© Катя Зуева, 2023
ISBN 978-5-4498-2234-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Присказки
Расскажу я Вам, ребята,
Что для моли – маловато.
Как Бобёр с лисой на год
Дело славили вперед.
Где оса с пчелой бывали,
Кому мёда подавали.
Как на место слон садился,
Только стул не пригодился.
Как к ежу ходил народ,
И по небу и вперед.
Тут начнём о том рассказ.
Коли смел, послушай нас.
Однажды Моль, слона завидев,
Спешит к слону на ухо сесть,
Да разговор порядком весть,
Но собеседника обидев,
Слону заметить умудрилась
Де, шуба сзади прохудилась,
Да судя по большим следам,
Ходили воры по рядам.
Однако, если бы та Моль,
Известную играя роль,
Однажды платья не съедала,
Да дважды друга не предала,
То моль бы ставили в пример,
Как порицателя манер.
Но одному другой свистит,
Когда в окошко моль летит.
Хоть чин у моли в том и есть,
Чтоб утром платье перечесть,
Однако, грубый мещанин
Моль гонит, не шутя, с перин.
Поделав дело кое как,
Не говори, что ты мастак.
Бобер с лисой, завидев дом,
Пустились сетовать о нем.
– Коль дом из бревен сотворен,
У нас не худо выйдет он.
Сперва Бобер ветлу грызет,
Не там, твердит, ветла растет.
Работа снизу не видна.
Плечами велика ветла.
Лиса бобру совет дает:
– Моя нора к ветле ведет.
Зубами править тяжелей.
Уж корни я подрою ей.
Лиса прорыла до ствола.
Да снова не идут дела.
Проходят за бездельем дни.
Весь год ветлу бранят они.
– Сестра, к чему нам дом такой,
Бобер сверяется с Лисой?
Ветла уж вовсе не годна.
Зимы не выдержит ветла.
Не лучше ли пойти в народ,
Узнать кто как дела ведет?
Порою шалость нам во вред.
Шутник, посетовав пером,
В пустой игре находит бед,
Прослыв проказником потом.
Оса, завидев мед в дупле,
Украдкой говорит пчеле:
– Лети, кума, ко мне домой.
Устроим завтра пир горой.
Зови в прислугу муравьев.
Для пения, лучших соловьев.
Кукушек – созывать народ.
Сверчков – сговаривать приход.
Все сойки, белки да сычи
Пускай готовят у печи.
А ты же, кумонька кума,
Мне меду принеси сама.
Пчела ей говорит в ответ:
– Подруга, дельный дам совет:
Кто только открывает рот,
С обеда сытым не уйдет.
Коль мед к столу не принесу,
То вруньей будут звать: осу.
Тут бы гвоздик подогнуть.
Тут бы совесть подтянуть.
Возле скамейки
Птицы щебетали
Да после долгого полета
Отдыхали.
Вдруг слон явился
Бедным воробьям
Да говорит:
– Скамейка лишь моя.
Других здесь видеть не велю.
Кто сядет – сразу раздавлю.
Согнать слон всех
С той лавки поспешил
Да сесть решил.
Слон на скамейку
Разом опустился.
Скамейка
Ненадежной оказалась.
Под ним она
От слабости сломалась
После чего
На кактус слон свалился.
Другому не пеняй на то,
Что место занято – не то.
Ко льву приходит воробей.
– Ты лев
Сильнейший царь зверей.
На смелость льва
Юнцы глядят,
А я на смелость не богат.
Лев поглядел на воробья:
И отвечал:
– Да мы – друзья.
Хотя отважен я и смел,
Сейчас бы в небо полетел,
Но не дает подняться вес,
Боюсь, что упаду с небес.
Коль друга величает друг,
Двоим прибавится заслуг.
Хорош тот слон среди дороги,
Кто от ежа уносит ноги?
Коль еж однако же сердит
И прав, – он вас опередит.
К ежу пришел солидный слон,
– Друг мой, послушай небылицу:
Мне навестить пришлось столицу.
Мой поезд прибыл на перрон.
Сорока каркнула и вот —
На свалку мой сюртук пойдет.
Смеется каждый над слоном,
Кто был с сорокою знаком.
