Предположим, вы поняли, что ваше чадо обладает определенными способностями и, главное, стремлением к сцене: любит петь или танцевать, чувствует ритм, не стесняется показывать свои таланты хотя бы в домашнем кругу. Что делать дальше? Занятий, которые помогут артистичному и музыкальному ребенку раскрыть свой талант, очень много.
Даже если он твердо решил, что будет певцом – уроков вокала недостаточно. К нему хорошо бы добавить сольфеджио. Да, нудно. Да, тяжело. Да, в мире не существует ни одного ребенка, который бы любил сольфеджио. Но без него музыки не будет – как еще человек научится читать ноты с листа?
Было бы неплохо освоить фортепиано – любому певцу необходим музыкальный инструмент, и в идеале не один, а два-три. Хоровое пение – тоже очень полезно.
Сценическая речь, актерское мастерство – прекрасно, а будет еще лучше, если вы добавите к этому набору танец, причем не только эстрадный, но и классический. Да, тяжело, да, не все любят, но это очень полезно для человека, чье будущее – сцена.
Помню, однажды 6-летний Влад Топалов давал интервью какому-то телеканалу, и журналист его спросил: «Ты тут занимаешься вокалом, танцами – это понятно. А зачем тебе, мальчику, классический станок, вот объясни?» И он, пожав плечами, с расстановкой произнес: «Я и сам, честно говоря, не знаю, но мама говорит, что если заниматься классическим станком, то будешь стройный и красивый». Из уст 6-летнего крепыша это звучало прекрасно. И была, разумеется, в тех словах доля истины. В общем, у творческого ребенка столько уроков, что скучать ему обычно не приходится.
В 1990-е годы «Непоседы» были очень востребованы на телевидении. Почему именно мы? Ну, начнем с того, что в то время подобных детских коллективов было совсем мало. По пальцам одной руки можно было пересчитать. «Непоседы», «Кукушечки» Раймонда Паулса, «Домисольки» – вот, пожалуй, и все.
Плюс к тому музыкальных детских программ на телевидении тоже было очень мало, и популярность их была огромна. Такие передачи смотрели и мамы, и бабушки, и дети. Даже ребят, которые появлялись на пять минут в одном-единственном выпуске «Утренней звезды», потом месяц узнавали на улицах, а «Непоседы» активно участвовали и в других телевизионных проектах.
Первое наше появление на экране было одновременно и дебютом телеведущего Тимура Кизякова – мы вместе делали программу, в которой были и игровые номера, и песенные. Помню, показали там композицию Тухманова и Энтина под названием «Мерседес бенц». В стиле рэп. Вы представляете, что такое рэп в исполнении детей в 1992 году? Это не просто в новинку было – мы целую культурную революцию тогда совершили!
Чуть позже режиссер Игорь Шишков возил «Непосед» в Финляндию, где мы снимали цикл передач «Спокойной ночи, малыши» – вместе с Филей и Степашкой вели прямые репортажи из дома Санта-Клауса. Блестящая была работа, очень понравившаяся и нам, и зрителям.
А потом тот же Шишков снял с участием наших ребят две большие картины – «Алиса и волшебство» и потом, по ее мотивам, «Алиса и волшебные коньки». Это были такие полноценные фильмы-сказки – с настоящими взрослыми актерами, захватывающим сценарием, с нашими песнями, и все это транслировалось по Первому каналу. Рейтинги были хорошие, народ бурно обсуждал увиденное, причем не только бабушки на лавочках этим занимались, но и опытные люди, хорошо знавшие цену телевизионной славы.
Стою однажды, на следующий день после эфира, в буфете Киностудии имени Горького, выбираю сосиски себе на обед. А позади меня два товарища, явно из местного, киношного населения. И один говорит другому: «Видел вчера программу по телевизору? Там группа какая-то пела, сплошные дети, но зажигают здорово. Новый какой-то коллектив, кто за ним стоит – непонятно пока». А второй веско, со знанием дела ему отвечает: «Ну, там же в титрах было написано: руководитель Пинджоян. Ясное дело, армянин какой-то с волосатой лапой!»
Как я там в буфете со смеху не упала – не знаю. На всякий случай взглянула на свои руки – вроде ни одного волоска. Но товарищам демонстрировать не стала, пусть себе думают, что за «Непоседами» волосатый армянин стоит.
