Kitabı oxu: «Три богатыря. Добрыня Никитич и Змей Горыныч», səhifə 2

* * *

Резвый конь мчал своего седока. Леса сменялись полями, поля – лесами. Гонец спешил. Вот и граница: по одну сторону Русь, а по другую – враги. Но как ни торопился наездник, а к богатырской заставе поспел только к глубокой ночи.

Конь резко затормозил, поднимая столбы пыли. С него в спешке соскочил юноша в красном кафтане и бегом направился к высокой бревенчатой башне. Распахнув дверь дома и влетев внутрь, он остановился посреди комнаты и, гордо выпрямившись, провозгласил:

– Гонец от князя!

Но ответом ему был лишь храп. Юноша удивлённо посмотрел вокруг. В стороне стоял богатырский конь в яблоках и жевал сено. Тут гонец увидел ход на второй этаж. «Наверно, там спит», – подумал он.

Юноша подбежал к толстому столбу, который был здесь вместо лестницы, прыгнул на него и быстро полез наверх. Забравшись на второй этаж, юноша увидел спящего богатыря. Он лежал, словно гора, на деревянной скамье, укрывшись одеялом. Копьё и щит стояли рядом. В углу под иконой тлела лампадка, озаряя комнату тусклым светом.

Гонец решительно прошёл вперёд и, встав у самой головы богатыря, громко сказал:

– Письмо от князя!

Но в ответ снова послышался храп.

– Я говорю… – в нерешительности начал юноша и продолжил уже громче: – Письмо от князя!

Богатырь даже не шелохнулся.

– Эй, – прошептал юноша и постучал по шлему спящего. Закричал: – Богатырь!

Тот лишь получше накрылся одеялом. Тогда юноша схватил это одеяло и стянул его с богатыря. Тот почесался, но продолжил спать. Юноша, разозлившись, пнул богатыря, да только ноагу себе отбил. Спит. Гонец стал бить богатыря кулаками, стучать ложкой по крышке от чугунка, тянуть его за ноги. Спит! Окатил его водой из кадушки, даже попрыгал на нём сверху, а потом ударил несколько раз щитом. Спит – и всё тут!

Из последних сил держался юноша. Щекотал ступни богатыря остриём стрелы, а у самого веки смыкались от усталости и подступающего сна. Ночь ведь была на дворе, а он ещё и после долгой дороги…

Порозовело небо, осветило всё вокруг утреннее солнце. Проснулся богатырь, сел на лавке, потянулся, зевнул, обул сапоги и вдруг заметил, что в комнате он не один.

– О! – воскликнул богатырь, увидев завернувшегося в одеяло незнакомого юношу. Тот спал сидя. – Кто таков?

Парень проснулся в ту же секунду, вскочил и, гордо выпрямившись, провозгласил:

– Послание от князя!

– Чего сразу-то не разбудил? – проворчал богатырь, забирая у юноши письмо и ломая восковую печать.

Он стал читать про себя, а в его голове будто зазвучал голос князя:

Отложив письмо, он взглянул перед собой и увидел того самого гонца. Юноша широко улыбался, показывая белые зубы, и смотрел прямо на него. Богатырь тяжело вздохнул, но не из-за поручения князя или испорченных выходных, а от свалившейся на него голубоглазой обузы. Он встал, взял копьё и молча вышел на улицу. Умывшись в бочке, он оседлал своего богатырского коня и отправился в дальний путь, поручение князя выполнять. Был тот витязь и статен, и высок, грамоте разной обучен, в бою был смел, а на пиру – весел. И дрожали враги от одного имени его славного – Добрыня Никитич.