– А ты его не обчистил, что ли?
Очередной вопросительный взгляд в мою сторону вместо ответа, и я снова опередила Бообека. Вышла вперёд и протянула руки смирному в общем-то существу.
– Гд-гы, – Моня раскрыл рот и неумело стащил с плеча ношу – протянул её мне, хрустя костлявыми суставами.
– Ой, какой ты молодец! – поощрила его я.
– Вообще-то он очень опасен, – за моей спиной стоял несносный мужик, комментировал. – Такой может горгулью запросто слопать и не подавиться.
Я ему не поверила. Тоже мне знаток. Но спорить не стала.
– Вот и отлично! Он меня и проводит. Так?
– Бгы. – Моня кивнул и продолжил протягивать сумку. А я только сейчас обратила внимание на другую его руку, в которой он держал палку, испачканную земляными комьями на конце.
– Что это?
Забрав сумку, я стояла на месте и не спешила отходить подальше. Вот совсем не чуяла опасности от питомца Перкинса.
– Скорее всего в сумке лежит подчиняющий амулет, – пробурчал тихонько Бообек. – То-то зомбак не исчез после гибели хозяина. А взял палку и начал копать в земле ямку.
– Ямку?
Я обернулась и заметила только неопределённый жест собеседника.
– Он, что ли, хозяина похоронить хочет?
– Да от него горстка пепла и осталась. – Бек неприятно ухмыльнулся и словно для несмышлёной всё разжевал: – Некроманты. Они ж договор заключают с Хидом и после своей смерти их душа попадает в плен к богине ужаса и страха. Во всяком случае так гласят здешние легенды.
– И зачем они это делают?
– Как зачем? Ради увеличения магического запаса, нескольких десятков атакующих гадких заклинаний и, конечно же, видимого бессмертия. Во всяком случае, болезни обходят их стороной. Потому что зараза к заразе не пристаёт.
– Ну-ну.
Осмелев после услышанного, я намылилась вперёд, за широкий ствол дерева, где скрылся зомби.
– Ты куда! – окликнул меня Бек. – Совсем сдурела?
– Ты поговори мне ещё, – огрызнулась я. – Вообще-то в прошлой жизни мне было пятьдесят девять.
– Мне пятьдесят два.
– Ха, мелкий ещё совсем!
Пользуясь оглушающим эффектом сказанного, заспешила вперёд, чтобы не слышать отборный русский, которым меня наверняка наградят, и пускай он киргиз, матерятся они наверняка получше некоторых наших.
Но нет, ругать меня никто не спешил. Только и услышала усмешку за спиной.
– Ладно, иди, я тебя подстрахую, – проворчал мой новый компаньон (судя по всему). Вот сразу бы так. А то цену себе набивает, умничает направо и налево. Я тоже так умею. Просто ещё не успела добраться до гильдии и впитать в себя полезную информацию. Честно признаюсь, очень скучаю по рекламе и телевизору, и точно в таком порядке. Иной раз идёшь по городу, смотришь на рекламные щиты… и по количеству ошибок, да в целом по глубине идеи понимаешь, что ты ещё что-то смыслишь в этой жизни.
Ствол дерева, до которого я добралась, был весьма широкий и внушительный, а за ним трудолюбивый зомби уже успел вырыть палкой ямку шириной в два локтя.
– Давай помогу, – проронила я, глядя на сердобольную нежить. – Как-никак он был твоим хозяином.
Вот чего не ожидала, так это странного жеста, с которым он кивнул на землю и топнул ногой с очередным «Бгы!».
– Кажись, он его не особо любил.
– Тогда зачем закапывает? – задалась вопросом я.
Бообек пожал плечами, но, как и я, подошёл и стал ногой сталкивать кучку пепла в вырытую яму. Зомби стоял и утвердительно качал головой, будто так и надо.
– Слушай, может быть, это ритуал такой? Чтобы он не возродился например?
– Бгы-бгы! – воодушевился Моня. А я прям возгордилась за свою догадливость, спасибо Вовке, все уши прожужжал про монстров в данжах и прочие словечки из онлайн-игрушек, которыми любимый внучок увлекался.
