Kitabı oxu: «Наследник Звёзд», səhifə 2

– Верно, парень! – в глазах учителя вспыхнул азарт. – А ещё потому, что нам подчиняются все четыре стихии! Клянусь Перуном, через год-другой ты научишься не только пускать молнии, но и вызывать облака, создавать элементалей! А на вершине мастерства – грозовой элементаль сам выйдет из твоих рук!

Он вытащил короткий медный жезл с шаром на конце.

– Раньше мы колдовали посохами, громоздкими и неповоротливыми. Но посмотри: за последний век мы перешли на жезлы и палочки! Лёгкие, удобные, быстрые! Только враги-хаоситы цепляются за своё старьё.

Он ткнул жезлом в сторону громоотвода.

– Начнём с простого. «Игнис»!

С жезла сорвалась лилово-синяя молния и исчезла в громоотводе.

– Твоя очередь, Апион.

Я глубоко вдохнул, вскинул руку:

– Игнис!

Из палочки сорвалась молния – и ударила точно в цель.

– Хорошо! – Громобой хлопнул в ладонь по рукояти топора. – Но не зазнавайся, даже простое заклятие может решить бой. Дальше – сложнее. Игнис Орбис!

В небо рванул сине-лиловый шаровой разряд.

Я повторил:

– Игнис Орбис!

Шар молнии вырвался из палочки – правда, не такой ровный и сияющий, как у Громобоя, но всё же настоящий. От усилия у меня заломило виски, и сердце забилось быстрее.

– Невероятно! – Громобой раскатисто расхохотался. – Ещё никто не справлялся с первого раза!

Я попытался повторить без слов. Короткий разряд сорвался снова – слабее, но явный.

– Болотные черти! – округлил глаза учитель. – Да у тебя дар к невербальным заклятиям!

Он взмахнул жезлом:

– Теперь оборона. Скутум Игнис!

Его окружила сверкающая сфера из молний, прозрачная и плотная, словно живое электричество.

Я поднял палочку.

– Скутум Игнис!

Щит сомкнулся вокруг меня. Синие и лиловые разряды оплели полупрозрачный купол. Сначала я смотрел заворожённо, но быстро ощутил силу – плотное электричество жужжало по коже, готовое ударить всякого, кто сунется близко.

– Красиво, верно? – бас Громобоя перекрыл треск молний. – Но не забывай: это не игрушка. Щит молний жжёт врага в ближнем бою. Запомни, Апион: аргомантия не только сила и красота – это ещё и ответственность!

***

Корпус аргомантов оказался самым мощным подразделением княжеской гвардии. Помимо грозовых магов в его рядах служили стихийники других школ, а также обычные воины без магии. Но главным испытанием для меня оказалась не только боевая практика – рядом со мной оказалась Алисия.

Она была моей ровесницей, рыжеволосая девушка с изумрудно-зелёными глазами. В её взгляде читалась решимость, свойственная воину, а в улыбке – мягкость, которая удивительным образом сочеталась с огненным характером. С первых же дней тренировок мы подружились, а вскоре стали неразлучными.

Наступило лето. Когда я упражнялся в стрельбе из лука, ко мне подошёл Даромир. Его голос прозвучал особенно торжественно:

– Итак, брат Барс. Теперь и для тебя, и для Алисии настало время настоящего дела. У вас – первое совместное задание.

Он протянул мне запечатанный свиток.

– Вот послание для магов академии Солнцеграда. Доставите его в целости. На дороге небезопасно, культисты иные шныряют повсюду, потому вы пойдёте вдвоём. Алисия – твой напарник, доверяй ей как себе.

Алисия кивнула и улыбнулась:

– Пожалуй, проверим, как мы сработаемся за пределами крепости.

***

Мы прибыли в Холмск, богатый торговый городок, который, впрочем, на мой взгляд, всё ещё казался захолустным посёлком в сравнении с миллионным Стейнгардом. Здесь нас ждал Паук – агент корпуса.

Я подошёл к человеку в серебристой мантии у ворот большого дома и показал приветственный жест-пароль: соединил указательный палец с средним, мизинец с безымянным и коснулся носа большим. Он ответил своим – приложил три пальца к сердцу.