Однако у ежей самих
Возникла хитрость не спроста.
Дела и поважней у них.
Близка простому простота.
И еж слону, любя, сказал.
– Вокал на совести сорок.
Весомее тому урок.
И слон затылок почесал:
К чему бы Ёж Слона провёл?
Слон позже с жалобой пошёл
На спор о колкостях Ежа,
А дружба в деле хороша.
Баба муха говорила,
По три раза повторила:
– Где же жук,
Хожу, хожу я.
Нет у жужелиц жука.
Посижу да погляжу я
За жужжанием пока.
Расскажу я Вам, детишки,
Как наш кот читал по книжке.
Как у краба на беду
Оказался кот в виду.
Как у белок вышел спор,
Слышен даже за забор.
Как синица Канарейку
Пригласила на скамейку.
Как Иван шел на базар
Да купил там самовар.
Тут начнём о том рассказ.
Коли смел, послушай нас.
Вот читать учился кот,
И давай глядеть вперед.
Земляника на полянке,
Значит лето на дворе.
Снег кругом, мужик в ушанке,
Значит дело в декабре.
На сосульке первый лучик,
Значит, ранняя весна.
Нарисован дождь и туча,
Вышла осенью она.
А теперь темно, без света.
Может звезды ночью это?
Открываем лист другой,
Снова радуга дугой.
Даже кот читал по книжке.
Что же он расскажет мышке?
Коту пенял однажды краб:
– Мой голос, полагаю, слаб,
Но, друг мой, слышу я, когда
Звучит мелодия не та.
Когда ты начал петь куплет,
На окнах зажигали свет,
Из коих, как видал потом,
Бросал урядник сапогом.
Не криком цели задают.
Твой голос сразу узнают.
Но кот в риторику вступил:
– Признаюсь вывод очень мил,
Мой голос сразу узнают.
Чуть свет поклонники встают.
Когда же публика смелей,
С вниманием сладить тяжелей.
Белки спорили в лесу.
Вдруг из них одна
Возразит:
– В каком часу
Я идти должна?
А вторая возразит:
– В лес кабан вошёл.
Третья ухом шевелит:
– Кто бы перевёл?
Да и дело ль – слушать нам,
беличий раздор?
Ишь трещотки, по углам,
затевают спор.
Канарейка, сидя в клетке,
Говорит лесной соседке:
– Моя милая сестрица,
Дорогая ты синица,
Полно ль, душенька девица,
Целый день да прыг да скок —
Прыгать с ветки на цветок.
Ты, синица, как была —
Молода и весела.
Мне то, душенька, обидно,
Что у нас тебя не видно.
Навещаешь пир лесной
Ты и летом и зимой.
Как ты, милая, свободна,
Прилетай, когда угодно.
А синица ей в ответ:
– Ты видала ль белый Свет?
Хоровод в лесу у нас.
Каждый день пускаюсь в пляс.
Канарейка, мил кума,
Прилетай ко мне сама.
Скучно в клетке золотой.
Дни проходят чередой.
Канарейка, Свет Душа,
Ты мила и хороша,
Но поёшь ты песню мне,
Коли дело, не к весне.
Верно судят, что душа —
Ладным словом хороша,
Но шумит среди кустов,
Хор трещоток и глупцов.
Едет Ваня на парад.
Из толпы ему кричат:
– Дурень, дурень молодой.
– Конь умнее под тобой.
Он садится на осла.
Вся толпа за ним пошла.
Говорит ему народ:
– Сел бы задом-наперед.
На свинью садится он,
Отдает честной поклон.
– А ты малый – не дурак.
– По уму тебе пятак.
Шёл наш Ваня на базар
Да купил там самовар.
Самовар не ношеный,
У Попа не прошеный.
Зайка Ване говорит,
Самовар подать велит:
– Дай ка, Ваня, на денёк,
Принесу тебе дубок.
Тут наш Ваня говорит:
– Дед делиться не велит,
Дед у меня старый,
Как без самовара?
Волк идет глядеть товар:
– Для чего те самовар?
Дай ка мне на два денька,
Принесу я – два дубка.
Ваня снова говорит:
– Дед делиться не велит.
Дед у меня старый,
Как без самовара?