Вот вроде и рада должна быть, что он не шляется по подворотням, а сидит за компьютером. Но иной раз он мне казался каким-то инопланетянином, особенно, когда по микрофону общался в этом самом приложении, которое он называл не иначе как «Дис».
«У меня сегодня стрелка в Дисе, ба, не мешай!» – частенько слышала я, когда заходила в комнату, чтобы пригласить его поесть.
– Слушай, а у тебя дети, внуки есть? – обратилась я к помощнику, чтобы скрасить общее муторное дело разговором.
– Если бы были, я бы за квартиру, машину так не переживал!
Вот и поговорили.
В Гогтаун мы вернулись вместе, потому что я тоже успела проголодаться, а тратить небольшой провиант из котомки не стала, посчитав, – лучше напрошусь к караванщикам или ещё к кому, направляющемуся в ту сторону.
Моня, как и было с ним оговорено, остался ожидать снаружи возле конюшен, а мы с Беком зашли в местную харчевню подкрепиться.
– В общем, такие вот дела. – Мой (образно говоря) земляк, не морщась, работал ложкой. Уплетал между «ниочёмным» разговором рагу, разваренное до состояния каши. Я ела хлеб с ветчинной нарезкой и попивала разбавленный ягодный морс, больше похожий на слабенький компотик. Желудок за сухомятку спасибо не скажет, зато есть то же, что и знакомый эльф, я вряд ли смогу. Эксперименты со здоровьем в этом мире могут оказаться слишком дорогими.
– Так ты говоришь, институт бросил? – я поддержала разговор, припоминая недавние слова собеседника.
Бек замер, ложка тоже, кусок мяса неаппетитно сполз в тарелку, шлёпнулся и отправил несколько капель путешествовать на стол и даже половинчатый доспех Бека. Ну, ему можно. Стёр жир с металлической пластины и снова чистенький. А мне надо быть аккуратнее.
– Да, – ответил Бек сухо. И снова я наступила на больную мозоль? – Вынужден был. Отца похоронил, и мать слегла.
– Извини, – я придала лицу суровый вид. Жаль его стало, но что я могу поделать в этой связи? Выразить соболезнование? Или молча послушать дальше?
– Долги, – опомнился Бек и снова продолжил есть и рассказывать между делом. – Лечение, пропитание, проживание. Всё это стоит денег, я не мог тянуть учёбу и работу, поэтому бросил. И пошёл в шахтёры, там платили прилично и на образование особо не смотрели. Умей только соблюдать технику безопасности, да следи за буровой установкой и станком, лопатой подгребай, поручения выполняй.
– Понятное дело, ты быстро втянулся. – Я насытилась, и теперь уже сидела и просто слушала Бека. – Но, а как же личная жизнь? Неужели совсем никого не осталось там, снаружи, так сказать?
– Неа. – Бообек пожал плечами. – Подруги были, но я давно разошёлся с одной, другой, непостоянное это всё. С моим графиком работы и жизненными проблемами, тяжёлым характером – никто не выдерживал. Скандалы, ссоры, ругань и пошла вон из моей квартиры. Итог был один.
– То есть ты не желал притираться и выгонял женщин со своей территории, – сделала выводы я. – Поэтому и остался один.
Не знаю почему, но мне вдруг захотелось помочь Беку найти корень проблемы, чтобы дважды не наступал на одни и те же грабли, поэтому и рубила с плеча правду, которую видела по его разговорам.
– А как иначе? – тот недоумённо на меня уставился. – Зачем терпеть и что-то ломать в себе?
– Чтобы не чувствовать боль от одиночества.
Я и сама наученная горьким опытом. Десять лет одинокого кукования в небольшом домике в Подмосковье многому меня научили – философскому отношению к жизни, что ли. Тот же Петр Иванович не сразу стал жить у меня, поначалу просто приходил в гости и задерживался допоздна. Он, как и я, потерял свою вторую половинку и тоже не отчаялся, а жил дальше.
