Утром Есения, как обычно встала раньше всех, покормила сыночка, поиграла с ним, а когда он уснул, ещё раз прокрутила события вчерашнего вечера. Их отъезд положителен был для всех, в доме соседи успокоятся, что ребенок не плачет по ночам, Светлана Петровна чаще будет общаться с сыном, телохранитель Слава перейдет на постоянную работу, семья Волковых не сможет сделать больше никакую гадость, Саша всё поймёт и встретит хорошую девушку, только названным родителям будет первое время тяжело, они привязались очень к внуку, но в конце концов, Игорёк подрастёт, и они будут приезжать к ним. Только им с сыном надо будет привыкать к другому ритму жизни, больше она не сможет столько времени посвящать ему, там ждала её уборка, готовка для всей семьи, а больше всего она боялась пьяных разборок отца. Но отогнав дурные мысли, решила, что это судьба.
«Всё, что бог не делает, то к лучшему», – решила она.
– Уже проснулась дочка, смотрю, собираешься, значит, не передумала?
– Нет, так все в плюсе, кроме нас, но не привыкать. Пожили хорошо, пора и честь знать.
– Зря, может, давай до ноября побудите.
– Нет, папа, на завтра я возьму билеты на самолёт.
– Давай дочка без самодеятельности, сегодня попрошу машину и перезвоню, на какое число.
– Спасибо папочка, ты святой.
Она обняла и поцеловала отца. Его глаза блестели от слёз.
– Папуль не плач, мы будем приезжать, вот только подрастём, – сквозь слёзы говорила она.
Дом, который для неё стал родным, приходилось покидать из за чужих людей.
– Что это у вас тут за сырость? Как наш ангелочек?
– Мама всё хорошо, сейчас собирайтесь, а я накрою завтрак.
Утром обычно они смеялись за столом, а сегодня была гробовая тишина, каждый думал о своём.
– Ну, всё доченька нам пора, поцелуй за нас Игорька.
– Конечно мои дорогие.
Она их обняла и поцеловала. Закрыв за ними дверь, дала волю слезам. Через два часа должен был приехать Слава, пока было свободное время, она решила собрать частично вещи. Прошёл час, зазвонил телефон, от звонка Игорёк проснулся и заплакал. Еся взяла его на руки и подняла трубку.
– Да.
– Дочка прости, слышу, внучка разбудил, но Иванов не вышел на службу, вчера всё было нормально.
– Да папа, он практически не пил.
– Хорошо, ещё раз извини, значит, у него с мамой что-то случилось.
Послышался в трубке отбой. Девушка прижала сына к себе и задумалась, перед глазами побежали картинки, Саша был пьян. Сердце девушки сжалось, она опять явилась тому причиной, надо было немедленно бежать из Москвы. Она Славу попросила приехать пораньше. Тот с готовностью приехал через 20 минут.
– Слава, ты можешь мне помочь в одном деле?
– Смотря в каком.
– Мне надо срочно лететь в Волгоград, у меня плохо маме, я не хочу ввязывать в это родителей Бондаревых, оставлю им записку, до их прихода мне надо улететь.
– Понял, я тогда в кассы за билетом на самолёт, а ты собирайся.
– Спасибо тебе, ты настоящий друг.
Еся очень быстро собрала вещи, тем более что были вещи в основном сына, получился чемодан и небольшая сумка, пока она не представляла, как всё это понесёт.
«Тут проводит Слава, а там что-нибудь придумаю», – решила она.
Через час приехал Черкасов.
– Всё, самолёт через 4 часа, есть время передумать и собраться. Дома я с Аней договорился, так что доставлю прямо до квартиры.
– Ты хочешь сказать, что летишь с нами?
– А ты, что думала, что я тебя посажу в самолёт и помашу ручкой, нет уж дудки, я телохранитель и позволь мне довести тебя до пункта назначения.
– Слава, спасибо тебе огромное, ты настоящий друг.
