Найти место лучше,
Но в навозной куче.
Среди плохого и скверного
Не взять ни второго, ни первого.
Я столько рыл яму под крепкий фундамент,
Что вылезти сам из неё не в силах.
Здесь глина промёрзшая не оттает
Даже в пламени керосина.
Меня не заметит водитель бетоносмесителя.
Может, крепче станет конструкция моего тела-носителя.
Я должен питаться,
Употреблять пищу.
Я должен стараться,
Я должен быть чище.
Сладкое, острое и солёное.
Кислое, горькое, пресное.
Свойское, купленное, дарёное –
Всё словно ни к месту мне.
Я должен питаться,
Хоть и не хочу.
Я должен стараться,
Ведь так я плачу
Телу за то, что могу быть здесь,
Что впору мне новые дни заставать…
От кожи и до нутра я весь
Отторгаем собою опять.
Я должен питаться,
Раз требуется.
Я должен стараться,
Хоть и слабо верится
В силы глотать пищевую продукцию,
В силы жевать, переваривать…
Не хочется брать ни грамма, ни унцию,
Чего там себя обманывать.
Я должен питаться,
Хоть редка потребность.
Я должен стараться –
Такова бренность.
Голод приходит, но не мотивация.
Голод не значим, чтоб власть держать.
С голодом эта давно конфронтация…
Кому впору верх одержать?
Я должен питаться,
Питаться должен!
Я должен стараться
Сейчас и позже.
Легче обманутым быть
Иль обмануться?
Плоти нужно платить,
Что почти искусство…
Я должен питаться
Системно и мерно.
Я должен стараться,
Сам себе проблема.
Нет настроения или повода –
Звучит, словно нет нужды.
Нет никакого здорового довода.
Как будто бы они нужны…
Солнечный свет прорезает глазницы,
Зрачки покидают свои бойницы.
Врач после смены идёт из больницы
И тихо бредёт домой.
Автобус везёт его вдоль пустых улиц.
Люди ещё спят, Люди не проснулись.
В подушки свои лицом уткнулись
И не хотят видеть свет.
Совсем скоро им идти на работу,
Шагая дружно, строем, нога в ногу.
Они скоро выйдут ордой на дорогу
И будут держать свой путь.
И каждый из них одинок в толпе,
Дома за ужином, даже во сне.
Так волк по ночам взывает к Луне,
Ибо в стае и он одинок.
Общество становится всё ленивей.
Люди принцип такой породили:
Даже врач, ежедневно спасающий жизни,
И тот должен быть один.
Нуждается в рабочих руках страна.
Электрик снова залез в провода,
Строители снова громоздят дома,
Одиночеству памятник возводя.
У меня есть свой грузовик. И он движется полным ходом.
Я сижу как пассажир перед крутым поворотом.
Кто за рулём? Отчего не я? Ведь транспорт мой!
Заместо водителя надпись в окне: "ПУСТОЙ".
Нет никаких амбиций –
Работа съедает все силы.
Гори всё огнём инквизиции!
Не хватит – поднять на вилы!
А если без жёсткой агрессии,
А также метафоричности,
То чтобы дать жизни процессии
Достаточно уважения личности.
Уважать себя – значит себя беречь,
Значит говорить "Нет" переработкам.
Снимая излишки со своих нежных плеч,
Сам собой не будешь загнанным, словно волком.
И ошибок допущено много,
И решений непринятых с ними…
По жизни играя недотрогу,
Рискуем закончиться холостыми.
Я неоднократно слышал:
"Не верь словам – поступкам верь".
В доме любом ведь важна только крыша –
Точно уж не входная дверь,
Или красивый наружный фасад,
Или крепкий фундамент, блок свай.
Я многим поступкам своим не рад,
Но что нужно, то всем и подай.
Я уверен – делами своими
В чужих глазах правды мы не взрастили.
Для кого гоняет по телу кровь,
Эх, если бы сердце знало.
Думаю, выбор был бы таков –
Оно бы "внезапно" встало.