– Выбирать из двух зол меньшее? – спросил Бек, чем отвлёк меня из воспоминаний. – Взвешивать решения?
– И это тоже. – Вздохнула и положила на стол пять медных монет. – Ладно, удачи тебе, Бообек. Я пойду, заберу Моню и решу где сегодня разместиться. Попробую всё-таки найти провожатых до Бронхейма.
Встала и собралась уходить, но эльф меня остановил:
– Погоди, есть идея.
И почему на эти слова у меня возникают ассоциации о гиблом деле? Но пересилила себя и подарила земляку ещё немного своего времени.
– Я могу проводить тебя до развилки, – обрадовал меня Бек. Расплатившись, он подошёл и подхватил под локоть, а заодно шепнул тихонько: – Идём, ночлежку устроим в лесу. А Моня может нас посторожить.
– Уверен?
– Более чем. – Эльф утвердительно кивнул. – Иначе попусту тратить деньги ни тебе, ни мне не с руки.
Что ж, в этом он прав. У меня не так много монет осталось, а сумарь некроманта я ещё даже не открывала.
Поэтому согласилась, не подумав удобно ли будет спать под открытым небом. Бек казался мне надёжным малым и злости ко мне не таил. А ежели хотел обчистить, сделал бы это после убийства некроманта. Правильно, зачем тянуть? Нет, тут другое. Похоже, я его немного зацепила.
Вздохнула и поспешила забрать послушного Монтия, пока он не переполошил чужих ездовых животных, потому что с интересом заглядывал в их кормушки.
Уморительно было смотреть на то, как альпака утаскивала подальше в угол зелёные кусты, которые щипала с таким остервенением. Можно подумать, зомби травой питается, ага. Кстати, об этом. А они вообще питаются? И если да, то чем? Почесала затылок и так ничего толком не придумала за пять минут молчаливого следования за нашим провожатым.
Эльф шагал быстро, опережал, но иногда останавливался или же сбавлял шаг, чтобы поравняться со мной. Но молчал. Открывал и снова закрывал рот, будто не решался в чём-то признаться.
– А ты почему о себе мало рассказываешь? – наконец ворчливо упрекнул он.
Мы к тому моменту уже и вновь миновали крепостные ворота и вступили на тракт, но в этот раз ведущий к подбрюшью Такшайских гор. Время близилось к полудню. Солнышко немного припекало.
– Тут приятнее всего местность и меньше тварей в лесах, – оправдывался Бообек. – Ну так, расскажешь о себе, или подозреваешь меня?
– Да что рассказывать. Я одинокая старушка в прошлом, съехалась с соседом, чтобы не скучно было. Вот и вся история.
– А дети? – подсказал настырный мужик.
– Овдовела я десять лет назад. Дочь у меня есть, у неё сын, мой внук Вовка, колледж по новомодному заканчивает, по-нашему техникум, что ли? В универ поступать в следующем году будет.
– И ты вот так спокойно себе живёшь и назад не рвёшься?
Я хмыкнула.
– А что мне там делать? Грядки вскапывать – это я и здесь могу. Вот Петю бы найти. Да дочери передать, что всё у меня хорошо. А так… Дачу мою наверняка продадут скоро. Но вначале объявят пропавшей без вести. Выждут срок положенный. И ведь вот какая штука, мы с Иванычем специально не расписывались, чтобы проблем с наследованием не возникло. У него целое скопище претендентов на имущество. У меня дочь и ещё есть двоюродные родственники. Не хотела я жизнь осложнять родным.
Бек промолчал.
– А моя квартира муниципалитету отойдёт уж наверняка, если не вылезет из ниоткуда поддельный родственник.
– И такое бывает, – беззлобно усмехнулась и искренне посоветовала, – отпусти ты это всё и живи, не зная горя. Кирпичи не стоят наших слёз. Сила, вон, у тебя какая, мускулы. Знай себе, земельку купи, да домик отстрой. Харчевню поставь на развилке и живи припеваючи.
– Ага, было бы так просто.
– Разве нет? – я поджала губы и призадумалась. – Неужели тут нет земельного права? И я не смогу купить себе участок?