– Своих не бросаем, давай собирайся, через два часа выезжаем.
На часах было 9 часов. Есения ещё раз посмотрела на полки, всё ли необходимое Игорька она взяла и села писать записку родителям. Слезы градом падали на текст, размывая его. Время пролетело незаметно. Девушка успела покормить сына, тот мирно спал в кроватке, ничего не ожидая.
– Всё сынок, прости, но так будет лучше, мы уезжаем к родным дедушке и бабушке.
– Еся пора.
– Да Слава мы сейчас будем готовы.
– Я вызвал такси, а машину сейчас заберет друг.
– Хорошо, только у меня к тебе просьба, не говори, что помогал мне уезжать, не хочу, чтоб у тебя были неприятности.
– Разберёмся, присядем на дорожку. Ну, вот малой, домой едешь.
При слове малой, Еся вспомнила Колю Шишкина, боевого товарища, это его был псевдоним. Картины боевого прошлого пронеслись перед глазами, она невольно улыбнулась.
– Еся, у тебя всё в порядке?
– Да, извини, вспомнилось, пора.
Соседка по квартире увидела, что девушка спускается с сыном и молодой человек несет вещи.
– Уезжаете?
– Да тётя Паша, спасибо вам за всё.
– А отец где?
– На работе, в аэропорту встретимся.
– Это хорошо, а я думала без его веления уезжаешь.
– Что вы, как я могу.
– Тогда счастливой дороги, береги сыночка, хороший он у тебя.
– Спасибо и вам, до свидания.
Тётя Паша по глазам девушки видела, что та врёт ей и сейчас решала, стоит ли звонить Бондаревым или нет, но здравый смысл взял верх, что лезть в чужую семью не стоит и она смотрела в окно. Они сели в такси и уехали в аэропорт. Очень быстро объявили регистрацию на рейс и посадку. Есения переживала за сына, как он перенесёт полёт, но пока всё шло хорошо.
В управлении кипели свои страсти. Бондарев метался от телефона до окна, он ждал Иванова, но тот был недоступен. Телефон никто не брал, а в управлении никто его не видел.
– Пряхин, пошли кого нибудь к Иванову, что там у него случилось?
– Хорошо, товарищ генерал.
Через сорок минут приехал Женя и сказал, что Саша мертвецки пьян, а дверь квартиры открыта, на постели лежит мать и плачет.
– Спасибо, час от часу нелегче.
Он начал искать телефон сиделки Ольги, наконец, нашёл, похвалил себя, что догадался на всякий случай его записать.
– Здравствуйте Ольга, извините, не знаю вашего отчества, вас беспокоит генерал Бондарев из управления, вы не в курсе, что произошло у Ивановых?
Та сразу, как на духу всё рассказала про Есю, про Светлану Петровну, про Сашу и про то, что она у них больше не работает.
– Да очень печально, простите меня, но только вы им сейчас сможете помочь. Не хорошо друзей бросать в трудную минуту, я вас понимаю, в душе говорит обида, но не думаю, что вам будет легче, если вы узнаете, что Светлана Петровна умерла, а сын вылетел с работы.
– Как это?
– Сейчас у них был мой подчинённый, Иванов пьян, дверь открыта.
– Простите, что не догадалась к ним сходить, не волнуйтесь, сейчас порядок наведу, завтра Сашка будет, как штык на работе, только не выгоняйте его.
– Хорошо, сегодня прикрою, а завтра не придёт, пусть обижается на себя.
– Спасибо вам, вы прям святой, так им помогаете всегда, да и дочка такая у вас замечательная, что Светка на неё взъелась, подумаешь, ребёнок чужой, ведь любят они друг друга, слепая она, что ли.
– Спасибо вам и извините, работа.
– Да, да конечно, что-то я разболталась, до свидания.
«Так вот в чём причина, разлада дочери с Ивановым, ребенок помешал, а интересно Саша знает?» – подумал он.