И все это было бы смешно, если бы не было так грустно. Я такие речи потом часто слышала. Выиграют «Непоседы» какой-нибудь конкурс, идешь потом по коридору за кулисами, а за спиной шепот: «Интересно, сколько она дала членам жюри, чтобы они ее ребеночка вытянули в финал?» В общем, всякие мерзкие слухи ходили.
Но меня спасало то, что я-то про себя всегда знала всю правду. Я человек верующий и могу поклясться на чем угодно – никогда в жизни, ни 25 лет назад, ни сейчас, я не просила ни за себя, ни за детей. Речи не шло не то что о взятках – даже о простой просьбе: «Обрати внимание на моего мальчика, мне кажется, он перспективный». Никогда и ни за кого!
Мне не нужны были победы в конкурсах. Гораздо важнее было участие, возможность показать себя, посмотреть на других, совершить свои собственные ошибки и чему-то на них научиться, сделать какие-то выводы. А доказывать всем и каждому, что ни взятки, ни волосатая лапа ничего общего с «Непоседами» не имеют, – недостойное занятие. Пусть завидуют, их проблемы.
Недавно я узнала о такой старинной традиции: в одной ближневосточной стране новорожденному вместе с именем дарили маленький бриллиантик. Потом на каждый день рождения добавляли к этому камушку еще один. И таким образом в день совершеннолетия у отпрыска набиралась неплохая такая коллекция драгоценностей, которые можно было потом пустить в дело – оплатить учебу или свадьбу сыграть. Люди рассматривали эти ежегодные подарки как инвестицию в будущее ребенка.
Но с моей точки зрения гораздо более грамотно вкладывать средства не в бриллианты, а в обучение. Из года в год, из месяца в месяц вплоть до его совершеннолетия – и тогда отдача будет куда более мощная, чем от продажи бриллиантового колье.
Не секрет, что, как и бриллианты, образование стоит денег. И чтобы научить талантливого ребенка всему, что пригодится ему в жизни, родитель должен вложиться.
Помимо образовательной школы нужны дополнительные занятия. Неважно, чем увлекается ваш ребенок – математикой или пением, чтобы достичь совершенства, нужно обладать огромным объемом знаний. Если малыш хочет стать певцом – необходимы и сольфеджио, и владение инструментом, и сценическое движение. Если он математиком собрался быть – компьютерная грамотность и масса всего еще, что необходимо человеку, если он действительно хочет стать хорошим специалистом в своей области.
И вот эти занятия стоят обычно денег. Бывают, конечно, в истории случаи, когда педагог вдруг заметит талантливого малыша, возьмет его под свое крыло и научит всему, что умеет сам, не беря за это ни копейки, но такие преподаватели – исчезающий вид. И не потому, что бескорыстия на земле больше не осталось. А потому что у хорошего педагога элементарно нет времени.
Единого тарифа не существует, начинающий преподаватель может запросить 500 рублей за час, а маститый специалист – и 10, и 12 тысяч, и кстати, не факт, что за эти деньги вы получите больше, чем мог бы вам дать молодой учитель. Часто мы переплачиваем только лишь за раскрученное имя. А между тем студентка, сумевшая найти с ребенком общий язык, может научить его большему, чем педагог со стажем, с которым отношения не сложились. Понять, кто подходит для вашего малыша, а кто нет, – задача родителя. Смотрите, насколько интересно ему заниматься с выбранным наставником, с каким настроением он ходит на занятия, старается ли учиться и развиваться.
Кстати, дополнительные уроки – это далеко не предел. Хорошо бы не упустить из виду общее развитие человека – водить его в театры, читать книжки, возить на экскурсии, чтобы он мог оценить, что в области, его интересующей, уже сделали другие. Это тоже часть развития. И она, увы, тоже порой стоит недешево.
Но это не значит, что если у папы и мамы нет лишних денег – можно ставить крест на карьере ребенка. Нет! И примеров тому масса. Если родитель уверен в том, что его ребенок талантлив, и при этом готов лечь костьми ради его будущего – приехать на кастинг, показать, уговорить, чтобы взяли, чтобы посмотрели, – это может сработать. Мы в «Непоседах», например, предусмотрели для талантливых детишек из не слишком обеспеченных семей возможность бюджетного или полубюджетного обучения. Если начинающий артист действительно хорошо показал себя на прослушивании и родители действительно готовы жертвовать свое время и доступные средства на его развитие, с преподавателями можно договориться. Ну а если нет, если способности ребенка к музыке не дотягивают до уровня, при котором педагоги захотят заниматься с ним бесплатно или делать значительные скидки, всегда можно попробовать заинтересовать чадо чем-то другим. Быть может, в спорте он проявит себя лучше, и уже какой-нибудь тренер захочет работать с ним «на перспективу».
