– Скажите на милость, кто это там опирается на перила второго этажа? – Гериен попытался прервать неловкое молчание, возникшее между ним и де Жетелькаром.
– Это тот, – старик нервно глотнул из кубка, – на кого столь пристально смотреть вредно для здоровья. Отвернитесь, прошу вас.
– И чем же так опасен какой-то бродяга для экзекутора? – Поинтересовался Гериен.
Де Жетелькар стиснул зубы и опасливо посмотрел по сторонам.
– Опасен не столько он, сколько его хозяин. Хотя и сам, как вы сказали, «бродяга» наводит страх на сведущих людей.
– В чем сведущих? Кто его хозяин? И что он делает на вечере у госпожи Леанзар? – Гериен задавал вопросы один за другим, и лицо де Жетелькара все сильнее искажалось от тревожности и… страха. Да, было отчетливо видно, что собеседник Гериена боялся: мелкие голубые глаза бегали по комнате, а рука, державшая кубок, заметно дрожала.
– Я и так сказал лишнего, юноша, – отрезал де Жетелькар. – Не спрашивайте и все. Если вам столь неймется, подойдите к нему и задайте свои вопросы ему лично. Главное, меня не упоминайте. Кстати, – старик вдруг оживился, – это же вы поймали Гектора Морбуса?
– Можно и так сказать, – уныло проговорил Гериен.
– Поведайте, как это было? – Бодро спросил де Жетелькар, радуясь, что удалось соскочить с неудобной темы.
– Там и рассказывать особо нечего. Я…
– Он же был героем Вифиана, – вновь перебил его де Жетелькар. – Но я-то всегда знал, что он нечист. Слишком правильный, слишком благородным хотел казаться. Как вы, кстати.
Гериену уже порядком надоел этот разговор. Он все же решился поесть. Не так давно слуги принесли первые блюда. То было мясо. Самое разнообразное: и засоленная свинина с горчицей, и тушеный фазан, и мясной фарш под винным соусом. Гериен положил себе на блюдо несколько кусочков свинины, в кубок же себе он плеснул свежевыжатого апельсинового сока. Принялся есть. Анри де Жетелькар продолжал говорить, говорить выразительно и пафосно, но Гериен его уже не слушал. Если не удается хорошо провести время за беседой, то следует хоть поесть от души. Также, к удивлению Гериена, мелодия, игравшая в зале, звучала довольно неплохо. Раньше Гериен особо не интересовался музыкой, да и с чего бы. Сейчас же он даже прекратил жевать, чтобы вслушаться в звуки песни. Госпожа Леанзар, похоже, очень серьезно относилась к своим приемам и не жалела денег на развлечения для гостей.
Раздался вскрик и металлический звон. Зала притихла. Гериен резко поднялся из-за стола и направился к месту, вокруг которого столпились гости. Все тревожно переговаривались, качали головами, кто-то осторожно отходил назад. Гериен же пробирался через столпившихся вельмож. Оказавшись в первом ряду, он увидел ее. Сару, без сознания лежавшую на холодном мраморном полу, а рядом – кубок и разлившееся вокруг вино. Гериен широко распахнул глаза, резко оттолкнул стоявшего на пути гостя и кинулся к жене. Прикоснулся к ее лицу. Дышала Сара прерывисто, а изо рта ее шла белая пена.
– Сара… – с трудом выдавил Гериен.
Он сжал зубы, отпрянул от жены, схватил первого попавшегося слугу за шиворот и сунул ему два серебряных.
– Что есть сил скачи в замок ордена экзекуторов, найди там великого магистра Пилара Крефона, – прошипел Гериен. – Скажи ему, что жену Гериена Анталиса отравили.
В зале повисло молчание.
***
Экзекуторы прибыли ближе к полуночи. Хмурые фигуры в белых одеяниях одна за другой входили в обеденную залу. Повсюду шептались недовольные гости – и неудивительно – их «попросили» остаться и приготовиться к расспросам. Слуги выстроились в один ряд и обеспокоенно смотрели то на боевых магов, но на свою госпожу. Поместье патрулировала господская гвардия. Эльза Леанзар тоже нервничала. На ее банкете такое происходило впервые.
Феликс одним из первых оказался в доме. Бледная Сара лежала на софе, возле нее суетился лекарь. Феликс подбежал к сестре и присел рядом. Девушка дышала, но слабо и неровно. Это определенно не был обычный обморок.