Бондарев набрал свой номер, телефон никто не взял. Посмотрел на часы, они показывали начало одиннадцатого и тут он вспомнил, что в это время они гуляют.
Самолет совершил посадку в Волгограде. Есения облегченно вздохнула, Игорёк плакал на взлёте и посадке, но быстро успокаивался. В общем, он полет перенес хорошо.
– Еся, идём в комнату матери и ребенка, покормишь сына, а я найду такси.
– Господи, Слава огромное спасибо тебе, если бы не ты, не знаю, что бы мы делали.
– Нормалёк Еська, сбежать удалось, ещё чуть и дома.
Пока девушка кормила малыша, Черкасов успел купить себе обратный билет и найти такси. Они благополучно доехали до дома, но вот беда, их никто не ждал. Мать обрадовалась возвращению дочки, а остальные сразу поинтересовались, надолго ли они приехали и были очень разочарованы, ответу навсегда.
– Спасибо Слава, может, пройдёшь?
– Нет, такси ждёт, давай не расстраивайся, всё образуется, береги себя и сына. Возвращайся, как сможешь.
– Спасибо тебе огромное за всё.
– Ладно, бывайте.
Он побежал назад к такси.
«Вот глупышка, что не осталась у генерала, ведь знала, дома не ждут, но видно была серьёзная причина, что сбежала», – подумал Черкасов.
Еся положила сына на кровать, он открыл глазки и с удивлением смотрел по сторонам.
– Мама, я навсегда вернулась, можно, мы с Игорьком займём эту комнату, кроватку и коляску я попрошу у девчонок, кормлю сама сына, я не буду вам в тягость, а денег хватит, скажи отцу, на его шее висеть не буду.
– Да, что ты дочка говоришь, домой же вернулась, не нагуляла, законно от мужа родила. Всё будет хорошо, успокойся.
– Спасибо тебе мама.
Она помогла дочке разобрать вещи, покормила.
– Давай я посижу с внуком, а ты отдохни с дороги, устала поди, не переживай, вырастим, хватит по чужим жить.
– Мама, они нам с Игорьком не чужие, они такие же бабушка и дедушка, как вы. Если бы не они, нас уже в живых не было.
– Да понимаю я всё дочка, но дома стены помогают. Это же родной дом.
– Может и так.
Бондарев подошёл к двери и тихонько постучал, чтоб не разбудить внука.
– Теперь можешь звонить в дверь, мы остались одни, Есения уехала с Игорьком.
У Геннадия Васильевича сильно закололо под лопаткой, он сел в прихожей.
– Нина, дай, пожалуйста, капли.
«Господи, что творю, ведь я сейчас убью его», – пронеслось у жены в голове.
– Господи, Гена, прости, совсем с ума сошла, всё у них хорошо, долетели нормально, Слава их проводил, прям до квартиры и сдал родителям, он звонил недавно, Еся оставила записку и объяснила, почему так поступила. Всё хорошо.
– Ты ещё скажи замечательно.
– Гена, это её выбор, мы всегда за неё решали, чтоб было лучше.
– Да не ожидал я такого от Иванова, по сути, только Макаров её и любит, бился за неё, даже хотел от своего ребенка отказаться ради нашего внука.
– Да не может быть!
– Так было, его отец ко мне приходил и благодарил, что дочка отказала Виталику, иначе бы погиб его родной не рожденный внук или внучка.
– Господи, какая она у нас умница, всегда своим жертвует во благо других. Давай я тебе помогу раздеться и прилеч, а я прочитаю, что дочка нам написала в письме.
Она помогла мужу снять ботинки и под руки отвела в гостиную на диван.
– Спасибо Ниночка, уже лучше, сейчас я полежу, и потом почитаем письмо.
Он закрыл глаза, сквозь ресницы потекли слёзы, жена посмотрела и тоже заплакала. Так Бондарев плакал второй раз в жизни, первый был на похоронах родной дочери.