– Рад видеть тебя, брат Барс, – шёпотом произнёс он.

– И я рад, брат Паук, – ответил я поклоном.

Мы отошли в сторону.

– Вот это и есть послание, – тихо сказал Паук, передавая нам второй, опечатанный конверт. – Несите его магам Солнцеграда. Но знайте: дорога будет тяжёлой. На пути вам встретится деревня Кабаны. Там поселился дикий орк. Он держит крестьян в страхе, ворует скот. Ополчение и солдаты уже пытались его одолеть, но безуспешно. Бестия сильнее десяти человек. И, что ещё хуже, он говорит на странном диалекте, не похожем на обычный орочий язык. Академики не смогли его понять.

Паук покосился на меня и добавил:

– Поэтому Даромир и выбрал именно тебя. Ты отличаешься сообразительностью, а твои шансы выжить выше, чем у других.

Я кивнул.

– Хорошо. Мы дойдём. А с орком… сумеем разобраться.

***

Мы ехали верхом через деревню Кабаны. Она выглядела покинутой, хотя ещё недавно тут кипела жизнь. Поля оставались засеянными, в хлеву блеяли овцы и козы, но людей не было. Остатки скота дрожали, чуя беду.

Я сидел в крестьянской одежде поверх доспеха аргоманта, чтобы не привлекать внимания. Алисия ехала рядом. Её зелёные глаза внимательно всматривались в окрестности, а рыжие волосы выбивались из-под капюшона.

Мы долго молчали. Но вскоре она нарушила тишину:

– Апион… можно я спрошу? Кто были твои родители?

Я вздохнул.

– Отец… странствующий боевой маг. Известный, но судьба его давно потеряна. Мать… женщина с тяжёлой жизнью. Она пила. И умерла, когда я… вернулся домой.

– Прости, – тихо сказала Алисия. – Я не хотела причинить боль.

– Всё в порядке, – ответил я, крепче сжимая поводья. – Главное – жить дальше.

Мы ехали молча, и каждый из нас понимал: впереди – опасность, которая проверит не только нашу силу, но и нашу верность друг другу.

И наш разговор с Алисией внезапно оборвался. Как гром среди ясного неба в самом центре деревни сверкнула вспышка, похожая на молнию. Из неё поползло облако странно пахнущего зелёного газа, накрыв всё вокруг.

– Осторожно! – крикнул я и задержал дыхание. Паладины могли обходиться без воздуха часами. Алисия же подняла руку – и вокруг неё закружился воздух, отгоняя газ. Она владела стихией ветра так же легко, как я владел молниями.

Когда зелёная мгла рассеялась, в центре показался огромный орк с дубиной размером с дерево. Вот почему жители покинули деревню – одного его вида было достаточно.

– Ну что, чужаки! – проревел он, размахнув булавой.

– Держись рядом, Алисия, – сказал я, слезая с кобылы. – Это будет нелегко.

– Я сама могу за себя постоять, – усмехнулась она, сжимая в руках жезл.

Орк зарычал и бросился вперёд. Его удар сверху вниз мог бы расколоть дом пополам. Я успел отскочить, а Алисия метнула в него струю огня. Пламя лишь опалило его кожу, но орк замер на миг, рявкнув от боли. Я воспользовался паузой и рубанул мечом по его боку. Клинок застрял в щите Хаоса, вспыхнувшем вокруг врага.

– Ха! – орк рассмеялся. – Вы не хуже тех магов, что пытались меня убить!

Он взмахнул дубиной, и удар отбросил меня к ближайшей стене. Я успел сгруппироваться, оттолкнулся от камня и, перелетев через улицу, послал в него лилово-синюю молнию.

– Проклятье! – взревел орк. – Опять эти молнии! Как у Хаммона!

Я замер. Его слова задели что-то в памяти.

– Ты… говоришь по-вестландски?! – выдохнул я.

– Конечно, говорю! – орк опустил булаву, но ярость всё ещё светилась в его глазах. – Это мой родной язык. Постой-ка… я тебя знаю. Ты ведь был в отряде Элиддина и Ларратоса. Как же звать? Арион?