– Арендовать в лучшем случае. Чтобы получить права на землю, надо здесь родиться или получить в наследство.
– Значит, пойду туда, где ещё нет владельца.
– Ну-ну, попробуй только сунуться в необжитые территории и тебе крышка.
– Это ещё почему?
– Монстры.
Хм.
– Бгы-бгы, – поддакнул зомби, плетущийся позади нас.
– О как. А Моня у нас, что ли, учёный? Всё понимает? – Бек изумлённо обернулся.
– Да он вообще молодец, – похвалила его я. – Не удивлюсь, если лучше моего грядки вскапывать будет. Понять бы, чем его кормить…
– Как чем? А ты выпусти его в лес поохотиться на монстров, там и узнаешь.
– А это не опасно? – я сощурилась, глядя по сторонам. – Они его не того самого? Не покоцают? Жалко его будет…
– Ха! А монстров так не жалко?
– И монстров жалко, – кивнула я, – но Моню жальче.
– Забавная ты.
Вот, уже прогресс, Бообек снова улыбнулся. Того и гляди подобреет под моим влиянием, а?
Места, по которым вёл меня провожатый, и правда оказались более живописными, если так можно выразиться. Земля сменила свой цвет из мутно-жёлтого с серым отливом в тёмно-коричневый, а иногда тут и там выглядывали из реденькой жухлой травы синие проплешины.
– Раз Моня с нами, то Тропы безумия нам будут не страшны. Да и Паучий лес тоже можно пройти за день. Всё же лучше обогнуть горную гряду справа, вдоль берега, чем идти в лощину и выискивать вход в копи, чтобы непременно заплутать и сгинуть в какой-нибудь ловушке, охраняющей гробницу древнего императора Хораса IV. А он слыл тем ещё садистом. Одними ямами там не обойтись.
– Погоди, но ты же сказал тракт и развилка?
– О, про Смердящий лес и Змеиный перевал – забудь.
– Почему это? – я уставилась на Бообека, отражая на лице всю свою подозрительность.
Вместо ответа эльф порылся у себя в сумке и достал оттуда небольшую, но очень толстую книженцию в чёрной кожаной обложке.
– Тут много заметок. Нашёл записную книжку одного из легендарных путешественников. Во всяком случае, лавочник мне вручил с изрядным энтузиазмом.
– Думаешь, оригинал?
– Шутишь? – Бек усмехнулся. – Не удивлюсь, если копия. Но даже так, она действительно полезная оказалась. Правда, я её открыл только тогда, когда заплутал в этих самых копях…
– И было это когда?
– Месяца три назад, – собеседник вздохнул, – может, четыре. Я тогда впервые отправился в Гогтаун на задание. То-то гильдейский сойтен или суитен, не знаю, как правильно произносится, короче, работник, принимающий заявки на выполнение задания, расщедрился и предложил надбавку, если выполню задачу с опережением срока. Я тогда и выбрал самый короткий маршрут, если судить по карте.
– Подожди, но ты обещал проводить меня до развилки, – не унималась я, – соврал?
С некоторых пор я стала более щепетильна в вопросе выбора спутников. Не могу сотрудничать с человеком, который врёт мне напропалую и даже не скрывает этого. Да вообще, который врёт.
– Нет, я не врал. Между Листоградом и Бронхеймом много развилок. Эти два города находятся справа и слева от Джениз-Бэй почти на одной широте. Открой пятьдесят шестую страницу, увидишь схему с названиями. Мы в самом низу, обойдём горы, по форме напоминающие повёрнутую набок подкову. Во внутреннюю лощину заходить не будем.
Вообще-то я уже видела карту, но ради приличия подыграла ему. Кивнула. Вот только об упомянутом маршруте я не знала. Потому что на новой карте из книжки кусок суши между морем и горами оказался гораздо шире, чем в той версии, которую разглядывала я.
– А… – Бообек сразу догадался о причине моей подозрительности. – Ты видела общую карту из бесплатной листовки, что на улице раздают представители разных гильдий?
