Виталий тянулся к тумблеру, когда взревела сирена и замигали красные лампочки у главных гермоворот.
Из колонок на стенах вырвался электронный голос:
– Внимание всему персоналу, герметичность нарушена! Повторяю, герметичность нарушена!
Техник успел заметить, как мощная створка ворот ползет вверх, как в зазор влетают какие-то мелкие, едва различимые объекты, как один катится к группе в зале. А потом он ослеп от невыносимо яркой вспышки, оглох и упал.
Он хотел вдохнуть, но не получалось: легкие горели, будто туда попала вода. Вторая попытка оказалась удачней. Зрение постепенно приходило в норму, но голова раскалывалась от боли, а в ушах звенело. С трудом поднявшись, Виталий посмотрел вниз через панорамное стекло и не поверил своим глазам. Его коллеги лежали на полу, а в зале хозяйничали вооруженные автоматами люди в черной одежде и масках.
Двое наставили оружие на ученых и инженеров, которые начинали вяло шевелиться. Двое других быстрым шагом направлялись к машине, игнорируя открытый портал. Один из налетчиков вскрыл ломом приборную панель у основания машины и принялся ее потрошить, складывая в сумку некоторые детали. От увиденного у Виталия закололо в груди, и он рванул к выходу из гермокамеры. Позже он поймет: нападавшие наверняка знали, что та панель отключена, но уровень их безумия и отваги это не снижало.
Едва техник высунулся в проем, как в стену, менее чем в полуметре от его головы, ударила пуля. Сквозь облако бетонной пыли Виталий увидел, что один из налетчиков навел на него автомат. «Не двигайся! – приказал он себе, помертвев от ужаса. – Ты ничего не сможешь сделать вооруженным громилам».
Боец, копошившийся в машине, вытащил еще одну деталь. Вероятно, это был предохранитель, потому что портал вдруг задергался и стал изгибаться под неописуемыми углами. Налетчик застегнул набитую до отказа сумку и, показав двумя пальцами круг, быстро пошел к выходу. За ним последовали остальные, не прекращая держать на прицеле гражданских.
Виталий и сам себе не объяснил бы, что толкнуло его на дальнейшие действия: всплеск адреналина, рев разрушающейся машины или слова Петрова перед запуском: Не дать технологиям попасть не в те руки! Любой ценой! Так или иначе, он шагнул на лестницу – выстрела не последовало. Тогда, ухватившись за перила, он спрыгнул с почти трехметровой высоты. Выстрел! На этот раз в пол. Отряд почти ушел – ворота начали закрываться. Виталий не знал, что предпринять. В порыве отчаянья он хотел проскользнуть под створкой в последний момент и погнаться за налетчиками, но заметил предмет, летящий прямо в него. В этот раз он разглядел его четко. Это была серая светошумовая граната.
Открыв глаза, Андрей увидел перед собой лишь непроглядное ничто. Все тело болело, от вкуса железа во рту и отвратительного запаха гари мутило. Он сдавлено кашлянул. Медленно перевернулся на живот. Осторожно поднялся на ноги, еще раз откашлялся и выплюнул сгустки свернувшейся крови.
Какое-то время он стоял пошатываясь, пытаясь понять, где находится. Вспомнилась какая-то всепоглощающая белая пелена и разрывающий уши писк, суета в лаборатории… Точно. Он сейчас внизу, у машины. Похоже, во время эксперимента что-то пошло не так. Запах гари ни о чем хорошем не свидетельствовал. Надо отсюда выбираться. Нужен свет. Свет… Где достать фонарик? В мозгу всплыла схема главного зала. Справа и слева от входа есть два ящичка с наборами экстренной помощи. Комплектация стандартная: четыре фонарика, два фальшфейера, походная аптечка. Нужно просто добраться до стены и идти вдоль нее. Рано или поздно он упрется в один из ящиков.
