«Верни мои крылья!» kitabından sitatlar, səhifə 2
В его глазах ворочалось что-то жестокое, черное. Горячее.
Приказ. Ему невозможно было противостоять. Кирилл придвинулся поближе, и приказ стал ещё неумолимее. Это остро заточенное лицо то приближалось, то отдалялось, дразня, изматывая. У Ники сбилось дыхание, и она задышала часто, поверхностно и мелко, как будто ее топили в реке. Не в силах шевельнуть хотя бы пальцем, она видела происходящее откуда-то из глубины. Видела глаза, которые заняли вдруг всё пространство, требовательные и властные, черные дыры зрачков, все ближе и ближе, стремительно расширяющиеся, втягивающие ее саму и весь ее хрупкий мирок. И губы. Их она уже не увидела, а ощутила.
Пылающие и невыносимые. Они терзали ее рот, беспощадно беря в плен, и она не могла вздохнуть, не могла думать, не могла больше жить. Всё, что она могла, - это отвечать на поцелуй со всей страстью, что нарастала в ней огромной болезненной волной, гудением во всем теле, судорогой в животе. Самая черная магия, самое темное из искусств, порабощая волю, высвободилось из ее потайных глубин и заполонило все вокруг.
-Хорошо, - невозмутимо продолжал он, - тогда просто поставь галочку - "замужем", "в отношениях", "в активном поиске", "всё сложно"...
Ника фыркнула:
-Ты хочешь создать для меня страничку в соцсетях?
-А что, у тебя её нет?
-А я отсталая! Не иду в ногу со временем.
-Откуда ты столько знаешь про кино? - удивлялась Ника. - Кажется, что ты целыми днями смотришь фильмы...
-Да нет, просто люблю. Это как анестезия. Жизнь ведь сильно отличается. Она не кино и не театр. Все совсем иначе, слишком реально.
Но то, что с нами происходит, меняет нас, и мы набираемся опыта, каких-то знаний о людях, о мире... О себе.
-Они целуются, и весь мир исчезает.
-Именно поэтому остальные бубнят недовольно. Им не хочется исчезать, никому не хочется быть незаметным и несущественным.
-Хорошо, когда кто-нибудь кого-нибудь понимает. Хотя бы в чём-то. Иногда мне кажется, что дальше пытаться нет смысла. Как театр теней. Мы не видим истинных лиц, мы видим только отбрасываемые на белое полотно экрана тени.
Быть незаметной стало не просто её привычкой, это стало самой её сутью.
Ей нравилось ходить одной, точнее, она к этому привыкла. Так было спокойнее и безопаснее.
Есть люди, один облик которых уже говорит :"Спроси ,спроси же меня ,начинай расспрашивать сейчас же". Они наслаждаются своим нездоровьем ,своими горестями ,им нужно ,чтобы их выслушали ,приголубили.
Иногда собственная жизнь, которую ты считаешь полностью себе подчиненной, вдруг пускается под откос безо всяких видимых причин – и прежде, чем ты успеваешь спохватиться.