– Мальчик мой! – Пилар Крефон увидел Гериена. – Что произошло? Прибыл гонец, сказал, что с Сарой приключилась беда. Выяснил что-нибудь?
– А произошло то, Пилар, – вмешалась госпожа Леанзар, – что бедную девочку напоили какой-то дрянью на моем приеме.
– Эльза, – устало выдохнул магистр Крефон. – Давно не виделись, – он опустил глаза в пол. – Хорошо выглядишь.
– Мне сейчас не до комплиментов! – Вспыхнула госпожа Леанзар. – Нужно поскорее узнать, кто в этом виноват, надеть на него кандалы и покончить со всем этим безобразием! Какой позор… – хозяйка дома приложила руку к лицу. – У меня на званых вечерах случались перепалки, даже драки бывали, но отравление… Свет, помилуй.
Феликс медленно подошел к целителю. Тот был увлечен работой: смачивал настойками тряпицы, протирал Саре лоб, подносил пузырьки с лекарствами к ее носу. Фыркал от недовольства.
– Что-то удалось выяснить? – Тревожно спросил Феликс у целителя.
– Только то, что это не голодный обморок. Здесь нечто другое, – устало проговорил целитель. – Не берусь рассуждать об отравлении, но девушка упала не просто так.
– Она… выживет? – С трудом выговорил Феликс.
– Ничего обещать не могу. Сначала нужно установить, чем ее отравили.
– Мы привели с собой алхимика. Он слегка… не в себе, но яд опознать сможет.
– Дретис? – Поморщился лекарь. – Да, я о нем слышал. Своеобразный, но, говорят, работать с ним довольно просто. Буду ждать его прихода.
– В зале присутствуют все гости? – Поинтересовался Феликс.
– Гости, а также слуги, садовник и повара. Не все поместились здесь, так что часть людей ушли на второй этаж. Ну и денек же у госпожи Леанзар. Не завидую ей.
– Феликс! – Рявкнул магистр Крефон. Феликс встрепенулся и ринулся к магистру. – Тебе нужно опросить гостей. Начни со второго этажа, я направлю туда еще пару людей, остальные будут здесь, со мной.
– А как я могу помочь? – Спросил у Крефона Гериен.
Кулаки Феликса сжались сами собой. От этого Гериена одни неприятности семье Лигариев. Сначала увел Сару, теперь притащил на банкет, где ее отравили. Неужели она и правда счастлива с ним? Феликс поспешил отвернуться и направился к лестнице, чтобы больше не видеть Гериена.
– Опросить гостей, опросить гостей… – бубнил он себе под нос. – А сколько там… – он оборвал свой монолог, поднявшись на второй этаж. Галдящая толпа. И с каждым придется говорить. Что ж, Феликсу уже приходилось не спать ночами.
Очередь шла медленно. Одни и те же вопросы, одни и те же ответы. Моя хата с краю – ничего не видел, никого не знаю. Некоторые угрожали своим положением, обещали, что не оставят это дело просто так. Как вообще могли их, досточтимых господ, заподозрить в чем-то столь низком, как отравление двадцатилетней девицы! Феликсу это изрядно надоело. Он решил сменить привычное доброжелательное выражение лица на стальную маску угрюмости. Угроз, как ни странно, стало меньше.
Феликс устал. Ему казалось, что вот-вот наступит утро – он изредка посматривал в окна. Нет, по-прежнему темень. Экзекутор уже не замечал лиц гостей, да и слушал их объяснения краем уха. Но вот дошла очередь до очередного представителя знати.
– Добрый вечер. Где вы находились с начала банкета? Кто может подтвердить ваши слова? Не замечали ли вы необычных вещей на приеме? Может, кто-то странно себя вел?
В ответ тишина.
– Вы не расслышали мои вопросы? – Феликс поднял глаза на собеседника. Перед ним стоял высокий худой человек в черной кожаной куртке и с мечом на поясе. И на этот раз он не ответил.