Первые шаги дались с огромным трудом. Казалось, он вот-вот врежется либо в стену, либо в опору гермокамеры. Потом дезориентация отступила и Андрей пошел чуть уверенней, но тут же обо что-то споткнулся и грузно упал. Колено пронзила резкая боль, а предмет, о который он запнулся, покатился по полу с металлическим звоном и вскоре, лязгнув, остановился. Врезался в стену! Значит, надо идти в направлении звука!
Снова поднявшись, он заковылял вперед. Вскоре под ногами захрустело стекло. Вероятно, аварийные лампы не выдержали скачка напряжения. Это означало, что перегрузка системы была вызвана машиной и отключилась она явно не так, как планировалось. Впрочем, пока это несущественно. Портал закрыт, а путь до аварийного чемоданчика определен наверняка.
Наконец пальцы коснулись шершавой поверхности. Привалившись к бетону правым боком, он захромал вдоль стены в надежде рано или поздно найти заветный ящик. Казалось, это будет длиться вечно, но вскоре ладонь нашарила твердый пластик. Андрей откинул крышку бокса. На пол упало что-то большое – должно быть, аптечка. А вот и фонарик! Он вцепился в рукоятку мертвой хваткой и включил свет. Луч был неярким, но Андрей зажмурился: глаза успели привыкнуть к абсолютной тьме. Проморгавшись, сунул в карман фальшфейер, поднял аптечку и огляделся.
Сначала он заметил Амалицкого. Тот сидел на полу, массируя виски. Потом услышал Аркадия. Бедняга отполз в сторонку и прощался с завтраком. Остальные вяло шевелились, приходя в себя. Свет фонаря упал на остов циклопической машины, на разворочанную панель, прошелся по мелким деталям, разбросанным повсюду. Апокалиптическое зрелище. С потолка свисало несколько оторванных высоковольтных проводов. Центрифуга сместилась, но похоже еще держалась. Андрей содрогнулся, представив, что случилось бы с их телами, свались на них эта конструкция.
Прихватив два фонарика, он направился к коллегам. Молча протянул один Амалицкому. Евгений Александрович взял прибор, кивнув в знак благодарности, но свет не включил и с места не сдвинулся. Андрей подошел к лежащим, зашарил в аптечке в поисках чего-то подходящего, чтобы привести их в чувства. Выудив из сумки бутылку физраствора, он стал брызгать жидкость на лица пострадавших. Когда все пришли в себя, Андрей поставил бутыль с раствором рядом с блюющим Аркадием, положил рядом фонарь, а сам пошел к другому аварийному ящику за дополнительными.
Когда он вернулся, Петров, Виталий и Дима сидели в один ряд и без слов созерцали развалины машины. Андрей раздал фонари и тоже опустился на пол. Вскоре к ним присоединились Аркадий и Амалицкий.
Какое-то время все молчали, потом Дима заговорил.
– И что теперь?
– Ничего, – ответил Петров. Его глаза смотрели сквозь треснувшие линзы очков абсолютно безжизненно. – Самое страшное, что могло произойти, уже случилось. Давайте мыслить здраво. Мы не знаем, насколько серьезно подготовлено нападение и справилась ли со взломщиками охрана. Поскольку к нам на помощь до сих пор не пришли, ответ очевиден: либо нет, либо они сейчас очень заняты. Сидеть здесь дальше не вижу смысла. Мы все живы и можем идти. Следовательно, лучшее, что можно сделать, это добраться до ближайшей аварийной радиостанции и запросить помощь. Нельзя не допустить вероятность саботажа радиостанций, видеокамер и прочего оборудования, поскольку нас об угрозе никто не предупредил. Но все равно стоит попробовать. Если бы они хотели нас убить, уже убили бы, так что мы ничем не рискуем.
Дима посмотрел на руководителя виновато:
– Простите, что тогда с роботом уперся.
– Забудь, какая сейчас разница.
– Игорь Павлович, – вмешался в разговор Аркадий, – а вдруг все радиостанции в комплексе вышли из строя? Что, если кто-то уже пытался вызвать военных, но у них не получилось?