И снова в дорогу дальнюю, зимнюю, бурую.
И снова ловлю свои мысли: «Пора домой!».
В автобусе, сделанном будто на руку скорую,
Я еду обратно, и я – живой!
На прощание в полную грудь – выхлопов газ.
Десяткам людей вокруг, и всем – добрый путь!
Под ногами, колесами, на каждой из трасс
Месиво снежное, что прежних метель пульс.
Оно и понятно. Конец декабря.
Близок Новый год, значит быть теплу…
Зима не сурова: лелеет нас нежно, любя,
Каждого в отдельности, как и всю страну.
Как же приятно ехать! Куда? Неважно!
Двигателя гул и каркаса скрип.
Понимаешь слова, что Паланик писал однажды:
Лишь взгляни на звезды, и ты погиб.
Эх, заснеженных сосен стройнейший стан,
Не менять мне вас на березы тонкие!
Удивительно честным, как Маяковский сказал,
Вещать, что скучает мой взор за стеклами.
Даже жаль, что темнеет в столь ранний час…
Не скучайте, вернусь, напомню ещё о себе.
С уважением, любящий всех и конкретно Вас!
Постскриптум. Выражаю спасибо зиме.
Песком укрыло сожжённый город,
Ещё вчера здесь бродили люди,
Ещё вчера он был мне домом,
Но конец ко всему приходит.
Этот песок был самым белым,
Он был чище большинства людей.
Я уходил из жизни первым,
А следом и все от серных дождей.
И упал на наш город огонь.
Его языки всё в округе накрыли.
На земле наша кончилась боль,
Но ни в Рай нас, ни в Ад не пустили.
Мы – грешные люди, мы из Содома.
Постигло нас то же, что и Гоморру,
И снизошла на нас та же злоба,
Нас жизни лишили, лишили и крова.
Старец один мне сказал недавно,
Что побуждения нашего сердца
Есть злоба юности только, и жаждал
Крепко поспорить с единоверцем.
Помню, город был процветающим,
Известным, как и Вавилон.
Царь Бер был к нам понимающим,
Нам, хананеям, помогал он.
Ведь была вода, и был хлеб.
Зачем нужны зло и пороки?
Толкало нас что-то на грех,
Что судьбы сломало многим.
Мы за все дела поплатились,
Тысячелетия нам лишь миг.
Люди порядком изменились,
И мир порядком наш поник.
Я лично вижу перемены,
Я вижу, как грустит наш царь,
Что каждый город лишь арена,
К нему все ближе наша грань.
Как хорошо, что один проповедник
Тысячи жизней может спасти.
Нас не спас одинокий отшельник.
Обида засела в недрах груди.
Верните мне всё! Верните мне жизнь!
Верните жену мне, верните детей!
Верните нам жизни… Господь, вернись,
Прости нас, грешников, и пожалей!
Молим мы Бога лишь об одном –
Вернись, мы будем тебя любить!
Присядь рядом с нами, войди в наш дом!
Мы поняли всё, и нас просим простить!
Сейчас каждый дом, как будто Гоморра,
И церковь бывает не так уж чиста.
Мы вернём веру в Господа Бога,
Лишь только открой наши уста!
Пускай мой глас не дойдёт до небес,
Пускай мы останемся здесь горевать,
Так лучше, чем бездушным стадом овец
Бродить вновь по улицам, блеять и ждать.
Поверьте же мне, безбожники мира,
Что Он – наш Отец, наша Жизнь и наш Мир.
Мы – Его часть. На земле Его тело.
Нас вокруг много, Он же – один…
Сам себе чужой в неприглядной шкуре,
Отторгающей всё благое и портящейся изнутри.
Если бы тело могло игнорировать боли,
На что бы сознательно смог пойти?
Сам себе конструктор, да материал бракован.
Оператор, похоже, всю партию испоганил.
Если бы в тело не был закован,
Смог бы сильнее ранить?
Слабость тела – причина слабости духа?
Слабость духа – причина слабости тела?
Не найдётся ли случаем оплеуха,
Что и то бы, и то задела?
