Проба пера автора на Проза.Ру
07.08.2020.
Написать о тебе в жизни пока не представляется возможным. Почему? Ответ прост. Я могу, конечно, постараться, но, думаю, пока не время, и ты, скорее всего, обидишься на прямоту в силу молодости, амбиций и эгоизма, и тогда ты уйдёшь. А я этого не хочу. Возможно, я сделаю это позже. Когда? Вопрос сложный. Наверное, тогда, когда я всё же буду больше тебя знать. А ты, в свою очередь, уже не сможешь обидеться на мою прямоту, потому что будешь воспринимать совсем по-другому написанный мною текст, не выискивая места с точным описанием персонажа, а наслаждаясь слогом автора. И будешь, возможно, благодарен ему за то, что всё-таки это в каких-то местах ты полностью и абсолютно угадываешь себя. Уже понимаешь, что нельзя требовать от автора полного совпадения. Ты легко соглашаешься с точкой зрения, хотя у тебя на то есть, конечно же, своя, а автор, как натура очень восприимчивая и тонко чувствующая, всё понимает. И выход такой у нас с тобой, пока такой, я напишу о сне. Во сне всё иллюзорно, можно всё описать только с одной стороны, с той, которая видна лучше, и ты её понимаешь, кажется, что понимаешь.
Хочется сравнить человека с фигурой, возможно, многогранником, таким объёмным, в котором много-много граней, я не про камень или, не дай бог, бриллиант, нет, просто многогранник. Я вижу с одной стороны этого человека и вижу его некоторые качества, допустим, положительные. А с другой стороны этого многогранника, той стороны, которая мне не видна, у этого человека много чего-то отрицательного. Думаю, тебе понятно моё рассуждение. Во сне, мне кажется, в этом моём сне, я вижу только то, что хочу видеть, только лучшее для себя. Сон этот ты уже слышал, совсем коротко мною тебе передан, и я думаю, с него как раз и можно начать. Чтобы не сразу, а постепенно, и мне ещё многому надо учиться, даже не у кого-то, а у самой себя. Быть более точной в определениях и не обидеть – это труд, и я это понимаю, я тружусь.
Сон – состояние человека, когда он полностью расслаблен, находится в покое, его мысли отдыхают, но и работают одновременно на подсознании. Это состояние человека возможно даже назвать состоянием блаженства. Во сне иногда мы получаем то, что в реальной жизни никогда не произойдёт, а может, и будет что-то происходить, но совсем не на таком уровне и не с такими эмоциями. Я во сне много раз летала, и это было очень реалистично, я как будто не во сне и всё-таки во сне, настолько я переживала те эмоции полёта, то состояние невесомости. В жизни этого никогда не будет, я не распахну руки, как крылья, и не взлечу.
Совсем пустая комната. Полуоткрытый шкаф для одежды. Шкаф большой, возможно, даже трёхдверный. Из приоткрытой дверцы шкафа видны пустые или почти пустые полки. Диван для двоих ничем не покрытый. Окно, на котором висят две шторы и сбоку сбитый тюль. Кажется, это где-то на высоком этаже. В окне проглядывают силуэты то ли города вдалеке, то ли такого же высокого дома, какие-то размытые очертания. Время между пятью и шестью часами дня, немного пасмурно, и всё как-то затихло. Я стою посреди этой комнаты и вижу себя как бы со стороны. Стою совсем голая, спокойная и молчаливая, гипнотическое состояние. Сама себе задаю вопрос: как я оказалась в этой комнате? Видно, очень того хотела, раз оказалась там. Ощущение себя там я запомнила, и оно мне вспоминается и сейчас. Ты – стоишь напротив меня, совсем близко, ты немного выше ростом. Так близко, наверное, ты стоишь, потому что во сне нет правил и запретов, там свобода?! Я нарушаю эту тишину. Конечно, я, я могу быть первой, говорю тебе совсем простую фразу, вот она точно из жизни. Получается, жизнь перешла в сон, и сон перейдёт в жизнь. Что я тебе тогда сказала, ты, наверное, запомнил.
Душ брызгает мне в лицо чуть тёплой водой. Я закрыла глаза, по лицу приятно стекает вода, освежает и одновременно расслабляет. Ты механически гладишь меня по плечам и вдоль по рукам. И я точно знаю об одном из всех твоих желаний, ты хочешь услышать, как я кричу.
Два больших кота сидели поодаль друг от друга в пока ещё пустой комнате. Они не собирались никуда уходить или чего больше, улечься спать, они просто ждали. Их глаза, кошачьи глаза, были широко открыты, зрачки расширены и магически поблёскивали, возможно, они что-то чувствовали, животные всегда что-то чувствуют раньше людей.
