Kitabı oxu: «Большая и чистая Любовь», səhifə 3

Глава 6

Утром Люба разбудила меня вопросом в лоб: где в этом доме берется еда? Я задумался…

– Из холодильного шкафа!

– А она там как появляется?

– Хозяин кладет.

– А он ее откуда берет?

– Из холодильного шкафа!

Люба плюнула на меня и отправилась допрашивать Лютика. Люцифер Аугустус Громовержец спал сладким сном и не подозревал, что на него надвигается. А надвигалась на него сама Любовь. Большая и голодная. Стукнув разок в дверь для проформы, девушка вломилась в спальню Лютика и вытряхнула его из-под одеяла и взяв за грудки, рявкнула:

– Где еда?!

– На рынке, наверное, – практически не просыпаясь ответил висячий в ее руках Лютик.

Девушка оглядела его пижамку в веселых медвежатах и понимающе спросила:

– Мама купила?

– Ага, – с тоской ответил хозяин, – новую купить никак руки не доходят.

– Ну с пижамой ты можешь и подождать, хоть голый спи, но еду надо покупать срочно! Одевайся, мы идем!

– Куда? – спросил недопроснувшийся хозяин.

– На рынок, конечно! Навь, ты с нами?

– А рыбку купишь? – решил поторговаться я.

– Куплю, конечно. За деньги твоего Лютика я тебе все, что угодно купить готова. Кстати, а чем он тут тебя кормит?

Я вздохнул:

– Да чем придется. Обычно из трактира чего-нибудь приносит. Но там все невкусное – вареное, да со специями.

– И тебя этим кормят? Безобразие! – возмутилась девушка.

Я опять вздохнул и сделал самые несчастные и голодные глаза в мире. А то, что я вроде как толстый, это у меня кость пушистая. И от голода я пухну.

Хотя, конечно, Амалия подкармливает меня постоянно, а на всякий голодный случай у меня в подвале мышиное гнездо организовано. Кстати, со вчерашнего дня им инвентаризацию не проводил, непорядок!

Итак, Люба оделась в юбку и блузку, которые ей принес Лютик, тот тоже натянул на себя что-то мятое. Кажется, не просыпаясь и не глядя, извлек из шкафа. Интересно, он хоть глаза при этом открывал? Ну а я пошел, как всегда, в повседневном – черной пушистой шкурке. Я ехал на плечах Любы, изображая из себя горжетку, а Лютика она вела под руку. Тот шел, как на заклание, не сопротивляясь, но и не выражая восторга. Делать покупки Лютик не любил. Сегодня же он должен был исполнять роль проводника, а также кошелька. К тому же Люба была незнакома с нашими деньгами, а также с ценами на продукты.

Так она объяснила Лютику необходимость идти с ней на рынок. А также заявила, что, возможно, от меня, то есть Нави, пользы в этом деле может оказаться больше, чем от бестолкового МАГа. Это почти дословно то, что она сказала.

На рынке было шумно и людно, у прилавков и лотков толпились люди, вокруг кричали торговцы и зазыалы. Люба переходила от прилавка к прилавку, разрезая своим мощным телом толпу, таща на буксире Лютика и попутно разглядывая товар. Подходя к тому или иному прилавку, она спрашивала цену на продукт, выслушав торговца, цокала языком и назвала свою цену. Потом они громко спорили, пытаясь прийти к соглашению.

– Да что это за мясо! Ты посмотри, что за мясо! – возмущалась она, тыкая мне под нос очередной аппетитный кусок свежайшей говядины. – Да его даже мой кот есть не будет. Правда, Навь?

И я согласно кивал, что да, конечно, не буду. А вы пробовали спорить с голодной женщиной? И правильно, вот и я не стал.

В-общем, уходили мы с рынка с полной корзиной продуктов, которую тащил, конечно, Лютик. Корзина была чуть ле не больше него самого. Хозяин шел озадаченный.

– Слушай, – спросил он у Любы, – тебе как это удается? Я за все эти продукты заплатил бы как минимум в два раза больше. А ты ведь говорила, что не разбираешься в наших деньгах и ценах. Как ты умудрилась так выгодно закупиться?

– Тоже мне проблема! – Фыркнула Любовь. – Просто я на ту цену, что называли продавцы, сразу предлагала в три раза меньше. Если цена завышена, то в процессе торгов торговец обычно снижает ее до приемлемой, а то и ниже.

Надо сказать, каждый раз, когда, отвоевав тот или иной продукт по очень низкой цене, Люба отходила от прилавка, торговец потирал лапки так, будто продал товар втридорога и удовлетворенно вздыхал:

– Хорошо поторговались! Какая женщина! – А потом кричал ей вслед, – Приходите еще, с вами приятно иметь дело!