– Гена не надо плакать, у них всё хорошо. Вот увидишь, они скоро приедут к нам.
– Нина, я тебя очень прошу, не говори Иванову телефон и адрес Есении, не надо, она от него сбежала, его мать против нашего внука.
– Ты что такое говоришь, да как можно, Игорёшка у нас ангелочек.
– Ей надо родного внука, а не чужого, мне сиделка сказала.
– Господи, зачем тогда звала в гости, могла бы и по телефону всё сказать.
– Вот такие они люди.
– Гена, надеюсь, ты не уволишь его со службы?
– Ты прям, как дочка. Нет, конечно, я никогда личное, не мешаю со службой в один коктейль, но то, что он не вступился за дочку, этого я ему никогда не прошу, а свою немощь залил водкой и не пришёл на службу. Он как Волков оказался герой, только на войне, а в жизни такой же слизняк, да разочаровал он меня. Никогда бы не подумал, сам Игоря осуждал, а попал в его шкуру и под мамкину юбку залез.
– Гена не надо так, в тебе говорит обида за дочь, пойми у него мама больная.
– Да, как у Волкова было, жён может быть много, а мама одна. Нет Нина, если ты мужик и любишь, то можно всегда доказать любому, главное как сказать, поверь мне. Вспомни Серёжу Смирнова, он женился, привел жену и сказал всем молчать, это его жена. Покрякали, а потом души в ней не чаяли.
– Да Сергей молодец, кстати, как они вернулись?
– Да, границу перешли, у него ранение по касательной, скоро прилетят соколики домой, а вот Макара накрыло сильно напоследок, в Сочи отдохнёт.
– Ты хочешь сказать с Абхазией всё вы закончили?
– Да Нина, нашему ведомству, там больше делать нечего ни сегодня, завтра объявят о победе, а у нас новая головная боль Чечня.
– Как состояние, лучше?
– Да спасибо дорогая, отпустило, пойдем, поужинаем и прочитаем письмо от дочки.
В доме была тишина. Казалось, сейчас откроется дверь, и шумно войдут дочка с сыном. На лестничной площадке раздался плач ребенка, Бондарев побежал к двери и в один миг открыл её. Сверху, спускались молодые люди с ребенком. Он разочарованно закрыл дверь. За ужином было тихо, не было оживлённых разговоров, об успехах внука и происшествиях за день.
– Спасибо, Нина, вот и поужинали. Знаешь, я сейчас понял, что уже стал стар, надо давать дорогу молодым.
– Ты о чем Гена, тебе всего 51 год, да и твой боевой опыт нужен ребятам, на кого ты их оставишь?
– Нет, жена, мои соколики все уже кто в могиле, кто куда подался. Из бывших, остались только Сергей, да Сашка.
– А Макар, Боря?
– Нет, это новая смена безбашенная, которая станет пушечным мясом, много их погибнет. Враг становится более хитёр, а главное не знаешь, откуда беды ждать, все свободу получили, а что с ней делать не знают, вот отсюда и конфликты.
– Да с этим не поспоришь.
– Пойдем, письмо от дочки почитаем, вроде сердце успокоилось.
Они пришли в гостиную и Нина Павловна начала читать, глаза Бондарева засветились от избытка влаги, он еле сдерживал себя, чтоб вновь не заплакать, жена не стеснялась слёз, ревела после каждой строчки.
– Да, Ниночка, дочка права оказалась, лучше ей сейчас побыть дома, будем считать, что они поехали погостить к родным. Я чувствую, не бросит она нас, всегда будет рядом.
– Ты что такое говоришь, да разве Есенька откажется от нас, посмотри, сама ревела, когда писала, все слова размыты слезами.
– Ничего, сейчас время чуть пройдет, и вернутся, внучку нужна операция, я говорил с врачом.
– Всё хорошо будет Гена, иди, отдыхай, завтра на работу.
– Да пожалуй, пойду, я ещё ребяткам нужен.