Когда приходит вопрос, кто твой читатель? Это женщины или мужчины, или и те, и другие. И как к ним обратиться. Я не хочу быть пафосной, но мне хочется раз и навсегда определиться с обращением к вам:
– Мои прекрасные читатели.
Я так решила. Не потому, чтобы привлечь как можно больше читателей на обращение «прекрасные». А потому, что это обращение к вам я хорошо обдумала и приняла окончательное своё решение. Так будет всегда. И через год, и через десять лет, и через двадцать… Все вы будете моими прекрасными читателями. Вы будете то уходить, то опять возвращаться, но неизменным будет моё обращение к вам:
– Мои прекрасные читатели.
Мне каждый раз будет до трепета приятно говорить вам эти слова. Я буду всегда писать о том, о чём мне будет интересно. Я буду стараться изъясняться как можно понятнее, чтобы многими я была принята, для меня это важно. Такое будущее я вижу для себя. Я хотела бы в своей жизни писать много и на разные темы. Таким образом, затрагивая многие человеческие чувства. Описывая радость и злость, страх и любовь, ненависть и досаду, доброту и неуверенность, смятение и влюблённость, эгоизм и лицемерие. И, возможно, о тех чувствах, о которых я сейчас не задумываюсь, но через какое-то время определённые мысли соберутся в одно целое, и вы, мои прекрасные читатели, опять будете видеть плод моих трудов, читать то, что в итоге получилось, и оценивать. Совсем недавно я отправила на суд читательский один свой занятный рассказ «Мой сон». У этого рассказа есть ещё второе название «Ты мой сон». Конечно, чувство волнения переполняло меня, держать это в себе я долго не могла. И прежде чем представить рассказ вам, мои прекрасные читатели, для начала дала прочесть «Мой сон» некоторым моим близким людям, и знаете, какое чувство я вызвала этим «Моим сном»? Один человек сказал, что у него возникло некое чувство стыда. Ощущение того, что он подглядывает за персонажами, возможно, в приоткрытую дверь. Что же, если «Мой сон» вызвал это чувство – чувство стыда, я считаю, не так уж это и плохо, значит, я смогла вызвать у читателя это чувство из многих чувств человека. И что же сон, сон – всего лишь фантазия. Да, кому-то сны снятся, а кому-то и нет, совсем не снятся, ничего не поделаешь. Сон ведь – это то же чувство-ощущение, данное природой человеку. И, пожалуйста, попробуйте его записать – ваш сон, я никак не хочу сказать, что это сложно или, наоборот, легко. Просто попробуйте. Возьмите лист бумаги, можете даже взять четыре листа, ручку, совсем простенькую, и пишите. Записывайте всё, как было, описывайте подробности, наслаждайтесь вашим полётом фантазии. Может, как раз для вас это будет очень легко и непринуждённо. Тогда я очень за вас порадуюсь, порадуюсь вашему творчеству и порыву.
Вспоминаю ещё один момент в моей творческой жизни. Было это около девяти лет назад, когда я впервые была издана в журнале, женском журнале. Помнится, как я собрала материал и как ночью он же не давал мне спать, пришлось встать и записать, потому что выход у меня был только такой. И как слеза несколько раз упала прямо на рукопись, и остались потом на исписанных листах засохшие кляксы. И как точку последнюю поставила. Всё! Закончила! Как быстро отправила материал в редакцию, не задумываясь ни о чём. Как ничего не хотела менять в тексте, перечитывая и снова перечитывая написанное. Переговоры, переписка с редакцией. И вот, через два месяца выходит статья. Радость переполняла меня и несла куда-то по городу. Хотелось поделиться ею со всеми. Статья, к слову, не на русском языке, переводить её я не вижу смысла, так как всё же, на мой взгляд, теряется отчасти и смысл задуманного, да и колорит речи.
Статья размещена в разделе «Проза на других языках «Доля»
https://proza.ru/2020/08/18/1145
Чем всё же хочется подытожить. Возвращаясь к тому, для кого писать? Мужчины, женщины – все люди! Для людей, конечно, но сложнее для близких, близкие не совсем могут абстрагироваться. Они не могут порой принимать тебя как отдельную творческую личность. И я часто говорю, читайте и не думайте о том, что вы меня знаете.
Великий русский композитор, пианист, дирижёр с мировым именем! Что тут ещё можно добавить? Его, наверное, знают все или почти все. А поговорить хочу вот о чём, мои прекрасные читатели. О памятнике Сергею Васильевичу Рахманинову в старинном русском Великом Новгороде. Новгородчина – родина композитора, родился Рахманинов С. В. 1 апреля 1873 года в усадьбе Семёново Старорусского уезда Новгородской губернии.