– Апион, – поправил я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. – Ты… Ирвэн? Баал Ирвэн?!

– Я – Ирвэн, да. Но Баалом меня больше не называй. Шеддитов нет, их власть пала. Ларратос убил Хаммона, и с тех пор я изгнанник.

Алисия, не опуская жезла, смотрела на него с недоверием:

– Значит, бывший владыка шеддитов ворует скот у крестьян? Вот до чего докатился твой «великий алхимик»?

Ирвэн зарычал, но не пошёл вперёд. Его голос потемнел:

– Мне не было места ни в городе, ни среди орков. Я чужой и там, и здесь. Вот и стал отшельником. А жрать-то надо.

Я опустил меч, но не до конца.

– Если пообещаешь больше не трогать людей, я помогу тебе. Купим тебе скот, обучим языку. Ты справишься. Но оставь деревни в покое.

Ирвэн всмотрелся в меня, потом в Алисию, и вдруг тяжело вздохнул.

– Хорошо, Апион. Попробую.

– Тогда до встречи, Ирвэн, – сказал я.

Мы с Алисией забрались на кобылу и оставили деревню позади.

***

Мы с Алисией въехали во врата Академии. Фиолетовый камень башен переливался в лучах заката, а в воздухе чувствовался запах чар – тяжёлый, как грозовое облако. Фиолетовая Цитадель, сердце магического города, вздымалась прямо перед нами, увенчанная символом – глазом в треугольнике.

Я слез с кобылы, а Алисия шагнула вперёд – её огненно-рыжие волосы сверкнули под капюшоном, который она наконец сняла. Зелёные глаза светились решимостью.

– Агент Барс, – торжественно обратился к нам маг в мантии с серебряной вышивкой. Судя по сиянию ауры, он был одним из магистров. – Ты привёз послание?

Я кивнул и протянул конверт. Маг наложил заклинание рассеивания, и печати слетели, заструившись голубыми искрами. Он развернул письмо и начал читать вслух.

«Магистрам и Архимагам Солнцеградской Академии.

Империя Айрос готовит войска к вторжению в Дейлос. Культисты Зорана активизировались в Мойрении, расшатывая устои и готовя предательство изнутри. Мы требуем немедленной мобилизации магов Академии, ибо война придёт скорее, чем думают многие.

Подпись – князь Драгомир, правитель Солнцеграда».

Во дворе поднялся гул.

– Айрос? Это слишком серьёзно, – прошептал один из седых магов. – Но у нас нет подтверждений.

– Князь Драгомир никогда не писал бы такого без причины! – возразил другой. – Мы должны действовать!

– А если это всего лишь княжеская политика? Мы втянемся в чужие войны…

Спор разгорался, пока не раздался уверенный женский голос.

– Это не «чужая война». – Алисия шагнула вперёд, и её слова прозвучали громом. – Я – Алисия Солнцеградская, дочь князя Драгомира.

Маги замерли. Одни поклонились, другие недоверчиво переглянулись.

– Княжна?! – наконец выдохнул магистр. – Но как… вы здесь? Среди боевых магов?

– Я здесь потому, что устала сидеть во дворце, как птица в золотой клетке, – её зелёные глаза сверкнули. – Если враг угрожает моему народу, я должна быть там, где опасность. Я – боевая магичка, и сама выбрала этот путь.

Несколько магов переглянулись: в их взглядах было и осуждение, и восхищение.

– Княжна?.. – вырвалось у меня. – Да чтоб меня гром разразил! Ты всё это время – дочь Драгомира?!

Алисия обернулась ко мне. В её взгляде мелькнуло лёгкое смущение – но затем привычная твёрдость вернулась.

– Да, Апион. Я скрыла своё происхождение, потому что не хотела, чтобы меня видели лишь как «дочь князя». Я хотела, чтобы меня воспринимали как воина. Как мага.

Я покачал головой, пытаясь примириться с мыслью. Вспомнилась наша первая встреча, совместные тренировки, сражение с Ирвэном. Всё это время я думал, что рядом со мной просто напарница… и вдруг оказалось – рядом княжна.

– Вот это да… – пробормотал я. – И всё же… какая разница? Для меня ты всё та же Алисия, с которой мы плечом к плечу били врагов.

