Приближались выходные. К вечеру студенческое общежитие, как обычно, затихало на удивление. Впрочем, ничего удивительного: студенты, живущие на расстоянии, позволяющем вернуться вечером в воскресение, разъезжались по домам. Дома всегда уютнее, вкуснее и что скрывать, чтобы непременно получить в «дар» от заботливых родителей, наполненные разнообразной снедью, сумки. Конечно, самыми долгожданными были сумки, которые с трудом тащили друзья, живущие в сельской местности. Уж в них – то и была самая здоровая и сытная еда!
Это явление было подспорьем вечно голодным студентам, позволяло не слишком затягивать пояски, ведь растущий организм, активная деятельность и постоянно работающие мозги требовали свое. Студенты – народ общительный, дружный, и поэтому содержимое сумок становилось общим достоянием и его едва хватало до следующих выходных. Зато те, чей отчий дом находился слишком далеко, были так сказать, подкормлены сердобольными друзьями. «Знакомая картина!» – воскликнет каждый бывший студент.
А еще студенческая дружба расширяла географическое пространство: приглашали друг друга провести выходные, праздничные дни, а то и каникулы вместе каждый в своих краях.
Это было прекрасное время: юность, друзья, подруги… и новые впечатления от таких «путешествий»!
Таня приехала учиться в техникум из городской квартиры, но на летние каникулы уезжала в свой родной и любимый Старый – Крым. Подкрепить здоровье, восстановить потраченные на учение силы именно там было правильно и комфортно. Там жили ее бабушка и дедушка. Таня тоже несколько раз привозила с собой близких подруг из техникума. Отдых в Крыму им только снился, а тут приглашение, от которого несерьезно отказаться!
Лето будет летом, каникулы – на каникулах, а пока учебный процесс продолжался. Практические занятия на полигоне затянулись, весна сменилась первым летним месяцем. Солнышко разыгралось, согревая, покрывшиеся молодой зеленью, насаждения, водную гладь рек, речушек и озер в окрестностях.
Времяпрепровождение студентов стало более активным, все больше на природе, на берегу Днепра, как только выдавалось свободное время. Поэтому в один из пятничных дней, соседка по комнате Лиля предложила Тане поехать с ней на выходные в лесничество. Там жили ее родные: мама – уже домохозяйка, папа – егерь и младший брат, который учился пока в школе.
Таня с радостью приняла приглашение. Сборы недолгие. Принарядились и поехали, тем более, что совсем недалеко: сразу за плотиной Днепродзержинской ГЭС, которая не переставала поражать взор своей грациозной мощью и красотой, как сооружение рук человеческих.
За болтовней и разглядыванием всего, что мелькало и проносилось, оставаясь позади, за окнами, подруги не заметили, как прошло время. Автобус остановился, выгрузив всех желающих, и покатил себе дальше, при чем, не поднимая клубы пыли, заметила Таня. Ну да, откуда пыль, под ногами песок. Хорошо!
Домик егеря затерялся среди хвойного леса, напротив – летняя кухня. Правда, рядом такой же домик – контора лесничества. Вот и все! До села несколько километров. Такое одиночество не напугало, а показалось каким – то сказочным.
Прибыли засветло, дни уже длинные. Мама приняла, как водится, разносолами да расспросами. Приятная, маленькая женщина была доброжелательная, говорила тихо, спокойно, продолжая без остановки совершать хозяйственные дела, как все хозяюшки на периферии. Таня, городская жительница, с восхищением наблюдала за ней, делая для себя выводы. Она уже определилась, осмотревшись, что надо сделать, чтобы ответить матушке за ее заботу и внимание. Но это будет завтра, а сейчас близится вечер, и в планах девушек – поход в сельский клуб. Там сначала киносеанс, а потом танцы. Надо обязательно побывать: себя показать, людей посмотреть.
– Нечего сидеть дома. Гуляйте, пока молодые! – мама одобрила решение подруг.
Таня быстренько ловко подправила прическу, нанесла легкий грим на карие глазки – она была уверена в своей внешности и никогда не увлекалась косметикой.