– Гена, скажи, а что будет со Славой, Еси нет, телохранитель не нужен, а его жена беременная, деньги нужны.
– Не переживай, у меня договорённость на службе уже о нём есть, завтра позвоню ему поблагодарю, что не бросил дочку, выполнил долг, как подобает настоящему мужчине и предложу новую работу. Да ты не возражаешь, если отблагодарю его ещё деньгами за Есю.
– Геночка я тебя люблю, ты самый лучший человек на свете.
– Нам хватит денег, а им нужнее сейчас.
Они обнялись.
– Да Ниночка, стареем.
Тихо шаркая ногами, чуть сутулясь, Бондарев пошел в спальню. Жена видела, что в муже не было былой бодрости, осанки, события двух лет сильно подкосили его здоровье.
Утро выдалось солнечное, Бондаревы немного пришли в себя, после отъезда дочери. Наступал последний день сентября.
– Нина, быстрее собирайся. Машина уже ждёт, что-то в управление надо срочно.
– Гена, а ты езжай, меня не жди, я сама доеду.
– Хорошо, я машину за тобой потом пришлю.
– Спасибо, я тебя люблю.
Они обнялись и рассмеялись. День обещал быть хорошим.
Есения с утра побежала в больницу, поставила на учёт сына, с их заболеванием в любой момент могла понадобиться медицинская помощь. Родители и сестра смирились, что они вернулись домой. Всё сразу хлопоты по дому свалились на её плечи, но Есе было не привыкать к трудностям. Дома ей даже стало свободнее, Игорешку, можно было в коляске поставить на балкон, рядом был лес и воздух был свежим. Её окружали подруги, с которыми можно было поболтать в парке во время прогулок с сыном. Жизнь входила в своё русло. Единственное тяготило то, что она так поступила с названными родителями. Но отъезд был единственным правильным решением, чтоб девушку не обвинили в неудачах Иванова. Так уже было с Игорем Волковым, её мужем. Вечером она решила позвонить им.
Саша пришёл на службу вовремя, было видно, что это ему далось с трудом. Входя в приемную Бондарева, он понимал, что разговор будет не простой.
– У себя?
– Да, входи, ждёт тебя, уже спрашивал. Ты это особо не возникай, у генерала проблемы, дочь уехала, сам понимаешь, переживает, сердце больное.
– Что ты сказал?
– Что слышал, иди уже герой любовник.
– Здравствуйте, товарищ генерал, разрешите войти?
– Уже вошёл, проходи. Ну и как прикажешь понимать, твоё вчерашнее отсутствие на службе? Хочешь погоны, чтоб новенькие слетели, возомнил себя героем.
– Извините, такого больше не повторится.
– Надеюсь. По твоему виду вижу, соображаешь ты сегодня плохо, да и по управлению мотаться в таком виде не советую, сейчас едешь в госпиталь к Смирнову, он утром поступил и берешь отчет, а потом домой отсыпаться и смотри у меня, больше прикрывать не буду, всю кровь вы у меня выпили с Волковым.
– Слушаюсь, товарищ генерал, спасибо Вам большое за всё. Скажите, а как Еся?
– Забудь на время о её существовании, что мог ты уже совершил. Я понимаю ты её боевой друг, крестный сына, но не более. Теперь забудь о женитьбе навсегда, только дружба. Всю душу вымотали с Игорем дочке, одни страдания ей от вас. Один Макаров оказался мужиком, который действительно её любит, боролся и готов был идти на всё, ради неё, жаль я это поздно понял. Всё иди.
Иванов боялся, что-либо возразить, гнев генерала мог разлучить их с Есенией навсегда.
«Эх, мама, мама, что ты наделала», – думал Саша.
Он приехал в госпиталь, у Смирнова была перевязка, пришлось ждать. Он в памяти прокручивал всё, что было связано с Есей, как увидел её первый раз, как поцеловались, как искал на вокзале, как он мирил их с Игорем, крестины сына.