– Тогда мы запремся в одном из блокпостов и будем ждать либо попытаемся сами выйти из комплекса. Но если весь комплекс перешел на резервное питание, то путь будет не быстрым.
– Ладно! – резюмировал Кусков. – В таком случае нужно выдвигаться! Андрюх, пойдем ворота откроем.
Андрей поднялся и пошел за Димой. Вскоре за ними последовали остальные.
Дима не без волнения опустил рычаг гермоворот. Секунду было тихо, но потом створка лязгнула и поползла вверх. Впрочем, вскоре она намертво остановилась, громыхнув напоследок.
– Ну что, Андрюх, кто первый?
– Давай я.
Пригнувшись, Андрей оценил положение. Узковато, но в целом просочиться возможно.
Сделав глубокий вдох и резко выдохнув, он встал на четвереньки и пополз. Металла толщиной в метр, по прикидкам Андрея, действительно хватило бы, чтобы отрезать лабораторию от мира в случае техногенной катастрофы. Однако сейчас, когда зубья-фиксаторы задевали спину, эти размышления вовсе не помогали ему почувствовать себя в безопасности. На полпути он замер от громкого скрипа и последовавшего за ним стука и сдавленно вскрикнул:
– Дима!
– Я ничего не трогал. Она просто попыталась открыться. Видимо, после перегрузки система кое-как работает. Не волнуйся, ее походу конкретно зажевало.
Андрей перевел дух и двинулся дальше. Выбравшись из-под двери, он поднялся на ноги, включил фонарик и стал осматриваться.
Метрах в десяти, на границе света и тьмы, лежали два тела. Подробности разглядеть не удавалось. Это даже к лучшему. Он знал этих ребят, встречал их каждый рабочий день. Пол около трупов был залит кровью. Бурые и сероватые капли виднелись и на одной из стен. Значит тогда, в лаборатории, ему не показалось. Хлопки действительно исходили не от машины.
Он вглядывался в темноту и чувствовал, что упускает из виду что-то очень важное, но никак не мог понять что.
– Андрей, у вас там все в порядке? – донесся взволнованный голос Петрова.
В этот момент ему показалось, что у одного из тел на долю секунды мелькнуло неприятное зеленоватое свечение. Андрей поежился. Теперь его не покидало ощущение, что во тьме скрывается нечто неизвестное. Что-то, чего он не может опознать. Какое-то животное, которое он не в состоянии разглядеть. Зато оно видит его отлично и не спускает с него глаз.
Внезапно вспомнился разговор с отцом:
– Послушай, Андрюш. Большинство зверей заведомо боятся тебя больше, чем ты их.
– Даже волк?
– Даже волк.
– Если, входя в лес, ты не хочешь встретить его обитателей, просто веди себя шумно. Звери узнают о твоем присутствии задолго до того, как ты их увидишь, и никто тебя не тронет! Даже волк!
Не отводя взгляда от коридора, он крикнул как можно громче:
– Все тихо! Можете лезть!
Тень едва заметно шевельнулась. Нет, все спокойно! Ему наверняка померещилось. После такого стресса человеку легко привидится всякая чертовщина. В голове опять раздался голос отца: «Запомни, что всегда лучше убедиться, чем сделать глупость, а потом жалеть». Так он ответил сыну на вопрос «Почему нельзя стрелять по кустам, если видишь движение?» Никаких кустов здесь не было, да и стрелять Андрей ни в кого не собирался, но он все равно решил подстраховаться и пошел к блокпосту.
Тела охранников были изувечены крупнокалиберными пулями. Андрею стало жутко, но он заставил себя нагнуться и поднять два пистолета.
Первым из-под двери выбрался не Дима, а Амалицкий. Биолог в шоке уставился на Андрея.
– Откуда вы взяли оружие?
Тот молча перевел фонарь на мертвецов. Андрей старался выглядеть спокойным, но держать пистолеты оказалось противно.