– Я повторяю, вы плохо меня слышите?! – громче и четче произнес Феликс и пристально посмотрел в глаза этому странному человеку, но тут же отшатнулся. Он ожидал увидеть насмешку, презрение или что-то похожее, но не это. В глазах бродяги гулял голод. И голод нездоровый. Жуткое чудовище сидело внутри этого человека и скалило бессчетные клыки на Феликса, пускало слюну и с предвкушением рычало. Феликс отошел еще на шаг. Ноги слегка затряслись. Маг имел дело с бесами и вурдалаками, но этот бродяга превзошел их всех.
– Вы пойдете со мной. Сейчас, – сбивчиво сказал Феликс и указал на лестницу, намекнув, что бродяга должен идти первым. Жуткий человек повиновался. Феликс вместе с ним подошел к великому магистру.
– И где же ты был в тот момент? – Грозно спросил Крефон.
– Я… Мы там с кухаркой, – замялся управляющий, поглядывая то на великого магистра, то на стоявшего рядом Гериена.
– Магистр Крефон, – Феликс оборвал муки бедняги-управляющего. – Я опрашивал гостей, и один из них, этот – он показал на бродягу. – Отказался разговаривать. Думаю, он в этом замешан.
Великого магистра аж перекосило.
– А ты что здесь делаешь? – Тихо произнес он, подойдя почти вплотную к бродяге. Ему пришлось извернуться, чтобы увидеть лицо собеседника. Бродяга был выше и Феликса, и Гериена, а магистра Крефона – и подавно.
– Дела моего господина не должны тебя волновать, – отстраненно ответил бродяга.
– Ошибаешься, – оскалился магистр. – Все, что касается Вифиана, касается меня.
Бродяга наклонился к магистру и ехидно улыбнулся.
– Не тормоши крысиное гнездо, экзекутор. Говорят, это опасно, – тут он выпрямился. – Я здесь ни при чем. Ищите своего отравителя дальше. Мне все это надоело.
С этими словами бродяга направился к выходу из дома. Стража даже не подумала его остановить.
– Я не отпускал тебя! – Рявкнул ему вслед магистр Крефон.
– Мне и не нужны твои разрешения, – бросил через плечо бродяга и исчез за углом.
Повисло неловкое молчание.
– Что это было, магистр? – Осторожно спросил Гериен.
– Это было… – Пилар Крефон вздохнул. – Это было то, с чем мне приходится мириться ради защиты Вифиана. Феликс! – Властно произнес он. – Сходи с управляющим в погреб и проверь бочки. И да, захвати с собой алхимика.
– Слушаюсь, – кивнул Феликс и, постучав алхимика Дретиса по плечу, направился с управляющим.
Погреб находился в другой части дома. Феликс вдруг осознал, что обеденная зала – это даже не четверть особняка семьи Леанзар. Он проходил мимо картинной галереи, калазиума, библиотеки и много чего еще. Стены, обшитые панелями из дорогого дерева, были украшены полноразмерными портретами предков хозяев дома. Коридор оказался длинным. Феликс старался не сбавлять шаг, но интерес одолевал все сильнее. Магу хотелось заглянуть за каждую дверь, осмотреть каждый портрет. Это у Феликса осталось с детского возраста. Особняк Лигариев тоже был не из бедных, но он не шел ни в какое сравнение с домом Леанзар. Феликс уже не помнил, чем жил этот род, хотя учителя в детстве заставляли его учить это.
– Ты что-то узнал? – Обратился Феликс к алхимику.
– Кого? – Резко всполошился тот.
– Смог определить, что за яд?
– А… Нет, дело дрянь. Не знаю, что дал бедняжке лекарь, но яда у нее в крови нет. Я бы его учуял, уж поверь.
– То есть, мы ищем непонятно что, – поник Феликс. – Дело еще хуже, чем я думал раньше. Никто из гостей, конечно, ничего не видел. Одна надежда на погреб.
– Позвольте встрять, – робко произнес управляющий. – Я служу в этом доме уже двенадцать лет и за это время повидал немало таких званых вечеров. Я наблюдателен. Весьма. Никто из тех дворян не совершил бы такого.
– Это почему же? – Феликс приподнял одну бровь.
– Во-первых, они трусы. Все, поголовно. Если они и могут кого-то убить, то чужими руками. И желательно где-то вдалеке, чтобы не оказаться в гуще разбирательства, как сейчас. Во-вторых, какой смысл убивать девушку, которую они видят впервые? Это все бред какой-то.
– Тут ты прав. Самый настоящий бред.