«Пусть меня любят естественной, а уж красивее для любимого стать не сложно!» – такое кредо считала нормальным и придерживалась его.
Подружку природа несколько обделила внешностью. К тому же Лиля была девушка непростого, можно сказать, вздорного характера. Даже мама пожаловалась, что уже не управляется с ней. Правда, ее мучили приступы астмы, видимо это тоже отразилось на ее психике. Все – таки постоянный страх изводит человека, а тут еще возраст подростковый.
Таня все это учла, и поэтому к подруге относилась снисходительно и заботливо. Вот и сейчас, уговорила Лилю надеть платье в горошек, которое делало ее образ более нежным. Красивыми локонами уложила её русые волосы. Последний штрих – подвели глазки, подкрасили реснички, слегка розовой помадой обозначили губы. Новоявленная принцесса! Мама всплеснула руками от радости, взглянув на похорошевшую дочь.
ёНо не тут – то было! Лиля, посмотревшись минутку в зеркало, вдруг насупилась, потом рукой растрепала, так старательно выложенные Таней, локоны.
– Никуда не пойду! Не хочу! —
Таня опустила глаза, Она не обиделась, просто жаль, что пойти в клуб не получится. Вечер обещал быть интересным. В принципе, она привыкла к капризам подруги, и к тому же она в гостях, надо быть терпимой к воле хозяйки.
– Что ж ты творишь? Подругу привезла… и опять начинаешь! – мама украдкой смахнула рукой слезинку и вышла из комнаты. Тане стало жалко Лилину маму: она только что так порадовалась, что ее дочь красивая.
– Лиля, что не пойдем никуда, точно? – спросила на всякий случай, в надежде уговорить подругу.
Та молча, улеглась на кровать и больше не разговаривала с Таней.
– Ладно, пойду к маме, чтобы она переживала, – решила для себя Таня, отправляясь в летнюю кухню. Она знала, что именно там та занимается нескончаемыми домашними делами. Отец еще не вернулся с работы, а рыжий Лилин брат, Саша, болтается во дворе, не понятно, чем занимаясь.
Двор, понятие растяжимое. Заборов нигде не было, поэтому все пространство перед домом и вокруг можно было считать двором. И только перед конторским входом штакетник, рядок цветов и деревянная, из выкрашенных в голубой цвет, досок скамья обозначали хоть таким образом это понятие.
– Таня, иди сама в клуб. Жаль, если из-за этой дурёхи вечер потеряешь! —
– Вы не переживайте, ничего страшного не случилось. Видимо что-то настроение пропало у Лили. Так бывает! – Попыталась оправдать подругу, а самой было неловко, ведь если бы она не приехала, то не было бы этого казуса.
– Послушай-ка! Саша тоже собирается в клуб, вот и иди с ним. Развлечешься все-таки, здесь скучно! – прозвучало новое предложение, на которое Таня согласилась, решив, что так действительно лучше.
«Почему бы и нет! Лиля не хочет и не надо, а я хочу!»
Песчаная дорога в соседнюю деревню, где находился клуб, виляла в хвойном лесу между высоких сосен, лапистых елок. Свежий бодрящий воздух, наполненный звуками обитателей леса, играющие блики лучей закатного солнца меж стволов улучшили настроение, придали бодрости и уверенности, что вечер сегодня будет радостным.
Предчувствие не обмануло! Дошли неожиданно быстро. Дорога закончилась, деревья отступили, и перед взором открылась просторная поляна, небольшое здание клуба, и толпящаяся молодежь перед входом, в ожидании начала сеанса.
Попутчик тут же «улетучился» и Таня остановилась в центре, под «прицелом» глаз, которые разглядывали ее: «Новенькая,… чужачка, … а ничего так незнакомка… и видимо тому подобное». Естественно, опустив смущенно глаза, застыла на месте, как скованная.
