.
Все чужие, все мне безразличны.
Ложь везде, предательство кругом.
Я совсем одна, и мне-то лично —
Даже одиночество не в лом.
06.05.02
Зона счастья. Зона смерти.
Зона строгого режима.
Мой майор – марионетка, непонятный, но любимый.
Вздохи страсти. Вздохи горя.
Первый вздох новорожденных.
Плот покоя топит море грез моих чудесно-сонных.
Крик победы. Крик отчаянья.
Крик летящих мимо чаек.
Я люблю тебя. Прощаюсь и прощаю. И прощаю…
17.05.02
Мир, перевернутый вверх дном
Обрел границы.
Мечта под стареньким зонтом
Едва ютится.
Земля, разверзнутая вдруг
Пришла в сознанье.
И ты – вчерашний близкий друг,
Сегодня занят.
Любовь гуляет под дождем
Паскудной девкой.
Мы больше ничего не ждем,
Себе не верим.
Свет растворяется в глазах,
И позолота
Тоскливо сходит с алтаря,
Бог шепчет что-то.
Нам слов его не разобрать
и от отчаянья,
сердца спешим свои забрать —
для расставанья.
20.05.02.
Бред слияния исчерпан в суете галлюцинаций.
Нет иллюзий, будто кто-то одиночество отменит.
Все мужчины, разных наций
Покидают и не ценят.
Я кайфую в этом доме,
Где нет запаха «Джилетта»
Я не в ужасе, не в коме,
Я встречаю свое лето.
Я одна, но мне признаться
Нет нужды в чужом общении,
Не любить, не целоваться,
Не бояться пресыщенья.
С самым лучшим человеком
Я сижу в своей квартире.
Здравствуй, Ленка! Мчусь с приветом,
И распискою о мире!
Будь счастливой, будь богатой,
И такой, какой ты можешь.
В этой жизни все так сложно —
За тебя я очень рада.
17.07.02
Не путь, а лишь несмелые шаги
И не любовь, а лишь готовность к ней.
Знакомы – не друзья, и не враги
Открыли дверь из тысячи дверей.
Стоим. Молчим. Пытаемся курить,
Хоть сигареты явно ни к чему.
О, Господи, как трудно говорить,
Смотреть в глаза, когда лицом к лицу.
Неловкость. Жест. Какой-то беглый взгляд,
Банальное касанье рукавами.
И мысли: ну на кой мне это ляд?
Прощанье не сердцами, а губами?
Еще минута, ну еще одна —
Она уйдет, и он уйдет куда-то.
Расстались. Не обида, не вина. Усталость.
28.08.02
Воздух пахнет сентябрем —
Ожиданием простужен.
Каждый грустен о своем.
Каждому хоть кто-то нужен.
Вечер дивный невесом
Вспоминается нам лето.
Осень сереньким дождем
На стекле творит портреты.
Символы каких-то дат,
Чьи-то запахи, касанья.
Ностальгиею объят
Весь сентябрь воспоминаний.
Холостяцкие мечты,
Нерешенные вопросы,
И несбыточные сны
снова дарит эта осень.
Сентябрем пропах весь мир.
В каждой куртке щемит сердце
Ежегодный желтый пир
Посыпает раны перцем.
12.09.02
Такси. Время за полночь. Дым сигарет.
Желанье дотронуться – больше чем жить.
Случайная встреча – сентябрьский сонет
И страсть как вино мне хотелось допить.
Искала тебя (ну Земфира мне тоже)
Серьезно тебя я полжизни ждала.
Твой запах как плен, и я чувствую кожей
Как в этой разлуке схожу я с ума.
Спешим сказать «здравствуй»,
Спешим объясняться,
Спешим крикнуть сладкое слово «люблю»,
Спешим стать чуть ближе,
Чуть раньше расстаться,
Остаться одни у судьбы на краю.
12.10.02
Бог, конечно, придет и к тебе
Даже если ты этого вовсе не хочешь,
Даже если не веришь, даже если хохочешь,
Бог, конечно, придет и к тебе.
В полумраке ночей – свет нежданный прольется в окошко,
И ты выскользнешь вверх темно-серою кошкой,
Вопреки всему разуму важных речей.
Бог, конечно, придет и к тебе.
Жизни свет, неудавшихся белых видений,
Добрых слов, светлых дум, светло-белых намерений
Не оценит.
Придет оценить все поступки твои
По своим самым мудрым критериям.
Бог, конечно, придет и к тебе.
Все останется там, где
кончаются детские грезы,
Первый день твоей жизни – холодные грязные слезы,
Когда Бог, все равно, в дом приходит к тебе…
13.04.04
Училась быть добрей я невпопад
На волю случая и Бога полагаясь,
И к людям я стремилась наугад.
И ошибалась.
У жизни две дороги – ад и стыд,
Я выбрать не сумела не одну.
И дом мой превращался в смрад и скит,
И я не верила ни Богу, ни суду
Осталось выбрать тысячи речей —
Из них я пары слов сказать, не смела.
Как мы идем по жизни не умело,
Как мы не верим в предсказание снов.
Конец. Какое слово-то литое
Мы всё им обозначить поспешим.
Ты Жизнь – такое время золотое,
Но мы не так смелы, чтоб просто жить…
8. 07.04. – 09.07.04
Я ищу адресата своим стихам —
Кому делать нечего или on-line зависли…
Я ищу адресата своей любви —
Ведь душа изболелась и спутаны мысли.
Я нашла тебя – даже не видя лица твоего,
Меня согревает твое дыханье.
И сквозь холод кромешный ноябрьского дня.
Я целую тебя сквозь расстоянья.
И нелеп этот стих и пустые слова
Капают… раны не заживляя.
Я люблю тебя… в каждой строке письма…
Потому что я чувствую, что жива я.
Какая редкая удача…
Какая странная игра….
Свеча смеется, а не плачет…
Я не страдаю – рада я…
Мне все обрыдли в самом деле,
Не буду зло свое скрывать…
Считают сантиметры тела,
А душу всем слабо понять…
Как мне смешно до одуренья,
Когда благих попыток блажь —
Меня учить в прекрасном рвенье
Пытается ретивый страж.
И все расписано до скуки
В его нелепейшей судьбе….
Друзья мои! Какие суки
Все лезут в жизнь мою. Ко мне
Они стараются прибиться,
Чтобы глотнуть моей любви…
Чтоб, бросив пить и материться
Я стала так же как они —
Нелепой, глупой, серой мышью…
С больной похотью в уме.
Хрен вы получите! Вы слышите?
Меня… в прогнившей вашей тьме….
2006-07-17
На сердце тоска – тоской
Сонная, капризная
Стонет, стонет под душой
И зовет на исповедь
Я пойду сама собой на высокий бережок…
Посижу вдвоем с тоской и отлегшит на часок
Ветер смотрит мне в окно, бесит меня, требует
чтобы в дребезги стекло, чтобы вновь поверила
Вечер тихо входит в дом
Пустота таинственна
и опять сама с собой…
Как жива немыслимо
Одиночество, как зверь
Пьет из раны кровушку
закрываю свою дверь…
И иду по донышку…
Pulsuz fraqment bitdi.