– Она просто валялась в таверне, – оправдалась я, изучая более детальную схему. Помимо городов, гор, лесов и прочих названий разных местностей тут были обозначены жирными точками берлоги крупных монстров и даже их морды в миниатюре красовались рядом. Удивительно, сколько всего можно уместить на небольшом изображении. Интересно, а есть ли здесь подобные карты городов с названиями улочек, таверн, гильдий и иных знаковых мест, о которых нужно знать каждому авантюристу?
– Хорошая работа, аж завидно, – я нехотя закрыла книгу и протянула её владельцу. – Ещё раз убедилась в том, насколько правдиво изречение «Знание – сила».
– Оставь пока у себя, можешь почитать, когда сядем на привал. Мне всё равно пока без надобности.
– Премного благодарю!
Упрашивать меня не пришлось. Позади лишь послышался негромкий хмык зомби. Я быстренько спрятала книгу в сумку, поплотнее завязала шнуровки и, переводя дыхание, посмотрела вдаль. Представшая взору картина настораживала. По земле стелилась сизая дымка, сквозь которую проглядывали остроконечные вершины хвойных деревьев.
– Ой, а что это за чернота и плотный туман впереди?
– Это Тропы безумия.
– Там с ума сходят или что? – переспросила я с опаской.
– Да нет, просто чародей-некромант, который живёт на этих землях, наложил заклятие, ухудшающее видимость всякому проходимцу. Но если не ступать на территории его кладбищ, а пройти вдоль берега, то ничего страшного не случится. Просто знай себе, посматривай вправо на воду и не теряй из виду горизонт. Как раз за полдня должны управиться и к вечеру добраться до Паучьего леса. Там и заночуем. А Моня нас посторожит.
– М-м-м, соблазнительная перспектива, ничего не скажешь.
– А ты думала.
Бек ехидно улыбнулся, из-за чего кончики его длинных острых ушей еле заметно приподнялись.
– Интересно, а что будет, если мы всё-таки забредём на кладбища? – спросила на всякий случай. Вдруг форс-мажор…
– Если зайдём на чужую территорию, то можем нарваться на охранников: упыри, каменные горгульи, гнилоеды, скелеты, зомби опять же. Да много кто может быть у него в подчинении. Те же Ловчие Смерти. Гадкие призрачные существа, меч их не берёт, но это не самое страшное – никогда не знаешь, каким заклинанием они шарахнут. Поэтому лучшее средство защиты от них – это ноги в руки и бежать.
– И чем твой маршрут легче Смердящего леса?
– Тем, что там ты можешь попросту задохнуться в пути, – эльф пожал плечами. – Маслянистые чёрные лужи выступают на поверхность из почвы и по запаху больше напоминают бензин. Без специальных дыхательных амулетов людям и эльфам там делать нечего. У тебя, кстати, есть?
– Подожди, так у них нефть, что ли, в лесу разлита?
– Да каком лесу? Шипы каменные торчат вверх, вот и называют лесом. Гоблины в своё время набурили скважин в выступающей наружу скалистой породе да так и бросили всё на самотёк. Местность быстро стала необитаемой, чего, наверное, они и добивались. Ну, иногда, правда, туда пребывает целая экспедиция на грузовых драндулетах, выкачивают одну-две лужи и уезжают восвояси.
– Ух!
Меня аж проняло.
– А чего это мне насоветовали этот маршрут? – удивилась я.
– Кто? Гоблины, да?
– М-м-м, да.
– Им запах бензина даже ноздри не щекочет. Сама же видишь, в какой чистоте они живут.
– А ещё на чеснок обижаются, – проворчала я. – Тоже мне, нарциссы.
– Да ладно тебе, – успокаивал меня эльф. – Их жизнь вон как обидела. Ни роста, ни физиономии. Зато самомнение у каждого раздутое, поболе всех гномов и дворфов вместе взятых.
– Экий ты критикан, – пожурила его я. Хотя и сама хороша, первая ярлык повесила. Но мне-то можно ведь? Меня ж из лавки прогнали, а ещё чуть на тот свет не отправили стараниями Перкинса. – Кстати, а наш вредитель чейный был?