«Как быть, я же никого не знаю? Что ж они смотрят так долго, мне же не уютно?» Таня не любила долго пребывать в таком положении, поэтому независимо осмотрелась вокруг. Правда от волнения ничего не видела, все были, как общая толпа…
Но кто это? Сердце замерло. Он стоял вполоборота к ней, его голубые ясные глаза смотрела внимательно, но дружелюбно. Высокий, статный, с выцветшими на солнце и поэтому русыми волосами, аккуратно подстриженными. Чувствовалась выправка – парень явно недавно вернулся из армии, еще не испорчен гражданской жизнью.
Осмотр длился мгновение, образ запал в душу, но и она сама ощутила интерес в его глазах к своей персоне. Таня уже не сомневалась, что не пройдет немного времени и этот юноша окажется рядом. Интуиция в этом вопросе её никогда не подводила.
– Ничего себе, вот так встреча! Таня, ты откуда в наших краях?! – восторженное восклицание изменило обстановку и спасло её от излишнего внимания окружающих.
Это был Гриша, паренек из металлургического техникума, с которым она с девчатами познакомилась во время прогулки по Днепрострою. Он тогда был со своими ребятами. Странно, что сейчас они узнали друг друга, ведь знакомство было поверхностным. Паренек был худощавым, черноволосый, темноглазый и еще подросток, моложе Тани и не представлял для неё никакого интереса, однако сейчас появился очень кстати. Она теперь не одна и есть, кому задать вопросы, что и как, и кто есть кто? Она, конечно, вскользь поинтересовалась, что за парень в белой тенниске с красно – синей полоской на резинке ворота.
– А, это Николай! Он недавно из армии, – подтвердил Танино предположение Гриша.
Вскоре все засуетились и потянулись к входу в клуб: значит и им пора занимать места в зале. Расположились ближе к выходу, на предпоследнем ряду, слева. Перед началом фильма показывали киножурнал. Таня задохнулась от радости. Диктор рассказывал о достопримечательностях Крыма, и вдруг на экране она увидела знакомую улицу. Авто проезжало мимо ворот дома, где жили ее родные. А говорят: чудесных совпадений не бывает. Еще как бывают, убедится неоднократно в своей жизни Таня.
В зал пробился свет от открывшейся двери. Слегка повернув голову, Таня увидела, что вошел Он. Она замерла в ожидании. Присмотревшись в темноте, Николай все-таки нашел её. Пробрался вдоль ряда, вызвав недовольные выступления сидящих зрителей, закрывая им видимость, притронулся к плечу Гриши и кивком головы предложил ему освободить место. Тот безоговорочно выполнил просьбу «старшего».
Таня сидела прямо, глядя в экран, не подавая вида, что увидела происходящую замену. Николай занял место рядом. Боковым зрением видела, что смотрит на нее.
«Наверно решил проверить, не ошибся ли в темноте?» – посмеялась про себя Таня.
– Привет, Таня! – прошептал, наклонившись к ней Николай, давая понять, что уже тоже навел справки о ней и знает, как ее зовут.
– Привет! – улыбнулась в ответ. Ей было приятно его присутствие, она ждала его, поэтому вела себя естественно. Таня не признавала «дурацких игр в капризных девочек». Николай видимо оценил такое поведение, и расположение друг к другу сразу закрепилось, стало легко и просто хорошо… уже вдвоем. Видимо флюиды настигли и покорили их.
Молча досмотрели фильм. Вспомнить бы о чем, потому что присутствие рядом чувствовалось не только на физическом, но и душевном уровне, отвлекая мысли от экрана. Таня чувствовала, что с ним происходит то же самое. Фильм заканчивался. Его рука робко и нежно легла сверху Таниной. Стало тепло, и сердце застучало сильнее.
– Я проведу тебя домой, Таня? – он снова заглянул в лицо, освещенное мерцающим светом.
– Хорошо! Мне через лес одной страшно… Саша где-то, не вижу его. —Согласилась, почему – то сразу, безбоязненно доверяя себя незнакомому, в принципе, парню. От него исходило, что-то особенное, свое. Плохие мысли даже ни на йоту не проникли в ее сознание.