Алисия улыбнулась – впервые за этот день тепло и по-человечески.

Я шагнул рядом с ней.

– Алисия говорит правду, – произнёс я. – Явидел, как культисты уже действуют. Угроза реальна. Если мы будем ждать «подтверждений», завтра враг будет у этих врат.

Повисла тишина. Затем старший магистр, с длинной седой бородой и золотой печатью на груди, поднялся.

– Тогда решено, – произнёс он. – Мы мобилизуем боевых магов Академии. А вы, княжна Алисия и агент Барс, отныне будете нашими связными между князем и Академией.

Я кивнул. Алисия гордо выпрямилась.

Глава 3. Звёздные странники

Я не мог поверить своему счастью! Я, выросший в трущобах, стал напарником дочери местного феодального правителя! Вероятно, судьба обладает чувством юмора: некогда лучший вор стал лучшим стражником! Алисия – княжна, решившая стать боевой магичкой, – и её не отталкивало моё происхождение. Она не знала, что я прибыл из иного мира, но я ощущал по её ауре, что она уважает меня – и чисто интуитивно видит во мне человека, отличающегося от других аргомантов.

Помимо всего этого, меня беспокоила ещё одна мысль – как вернуться домой. Если верить магам Древгорода, ответ лежит перед носом. В академии Солнцеграда, находящейся недалеко от Центра Силы, должны быть люди, знакомые с принципом путешествия между мирами.

У входа Фиолетовой Цитадели стояло двое магов-охранников в красных робах – один широкоплечий рыжий детина лет двадцати, другой, его ровесник – худощавый и высокий брюнет. Похоже, огненные маги.

– Что тебе нужно, аргомант? – полюбопытствовал рыжий маг-охранник.

– Подскажи, где я могу найти мага, специализирующегося на путешествиях между мирами.

– Тебе надо поговорить с Артемием, архимагом, заведующим кафедрой надмировых структур и деканом факультета Общей Магии. Кафедра находится на третьем этаже.

Я бегом ринулся вверх по винтовой лестнице. Стены оказались кирпичными, на них тихонько полыхали факелы. Я поднялся на третий этаж и ворвался на кафедру. Перед моим взором предстал высокий седовласый маг – даже повыше меня самого. В его лице читалось аристократическое происхождение. Возможно, он состоял даже в родстве с Драгомиром.

– Приветствую тебя, архимаг, – поклонился я.

– И тебя приветствую! – возбуждённо ответил чародей. – Как же я рад тебя видеть!

– Мы знакомы? – удивлённо промолвил я.

– Нет! Но я ощущаю по твоей необычной ауре, что ты прибыл из другого мира! Гости из-за пределов – редкость в Эламе. Но они встречаются. Ты должен остаться, дабы я мог тебя исследовать! Я много заплачу тебе! – маг добавил эту фразу через пять секунд, столкнувшись взглядом с равнодушным выражением моего лица.

– Нет, не стоит. На недостаток денег я не жалуюсь, – ответил я. – Я хочу покинуть этот мир. И посему ищу твоей помощи в этом деле, архимаг.

– Значит, ты не можешь самостоятельно вернуться домой, иномирянин? – возбуждение мага спало, и он нацепил свою обычную маску важности. – Как же ты попал в Элам?

– Я происхожу из магически закрытого мира. Я овладел некоторыми техниками Первозданной Магии – и, опасаясь преследования со стороны врагов моей родины, я перешёл на глубокий уровень плана бытия, называемого Тенью Абсолюта – и выдавил себя из реальности своего мира. Затем я прошёлся по золотой тропе – и вынырнул на севере Элама.

– Ты хочешь сказать, что заблудился, путешественник? Поведай, как тебя звать?

– Меня зовут Апион. Да, я заблудился. Мой родной мир называется Эрта. Ты поможешь мне вернуться туда?

– Я не уверен. К югу от Солнцеграда находится Центр Силы, где пересекаются мировые потоки энергий клатхи. После проведения трёхчасового ритуала открываются врата в Межреальность.

– Значит, выход из Элама есть?! – возбуждённо выкрикнул я, не обратив внимания на незнакомое слово «клатха».