Феликс с компанией оказались у входа в погреб. Управляющий достал из-за пазухи связку с ключами, ловко нашел нужный и отворил дверь, после чего взял канделябр и зажег свечи от тех, что держались на стенах.
– Прошу за мной, – проговорил он. – И осторожнее – ступеньки кое-где разной ширины. Смотрите под ноги.
Феликс пошел сразу за управляющим. Держась за стены, он продвигался вниз по узкому проходу. Свеч оказалось недостаточно – из-за спины управляющего назад свет поступал плохо. Последовав совету, Феликс прощупывал каждую ступеньку, прежде чем ступить дальше. И вот он встал на ровный пол. Вокруг царила темнота. Лишь свечи, которые держал управляющий, позволяли не потеряться в этом подземелье. А еще было холодно – Феликс сжался и старался не стоять на одном месте.
– Чего ж здесь такой холод? – Раздраженно спросил он.
– Госпожа Леанзар с помощью магии поддерживает в погребе должную прохладу, – ответил управляющий, подняв канделябр над головой. – Это нужно для правильного хранения вина.
– Давайте разберемся со всем поскорее и пойдем отсюда. Долго я здесь не выдержу, – встрял алхимик.
– Как скажете, – согласился управляющий. – Вино мы наливали из этих трех бочек, – он направил свет в угол погреба.
– А что с кувшинами? – Поинтересовался Феликс.
– Их я уже проверил, – проскрипел алхимик. – Пусто. Никакого яда. Сейчас достану кое-что, – он поставил сумку на пол, порылся и достал три чаши. Покопался еще и разложил реагенты. – Так-с, приступим, – он потер руки. – Ты будешь открывать краник, когда я скажу, понял? – Обратился он к управляющему.
– Как скажете, – ответил тот.
– Давай, – гаркнул алхимик, управляющий открыл кран, и в чашу полилось темно-красное вино. В тот же момент алхимик принялся добавлять в чашу какое-то из своих зелий. Так, чтобы струи соединились. – Стой! – приказал он. Присел на пол, развязал мешочек, который ранее достал из сумки, и щедро сыпанул в чашу зеленый порошок. – Orzerkit hiazu2, – прошептал он над получившимся раствором. Ничего не произошло. Алхимик злобно оскалил кривые зубы. – Давай следующую бочку!
Но ни следующая, ни третья бочка не дала результата. Яда в вине не обнаружилось.
– А вы уверены, что все делаете правильно? – спросил у алхимика управляющий.
– Да что ты себе позволяешь?! – Алхимик вскочил с пола, достав из сумки пустую склянку, подошел к первой бочке и налил в бутылек вина. Хлебнул. Подошел ко второй и сделал то же самое. Затем к третьей. – Я могу простить насмешки и глупые шутки, – прохрипел он. – Но сомнений в моих способностях я не потерплю!
– Простите, если задел вас, – побледневший управляющий прижался к стене.
– Думаю, нам пора подняться и разочаровать великого магистра, – Феликс попытался остановить разгорающуюся ссору.
– Я только за, – протараторил управляющий и шустро нырнул в проход наверх.
Великий магистр, как и ожидалось, не очень обрадовался. Похоже, не на это он рассчитывал, когда вел отряд экзекуторов к особняку госпожи Леанзар.
– Ну и что нам теперь делать? – Обратился он к Феликсу и Гериену. – Просто отпустить всех этих напыщенных индюков?
– А у нас есть выбор? – Устало спросил Гериен. – Они знатные люди, удерживать их тут – себе дороже.
– Господа! – Раздался тревожный голос целителя. Гериен подбежал к софе, на которой лежала Сара. Девушка очнулась. Она по-прежнему тяжело дышала, но уже могла поворачивать голову и шевелить губами. Феликс тоже подскочил к сестре.
– Где я? – Еле слышно произнесла Сара.
– В безопасности, милая, – Гериен опустился на пол. – Все хорошо, не нервничай. Тебе нужно отдохнуть.
С этими словами он нежно взял руку жены и прижал к губам.
– Сара, что ты помнишь? Ты с кем-нибудь здесь ссорилась? – Оживился Феликс.
– Оставь ее, – отрезал Гериен. – Ты не видишь, в каком она состоянии? Ей сейчас не до твоих расспросов. – Госпожа Леанзар! – Позвал он хозяйку дома. – Сара очнулась!