Фильм, наконец, закончился…. Включили свет, и все ринулись к выходу. Они не стали спешить, давая толпе выйти на улицу, с улыбкой на лице рассматривали друг друга, даже не испытывая смущения. Да, с ним сразу стало легко.
Покинули зал в числе последних, сразу окунувшись в кромешную тьму. Вокруг бесновалась молодежь. Парни пугали девчат, ловили их в темноте, а те визжали, от страха и удовольствия, видимо, тоже. Когда глаза привыкли к смене света на ночь, стала видна дорога, уходящая в лес, по которой Таня пришла сюда. Сашин след «простыл», и они с Николаем, не торопясь направились в сторону лесничества.
Шли медленно, разговоры начались со знакомства: каждому хотелось узнать друг о друге, как можно больше. Таня узнала, что он действительно только что отслужил. Живет с мамой. Увлечение – радиолюбитель. Пока работает в совхозе, но осенью будет поступать на заочное отделение, ведь маме одной трудно.
Потом темы стали обширнее. Они проговорили всю ночь, до самого рассвета, устроившись на скамье возле конторы лесничества. Расставаться не хотелось, хотелось продлить ставшую уже короткой, так некстати, летнюю ночь.
Николай нежно обнимал за плечи, стараясь согреть хрупкую подругу от утренней прохлады, ласково целовал её волосы, когда она, прильнув к груди, согревалась его теплом. Какое счастье чувствовать его рядом, бесстрашно доверять его рукам, ощущать к себе добрую заботу, понимать, что зарождается Чувство, … и оно взаимное!
Стало совсем светло, прокукарекал петух, распелись наперебой первые птички. Становилось все грустнее, все чаще говорилось, что совсем не хочется расставаться. Заскрипели дверные петли, на порог вышла Лилина мама, задержалась на ступеньках на минутку, заметив молодежь на скамье. Затем выгнала буренку из загона и, подгоняя хворостинкой, погнала на выпас в лес на полянку.
Пора. Как не грустно, но пора Николаю возвращаться домой. Не спали, конечно, устали, да и мама его явно беспокоится: сын не пришел ночевать. Ну и что, что взрослый, мама есть мама, зачем волновать лишний раз!
Договорились, что Николай приедет в город, чтобы проводить Таню в Днепропетровск. Она должна была через пару дней уезжать поездом в Крым на каникулы.
Спать, сразу не пошла, прежде зашла в летнюю кухню. Пока хозяйка отсутствовала, запланировала навести порядок, ведь у мамы и так нескончаемые дела, одна управляется. Перемыла все, что желало быть вымытым. Простирнула занавесочки, подбелила печь, помнила, как это делает бабушка. Огляделась вокруг, любо – дорого! Душа поет от удовольствия. Делать полезное дело всегда радостно. Чем не Маша в берлоге у Медведя!
Прошла в дом. Отца так и не увидела, наверно не приходил. Лиля еще спит. Прилегла тоже, утро еще раннее, можно позволить вздремнуть, в надежде, что не осудят. Проспала четыре часа. Встала бодро, но правда к полдню, стало как – то неловко. Вышла во двор и сразу к маме, надо ей все рассказать, чтобы ничего плохого не подумалось. Женщина оказалась мудрая, внимательно выслушала, и сказала, что выбор Таня сделала хороший: парень славный без сомнения, и семья хорошая. Посетовала на свою капризулю, похвалила за помощь и красоту, которую застала, вернувшись из леса.
– Прямо чудеса! Захожу и не узнала свою кухню. Туда ли пришла или фея тут колдовала? – счастливым голосом с тихим смехом ворковала мама. А Тане тепло на душе снова. Как хорошо, когда рядом добрые люди! К вечеру собрались и, распрощавшись,
В среду Лиля снова уехала домой, теперь уже на каникулы, а в четверг днем Таня услышала в открытое окно на втором этаже мужского общежития, куда ее перевели, голос Николая. Он спрашивал, как её найти.
– Я здесь, Коля! Поднимайся, – выглянув в окно, позвала ожидаемого друга. Он, улыбаясь, приветливо посмотрел на Таню, запрокинув голову.