Глава 7

Когда мы вернулись домой, Люба на скорую руку нам сварганила яичницу с беконом и сыром. Я не знаю, что означает слово “варганить”, но думаю. что это какой-то вид колдовства. Потому что без магии сделать настолько вкусную обычную яичницу невозможно! Это я вам, как специалист-дегустатор говорю! Постоянно из миски хозяина еду дегустирую.

Потом Любовь выгнала нас из кухни, заявив, что ей тут надо на метле полетать, а то тут такой бардак, что страшно смотреть. Я так и знал, что она – ведьма! Но ради таких вот яичниц мы с Лютиком готовы терпеть любую, даже самую злобную ведьму. А Люба – не злобная, она теплая и уютная. Я всю ночь проверял!

Когда, спустя пару (или больше) часов мы с хозяином вновь пришли на кухню, я лишь уверился в том, что в нашем доме появилась ведьма. Иначе как можно объяснить тот факт, что из грязно-серо-бурого пол вдруг оказался желтовато-коричневым с яркими красными узорами?

И откуда вдруг у нас появились такие сверкающие кастрюли. Я подошел к одной из них, хотел понять. откуда она взялась, но вдруг увидел на поверхности кастрюли какое-то черное взлохмаченное существо. Испугался, отшатнулся. Чего-то она не то намагичила, похоже.

Затем Люба взялась варить.. этот, как его… название еще такое… борзое. А, борщ! Она крошила капусту огромным ножом и напевала:

– Отчего, отчего, отчего мне так тепло…

– Оттого, что я лежу на теплой печке-е-е, – подпевал я ей.

– Чего-то опять Навь разорался. Болит у него что-то, что ли… Надо его лекарю показать, – раздался голос Лютика от двери в кухню.

Ничего он в искусстве не понимает. Я обиделся и замолчал.

– Да ты посмотри, чем ты его кормил, от такого ж любой заболеет! – тут же возмутилась Люба.

– Да! – подмявкнул я, отправившись к своей миске истреблять выданный мне Любой кусок мяса. Нет, все-таки хорошая она у нас ведьма! Понимающая нужды скромного божественного существа.

Когда борщ был уже почти готов, в башню вбежал Ленин. Явно по запаху шел.

– О, Ленни, привет! – приветливо помахала ему поварешкой Люба. – Прости, но я тебя буду так звать. На вождя пролетариата ты не тянешь. Борщ будешь?

– Буду! – ответил Ленин, который, похоже, тоже решил, что пусть хоть кастрюлькой его зовет, лишь бы борща в него налила.

Они обедали молча, только ложки стучали. Единственное слово, которое я периодически слышал то от одного, то от второго брата, было “Ещё!” и сопровождалось обычно протянутой в сторону Любы пустой миской.

– Никогда такое вкусное не ел! – выдал Ленни, а Лютик лишь угукнул. Сил на разговоры у него не было.

– Это я просто еще котлетки не успела пожарить. На ужин пожарю! – пообещала Люба.

– А когда у вас ужин? – уточнил Ленни.

– Думаю, часов в семь вечера ответила ему Люба.

– Ну тогда я побежал по делам, чтобы все успеть, а к семи приду еще, проведаю, как вы тут, – пообещал Ленни и умчался, перекатываясь на ходу. Кажется, он чувствовал себя колобком. Начиненным борщом.

Лютик вскоре тоже укатился – у него была очередная лекция. Сегодня его студентам повезло: преподаватель был благодушный и слегка даже сонный.

А мы с Любой ходили по башне и приводили ее в порядок, начиная с Любиной спальни. Ближе к вечеру мы добрались до библиотеки.

– Кстати, все попаданки первым делом проверяют, умеют ли они читать на языке нового мира. А я что-то до сих пор этого не сделала! – вскинулась Люба. – Надо проверить!

Она взяла первую попавшуюся ей под руки книгу и прочла: “Самые эффективные зелья для красоты и здоровья”. И пропала. В смысле, зачиталась настолько, что чуть не забыла про котлеты, которые не сгорели только благодаря бдительности одного умного, предусмотрительного и очень внимательного (и очень скромного, кстати, тоже) кота.

За ужином Люба спросила Лютика:

– А ты правда преподаешь что-то там про травки? И про зелья тоже?

– Угу, – согласился Лютик, не отрываясь от вкуснейшей котлетки.

– А как можно этому научиться? Ну, какой-нибудь, иномирянке, например? – начала издалека Люба.

– Зачем? – удивился Лютик.

– Хочется! – привела самый неопровержимый аргумент Любовь.

– Ну можно, конечно, поступить к нам в академию. Но без магии тебя вряд ли возьмут.

Девушка сникла.

– Правда, у нас как раз открывается экспериментальный курс для немагов. Хочешь попробовать?

– Да! – обрадовалась Люба и кинулась целовать жующего Лютика.