Непропорциональность и неказистость.
Неуклюжесть, нескладность, хоть по шаблону.
Если тело и дух, дух и тело имеют близость,
То почему бы не быть им и по-другому?
Все болезни от нервов? Стресс – это наша жизнь!
Мы всего лишь нервные импульсы и движения,
Что не прощают себе прегрешения,
Устремиться желая ввысь.
Я смотрю на богатство со стороны,
Ибо быть богатым тяготит морально.
Спасибо другим говорю за труды
И за то, что видимость тоже реальна.
Богатый по ту сторону экрана
В жизни имеет достаток (и свыше).
Мне же по жизни нужно так мало –
Я, пожалуй, к бедности ближе.
Богатство снова в чужих руках.
Хорошо, что я своими богат.
Его богатство его ласкает,
Но оно временно (и так бывает):
Оно сегодня – здесь, а завтра – там
(Оно проходит по рукам).
И, у кого бы богатство ни было,
Не устоит он от соблазна мнимого.
И в чём богатства смысл тогда?
Его ведь видно "из окна"…
Богатство снова в чужих руках.
Хорошо, что я своими богат.
Враги кончились – стали сами себе врагами?
Только и ищем слабого, чтоб ощетинить шерсть.
Упрёмся в ворот чужих ставни рогами,
Пытаясь уже не впервой их снесть.
ЛИ
(2022)
Ich muss leben.
А путь мой верен?
Ich muss arbeiten.
Geht mein Leben weiter?
Mein Tag ist nicht sonnig.
Я, что без палочки нолик,
Вроде и весь в делах,
А по сути – лишь на словах.
Примечание автора: ich muss leben – немецкий – я должен жить; ich muss arbeiten – немецкий – я должен работать; geht mein Leben weiter? – немецкий – моя жизнь продолжается?; mein Tag ist nicht sonnig –немецкий – мой день не солнечный.
Ты не та, в кого я был влюблён.
Я не тот, кто в тебя влюбился.
Время делает ход конём –
Я смирился.
Блеск в глазах сменила усталость,
Вместо лёгкой улыбки – скучающий вид.
Да, со мной только и осталось,
Что копить бремя общих обид.
Да, мы были нужны обоюдно,
Только этот этап позади,
И теперь не являть нам прилюдно
Невнятной нашей любви.
Так сказать, в нужных времени, месте
Мы сошлись, чтобы впредь разойтись.
Говоря это честь по чести,
Я себя же прошу – смирись…
Сложенный лист – это уже искусство.
В жизни в молчании как будто бы пусто.
Я оригами ловко сложу,
Взгляну на фигурку и тихо спрошу:
"И что же дальше? Морщин не разгладить".
Лист палец обрежет, сказав этим: "Хватит"…
Я благодарен за опыт,
Что был на моём пути,
Но мне грустно слышать топот
От тех, кто давно впереди…
А ведь что-то всегда остаётся за кадром…
В кадре фотографа точно не видно.
Кадр для него – только миг, проходящий мимо,
Или что-то большее, что раскрыто в малом?
За окном – ночь. За окном – тьма.
Где-то там, вдалеке, разливается дождь.
Где-то кто – то другому хочет помочь,
Но не судьба.
За окном – ледяные дожди и лужи.
Где-то там кто-то кого-то ждёт,
Кто-то скучает, а кто-то идёт
Навстречу, не замечая стужи.
За окном – деревья. За окном – город.
Где-то там, за окном моим, горит свет:
Кто-то не спит, кто-то смотрит вверх,
Не на крыши с антеннами – на природу.
За окном – Луна. За окном – звёзды.
Где-то там кто-то опять молчит,
Кто-то нелепо теряет миг,
Избегая прозы.
Ливень страшит не тогда,
Когда заседаешь под крышей.
Холодные капли. Вода
Спускается в спешке ниже…
Ливень может страшить,
Когда от него не спрятаться.
Под потоком стабильным жить –
Не жить, а буквально маяться.