«Как же я тебе рада! Какой же ты красивый! – радовалось все внутри.
Николай вошел и первое смущение, ведь виделись всего-то второй раз, снова улетучилось от его открытого ясного взгляда.
– Ты вовремя. Задерживаться здесь нет смысла. Пожалуй, поедем пораньше. Лучше там по городу погуляем. Правильно? – предложила Таня, вопросительно и ласково всматриваясь в лицо нового друга.
– Я согласен с твоим решением. Я то же самое хотел сказать тебе. Оставим вещи на вокзале… и будем свободно гулять. Ты ведь, я гляжу, готова?
– Конечно, и давно! – весело отозвалась Таня, осматривая комнату на прощание. – Думаю, все в порядке. Отправляемся!
Николай взял чемодан и, перейдя через железнодорожные пути недалеко от общежития, они вскоре сели в автобус, который довез до Автовокзала, затем на электричке прибыли на железнодорожный Вокзал, с которого предстояло Тане уезжать в Крым. Вещи, как и задумали, закрыли в камере хранения и полдня гуляли по Набережной Днепропетровска, по его аллеям и скверам, ничего не замечая вокруг, поглощенные друг другом.
Но время беспощадно не останавливает свой размеренный ход. Пришел час расставания. Объявили посадку за час до отправления. Не спеша вышли на перрон, постояли у вагона, затем все-таки поднялись по ступеням. Посидели в купе, настраиваясь на расставание и долгую дорогу.
– Ты пахнешь молоком, это так приятно! Ты моя маленькая девочка. Мне будет тоскливо без тебя. Лето не в радость! А ты будешь думать обо мне? Как же я буду ждать день, когда снова увижу тебя, Танечка! – он говорил, торопясь, как – будто боялся, что не успеет сказать все, что так важно для него.
Таня ничего не обещала, не уверяла ни в чем, просто наслаждаясь этим милым юношей, встреча с которым была подарена ей так неожиданно – непредсказуема.
Теперь она понимает, что это юношеский эгоизм. Его любовь досталась ей так быстро, без труда, без тревог, без борьбы за него. Казалось бы – это счастье!!! Нет, трудную любовь ей подавай! Как глупо все сложилось, глупее не придумать. Видимо она не успела влюбиться, сразу получила его на блюдечке с голубой каемочкой!
Да, не забывала о нем, вспоминала его красивый образ, умилялась мыслью, что он у нее есть, что ждет,… но не страдала, как страдает любящая душа от разлук.
Лето на диво.. а впрочем нет, как обычно, пролетело плодово-ягодной, цветочно-мотыльковой, водно-лесной сказкой, и вот уже осень напоминает о своем приближении, напуская увядание и грусть.
Тане пора возвращаться. Впереди учебный год, наполненный новыми познаниями и занятостью. Она помнит… скоро встреча. Все – таки его образ немного поблек, не успел видимо, глубоко в сердце поселиться: срок знакомства слишком коротким был. Интересно, он тоже забыл её?
В общежитие приехали с Лилей в один день, как и договаривались, но поселить их не смогли, еще не закончился ремонт. Ну как всегда, лета не хватило им чуть-чуть!!!
– Поедем снова ко мне, – предложила подруга. – Переждем.… Да и Николай ждет тебя. Ты забыла, что ли? – вдруг возмутилась подруга.
Да никого я не забыла! Так немного, – ответила, смутившись от ее напора Таня. Жизнь индейка, судьба – злодейка!
Уставшие с дороги, совсем скромно выглядевшие внешне, девушки расположились в салоне автобуса. Народа набилось, даже в проходе между креслами «негде яблоку упасть». Не успели выехать за пределы городской черты, услышали, что кто-то пробирается вперед, создавая суету в рядах стоящих пассажиров.
– Приехала!!! Таня, здравствуй! – раздался над головой, как гром средь ясного неба, голос Николая.