– В смысле? – не понял меня Бек.
– Ну, эльф он или человек? По голосу, знаешь ли, не понять. А то я его не разглядывала, пока он у Мони на черепушке копошился.
– О, это их излюбленное занятие. Если видишь нежить самоходом бредущую и без хозяина, знай, он точно где-то рядом, может, даже в кармане каком-нибудь прячется.
И тут мы дружно переглянулись, а затем покосились на сумку некроманта, которую я передала обратно Моне, чтобы облегчить себе ношу. Потому что за спиной – помимо моей котомки – у меня покоился ещё и меч, привязанный шнурками от сумки. Нести его в руках – слишком пагубное занятие для моих бицепсов и трицепсов. Забивает руки на раз. Хотя ничто так отлично не утомляет на сон грядущий, как ручное пропалывание грядок от сорняков (гербицидов на них не напасёшься, да и травиться лишний раз не хочется, не то вылезет потом воспалением где-нибудь или ещё чем похуже). Тфу.
Собрала мысли в пучок и медленно обернулась:
– Это самое, Монтий, лапушка, – тихонько начала я, – дай-ка сумочку сюда, хочу взглянуть, что там у нашего Перкинса завалялось?
Бообек горько вздохнул. Промолчал.
Думала, сейчас он снова лекцию прочтёт на тему «зя – незя», иными словами что можно, а что нельзя делать с вещами некроманта. Тем временем зомби мой смышлёный и к тому же очень послушный и вообще, будто образованный малый, протянул мне кожаный квадратный сумарь, в который я и заглянула наконец, оттягивая сей торжественный момент на попозже, пока любопытство лень не переборет.
Сейчас вот случилось-таки нашествие тараканов в мою голову – страх наткнуться на некую гадкую гадость улетучился, уступая место животному интересу. И правда, а вдруг у него там денег немерено?
Ага. Двадцать раз. Листочки, всякие шелестяшки, побрякушки на шнурках. По ощущениям ничего особого. Запустила руку дальше, шаря пальцами по днищу.
– Ой! – вскрикнула я. Разыграла Бека. А он весь такой поверил, набычился, рукоять оружия обхватил, благо хоть из ножен не вынимал. Поэтому сильно не затягивала сей напряжённый момент. – Неа, ложная тревога.
Хитро улыбнулась и снова закрыла сумку. Вытаскивать наружу предметы не было абсолютно никакого желания. Тем более внизу лежала странная небольшая деревянная фигурка. Вот её-то я и нащупала, когда подала голос. А больше, кроме листов и амулетов на шнурках, ничего такого. Но это я ещё не всё ощупала, имелся в некромантской сумочке и внутренний карман, застёгнутый на пуговицу, его я как раз оставила про запас. Будет чем заняться на привале.
Едва я вернула Монтию его ношу, Бек вновь заспешил по тропе к безумию и той самой туманной местности, куда мне идти ну очень не хотелось. Волосы на затылке зашевелились от одной только мысли, что мы-таки забредём куда не надо, растревожим кого не следует и получим по самое не балуйся. Но, как бывало и ранее, решила подойти к вопросу с юмором и львиной долей… кхм… непредвзятости. В итоге хмыкнула, припоминая в уме крылатое выражение: «Не ту страну назвали Гондурасом», спасибо Христофору Колумбу за оригинальность. Приподнятое настроение подарило движениям лёгкости, идти стало гораздо легче. Но это ненадолго, до очередного ворчания попутчика:
– Поспешим, не то до ночи не управимся.
Я недовольно ускорила шаг. Ох уж этот скороход. Ноги у него от ушей растут, что ли? Он же выше меня только на полголовы, а по ощущениям и скоростям, так на все две. С его выносливостью, самое то поле перекапывать под посадку, да грядки разбивать. Эх, такие таланты зазря пропадают! Надо бы это исправить как-нибудь. Потом. Ещё успеется, я думаю.
Ага. Наивность неизлечима. Моя точно.
Pulsuz fraqment bitdi.