Удары от капель. Стук по стеклу и металлу.
Иногда и ценитель прохлады не будет ценить прохладу…
Видеохостинг как бегство отсюда.
Чужой опыт на записи заместо личного.
Жизнь современная полна сюра,
Такова субъективная её опричнина.
Свист воздушного рассечения.
Резкий порыв души.
Желанию и влечению
Поддаваться не спеши.
Искры в глазах мелькают.
Неразвитая реакция.
Последствия убирают,
Используя дефрагментацию.
Собрав воедино, не видим далёкого,
А разобщая, теряем фокусировку.
Посреди сознания блёклого
Не развить нам сноровку.
Что-то творится и происходит,
Что нас в заблуждение вводит.
Ты прямо сказала, что нет места беспокойству,
Что можно со мной не вести никаких бесед,
Поскольку несу одно нервное расстройство,
А не весёлый посреди мрака бред.
Кто я такой, чтобы переживать
И обо мне? Тому не бывать.
Буду честен, товарищи, и признаюсь –
Мне жаль, что мы стали теми, кем стали.
Я, как и каждый, лицом улыбаюсь,
Но рта углы духа упали.
Сменился режим. Прошла тройка декад в придачу.
Не батрачить нам за идеи родной страны.
И вот мы решаем сложнейшую жизни задачу –
Что же мы делать теперь должны?..
Мы боли забыли в своём достатке.
Мы в благополучии копим жир.
Окажемся как-нибудь впредь в упадке,
И опешим…
В жизни хорошей забыли металла привкус,
Вязкость времени и тяжести от оков.
Пока безопасной я бритвой бреюсь,
Я и сам не знаю, на что готов.
Идея уже не рождает былого жара,
Который остался на кадрах Ч-Б кино.
Мало в нас духа нации, крайне мало…
Как там в Италиях – finito?
Примечание автора: finito – итальянский – конец.
Мы сильно отстаём от тех,
Кто отстаёт от нас.
Уходим от небесных вех
И Божьих глаз.
Отходим мы от тех,
Кто кормит нас.
Для Бога вечность – миг,
И Он нас спас.
А наша жизнь – лишь миг
В пучине бытия.
Уйдёт в пучину стих,
А вместе с ним и я.
Забудется наш вид
И образ вместе с ним.
И кончится наш миг.
И кончится наш мир.
Но каждый день наш
Не пройдёт без Бога.
За Него и жизнь отдашь,
И то не много.
Маленькие радости. Каждому свои.
Раз – начнёшь с себя. Два – изменишь мир.
Может так сказаться, маленький пустяк
Даст не только радость – взвеет другим стяг…
"Вся жизнь – театр" – твердил Шекспир,
Но сильно изменился мир.
Да, жизнь по-прежнему игра –
Всё те эмоции, слова.
Здесь роли распределены,
Сюжеты все изменены.
Играют люди все лжецов,
Предателей, но не отцов
Ни справедливости, добра –
Исчезли все эти слова.
Теперь игра – сплошной обман,
А современности дурман
Навеки мудрость поменял.
Театр серьезно обмельчал.
Шекспир был прав, когда он жил,
Но сильно изменился мир…
Моё тело греет пустую кровать,
С которой когда-то я должен встать,
Чтобы потом вернуться обратно.
О продуктивности: кратко и внятно.
До чего же вязкое утро…
По прогнозу погоды – дождь.
Даже небу – и тому мутно.
Пшло б прочь.
Нет желания встать с кровати,
Зато необходимость есть.
Мочевой пузырь кричит: "Нате!
Пора несть!"…
Ни светло, ни темно.
Ни тепло, ни свежо.
Бескультурная речь – дерьмо,
Да тянет ещё.
Просыпаться уставшим,
День проводить не по планам своим…
Нет "своё", есть только "наше" –
И односложное с ним.
Взгляд в потолок.
Закрытые веки.
Показать бы кто мог
Счастья. А, человеки?
Абсолютно счастливый,
Где прячешься? Дай всем нам знать.