Сережа Лазарев попал в группу «Непоседы» буквально с улицы. Было ему тогда лет десять. Мама нашей девочки Юли Комлевой работала в магазине неподалеку от Сережиного дома. А он парень самостоятельный был, за продуктами сызмальства ходил сам. И вот однажды пришел в булочную за батоном, а после завернул в другой магазин, где разговорился с доброй женщиной за прилавком. Мама Юли упомянула о том, что дочка ее занимается в ансамбле «Непоседы».
Сережа к тому времени был про нас наслышан, потому что мы частенько появлялись в «Утренней звезде», а Лазарев эту программу обожал и больше всего на свете мечтал туда попасть, чтобы выиграть конкурс. Глаза у Сережи загорелись, он говорит: «Ой, как я хочу в „Непоседы“!» Юлина мама познакомила его со своей дочкой, и они вдвоем поехали в дом детского творчества – мы тогда еще располагались на Соколе.
Войдя в здание, Сережа остановился на первой ступеньке лестницы и говорит: «Нет, я не пойду. Боюсь». Постоял, отдышался, решительно пошел наверх… и аж до второго этажа дошел. И снова: «Нет, все-таки я не пойду, страшно!» Юля с горем пополам затащила его на третий, где, собственно, «Непоседы» и располагались.
Потом он забуксовал перед дверью в мой кабинет. Тут уже Юля начала действовать решительно.
Вошла первой и говорит: «Лена, тут мальчик пришел, без конкурса, без кастинга, но очень хочет тебе показаться». В общем, силой впихнула его ко мне в комнату, закрыла дверь и навалилась на нее снаружи, чтобы парень не сбежал. Сережа мялся, краснел, но все-таки взял себя в руки и начал петь.
Я все сразу поняла, без всяких кастингов. Высокий дискант изумительной чистоты. Очень уверенные движения в танце. В общем, велела я ему приходить наутро и сразу начинать заниматься. С самого начала было очевидно, что не взять такого парня будет большой ошибкой.
Но если я его полюбила сразу, то в коллективе он прижился далеко не с первых дней. Лазареву пришлось пройти через своеобразную инициацию, которую устраивали почти всем новичкам. Наша звезда, Юля Малиновская, которая уже тогда вела «Утреннюю звезду» и была известна на всю страну не могла пройти мимо такого застенчивого и искреннего мальчика. Решила над ним подшутить. Подходит и говорит: «Сережа, Лена просила тебе передать, что к завтрашнему дню ты должен выучить вот такой танец. А если не получится – она тебя из „Непосед“ тут же выгонит!»
Парень, бедный, перепугался, всю ночь старательно репетировал, наутро подходит ко мне и говорит: «Лена, принимай работу, я все выучил!» – «Что ты выучил?!», – удивляюсь я. «Как что? Танец! Как ты просила. Меня теперь не выгонят». Пришлось ему объяснить, что ребятки наши так шутят. Но после этого случая Сережа довольно быстро стал душой компании, и больше Юля таких проверок ему не устраивала.
Сережка вообще обладал и обладает способностью влюблять в себя людей. А если добавить еще и его чудесный голос… Расскажу такую историю. Однажды мы с ним отправились на песенный конкурс в город Кремона, в Италию. Между репетициями у нас образовалось немного свободного времени, и мы решили побродить по городу. Гуляя, вышли на площадь, над которой возвышалась ратуша. Залезли наверх, на колокольню – оттуда открылся потрясающий вид.
«Как же хорошо!» – говорит Сережа и, видимо от полноты чувств, начинает петь. Естественно, для исполнения выбрал «Санта Лючию» – эта песня прямо идеально подходила к окружающей обстановке. Изумительная акустика колокольни многократно усилила Сережин совершенно ангельский дискант. Буквально на секунду он остановился – перехватить дыхание, и в этот миг мы услышали шум внизу. Перегнулись через ограждение и видим: далеко под нами, на площади – огромная толпа. Все смотрят на нас и аплодируют. Пришлось допеть и раскланяться.
Pulsuz fraqment bitdi.