– Молодой человек проходите, вашего друга привезли в палату.
– Спасибо.
– Здорово Сашка, не ожидал, оперативно ты пришёл, как дела?
– Нормально.
– Что такой понурый, случилось что?
– Да всё нормально. Ты скажи, Борька, когда в управление отчёт доставит?
– Думаю завтра, ему досталось в этот раз, если бы не его сила, точно бы не дошли. Знаешь, мы же Аслана встретили, он Еське передал безделицу, кстати, она у Борьки, ты проследи, чтоб не забыл отдать. Как у неё дела?
– Не знаю?
– В смысле?
– В прямом, уехала она в Волгоград домой.
– Как, вы же хотели пожениться?
– Хотели, да расхотели, всё не приставай, потом расскажу.
– Теперь понятно от чего у тебя такой помятый вид. Генерал был против?
– Нет, моя мать.
– История повторяется, вот не везёт девчонке.
– Ты о чём?
– Да ко мне Волков всё ходил, спрашивал, как поступить, его же родители были против неё, теперь твоя мать против, что за рок над ней висит.
– Дурак я, надо было жениться и перед фактом поставить, как ты.
– Вот так Волков и сделал, и что получилось, до сих пор житья нет.
– Тоже верно. Ладно, пойду я, башка болит, выздоравливай. Меня же Бондарев для отвода глаз к тебе прислал за отчётом.
– Да понял уж я.
– Выздоравливай, жене и сыну привет передавай от меня.
– Спасибо передам.
Смирнов впервые видел Сашку в таком виде, обычно балагур и весельчак, душа их боевой группы, был сломлен и не похож на себя. Даже в самые тяжёлые минуты, он находил шутки, которые поднимали боевой дух товарищей и давали силы двигаться вперед, несмотря не на что. Теперь это был горем убитый друг.
Есения, сделав дела, пошла впервые погулять, с сыном по парку. Городок, в котором они жили, в кольцо был взят лесами. Воздух был необыкновенный, его нельзя было сравнить с московским, пропахшим бензином и газом. Деревья в парке одетые в желтые, красные, зелёные одежды радовали глаз. Девушка очень жалела, что Игорёк был маленьким и не понимал ещё окружающей красоты. Невольно ей вспомнилось детство, юность. Она подошла к танцплощадке и улыбнулась. В памяти всплыли моменты, как они танцевали 1 сентября, идя в 10 класс. Её мечты стать актрисой, которые она могла бы осуществить, выйдя замуж за Макарова. Но жизнь с ней сыграла злую шутку, оправила на невидимую войну в мирное время. Девушка, пройдя мимо, пошла по аллеи парка. Она никому не могла рассказать о своих боевых друзьях, о красивой республике, теперь отдельном государстве Абхазии, которая покорила её первозданной природой, водопадами, горными речками. У неё была подписка о неразглашении участия в боевых действиях, для всех она работала и жила в Москве, возвращение с сыном, для многих стало, как гром среди ясного неба. Соседи шептались, что нагуляла ребенка и приехала домой, хотя Еся приезжала беременная домой и до самых родов жила тут. По времени надо было возвращаться домой.
– Дочка, дочка, победа в Абхазии сейчас объявили.
– Что ты мама сказала?
– Объявили, что в Абхазии закончилась война, отец сказал.
– Значит сегодня 30 сентября 1993 года день Победы в Абхазии, и я должна ехать на границу.
– Что ты бормочешь?
– Мама, понимаешь, меня будет ждать на границе мальчик Аслан, помнишь, я тебе рассказывала, у нас с ним договорённость в день Победы встретиться на границе.
– Доченька, но это невозможно, у тебя ребёнок.
– Да, я сейчас покормлю Игорёшку и буду звонить генералу, Аслан будет меня ждать там 3 дня.