Тут Медведь, один в окне:
– Самовар подай ко мне.
Коли дашь товар на день,
Принесу я целый пень.
Снова Ваня говорит:
– Дед делиться не велит.
Дед у меня старый.
Как без самовара?
Тут лисица молода:
– Самовар подай сюда.
Где река налита?
Сбегай за корытом.
Приходи с водою,
Чай попьем с тобою.
Шёл Иван с базара,
Нету самовара.
Хвост вдали с косицей.
Не делись с лисицей.
Хозяин говорит коту:
Я знаю мышь на кухне ту,
Что кормится давно у нас,
Прорыв в стене на кухне лаз.
Сто лет горох у нас грызет.
И мышь поймать не может кот?
Ведь мышь стара, глупа, больна.
Какая ей еще цена?
А кот ему и говорит:
– Мышь деловой имеет вид.
Похвастать нечем мне пред ней.
Давно я стар. Помру быстрей.
И снова получил обед,
Без длительных на то бесед.
Верней всего пополнить счет,
Ко слову привязав доход.
Олень ел траву да молчал.
Тут ворон с ветки прокричал:
– Рога о многом говорят.
Суди иль нет, они блестят.
Как правильно олень узнал,
Он простаком его назвал.
Олень проблему знал без слов,
Но польза есть и от рогов,
Прогнав рогами крикуна,
Олень победу взял сполна.
И ворон полетел от сель —
Учить за тридевять земель.
Но коли каждый слышал ложь,
И силой правду не вернешь.
Да кто вороне даст совет,
Горланя, не слагать куплет.
Но все же нам рога нужны.
Противнику они видны.
Змея, предупредив всегда,
Шипела громко:
– Вы куда?
Но каждый говорит о ней:
– Змея гадюка и злодей.
К чему указывать верней
Да ранить хрупкий разум ей?
Да разве чей то скользкий вид
Вас, признавайтесь, не смущал?
Да разве не терпел обид
Тот, кто случайно проползал?
Мы сами открываем счет,
Ступив кому нибудь на хвост.
К чему искать здесь то да сё,
Поправ свой собственный вопрос?
Конечно змеи так и быть,
За наглость могут укусить.
Змея по сути не была
Коварна, горяча да зла.
Мы сами ставим ей пример
Своих дурашливых манер.
Малютка Воробей, чуть свет,
Клевал что Бог даст по пути,
Бранил угодье да обед,
Бранил то солнце, то дожди.
Летела серая сорока
Да говорит ему вперед:
– Лети работай.
Да с порога крупицу хлебную клюет.
Тут Воробью бы невзначай
Принять Сорокины советы.
(За слово делом отвечай
Да не кляни зимою лето).
Кори да не кори обед,
Из слов да горя каши нет.
Но, как настал работе срок,
Не видно в поле и сорок.
Слова не милуя,
Бранят, порою ближнего, за то,
Что сами тут же повторят,
Но брань не слушает никто.
Однажды сплетница сорока
Летела далеко-далёко,
Да вот на утро у ручья
Сорока слышит соловья.
Да видно в цель она глядела:
– Поёшь ты, говорит, без дела.
А коли б пел ты за столом,
Тебе и проку было б в том.
– Сестрица милая, скажи,
Сказал ей соловей без лжи.
Не мне ли вторит весь народ?
Кто лучше соловья поёт?
Сестрица, славно я пою.
Ты песню слышала мою?
Да пение пропадает зря.
Другой мотив сорок волнует.
Ко славе сплетница ревнует,
О хлебном деле говоря.
Енот у речки отдыхал.
Тут серый заяц прискакал.
Еноту говорит косой:
Я долго бегал за тобой.
Полмили проскакал кругом,
Быстрей телеги с мужиком,
Быстрей козла, скорей коня,
Того и видели меня.
Енот ему и говорит:
– Ногами не бываешь сыт.
По лесу слышал я, что ты
Три раза забегал в кусты.
Пока ты бегал по кустам,
Я был уже – и тут и там.
А ты, приятель, так и быть,
Давно бы мог мне услужить.
Не даром полосатый хвост
Тут виден всем издалека.
Я каждый день у ручейка.
Кто скор умом, ногами прост.
Pulsuz fraqment bitdi.