– Не думаю, что мы можем позволить себе ими разбрасываться.
Амалицкий переменился в лице. Кивнул.
– Если вам неприятно, давайте мне.
Андрей выдохнул, передавая ученому тяжелые ПМ-71.
Когда остальные вылезли из лаборатории, Евгений спросил:
– Кто-то умеет пользоваться оружием?
Виталий неуверенно поднял руку.
– Ну… Ходил в тир пару раз.
Амалицкий протянул ему пистолет. Другой, немного подумав, отдал Петрову.
Миновав разгромленный блокпост, группа двинулась вперед.
– Предлагаю идти по служебным коридорам, – сказал Петров, не останавливаясь.
Дима, ускорив шаг, поравнялся с руководителем.
– А почему не по главному?
– Потому что служебные тоннели ведут от станции к нам напрямую. Мы сократим путь минимум вдвое, да еще и выйдем к черному ходу главного КПП.
Спорить никто не стал.
Почти полчаса они шли по узким темным тоннелям, где все звуки ограничивались их прерывистым дыханием и глухим стуком ботинок, эхом отскакивающим от стен. Андрею все больше становилось не по себе в этом мрачном лабиринте. Разумеется, он доверял Петрову, чуть ли не главному человеку в комплексе. Человеку, для проектов которого этот комплекс и построили. Его железная уверенность в правильности пути и почти стоическое спокойствие не могли не вдохновлять. Но в этих бесконечных коридорах, уводящих в неизвестность, к Андрею вернулось странное ощущение чужого присутствия.
Андрей шагал в хвосте их маленькой колонны, чувствуя, как волосы на затылке поднимаются дыбом. Другие, похоже, ничего подобного не испытывали. Признаки тревоги выказывал только идущий рядом Аркадий, да и тот, весьма вероятно, бессознательно перехватывал эмоции ближайшего спутника.
Между тем Андрею становилось все хуже. Ему казалось, что он постепенно сходит с ума. Темнота, обычно приятно расслабляющая и по-своему уютная, начинала давить на него. Неизвестность действовала на нервы, а почти полная тишина не давала мозгу хоть на что-нибудь отвлечься, отсекала последнюю возможность спасения от надвигающейся волной бессмысленной паники.
Аркадий тоже сильно напрягся, а затем внезапно остановился и обернулся. Остановился и Андрей.
– Вы это с-слышали?
Тощий очкарик вглядывался во тьму, но едва ли что-то там видел.
– Слышал что?
– Звук. К-кааак шорох.
– Что там у вас? – спросил Виталий, заметив отставших.
Колонна встала.
– Послушай, я ничего не слышал. – Андрей старался говорить спокойно. – Должно быть, просто нервы. Иди передо мной, если тебе так комфортнее.
– Спасибо!
Аркадий шмыгнул вперед. Виталий окинул парня раздраженным взглядом.
Группа продолжила движение, но не прошло и двух минут, как Аркадий снова остановился. На этот раз совсем тихо. Не оборачиваясь, он выставил руку, блокируя путь Андрею, и едва слышно произнес:
– Шшш…
Теперь и Андрей это услышал.
Как только кто-то из людей делал шаг, этот звук с небольшим опозданием сопровождало странное шуршание. Андрей развернулся, осветив коридор. Ничего. Пусто.
– Догоняй остальных! – велел он очкарику.
Тот поспешил за колонной, а Андрей еще секунд пять стоял замерев, не опуская фонарик. Шуршание прекратилось. Тогда он попятился, стараясь не отводить глаз от тьмы, но через пару метров повернулся и быстрым шагом нагнал остальных.
– П-послушайте! Я т-точно что-то слышу!
На этот раз Аркадий привлек внимание всей группы.
– Что именно? – поинтересовался Амалицкий, но биолога яростно перебил Виталий:
– Так, с меня довольно! Никто и ничего не слышал. Скажи, у тебя просто разыгралось воображение, так?!