Памятник в Великом Новгороде воздвигнут не так давно, в 2009 году. На открытии монумента я лично присутствовала и была очевидцем того светлого события, которое произошло в моём городе. На торжественное мероприятие собралось много горожан, прибыли знаменитости в области искусства, живописи, науки. В кремлёвском парке, вблизи Новгородского кремля, было место, наверное, подготовленное самой природой и ожидавшее именно его, Сергея Васильевича Рахманинова. Это достаточно свободная площадка в организованном парке, его северо-западной стороны, со стороны улицы Газон. Ах, Газон, и о нём я хотела бы поговорить и рассказать факты из истории города, но, наверное, это будет, возможно, в будущем моём рассказе.
Итак, о месте. По четырём сторонам этого условного, достаточно свободного прямоугольника росли, растут и сейчас огромные разросшиеся кусты сирени. Наверное, эти кусты были посажены лет пятьдесят назад, и вот наступил тот долгожданный час, когда музыка и романтика должны были соединиться в прекрасном событии. Памятник Рахманинову был установлен по центру этого прямоугольника, прямо на пересечении всех человеческих дорог и дорожек… Великому Новгороду повезло как никому, так как город получил прекрасный монумент человека-творца, точно передающий силу и романтизм натуры. Композиция состоит из облика самого композитора, его фигуры в полный рост, одетого очень символично: на нём, конечно, костюм, распахнутый плащ, а на голове в завершение, и куда Сергей Васильевич без неё, – шляпа, на ногах теперь уже всегда начищенные ботинки, и вы, мои прекрасные читатели, наверное, догадываетесь, почему начищенные… Фигура композитора облокотилась на спинку садовой скамьи. Высота фигуры Рахманинова – 3,6 метра. Памятник выполнен в бронзе, достойно и благородно одновременно. У автора памятника, на мой взгляд, получилась гармония, и теперь эта гармония радует многих и многих людей, будет радовать потомков.
Слетела вниз ткань, прикрывающая фигуру, все собравшиеся на секунду замерли и в восхищении начали хлопать – хлопать Рахманинову, хлопать скульптору, хлопать друг другу. На лицах всех присутствующих светились улыбки радости и счастья, звучала музыка Сергея Васильевича Рахманинова. Одна маленькая хрупкая девочка лет шести в бордовом сарафанчике, в белой кофточке, косички, бантики, выбежала из толпы и побежала к Рахманинову. Взяла его за руку, все взгляды присутствующих невольно обратились к ней, защёлкали камеры фотоаппаратов, кадр есть, как говорят фотографы. Этот кадр потом попал в хронику телевидения. Для маленькой девочки, возможно, то первое прикосновение к увековеченному памятнику творцу было не случайным.
Музыка, она теперь звучит всегда в сквере Рахманинова. С четырёх сторон от памятника установлены динамики. Пятичасовой концерт звучит, не останавливаясь.
И какой однажды случился казус с музыкой. Звучит музыка всегда приглушённо, ненавязчиво, приятно. Люди, отдыхающие на лавках, расставленных по периметру сквера, могут наслаждаться прекрасными произведениями в любое время года. Но что-то, видно, разрегулировалось, и музыка стала звучать очень громко. Одно дело днём, шум проезжающих авто по улице рядом немного заглушал звук, но что было ночью, когда город затихал, музыка гремела вовсю. Я, конечно, свидетель всего происходящего, проживаю на улице Газон. И днём, и ночью звучала музыка, ну просто очень громко. Первую ночь я слушала, вторую ночь подумалось о том, что я люблю Рахманинова, но ночью всё же хочу спать. Утро началось с того, что музыка звучала так же громко, отрегулировать её никому и дела не было, было только мне. Да, себя я могу назвать неравнодушным гражданином. И что же, пришлось звонить в контору парка: удивились, неужели, сейчас исправим… Исправили молниеносно.
Другой случай у памятника. Ещё достаточно рано, выходной день, возвращаюсь с прогулки по парку. В сквере Рахманинова ещё никого, только одна молодая семья. Родителям лет по тридцать-тридцать пять, с ними дочка лет девяти и коляска с малышом. Девочка побежала к памятнику и хотела присесть на скамью, скамью, на которую облокотился Рахманинов, так сказать, часть композиции. И что здесь такого, это нормально, очень многие – и взрослые, и дети – взбираются на эту скамью и сидят. А родители девочки в один голос громко произнесли:
– Это же памятник!