Вот он, рядом. Все такой же: красивый, ласковый, радостно заглядывает ей в лицо, видимо ожидая ответной радости от встречи. Как жестока юность, как жестока до глупости была она тогда. Это вина живет в ней всегда. В ее голове сидела одна мысль, что она сейчас выглядит не так, как ей хотелось, хотя он ничего не замечал, ведь это было ясно. Его глаза сияла от счастья, он просил ее прийти вечером снова клуб. Говорил, что очень ждал и скучал, не задумываясь, что его могут слышать кроме нее, стоящие рядом пассажиры. Она была немногословна, смущенно опускала взгляд и, пообещав, что придут с Лилей, быстро распрощалась, выходя на своей остановке.
Она бессовестно, бездушно обманула. Конечно, они не пошли в кино. Осень не располагает к лирике, это проверено. Осенью чувства угасают, особенно если не успели расцвести вовремя. Больше они не встретились. Лиля сказала, как-то вернувшись из дома, что Николай спросил, «как Таня?» Передал привет… и все. Обидела хорошего человека,… так нельзя поступать с любовью. Можно было поступить иначе: и встретиться, и поговорить, и разобраться в чувствах. Да, можно и нужно. Но, увы, она поступила так!
Наказана сполна будет Таня за ошибки, промахи и поступки в своей последующей жизни: поймет Его, когда сама будет плакать от боли, от мужского предательства или от безответной любви.
Жизнь свою не переиначишь, как бы того не желалось. Второй раз не проживешь! На ошибках учатся – бытует мнение. Да, кому он нужен этот опыт теперь!!!
В Таниной группе все студенты были местные: кто-то жил в самом городе, некоторые в жилом массиве микрорайона Днепрострой. Коллектив был дружный, не смотря на разнообразие характеров, интересов и внешних данных. Новенькую приняли спокойно, видимо Танина коммуникабельность и способность быть равной со всеми, не зависимо от симпатий или антипатий; ее принципиальность, скромность в поведении, аккуратность во всем и достаточно приятная внешность расположили к себе. Как обычно бывает, в группе существовал костяк, три стильные девушки и два юноши, которые жили по соседству; посещали один детсад, учились в одной школе, да и профессию выбрали из солидарности.
Вся веселуха, разряжающая напряженные минуты на занятиях, провоцировалось этой компанией. Часто после выходных под общий хохот аудитории Иван Григорьевич отправлял этих красавиц смывать вызывающий макияж и расчесывать налаченные пряди ярко выкрашенных волос, воинственно взъерошенных, как у дикобраза. Им жаль было расставаться с этой красотой, предназначенной для танцплощадки, которую они регулярно посещали, невзирая на запрет, да еще и попадая под руку «дружинникам», выделывая руками и ногами слишком «откровенно заграничные» па.
Юра Козодоев, тезка героя Миронова из «Бриллиантовой руки», находился всегда под ревностным контролем своих подруг. Однако умудрялся оказывать знаки внимания новенькой. Когда наступала Танина очередь оставаться наводить порядок после занятий, ей в помощь непременно напрашивался Юра. На, оказавшееся вдруг свободным, место тоже обязательно усаживался он же.
Однажды всех повеселил очередной выкидон. Тане понадобился учебник, лежавший на полке под крышкой стола. Она, продолжая слушать лекцию, опустила руку вниз и тут же попала в тиски руки своего соседа. Не смотря на старания незаметно освободиться, Юра нежно сжимал руку, напоминая, таким образом, о своей симпатии. Эта борьба не осталась незамеченной. Самая бойкая подруга, прервала преподавателя поднятой рукой.
– Что – то непонятно, Гуляева? – прозвучал естественный вопрос.
– А Козодоев держит Мазаеву за руку под столом!!! – как ни в чем не бывало, возмутилась Оля.
Аудитория на мгновения затаила дыхание, чтобы потом разразиться весельем вперемешку с комментариями по теме. Так происходит, когда напряжённый труд, неожиданно получает разрядку!