– Выход существует, правда есть одно «но».

– Есть вероятность заблудиться в Межреальности?

– Скорее очень мала вероятность, что ты сможешь не заблудиться. За последние два века пятьдесят один маг проделывал ритуал перехода – дабы исследовать иные миры.

– И что?

– Вернулось лишь трое. Что случилось с остальными – неизвестно, хотя можно догадаться.

Эти слова обрушились на меня, как молот. Внутри будто что-то оборвалось.

Трое из пятидесяти одного… меньше шести процентов…

Я всегда считал себя везунчиком: выжил в трущобах, в тюрьме, пережил Хаос. Но в сравнении с этой бездной все мои прошлые испытания казались лишь детской игрой.

Мне почудилось, будто воздух в зале стал тяжелее, и даже стены Фиолетовой Цитадели придвинулись ближе.

Что, если я шагну – и окажусь в мире, где само дыхание ядовито? Где нет ни одной души, кроме чудовищ? Где нет дороги обратно?..

Я сжал кулаки, стараясь не показать страха. Внутри бушевала паника, но паладинская выучка заставила дыхание остаться ровным.

– Не нравится статистика, да? – язвительно усмехнулась Алисия. Она стояла рядом, скрестив руки на груди, её зелёные глаза светились дерзостью.

– Вот так-то, герой. Ты хотел быть странником звёзд? Привыкай к тому, что дорога может закончиться пропастью.

Я обернулся к ней – и впервые за долгое время ощутил, что моё лицо бледно, как у мертвеца. Она это заметила и, похоже, наслаждалась моментом. Но в её ауре я уловил не только насмешку, но и скрытое уважение: ей было любопытно, сломаюсь я или выдержу.

– Я… – голос предательски дрогнул, но я заставил его зазвучать твёрже, – я пережил и не такое. И всё же… – я глянул на Артемия. – Как же эти трое смогли?

– Случайность, – сухо ответил архимаг. – Удача. Ничто иное.

Внутри меня что-то сжалось. Если всё решает только удача – значит, никакая сила, никакая воля не имеют значения. А ведь именно вера в собственную волю вытащила меня из трущоб.

Я прикрыл глаза и на миг позволил панике проглотить меня. Сердце билось так, словно вырывалось наружу.

Неужели всё? Неужели здесь мой путь заканчивается?

Но потом я вспомнил: я уже однажды вышел из Межреальности. Шёл по золотой тропе – и сумел найти дорогу сюда, в Элам. Я сделал невозможное. Значит, я уже в числе этих «трёх».

Я распрямился.

– Я рискну, – сказал я твёрдо. – Даже если шанс один на сто.

Алисия вскинула бровь, но улыбка на её губах стала мягче:

– Ну вот, это уже больше похоже на того Апиона, которого я знаю.

Артемий нахмурился:

– Ты слишком молод, чтобы так легко бросать кости с судьбой. Но решать тебе. Я предупредил.

– А я услышал, – ответил я. – И всё равно пойду.

В этот момент я ясно понял: страх никуда не исчез. Но именно он стал моим топливом.

– А всё-таки, – продолжил я спокойнее, – может ли существовать способ контролировать путешествие между мирами?

– На кафедре надмировых структур мы как раз и занимаемся поиском такого способа, – ответил архимаг. – Легенды гласят, что нашим миром ранее правил могущественный древний народ – народ Перворождённых. Слышал когда-нибудь о них?

– Конечно, – ответил я. – Нашим миром они тоже правили. И по всей Эрте можно найти руины их колониальных правительств.

– В нашем мире тоже находятся руины этой древней расы. Колониальные големы поведали нашим магам, что раса Перворождённых умела совершать межмировые путешествия. Но этот секрет исчез вместе с самой расой.

– Эрта, мой родной мир, – также и родина Перворождённых. Может, это поможет вычислить её координаты в Межреальности?

– Увы, ничем помочь не могу, – покачал головой Артемий. – Направленных переходов мы не умеем. Каждый раз – игра в кости.

– А не было ли иных рас, способных свободно странствовать по мирам? – я не унимался.