– Н-н…
– Тебе показалось.
– Я тоже это слышал! – твердо произнес Андрей.
Виталий перевел на него немного смягчившийся, но все еще преисполненный ненависти взгляд.
– Что именно вы слышали? – не унимался Евгений.
– Я не знаю! – Андрей заметил, как Виталий саркастично развел руками. – Какой-то шорох. В такт нашим шагам.
Амалицкий, казалось, посмотрел ему прямо в душу. В глазах биолога читалось понимание невысказанного.
– Хорошо… Я думаю, бояться нам нечего, но давайте в целях эксперимента и для общего успокоения пойдем дальше. Как только я предложу развернуться, мы все незамедлительно сделаем это.
На том и порешили.
Вскоре позади снова зашуршало, и шорох нарастал. Что бы ни кралось за ними, оно точно приближалось. Насколько Андрей мог судить, теперь это услышали все, в том числе Виталий, хотя тот старался не подавать виду.
– Игорь Павлович, по вашим прикидкам, сколько от нас до ближайшего ответвления коридора сзади? – спросил Амалицкий.
– Метров пятнадцать-двадцать, я думаю.
– Отлично. Разворачиваемся на счет три. Раз. Два. Три!
Все дружно повернулись. На пару секунд в лучах фонарей что-то мелькнуло – не то несколько крупных, не то множество мелких теней, которые тут же разбежались по соседним коридорам.
– Дим, ты это видел?
– Видел… Евгений Александрович, мне бы хотелось услышать ваше экспертное мнение!
– Ну, я не этолог и мало что разглядел… Если честно, не думаю, что у нас большие проблемы.
Виталий, явно сдерживающийся из последних сил, посмотрел на Амалицкого как на полного идиота.
– Разве… может быть хуже?!
– Не похоже, что за нами охотятся. Я думаю, что животным просто интересно.
– Ха! И… что нам делать?
– Попробуем ускориться и увеличить дистанцию. Если не отстанут, будем идти спиной вперед. У вас есть пистолет.
– И… что?
– Пойдете замыкающим! Игорь Палыч, вы впереди. Стреляйте в крайнем случае! Кто бы это ни был, не нужно их злить, если получится обойтись фонариками.
Спорить никто не стал.
Колонна ускорилась, почти перешла на бег. Через минуту позади снова раздалось шуршание, теперь отчетливое и заметно более быстрое.
– Поворачиваемся!
В крике Амалицкого Андрей уловил легкую дрожь. Но общая атмосфера медленно нарастающего ужаса не могла и сравниться с тем, что он увидел секундой позже.
На этот раз тени не разбежались, не спрятались во тьме. На освещенном фонарями участке собрался минимум десяток странных существ. Сначала Андрей даже не понял, на что смотрит.
Нелепые, с небольшую собаку полосатые зверьки, частично покрытые то ли мехом, то ли мелкими колючками, сидели почти так же, как сидят собаки в ожидании команды хозяина, и внимательно разглядывали людей отливавшими зеленоватым блеском глазами.
– Не может быть…
Амалицкий шагнул вперед. Животные не отреагировали и продолжали сидеть столбиками, даже когда ученый поднял над головой фонарь, пожирая существ взглядом.
А разглядывать было что. Ничего подобного Андрей в жизни не видел, и чем дольше всматривался в причудливых созданий, тем больше особенностей подмечал.
За длинными вибриссами на абсолютно лысой мордочке располагалась внушительная пасть, больше похожая на крокодилью, чем на собачью. Только вот губы собаки закрывают пасть полностью, а у этих малышей все зубы были напоказ, а непропорционально крупные верхние клыки касались нижней челюсти. Над клыками проступали какие-то бугорки. Андрей решил, что это корни зубов. Хвосты у зверьков тоже были лысыми, мускулистыми и толстыми, как у рептилий.
– Игорь Палыч, а далеко ли до КПП? – спросил Амалицкий, не отводя глаз от диковинных тварей.