Женщина оказалась возле софы почти моментально.
– Ох, бедная девочка… Как же мне неловко… Гериен, что я могу сделать? – Растерянно и смущенно спросила она.
– Могу я попросить вас еще раз выделить нам экипаж? Я бы и сам донес Сару до дома, но так будет быстрее и проще.
– Вы можете остаться! – Госпожа Леанзар опустила руку в желтой атласной перчатке на плечо Гериена. – Я прикажу слугам подготовить одну из гостевых спален. Чувствуйте себя как дома!
– Это исключено, госпожа, – Гериен поднялся с пола. – Мы и так доставили вам кучу хлопот. Все, о чем я прошу, это карета. Пожалуйста.
– Карета так карета, – пожала плечами госпожа Леанзар. – Это меньшее, что я могу сделать. Сейчас же распоряжусь.
***
Обратно супруги ехали дольше, чем в первый раз. Снаружи стояла прохладная ночь, и лишь цокот лошадиных копыт да шум колес разрезали густую темноту. Гериен и Сара сидели на одном сиденье. Маг закутал жену в шаль и осторожно прижал к себе. Сара за несколько часов очень изменилась. Побледнела, осунулась. Девушка настолько ослабла, что Гериену пришлось буквально заносить ее в карету.
Гериен держал жену за руку, слушал ночь и корил себя, что согласился отправиться на этот проклятущий банкет. Стоило только изменить принципам, как произошла беда.
Ехали молча. Сердце Гериена начинало колотиться каждый раз, когда Сара вздрагивала. В такие моменты он поправлял шаль и поглаживал супругу по голове в надежде успокоить то ли ее, то ли себя. И вот он, дом. Гериен открыл дверь кареты, подхватил жену и аккуратно спустился на землю. Благодарно кивнув экипажу, он направился ко входной двери. Отворил. С трудом добрался до спальни на втором этаже и положил Сару на кровать.
– Милый, – прошептала она, протянув к мужу бледную ослабшую руку.
– Что такое, дорогая? – Гериен опустился к изголовью кровати. – Ты что-то хочешь? Я мигом, ты только не переживай.
– Да, Гериен, хочу, – дрожащим голосом проговорила Сара. – Попрощаться.
Гериен, будучи не в силах больше стоять, сел на кровать. Горький плотный комок застрял в горле. Немного придя в себя, маг наконец повернулся к Саре.
– Как? – Шепотом спросил он. Гериен изо всех сил старался сдерживать панику и выглядеть достойно.
– Я не знаю, – еще более ослабшим голосом ответила Сара. – Одним утром в Риазане нога начала чесаться и болеть, но я подумала на клопов. Похоже, меня укусила крыса. Я тогда настолько вымоталась, что через сон даже не почувствовала.
– Но ведь не все потеряно? Мы до сих пор можем что-то предпринять! – Гериен соскочил с кровати. – У тебя же есть книги по алхимии? Ты недавно покупала, я помню. Мы обязательно отыщем лекарство!
– Милый, – Сара попыталась повысить голос, но закашлялась. – Я сражалась с этим недугом лицом к лицу. Пыталась спасать людей, но ничего не вышло. От хвори Гектора Морбуса нет лекарства. Прости, Гериен, но это конец, – Сара понизила голос.
– Даже и не думай! – Вспылил Гериен. – Если лекарства нет, то я создам его! Перечитаю все твои книги, потрачу все деньги, чтобы нанять лучших лекарей. Я тебя не отпущу. Сколько у меня времени?
– Милый, ты не… – попыталась возразить Сара.
– Сколько у меня дней? – Более настойчиво повторил маг.
– Около трех. Два из них я буду в сознании. Прошу тебя, дай мне увидеться с Феликсом… Пригласи его, Гериен.
– Мы найдем лекарство и вместе пойдем к нему. Слышишь меня?
Сара не выдержала и бесшумно заплакала.
– Дорогая, – жалобно проговорил Гериен и прильнул к жене. – Я пойду на все, чтобы спасти тебя. Без тебя я жить не смогу. Скажи мне, как человек заражается этой болезнью? Может, это поможет мне в поисках.
– Нам сказали, что Гектор выпустил в Риазане несколько крыс. Они покусали горожан. Простые люди, не обладавшие магической кровью, сгорали за день, чародеи держались подольше. Когда человек умирал, запах его тела привлекал крыс со всей округи. Они будто сходили с ума: рвали тело на куски, дрались друг с другом, а когда заканчивали с трупом, переходили на живых людей.