Я этому удивилась, удивилась их строгости в воспитании, памятник настолько близок к народу и почитаем, что до него надо дотрагиваться, к нему надо прикасаться.
А что Рахманинов? Каждый день по два, а то и больше раза иду мимо по своим делам, но всегда смотрю на него, на его облик, на его взгляд. Мысленно здороваюсь и немного говорю с ним, и мне кажется, что на какую-то секунду он превращается в живого, так пристально он провожает меня своим взглядом. Иногда великий композитор выглядит ещё более романтично, когда на его шляпе сидят два, а то и три голубя, а в руке он держит кем-то подаренный букет.
И я улыбаюсь ему, моему кумиру, моему почитателю, моему примеру.
Она первая, главная, конечно, важная, крепко стоящая на обеих ногах, сильная и смелая, за ней все остальные, без неё никуда, она БУКВА!
Когда женщина была ещё маленькой девочкой, с буквой А она познакомилась совсем иначе. Мама девочки часто на обращение к ней говорила в ответ всего одну букву:
– А.
И это было так красиво и нежно, так просто и понятно. Не какое-то там – слушаю тебя, или что ты хотела, или чего тебе, или просто – да. И с тех самых пор маленькая девочка использовала букву А, сама того не замечая, кротко и непринуждённо. И это было так мило, что спустя годы буква А в исполнении той девочки, выросшей в удивительную женщину, не осталась не замеченной.
И день был обычный, а может, и не обычный, просто летний, время, кажется, мёда и клубники, ничего особенного, обычный жаркий день. Но что-то всё же будоражило мысли женской натуры, да и в самом тёплом воздухе что-то витало и плыло, как возможный мираж, зовущий где-то вдалеке. И был тот самый поворот, на котором и была сделана остановка, которая была запланирована самим летним воздухом, несмотря на утро, уже прогревшимся и от того ещё более пахнущим летними травами.
А что же буква, первая буква, главная буква, она начала свою миссию. И только им двоим понятно: было их общение не просто с полуслова, а всего лишь с одной буквы, с буквы А. Эта цельная женщина не требовала сантиментов, она получала огромное, всепоглощающее удовольствие, когда он просто называл её коротким именем, а она в ответ ему посылала всего лишь одну букву – А. И эта буква накрывала их с головой, окатывала своей большой волной, от которой они и не пытались уворачиваться и прятаться. Эти двое совсем разных людей, абсолютно и доказано, могли часами переписываться обо всём, на разные темы. И всегда это происходило настолько непредсказуемо и спонтанно и вело в какие-то неизведанные и удивительные человеческие дали.
Волна была настолько велика и достаточно тяжела, что в какой-то момент он принял решение: он – мужчина, он всё решил остановить, остановить всякое общение, просто «стоп, машина». Да и она понимала, что их отношения – это утопия, ни к чему не ведущая, но единственное, чего было жаль, так это тех эмоций, которые они оба получали от всего этого общения. С условного круга их отношений было достаточно сложно выходить обоим. Иногда он всё же справлялся о ней коротким вопросом: как ты? Она отвечала ему так же коротко, что ей плохо, что её тошнит, он же успокаивал, ничего, скоро всё пройдёт. Всё действительно остановилось. Но в памяти постоянно всплывали отрывки таких необычных отношений двух совершенно разных людей. Её, женская, эмоциональная память продолжала жить и не давала забыть его. Прошёл месяц, другой, кажется, и третий, были совсем короткие переписки, не ведущие к развитию событий. Наверное, всё остановилось, да так было и легче. Эти нахлынувшие чувства были слишком сложными и не переносимыми для обоих.
Время двигалось дальше, но череда других событий почему-то не вытесняла, не занимала то место, а обходила стороной. В особенные и важные дни той женщины он обязательно появлялся, он всё так же был ей близок, как тогда, в моменты их совместной радости и порыва. Он первый, самый-самый первый посылал ей совсем короткую фразу «С Днём Твоего Рождения», но как она была радостна от того.
Весной, когда их возобновившиеся отношения требовали того и входили в новый виток, она в отместку несколько раз прощалась с ним и просила, чтобы он ушёл. Он же в ответ задавал ей вопросы: зачем, куда? И всё же она считает его своим близким человеком, человеком, который знает о ней несколько больше других. Он, возможно, лукавя, говорит, что они – чужие люди, и тогда ей хочется послать его к чёрту. Но говорит она ему совсем другие слова, она называет его «чужим среди своих».
Вот так эти двое чужих-близких людей продолжают общаться, понимая, что без общения им всё же невозможно, что нельзя отказываться от отношений, если они не разрушают, а созидают, если они дают восхитительные эмоции.
Pulsuz fraqment bitdi.