Мы тебя бы любили,
А ты бы учил нас дни проживать…
Мы – рабы, но не человека, а жизни нашей.
Уклад прост и цикличен: учись, зарабатывай, трать.
В обществе до сих пор принято "батрачить",
Чтобы жить с излишком – "достойно", а не выживать.
Никому нищеты не желаешь – оно и ясно,
Как не желаешь работать во вред самому себе…
Муха бьётся в стекло, оголтело творя себе встряску.
Если бы платили, пришлось бы больней голове?
Если взглянуть на жизнь с точки зрения геометрии,
То этот процесс, скорее, метафизика, горизонталь.
Мы создаем её, как вертикаль, по известным поверьям,
Но проекция этого есть только точка, не линия. Жаль.
Эта точка ничтожно мала, не идет в сравнение
С миром огромным, где всё – горизонт и прямая линия.
Скрытый смысл, да и второй в придачу, образуют ещё параллель,
Взглядом злым в затылок, как огнём, разрисуют гжель.
Вертикаль длинна, но и горизонталь огромна в размерах.
В отношении друг друга они лишь точки пересечения.
Жизнь и смерть – два влечения, причина – следствие.
Прекрасное сочетание простоты и логики в земельных вехах.
На фоне информационных масс
Что останется от многих из нас?
Жировой пальца след на экране смартфона
И посты в соц. сетях. Едва ли этого много.
Я знаю – незаменимых людей не бывает
(Кто трудоустроен, тот это прекрасно знает),
И, как следствие, для современной истории
Мы большинством своим серая масса – не более.
У многих есть достижения, посильный (и свыше) вклад,
А в каждом другом ещё не разрытый таится клад.
Человек жив, пока его помнят, как говорится.
Интернет не забудет наши данные, наши лица.
Криокамера. Шоковая заморозка.
Больше нет смысла в пафосном или броском.
Но на фоне всех информации масс
Что захоронить решит каждый из нас?
Наша жизнь развивается, согласно физике:
Не так тяжек подъем, как лёгок спуск.
После подъема Вы столько увидите,
Что прежний мир окажется вовсе тускл.
Наша жизнь развивается, согласно лирике:
Нет привязанности, а, значит, не будет проблем.
Если яро верить народной статистике,
То у спуска былое дно – не предел.
Наша жизнь развивается, согласно анализу:
Одно есть причина другого и следствие.
Резкий переход, давления разница.
В любой кульминации есть щепотка бедствия.
Наша жизнь развивается, согласно случайности:
Каждый выбор – иллюзия неблагодарная.
Любая смерть приводит к реинкарнации.
От простого к сложному, если верить Дарвину.
Наша жизнь развивается, согласно судьбе:
Как записано свыше, так всё и пройдёт.
Есть смысл смирения, если с рожденья в тебе
Исписали от корки до корки, да и переплёт?
Наша жизнь развивается, согласно теориям:
Слова же, зачастую, противны действиям.
Слова, скорее, в глазах создают утопии,
А поступки имеют двуличные версии.
Наша жизнь развивается, согласно жанру:
То ли путь далёк, то ли близок его конец.
Комедии, драмы… Поздно иль рано,
Но зрячим окажется даже слепец.
Наша жизнь развивается, согласно музыке:
У кого-то – Дьявола, а у кого-то и Крейцерова,
Но суть сонаты в пленении, как узника,
И величии ещё не рожденной, в процессе, мысли.
Наша жизнь развивается, согласно общему,
Но от общего к частному – недалёкий путь.
Наша жизнь лишь одна. Так чего же большего,
Если и её не понятна первичная суть?
И уверен, что наша жизнь – это одно лишь искусство,
А понять её может лишь Бог, будучи Творцом.
Потому в изобилии нам отчего-то так пусто…
Потому и на нервах не держимся мы молодцом…
Не стесняйся – заходи.
Не опоздал, а задержался.
Столько будет впереди,
Что я под этим гнётом сжался.
Где-то что-то явно будет
Неизведанных нами сутей.
Pulsuz fraqment bitdi.