Я уже не раз писал в своих историях, что очень люблю гулять, и притом не только у себя по околотку, но и в соседнем в районе, в «Сокольниках». Особенно в самом парке, где цветущей растительностью заполнен каждый уголок, а потому воздух там настолько чист и свеж, что дышится всей грудью. Однако чтоб попасть туда, мне требуется пройти немалый путь через городские проулки, минуя многие дома и дворы.
И вот как раз, проходя через один такой двор по пути в парк, я неоднократно замечал в нём небольшую скульптурку льва, расположенную прямо на лужайке рядом с детской площадкой. Симпатичная такая фигурка лежащего на травке льва, а скорее львёнка, но уже с гривой, как у вполне взрослого самца. Уютный, скромный дворик и такое своеобразное украшение. А рядом парочка блочно-кирпичных высоток и длинная пятиэтажка напротив. Всё выглядит весьма гармонично и прилично, я даже привык к этой расстановке.
Но как-то однажды, следуя тем же путём, я вдруг обнаружил, что кто-то трогал того симпатичного львёнка, и покрасил его в какой-то уж больно ядовитый, жёлтый цвет. Видимо, рабочие красили бордюры у дороги, ну и заодно покрасили львёнка – предположил я. Наверное, решили, что такой цвет краски самый подходящий для юного царя зверей. Впрочем, подобных примеров хватает, случаев не счесть, когда рабочие красят всё, что им под руку подвернётся. Но тут особый случай, и вот почему.
Буквально через пару дней, я, вновь следуя этой дорогой, увидел, что львёнок опять прежнего, естественного для него, первозданного, каменного цвета. Той жёлтой, страшной краски, на нём, как ни бывало. Просто удивительно, будто кто взял, и всё смыл. Однако дело оказалось гораздо сложнее, чем я предположил. Прошло ещё пару дней, и львёнок вдруг вновь стал жёлтым, притом находясь всё на том же месте. Явно было видно, что его никто не трогал и никуда не перетаскивал, а у него опять поменялся цвет.
То же самое повторилось и на следующей неделе. Львёнок с прежней настойчивостью менял цвет; то его красили, то его отмывали, но кто и зачем это делал, неизвестно. Просто мистика какая-то. И так продолжалось, чуть ли не каждый день. Но вот на третьей неделе меня ожидал сюрприз. Львёнка на его привычном месте вообще не оказалось; ну, то есть совсем не было, ни жёлтого, ни бесцветного, ни каменного, абсолютно никакого.
Я прошёл мимо и лишь пожал плечами, дескать, львёнку надоело это всё, вот он и сбежал, шуточное конечно предположение. Однако я был недалек от истины. Как впоследствии оказалось, не один я заметил такие перемены происходящие с львёнком. Уже потом, по-прошествии некоторого времени, я узнал от своих незримых друзей историю всего того, что случилось в этом дворе, и теперь спешу пересказать её вам. А дело было так.
Действительно, дорожные рабочие, совершенно без злого умысла, как-то взяли и покрасили в первый раз львёнка в жёлтый бордюрный цвет. Тому я и стал свидетелем. А уже потом произошли все те последующие перекраски и отмывки с подчистками. И что интересно, люди прекрасно видели, как рабочие подкрашивают львенка, а вот как его отмывают, никто не замечал, просто не обращали внимания. Зато такое непонятное явление весьма заинтриговало одну очень любознательную девочку с третьего этажа высотного дома напротив.
Окна её комнаты как раз выходили во двор прямо на лужайку, на то место, где возлежал львёнок. Между прочим, я тоже один раз видел, как рабочие красили львёнка, а вот как его отмывали, не замечал ни разу. Вот и девочке этот факт никак не давал покоя, ведь в столь юном возрасте все мы очень любопытны, и непременно хотим знать объяснения тем или иным явлениям. А тут прямо у неё под окном происходит нечто непонятное. Кстати, девочку звали Алина, что означает великодушная, благородная, возвышенная. К тому же ей недавно исполнилось девять лет, самый любознательный возраст. И, разумеется, она задалась вопросом.
– Как это так получается, что сегодня вечером львёнок лежит покрашенный, а завтра утром он уже отмытый?… Неужели кто-то приходит по ночам и чистит его?… но тогда кто?… Даже не верится, что такое может быть,… и кому такое надо?… вот бы узнать,… а что если мне попробовать ночью не спать, а проследить, кто это отмывает нашего львёнка?… ну, очень интересно… – подумала как-то вечером она и решила устроить засаду.
Вообще-то Алина была девочка уже вполне самостоятельная, ведь третий год училась в школе, и весьма ответственно к этому относилась. Родителям даже не приходилось её подгонять. Вот и к этой своей идеи Алина отнеслась тоже очень серьёзно; заварила себе кофе, чтоб быть бодрой и не уснуть, поставила вплотную к окошку кресло, чтоб было удобно наблюдать, и даже плед приготовила, чтоб не застудиться от сквозняка из форточки.
– Ну, теперь от меня ничего не утаится, не скроется,… я всё замечу, всё увижу… – комфортно устроившись в кресле, заключила она и стала усердно вести наблюдение за всем происходящим во дворе. Быстро стемнело, настала глухая ночь, однако уличный фонарь ярко освещал то место, где находился львёнок. Накануне его как раз опять покрасили, и он даже успел подсохнуть. Алина до часу ночи не сомкнула глаз. Всё смотрела и смотрела на львёнка.
Но дневная усталость дала о себе знать, так что во втором часу ночи бедняжка склонила голову и слегка задремала. А спустя ещё пять минут она уже крепко спала, прямо здесь же в кресле. Разумеется, проснулась Алина только утром, когда солнечный свет уже вовсю хозяйничал снаружи, а львёнок преспокойно возлежал на своём месте, притом совершенно чистый, отмытый, в первозданном виде.
– Ой-ё-ё-ё-ёй,… я всё пропустила,… его снова кто-то отчистил, а я проспала!… Ах, я кулёма,… клуша глупая!… Ну, нет, так дело не пойдёт,… уж в следующий раз я подготовлюсь более основательно,… и обязательно выслежу, что творится ночью в нашем дворе!… – клятвенно зареклась она, и разочарованно пошла умываться да завтракать. Таким образом, первая попытка Алины выяснить, что происходило с львёнком, потерпела фиаско.
Pulsuz fraqment bitdi.