А еще группа лелеяла отношения двух сердец. Трогательная дружба, зародившаяся с первого курса, была всеми принята, как само собой разумеющееся. Они были неразлучны, как будто созданы друг для друга и всем это было приятно. Родители Ирины доверяли им, оставляли вдвоем, без сомнения. Она такая пухленькая, хозяйственная, а он скромный, русый с ясным взглядом, уроженец Прибалтики.
Оба обожали в свободное время выпекать вкусности и угощать своих однокурсников. Так случилось, что однажды не смогли справиться с взаимным притяжением и, как результат, на третьем курсе все стали упражняться в пеленании милого создания. Молодые расписались, учебу бросать не стали накануне защиты диплома, поэтому малышку приносили к маминой груди прямо в аудиторию, и все у удовольствием ретировались за дверь, чтобы не смущать Ирину.
Долгим их счастье не оказалось. Через год после окончания учебы Ирина останется молодой вдовой, потому что ее любимый Алик погибнет в экспедиции: несчастный случай.
Почему, когда Судьба дарит людям встречу, большую любовь, семейное счастье, злой Рок безжалостно отбирает этот подарок?
Учебный процесс продолжался, не доставляя Тане никаких трудностей. Ее старание, внимание и добросовественное конспектирование на лекциях давали свои результаты: в зачетке красовались оценки и записи, позволяющие получать стипендию систематически. Сначала двадцать рублей, затем повысили до тридцати. Этой суммы хватало и на питание, и на полезные подарки своим близким.
Танино увлечение волейболом переросло в серьезное занятие. Тренировки чередовались с товарищескими встречами на соревнованиях между командами из других учебных заведений. Так сложилось, что девичья команда ДЭТ держала первенство до самой защиты дипломного проекта. Побеждали, потому, что играли по – настоящему увлеченно, чтобы не стыдно было перед болельщиками. Одним словом, знали себе цену и держались достойно, в отличии от соперниц, ломотливых и взвизгивающих беспричинно – наигранно.
Капитаном команды по праву была признана спортивная, красивая жгучая брюнетка, тоже местная, как и другие девушки, Лариса. Она жила в городе с мамой. Отец ушел из семьи, и Лариса, как старшая из детей, заботы о братике и сестре, домашние хлопоты взвалила на себя. Вечный недостаток вынуждал их маму много работать, и они ее почти не видели.
Что-то общее нашлось между такими разными девушками. Таня и Лариса подружились, и на протяжении нескольких лет их жизни соприкасались слишком близко. Можно с уверенностью сказать, что эта подруга стала роковой по многим причинам.
Прежде всего, требовалось постоянно подтягивать подругу в учебе, чтобы она не лишилась стипендии из-за неуспеваемости. Перед сессией оставалась жить у нее, чтобы помочь по дому и сэкономить время на изучение экзаменационных билетов. Не забывали, однако заняться чем – то по-девичьи: гадали в крещенские вечера, да мало ли что еще.
Лариса своей яркой внешностью не могла не привлечь внимания. Конечно, и у нее вскоре появился друг. Эта первая любовь стала для подруги исчадием зла. Юноша быстро насытился неискушенной девушкой, воспользовался ее доверием, испортил во всех отношениях, наградил венерической болезнью и в итоге: бросил, предоставив полную свободу справиться с, обрушившимися на нее, бедами самой.
Таня пыталась предостеречь подругу предположениями о последствиях их близости, потому что сама считала это просто не допустимым для уважающей себя девушки. Но разве можно быть советчиком в вопросах чужой любви и отношений?
Лариса скрывала свою беду от всех, но «шило в мешке утаишь». Мама кого-то из однокурсников работала в венерическом диспансере и оповестила классного руководителя. Таня тоже, как-то встретила героя – любовника, прихрамывающего, на улице.
– Что с ногой, Слава? – Поинтересовалась, не подозревая об истинной причине.
– Пенициллин колют. Такой болючий! – честно ответил тот.
Рассказала о встрече в общежитии и была до ужаса удивлена, когда друзья посмеялись над ее наивной неосведомленностью.