Гериен содрогнулся. Ему довелось видеть тех крыс. Крупные, облезлые, с острыми желтыми зубами. Сара же продолжила свой рассказ, хотя по ее голосу было понятно, с каким трудом ей давалась каждая фраза.
– В итоге выжила десятая часть риазанцев. Те, кому не повезло, – Сара запнулась, – умирали в страшных муках. Милый, ты не представляешь, что это такое, когда перед тобой лежит кричащий труп… А ты ничем не можешь помочь. Единственное, на что мы были способны – это сжигать погибших, чтобы их тела не привлекали крыс. Гериен, – она отчаянно взяла мужа за руку. – Мы все перепробовали. Умоляю, пригласи Феликса. А после дай мне настойку сильваменты – она в моей лаборатории. Это средство должно ослабить боль.
– Сара, – дрогнувшим голосом сказал Гериен, – если кто-то узнает, чем ты больна, тебя убьют.
– Никто не узнает. Феликс все поймет.
– Нет, дорогая, – вздохнул Гериен. – Я запрещаю тебе умирать. Дай хоть какую-то зацепку по лекарству. Должно же быть что-то!
– Есть, – Сара закашлялась, – одна трава. Мы готовили из нее выжимку. Тилуанский чернолист. Он останавливал течение болезни примерно на полдня.
– Чернолист… Он есть в твоей лаборатории?
– Я точно не помню, – прошептала Сара, после чего вдруг вскрикнула и схватилась за правый бок.
– Милая, что с тобой?
– Началось, – простонала Сара. – Прошу, усыпи меня. Я не смогу долго терпеть эту боль.
– Хорошо, – нервно кивнул Гериен. – Kaltiar massiredhr3, – маг начертил перед лицом жены магическую печать, и она уснула, уронив голову на подушку. Гериен склонился над лицом Сары. – Ты будешь жить, родная. Я обещаю.
С этими словами Гериен поцеловал жену в лоб, укрыл одеялом и вышел из комнаты. Ему нужно было любой ценой найти зацепку, которая бы привела его к лекарству. Хоть Гериен и не отличался особыми познаниями в целительстве, алхимией он владел хорошо. Маг спустился на первый этаж, обогнул лестницу, двинулся по темному коридору. Отворив старую скрипучую дверь, Гериен оказался в лаборатории Сары. В нос тут же ударил запах горьких трав и растворителей. Ни сушеные листья, ни зелья мага не интересовали. Он подошел к ветхому стеллажу, сплошь заставленному книгами. Пробежался глазами по названиям.
– Зигфрид Зомм, «Субстратное отторжение при варке противоядий», Альбрехт Каррис, «Перечень и целебные свойства трав со склонов Янтарного хребта», Эдмунд Орквар, «Редкие ингредиенты для эликсиров», – Гериен почесал затылок. Тома выглядели толстыми и тяжелыми. Недолго думая, маг взял все три, положил на стол и принялся читать.
Гериен погорячился, когда решил, будто у него получится проштудировать три тома за ночь. Алхимики явно не утруждали себя заботой о доходчивости своей писанины. Чтобы вычленить что-то полезное, магу приходилось продираться через витиеватые обороты, невнятные формулировки, сложные названия трав и эликсиров. Когда начало светать, Гериен осознал, что просто скользит глазами по буквам. Формулы, рецепты, заклинания – все смешалось в голове Гериена, превратившись в отвратную чавкающую бурду. Маг откинулся на спинку стула, и та недовольно скрипнула.
Обиднее всего было признавать, что Сара оказалась права. Только сейчас Гериен понял, что зараза Гектора создавалась магией, но какой именно – вопрос. В дневнике, что отдали Феликсу на изучение, не было ни слова о ритуалах или алхимических формулах. А меж тем время играло не на пользу Гериену. Глаз уже начинал дергаться, а руки потряхивала легкая дрожь. Маг ни на один шаг не приблизился к ответу. Его паника только отняла драгоценные часы.
Разминая шею, Гериен заприметил аккуратный алтарь Света, расположившийся в углу. На нем стояли четыре еще не зажженных восковых свечи.