В пещере у монахов был праздник, сегодня официально объявили день Победы в Абхазии, многострадальная земля была очищена от грузинской агрессии. Аслан отпросился у братьев на российскую границу, обещая быть осторожным, из тайника он достал бумажку с номерами телефонов, которую дала Еся, на случай если её не будет. Он, как на крыльях летел на встречу с сестрой. Старец, зная наперёд, что встреча не состоится, направил двух братьев монахов, чтоб те оберегали и вернули назад мальчика. Так как он в силу возраста мог наделать глупостей. Подойдя к границе, Аслан осмотрелся, он знал, где его брат по крови Игорь Волков всегда переходил её. Не видя ничего подозрительного, он перешёл её, монахи, побоялись это сделать и уповали на бога, чтоб с ним всё было хорошо. Весь день он наблюдал за заставой, но ни как не мог увидеть знакомых ему людей, а главное командира погранзаставы. Его он знал, когда вместе с группой Волкова направлялся на лечение в Москву. Он решил, что если не увидит его до вечера, то сам пойдет на погранпост.
Есения металась дома, телефон у Бондаревых никто не брал, звонить Саше она не хотела, тем более что уехала из-за него. Оставался только телефон телохранителя Славы. Она решилась ему позвонить, но он ничего не знал. Как птица в запертой клетке она металась и плакала дома, её братишка наверняка ждёт, она чувствовала это, но ничего не могла сделать. Тут ей вспомнились слова старца, что долго будет искать его. Предсказания сбывались.
Солнце садилось за море, мальчик так и не увидел командира погранзаставы и сестры, но он лелеял мысль, что только объявили об этом и возможно Еха в пути, надо было только подождать. Не заметив как, он уснул, проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо.
– Вставай, цыганенок, нарушитель.
– Сам ты цыганенок, я не нарушитель, веди меня к командиру.
– Ишь ты, прям сразу к командиру.
– Вовка обыщи его, знаю я, на что способны эти абхазские мальчишки, знаешь, сколько наших положили.
Его обыскали и нашли пистолет, который он стащил давно из рюкзака сестры.
– Так ты засланный казачок, оказался.
– Сам ты засланный, – коверкая слова, говорил мальчик. Спросите у своего командира, он меня знает. И позвоните в Москву генералу Бондареву Геннадию Васильевичу, я его внук.
– Что же ты с такой родословной на заставу не пришёл, а под кустом прятался.
– Я не прятался, а сестру свою ждал Еху.
Тут парень, который шёл рядом, подошёл к нему.
– Как ты сказал, сестру зовут?
– Еха, она приехала?
– Подождите, пацаны, а брат у тебя…
– Игорь Волков, муж сестры.
– Ребята, так это же…. Давайте его быстрее к командиру.
– Ты его знаешь?
– Да был тут один мальчонка с разведгруппой из Москвы.
– Товарищ, командир, тут к вам мальчик, нарушил границу, говорит, знает вас, при нем было оружие и вот какие-то номера телефонов.
– Спасибо идите.
– Ну, что брат Аслан, зачем границу нарушаешь?
– У нас с сестрой, договор, на день Победы встретиться на границе, ждём друг друга 3 дня.
– Понятно, так 1 день прошёл. Значит, осталось два. А что это за номера телефонов?
– Это Ехи, сестры, это генерала Бондарева.
– А не врёшь?
– Сами проверьте.
– Ладно, пошли, а оружие конфискую.
– Товарищ командир, мне без оружия нельзя, у нас опасно.
– Хорошо, потом отдам, но никому не слова.
Мальчик скрестил пальцы около рта. Они пришли к связистам.
– Вова, набери ко мне вот этот номер.
Послышались гудки, но никто не отвечал.
– Да плохо, а теперь вот этот.
Через минуту ответила женщина.
– Здравствуйте, скажите, а могу я поговорить с Есенией?
– Здравствуйте, а её сейчас нет дома, перезвоните позже или скажите, кому перезвонить.
– Спасибо, я перезвоню позже.
– Хорошо, до свидания.
– Нет твоей сестры дома, ладно пойдем, поедим, а то голодный наверно.