Пытаясь пережить свой позор и разлуку с любимым, Лариса стала заливать свою тоску вином. Пропускала занятия, и поговаривали, что в это время видели ее, неустойчивой походкой прогуливающуюся, в городе. В группе появилась неприязнь к девушке: садиться рядом боялись что ли, общаться тоже не желали. Одни словом, продолжать учебу стало просто невыносимо: двусмысленные намеки, колкости.
Бросить подругу в такую минуту Таня не могла: была рядом, помогала в учебе. Поговорка – «Скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты», стала актуальной, но не испугала Танину натуру, а наоборот, понимание, своей правоты в данной ситуации, придавало ей силы сопротивляться общему мнению одногруппников. Нельзя сказать, что ребята что-то имели против Тани, но так, как она всегда оказывалась рядом в неприятных ситуациях, часть негатива обрушивалась и на нее.
Однажды занятия проходили на трудовой базе и, когда девушки стояли спиной к толпе парней, в их сторону швырнули длинную палку. Это было последней каплей. Возмущенная подлой бестактностью, Таня с силой отправила в обратный полет «обидчицу». Как обычно, «во всем виноват стрелочник»! Так случилось и сейчас. Палка зацепила, стоящего с краю скромного, не участвующего в этих кознях, Олега. Из ссадины над глазом потекла кровь.
– А если бы ты повредила парню глаз? – Преподаватель сердито встряхнул Таню за плечи, возмущенный ее поступком.
Она промолчала. Как объяснить причину? Да и Олежку было очень жалко, ведь ему – то зла не желала. Родители потерпевшего были в отпуске, к их возвращению все зажило, извиняться перед ними Тане не пришлось.
«Мужчину шрамы украшают!» – Констатировал папа, когда узнал от сына подробности случившегося. Таню мучила совесть, и она, конечно, считала себя обязанной повиниться перед родителями, но все обошлось без ее извинений. Правда позже, когда будут вместе работать, повзрослевший Олег, часто будет со смехом напоминать ей о травме: «Изуродовала, теперь женись!»
Спустя год,, признается, что «тогда был сильно влюблен в нее» и шутливо упрекнет, что «она, коварная, так жестоко поступала с ним». Ему будет легко говорить об этом, потому что все бесследно прошло, как болезнь, с которой молодой организм справляется, приобретая и укрепляя иммунитет, позволяющий бороться с последующей.
Вскоре произошло событие, после которого стала понятна причина гонений, и дружба между девушками дала трещину. Практические занятия закончились. И Таня стояла возле шкафчика для рабочей одежды. Переодевшись, собиралась уже уходить, но заметила, что ребята, столпившись, что – то возбужденно обсуждают и поглядывают в ее сторону. Она не переносила конфликтов, недосказанности и вообще неприязнь в свой адрес.
– Может быть достаточно, шифроваться, ребята! Что происходит, можно узнать? – решительно потребовала объяснений, направляясь к группе.
– Мы тоже считаем, что тебе пора узнать правду. Садись, сейчас сама все поймешь» – ответил кто-то, указывая на стул у стены. От неприятного чувства волнительного ожидания, смущения, что оказалась в центре внимания всего коллектива, подчинилась.
Тревожное напряжение повисло в воздухе. Дверь распахнулась. Первой вошла Лариса, ни на кого не глядя, прошла и стала недалеко от Тани. Следом быстро вошли запыхавшиеся, как поле погони, парни.
– Вот! В урне на втором этаже лежали! – Один из них вытянул вперед руку, и все увидели, что он показывает, свернутые в трубочку, деньги.
– Она пошла в здание, мы тихо за ней! Вот, прямо рядом с урной и застали! Это она крала наши стипендии. Убедились теперь? – поведали подробности «сыщики» и вынесли свой вердикт.
– Как ты могла? – все, что смогла произнести Таня, взглянув на подругу.
Этот позор она разделила с Ларисой. «Ведь это ее подруга, а она не уберегла, не заметила, доверяла ей…. Значит, и она виновата…» – такие мысли мелькали в Таниной голове, и слезинки разочарования непроизвольно прочертили дорожки на ее лице.
Pulsuz fraqment bitdi.