– Что ж, – вздохнул Гериен. Он уже и не мог сказать, когда последний раз молился. Гериен до сих пор помнил тот день, когда его маму отправили в Храм Луны, и деда, утверждавшего, что того желает Свет. Гериену тогда было три. Больше он маму не видел, а дед отказывался говорить о ней. Маленький Гериен ночами напролет просил Свет вернуть матушку, но звездное небо не отвечало мальчику. В конце концов малыш Гериен сдался. Быть может, хоть сейчас Свет ему ответит?
Гериен встал, еле удержал равновесие на затекших ногах и подошел к алтарю. Он заклинанием зажег свечи и окружил ими белую каменную фигурку солнца. Опустился на колени. И вдруг почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Взгляд этот царапал по спине, точно пытался пробиться сквозь Гериена. Маг обернулся, сосредоточился и чародейским взором прошерстил комнату. В лаборатории явно кто-то был, и этот кто-то желал остаться неизвестным. Простую сущность вроде домового Гериен бы заметил сразу, но тот, кто сейчас находился в комнате, путал мага, не давал Гериену зацепиться за себя. Маг видел лабораторию как через мутное стекло – мог уловить лишь очертания, но не детали происходящего. Свечи резко потухли. Гериен попытался вновь зажечь их, но без толку. Причем потухли не только свечи на алтаре, но и те, что Гериен поставил на стол, пока читал книги. Комнату освещал лишь тусклый магический светильник, собранный Сарой парой недель ранее.
Гериен поднялся на ноги, стиснул зубы, погрузился в себя и еще раз осмотрел комнату магическим взглядом. Темный силуэт стоял, нет, парил возле стола с книгами. Маг тяжело вздохнул.
– Давно же я этого не делал, – пробурчал он. – Kimartaz Kalazon! Aktair, nirt u Yoldar!4
Комнату озарила яркая вспышка света. Сияние держалось несколько мгновений. Возле стола послышалось яростное шипение, но вскоре оно затихло.
Внезапно наступило облегчение. Взгляд, беспокоивший Гериена исчез, как и дымка перед чародейским взором. Маг еще раз проверил комнату. Сейчас он был в ней один.
– Grokar5, – шепнул он, и свечи снова вспыхнули. Гериена слегка потряхивало. Немногие твари могли скрыться от него. Кто был в комнате? Зачем он пришел? И почему именно сейчас? Отбросив эти вопросы, маг вернулся к делу, которое начал. Он склонился над алтарем.
– Alzar Kalazira… Прошу, если ты меня слышишь, – устало начал Гериен, – Сара не должна умереть. Она – самый светлый и самый добрый человек из всех, кого я знаю. В попытке спасти других, она тяжело заболела. Умоляю, пошли мне решение. Я хочу найти лекарство, хочу уберечь любимую. Ответь… – прошептал Гериен и рухнул без сил на пол.
Голоса. Тысячи голосов шептали во тьме. Только разобрать их бормотание было невозможно. Затем к шепоту добавились видения. Краски сливались, меняли форму, цвет, сами складывались в картины. Рассмотреть их тоже было трудно – они тут же таяли, приходили в движение, создавали новые образы. Маг не знал, сколько времени уже прошло, и сколько еще должно пройти до пробуждения, но вдруг он очутился в странной комнате. Перед ним была Сара. Гериен понял, что случится дальше. Он попал в сон, где Сара погибает от его руки. Была лишь одна деталь, отличавшая этот сон от того, что маг видел прошлой ночью. Из угла за сценой наблюдала сущность, покрытая черной мглой. Даже не поворачивая в ее сторону головы, Гериен узнал ее, почувствовал. Именно эта тварь смотрела на него в лаборатории. Гериен не мог выдавить ни слова. Безвольной куклой он шел на страшное дело. Хотел закричать, но не хватило сил. Удержать кинжал – бессмысленно. Безнадежность. Обреченность. Гротеск.
С криком Гериен пробудился. Он лежал на холодном полу возле алтаря. Вскочил на ноги, огляделся. Свечи потухли, а через окно уже пробивался утренний свет. Маг сорвался с места и помчался в спальню.
К счастью Гериена, Сара спала так же, как маг ее оставил перед уходом. Мелкие капельки пота стекали по ее лбу на подушку. Она тяжело дышала и еле слышно стонала во сне.