Архимаг на миг замолчал, словно решая, стоит ли говорить дальше, и только потом произнёс:

– В старых хрониках есть упоминание о страннике. Он назвал себя представителем расы Звёздных Странников – ситтари.

Я вскинул бровь.

– И что они собой представляли?

– На вид – обычные люди. Но, – голос Артемия зазвучал наставительно, словно он читал лекцию студентам, – они рождаются на стыке мировых потоков, на перекрёстке космической магии, называемой клатхой. Оттуда – их сила. Они могли двигаться с быстротой молнии и видеть в темноте, как днём. Один странник, посредственный воин по меркам своей расы, одолел двадцать человек на деревянных мечах. В стрельбе из лука превзошёл лучших магов Мойрении. А другой, по преданию, игрался с тридцатью противниками, словно с детьми.

– Прямо какие-то сверхчеловеки…

– Именно так. Харизма, память, умение учиться – всё у них было запредельным. И главное – они не знали границ. Для них все миры были открыты, и они переходили между ними так же легко, как мы пересекаем реку по мосту.

– И куда же они делись?

– Пять веков – ни слуху, ни духу. Будто растворились. Может, ушли в самые глубины Межреальности, где не достать даже нашим заклинаниям.

– Выходит, мой единственный шанс вернуться домой – найти одного из них?

– Других шансов я не вижу, – твёрдо произнёс Артемий.

Я замолчал. Слово «ситтари» будто ударило меня в сердце. Оно отзывалось эхом где-то глубоко в памяти… Я уже слышал его. Когда-то… там, в Эрте.

Воспоминание всплыло, словно из бездны: магический браслет моего отца, Иллиндилa Гранта. И открытие, которое тогда обрушилось на меня: он – не из нашего мира, а с некого Ситтараса. Он был ситтари.

Меня пробрала дрожь. Значит… и я сам наполовину ситтари?

Теперь всё складывалось. Моя врождённая ловкость, ненормальная память на языки, странная лёгкость в магии и боях – всё это было не просто случайностью. Это была кровь Звёздных Странников. Моя кровь.

Я сжал кулаки, чувствуя, как сердце бьётся быстрее. Судьба будто посмеялась надо мной: вор из трущоб оказался потомком расы, для которой нет границ. Сын заблудшего странника. Полукровка Межреальности.

– Если бы один из них скрывался среди людей, он бы наверняка маскировался, – глухо произнёс я, больше себе, чем Артемию. – Прятал бы свои способности, жил бы как обычный человек.

– От магов не скроешься, – усмехнулся архимаг. – Даже если ты сам – сильный маг. Даже если ты – ситтари.

Слово ударило снова, как молот. Ситтари… Это имя теперь было и моим.

– Артемий, – сказал я, стараясь говорить ровно, хотя голос всё же дрогнул, – есть ли в Академии книги о них? О ситтари?

– Есть. Но в закрытых архивах. Туда допускают лишь избранных магов, – высокомерно приподнял подбородок архимаг. – Простым гвардейцам там делать нечего.

– Я не просто гвардеец, – твёрдо ответил я. – Я маг из Корпуса Аргомантов, личной охраны князя.

Артемий прищурился, и на его лице впервые мелькнуло уважение.

– Это меняет дело…

Я задумчиво кивнул архимагу, поблагодарив его за откровенность. Мысль о том, что моя кровь связана с загадочными ситтари, жгла изнутри – и только усиливала жажду узнать правду. Артемий с едва заметной снисходительной улыбкой махнул рукой, и сопровождающий меня библиотекарь, словно возникший из воздуха, пригласил жестом.

– Иди, – сказал архимаг. – В библиотеках Академии есть книги, которых нет нигде более. Может статься, среди них ты найдёшь то, что ищешь.

И я шагнул в полутёмный коридор, ведущий в святая святых Академии – хранилище древних знаний, и сердце моё дрогнуло. Огромный зал утопал в мягком золотистом свете, что лился из парящих светильников. Полки уходили вверх на несколько этажей, утыканные тысячами книг, свитков и табличек. Казалось, здесь хранилась память не только Элама, но и других миров.