Мальчик заулыбался, пусть он не увидит её, но хоть услышит.
Еся покормила сына, уложила и вышла из комнаты.
– Мама, кто звонил?
– Дочка тебя спрашивали, но не представились.
– Что ты меня не позвала?
– Сказали, перезвонят.
Она поела. Постирала вещи сына и прилегла, её разбудил телефонный звонок. Она подскочила к телефону.
– Да. Слушаю. Да, я. Кто?
– Еха привет, это Аслан.
– Здравствуй мой хороший, прости Асланчик, я не могу приехать твой братик, ещё очень маленький. Где тебя можно будет найти? Что?
– Я буду у монахов, в миру меня не ищи.
– Хорошо, пожалуйста, только не обижайся. Что, подарок нет, не передали, но обязательно отдадут, не переживай. Целую тебя дорогой мой, я как смогу, обязательно приеду к тебе.
В трубке послышался отбой. Девушка постояла ещё 5 минут, но телефон упорно молчал. По её щекам покатились слезы, она теряла дорогих сердцу людей. Еся понимала, что нелегко будет найти Аслана в Абхазии, хоть и маленькая страна, но там уже бесчинствовали свои абхазские боевики и они были страшнее агрессоров.
– Что ты ревёшь, негоже мужику реветь, всё же хорошо, до сестры дозвонились, поговорили.
– Спасибо, – всхлипывая, сказал мальчик.
– Да брат, разбросала вас война по сторонам. Слушай, а может тебя к ней отправить, это я могу.
– Нет, не надо, у неё свой сын есть.
– Ба, брат, да ты ревнуешь, думаешь, она не любит тебя, ты что, не будь маленького, давно уже была бы тут, но пойми братишка твой крохотный, с ним нельзя никуда ехать. Помнишь, как она о тебе здесь заботилась, как мамка, пока вертушку ждали. Не плачь, встретитесь, ещё бог даст, война закончилась. Пойдем отсюда, а то мешаем работать.
Они вышли.
– Хочешь, ещё генералу вечером позвоним.
– Нет, спасибо, мне пора.
– Э брат, постой, днём границу переходить опасно, свои же убьют, подожди до вечера и ребята, тебя проводят.
Тот неохотно согласился. Время пролетело незаметно.
– Аслан, вставай, пора сынок, если не передумал.
Он спросонья ничего не понял, командир заставы тряс за плечо.
– Э брат, да ты заспал, вставай, границу пора переходить, потом очень темно будет, опасно.
На мгновенье мальчик всё вспомнил и вскочил.
– Спасибо вам товарищ командир.
– Да не за что, приходи, если что, только осторожно, смотри, чтоб не подстрелили.
Они обнялись, командир похлопал мальчика по плечу и дал рюкзак.
– Это пацаны, тебе гостинцев собрали шоколад, галеты, раз сестра не смогла приехать, а оружие отдадут на границе, ну бывай хлопчик, зря не подставляйся, война у вас не закончилась.
– Спасибо.
В глазах подростка загорелся огонёк. Он с группой, идущей в секрет дошёл до границе.
– Ну, бывай, малец, вот оружие командир сказал отдать, на ещё патроны запасные, вдруг пригодятся, и иди краем реки, чтоб свои ненароком не подстрелили.
– Знаю, я их секреты, спасибо.
– Ну, бывай, у нас служба.
Не успел Аслан что-то сказать, они как будто растворились в воздухе. Он прислушался, шагов не было слышно. Мальчик удивился, как ребята могут так тихо ходить. Прислушавшись к шуму реки, мальчик выбрал направление и поспешил обратно к братьям.
Есения ещё долго плакала, но успокоиться, её заставил сын. Он проснулся и хотел есть.
– Иду мой маленький, мама расстроилась из за твоего братика, что не смогла встретиться. Вот ты подрастешь, и мы обязательно поедем к нему.
Pulsuz fraqment bitdi.