– Нужно накормить ее, – пробормотал Гериен. Готовить он не умел – заботу о еде на себя всегда брала Сара. Но тут маг вспомнил, что где-то на кухне лежала книга Сары с рецептами. Решив пробудить жену чуть позже, Гериен вновь спустился на первый этаж и зашел на кухню. Найти поваренную книгу не составило больших проблем. Сложнее было выбрать блюдо, которое Гериен в состоянии был приготовить. Он бегал взглядом по страницам, останавливаясь то на одном заголовке, то на другом. В итоге решил сварить куриный бульон – благо, еще до нагрянувшей беды Сара озаботилась купить все необходимое.
К полудню Гериен признал, что на бумаге все выглядело гораздо проще. Запас бранных слов закончился еще на моменте свежевания птицы. Маг сто раз пожалел, что пошел на поводу у Сары и не нанял слугу взамен почившей старой кухарки. Как ни крути, в доме аристократа должна быть прислуга.
С горем пополам Гериену удалось приготовить похлебку. Даже приличную, на его вкус. Он отлил немного бульона в глиняную плошку и вместе с ломтем вчерашнего хлеба понес в спальню. Гериен поставил плошку на тумбу и поспешил снять с жены заклятие.
Когда Гериен произнес нужные слова, Сара приоткрыла глаза.
– Что со мной? Как долго я спала? – Робко спросила она.
– Тише, родная, – Гериен присел на кровать. – Тебе нельзя тревожиться. Я принес поесть, – он взял с тумбы миску с бульоном и поднес ко рту Сары. – Осторожно, он еще горячий.
Подув пару раз, Сара пригубила плошку. Проглотила.
– Спасибо, милый, – она слегка улыбнулась. – Сколько я спала?
– Всю ночь. Я в это время пытался найти средство, но… безуспешно, – горько произнес Гериен. – Я даже обратился к Свету, но он не ответил. Как и в детстве, когда увезли маму.
– Милый, – Сара протянула тонкую руку к лицу мужа. – Если на то Его воля, я приму ее.
Тут Сара стиснула зубы от боли и уронила голову на подушку. Гериен вскочил с кровати.
– Нет, время еще не пришло, – твердо произнес он. – Есть еще шанс. Dortiar, – Гериен провел рукой вдоль тела Сары. Он редко применял это заклинание. Его использовали на узниках, когда те начинали умирать от пыток. С фаранзирского заклинание переводилось как «застынь». Оно позволяло ненадолго удержать жизнь в теле. Гериен надеялся выиграть себе еще несколько часов.
«Долго так продолжаться не может. Мне нужно отыскать выход! Но что же делать?!»
Гериен вышел из спальни и, опершись на стену, сполз на пол. Беспомощный щенок – именно так себя ощущал маг. Только время зря потратил.
«Неужели ты думал, что, пролистав пару случайных пыльных книженций, найдешь ответ на вопрос, над которым до сих пор бьются лучшие лекари Вифиана?»
Гериен напрягся. Последние мысли принадлежали не ему. Вернее, прозвучали они в его голове, но как-то… неожиданно. Раньше маг такого никогда не испытывал.
«Ну что, дурень, помог тебе Свет? Послал идею? Может, Саре стало лучше? Нет, нет и нет? Странно, с чего бы это… Ты ведь все опробовал. Или не все? Как далеко ты готов пойти ради спасения жены?»
Гериен еще сильнее нахмурился.
***
Феликс настойчиво постучал. Ответили ему лишь коты, с диким воем сцепившиеся в переулке. Он постучал еще раз, но настойчивее. Наконец замки залязгали, и тяжелая дверь отворилась. Перед Феликсом стоял сухой плешивый человек в зеленой шелковой мантии.
– Здравствуй, Гийом. Давно не виделись, – начал Феликс.
– Вы только посмотрите, – проскрипел старый калаз. – Мой воспитанник окреп и возмужал. Приятно тебя видеть, Феликс. Заходи, он внутри.
Калаз отодвинулся, уступив проход Феликсу, и тот шагнул в темноту дома.
Внутри оказалось весьма просторно. Гийом жил небедно: серебро на столе, шелка, заморские фрукты. Еще была коллекция чучел животных. Весьма обширная, надо сказать. Тушки разных размеров занимали почти все свободные полки.
Pulsuz fraqment bitdi.