Меня проводил седовласый библиотекарь, сухощавый и строгий. Он скользил по каменным плитам так бесшумно, будто сам был тенью, и лишь указал мне на дальний сектор.

– Здесь, маг из Корпуса, – сказал он, – лежат рукописи, касающиеся надмировых рас. Не всё дозволено читать, но кое-что доступно.

Я принялся перебирать тяжёлые фолианты. На корешках блестели названия: «Космические энергии клатхи», «Свидетельства Странников», «Хроники Межреальности». Но больше всего меня зацепила книга с неприметным тиснением: «Мифы и легенды Мойрении». Казалось бы, простое собрание народных сказаний, но пальцы мои словно сами раскрыли её.

И не зря. Уже в первых главах взгляд зацепился за заголовок: «О происхождении магов». Я жадно впился глазами в строки:

«Под небом Элама встречаются два типа магов: прирождённые маги, обращённые маги и Истинные Маги. Первые два типа – плоть от плоти Элама, Истинные Маги же – Звёздные Странники, бессмертная раса, представители которой время от времени прибывали в Элам из глубин Универсума, с таинственного континента Ситтарас.

Прирождённые маги – люди с врождёнными магическими способностями, унаследованными от предков-магов. Изредка маги рождаются в семье, где оба родителя лишены магического начала, но такой случай – один на несколько сотен. Истинный маг способен обратить в мага любого простого человека. Он может инициировать смертного в свои ученики, мгновенно передав ему часть своей космической энергии клатхи, запас которой восстанавливается. Среди великих воителей и магов древности встречались ученики Истинных Магов. Маги же расы людей не могут инициировать простых смертных. Разница между Истинными Магами и Прирождёнными магами примерно такая же, как между Прирождёнными магами и обычными людьми.

Истинные маги – раса, появившаяся в результате союза сильнейших магов людей и божественных существ, называемых Перворождёнными, расы, в древности правящей Эламом. Последствия таких союзов со сверхъестественными существами затем проявляются во многих поколениях потомков. Несмотря на то, что Истинным Магом может называться лишь тот, у кого среди предков были Ситтари или Перворождённые в пределах трёх поколений, всякий человек, у кого были Перворождённые даже среди очень далёких предков, всегда будет способен к магии.

Именно поэтому аристократия Мойрении чувствительна к магии. Согласно древней легенде, отцом первого царя Мойрении Велизара, от которого и происходит нынешний род князей, был небожитель.

Одна из основных особенностей некоторых артефактов Ситтари – невозможность использования смертными. Только кровь Перворождённых может заставить эти артефакты работать. Именно поэтому, согласно легенде, Велизар смог достать из камня артефактный меч, Тинардил, в то время, как самые могучие витязи Мойрении не смогли. Только в руках Велизара меч мог гореть синим огнём, который Ситтари окрестили Небесным Пламенем. В то же время представители династии Велизаровичей, его нынешние потомки, несмотря на то, что являются Прирождёнными магами, не могут силой воли зажечь Тинардил.

Более двух с половиной тысяч лет назад наш мир атаковали страхолюды, посыпавшиеся с небес Солнцеградья. Современные маги отождествляют их с демонами. Но воины и маги людей под руководством Велизара, шагавшего впереди с пылающим мечом, дали отпор этим страхолюдам. На поле в десяти верстах к западу от Солнцеграда, тогда ещё варварского городка, где жил вождь совсем небольшой тогда Мойрении, состоялась решающая битва между легионом демонов и мойренским воинством. Она завершилась сокрушительным поражением чужаков – и победой молодой страны Мойрении. И эта битва вошла в историю как битва на Светлом Поле, и мойренцы взяли летоисчисление от этой даты. Велизар сместил солнцеградского вождя, стал первым царём Мойрении, и его народ заселил пустующие земли к северу и востоку».

Я откинулся на спинку стула, ощущая, как сердце гулко бьётся в груди. Истинные маги… Ситтари… В каждом слове я видел отражение себя самого, своего отца, браслета, что унаследовал от него.

Неужели и правда – я не просто вор из трущоб и паладин поневоле? Может, во мне течёт кровь тех, кто способен вырвать пылающий меч из камня и зажечь его небесным пламенем?