– Метров десять до поворота, потом еще пятнадцать-двадцать по прямой.
– Хорошо… Предлагаю медленно отходить. Просто не будем поворачиваться к ним спиной, и все.
– У нас проблемы? – нервно уточнил Виталий, поднимая пистолет.
Рука физика дрожала.
– Да, но не критичные.
Одно из существ издало звук: «Тра-та-та-та-та», от которого по коже побежали мурашки. Стрекот подхватил другой зверек, потом еще один, и еще.
Люди стали отступать. Стая последовала за ними.
– Т-так это что еще такое? Перекличка?!
Пятясь, Виталий продолжал держать оружие перед собой. «Типичный пастырь из второсортных ужастиков, отгоняющий бесов крестом», – подумал Андрей.
– Виталь, спокойно! Будь мужиком! – окликнул техника Дима тихим, но строгим голосом.
Внезапно позади закричал Петров – все резко обернулись. Одно из существ, видимо обошедшее их по соседним коридорам, вцепилось ученому в ногу чуть выше колена. Тот что было сил ударил тварь рукояткой пистолета, и животное отпрянуло, выпустив жертву. Петров сделал три выстрела. В цель попал только один, но этого оказалось достаточно: зверь завопил и исчез во тьме.
Петров осел на пол, выронив оружие. К нему рванули Дима и Евгений. Андрей инстинктивно подхватил пистолет и переглянулся с Виталием. Тот понял, нервно кивнув в ответ. Теперь они – линия обороны.
– Игорь Палыч, вы в порядке?
Амалицкий и Дима подняли пострадавшего, придерживая под руки. Аркадий, в глазах которого горело безумие, стоял рядом не в силах что-либо предпринять.
– Да…
Они потащили Петрова вперед.
Существа все наступали.
Первым выстрелил Виталий. Громкий звук и размозжившая плитку пуля заставили тварей отпрыгнуть и ненадолго замереть, но уже в следующий момент они устремились за людьми, быстро сокращая дистанцию.
Выстрел Андрея немного притормозил стаю, но даже секундного смятения существа не выказали. Андрей оглянулся: основной группе оставалось две трети пути до поворота.
Снова выстрелил Виталий – звери и не подумали останавливаться.
Насколько мог судить Андрей, группа впереди уже свернула за поворот. Еще метров десять! Совсем чуть-чуть, и можно будет выкинуть пистолет и бежать! Бежать как никогда не бегал!
Хищники, должно быть, почуяли, что добыча ускользает. Дружно зарокотав, они ускорились. В лучах фонарей мерцали десятки голодных глаз. У Андрея затряслись коленки. Одна тварь вырвалась из стаи. Перейдя на галоп, она за долю секунды преодолела почти двухметровое расстояние и, оттолкнувшись от земли мощными лапами, прыгнула вперед.
Мир для Андрея замер. Он в ужасе смотрел на непропорционально широкую пасть, на два огромных клыка, которые вот-вот вонзятся ему в шею, на поднявшиеся дыбом иглы на загривке существа, на звериную ярость в его глазах.
Выстрел!
Ударившись о стену, хищник издал сдавленный вопль и упал замертво.
Андрей моментально пришел в себя. Виталя попал! Повернувшись, он увидел, как техник с безумной гримасой на лице пошел в атаку. Следующим выстрелом он добил дергающееся в конвульсиях животное и продолжил наступление. Стая отпрянула. Еще одна пуля раскрошила плитку пола. Другая попала совсем рядом с целью. Тварь, завизжав, попятилась, расталкивая сородичей. Виталия было не остановить. Его руки дрожали, не позволяя прицелиться, но он продолжал идти вперед. Потом пистолет глухо клацнул.
Кончились патроны!
Тут же за спиной раздался крик Димы:
– Аркаш, не стой! Дверь открывай!
И тогда Андрей тоже завопил:
– Беги!
Pulsuz fraqment bitdi.