Арес и Лой шли почти наравне. Лошадь парня постоянно фыркала, выражая свое недовольство седоком. Замыкал процессию Кай, чей конь с потрясающей гривой так и норовил выскочить вперед – показать, на что он способен.
И вот, когда их группа отошла достаточно далеко от дома, девушке захотелось обернуться. Отсюда Башня казалось совсем маленькой – детской поделкой – такая родная, своя. И чтобы не ждало Арес впереди, она вернется сюда уже совершенно другой.
***
– В общем, дело такое… – Маркус отправил галет в рот и громко им хрустнул.
Они вшестером сидели возле небольшого костерка, разведенного стариком. По-прежнему держась близь леса, их дозор скакал всю ночь по бархатной траве и каменистым дорогам.
Холодный северный ветер, поднявшийся поздним вечером, бил по лицу и пробирал насквозь, поэтому ребята вздохнули с облегчением, когда, с едва забрезжившим рассветом, их командир приказал разбить лагерь.
Первое правило Защитника в Дозоре: жить по распорядку Тварей, а это значит – ночью нельзя давать себе ни минуты благоговейного сна. Днем порождения кошмаров не смогут неожиданно напасть на отдыхающих дозоровцев – они так же крепко спят по своим убежищам.
Но, естественно, кровожадные существа не единственная опасность, поджидающая путников на Континенте: дикие звери, контрабандисты, работорговцы и прочие мелкие разбойники – все они готовы легко напасть. Притом, и в ночной тьме, и под палящим дневным солнцем. Именно из-за этого назначают караульных.
Их всего двое – каждый день разные – они сменяют друг друга, тем самым давая всем выспаться в полной безопасности. Первым дежурили Кайл и Маркус. Но перед тем, как вся их компания, изрядно уставшая, упадет в объятие долгожданного сна, старик решил провести подробный инструктаж, посвятив их, наконец, в суть самого задания, в менее формальной обстановке.
– Наши разведчики сообщили нам, – Маркус понизил голос, словно доверяя своей команде какую-то необычайно страшную тайну, – что в трех ночах езды от Башни, к северо-востоку, было замечено подозрительное сборище Тварей. Докладывают, что среди них были замечены не только пиксы и вольфы, но и даже, разрази меня Предки, сами вампы!.. А ведь мы знаем, что последние, обычно, предпочитают не высовываться.
Вот как! Арес даже и не подозревала, что на своем боевом крещении ей удастся столкнуться лицом к лицу с коварной элитой проклятого мира. Нет, конечно, она мечтала об этом, но где-то в глубине души понимала, что зеленым, ещё не закалённым в боях новичкам вряд ли поручат подобное. Арес почувствовала, как волна азартного возбуждения накрыла ее с головой – капитанской дочь всеми силами рвалась показать, на что она способна. Интересно, а что чувствуют ее товарищи?
Анетт смотрела на Маркуса, широко распахнув свои кукольные глазки. Аккуратные губки приоткрыты, а бледные тонкие пальчики нервно теребят застежку кармана пояса – наверняка эта девочка с ужасом представляет их будущее сражение! Несмотря на то, что Арес она, вроде как, нравилась, девушка никак не могла понять, почему именно ее взяли в Главный Дозор. Выдержит ли вообще эта блондиночка первый неравный бой? Не слишком ли она для этого хрупка?
По, уже привычному, хмурому выражению лица Сэма, догадаться о том, что он думает про их миссию, было невозможно, а уже побывавший в Дозоре Кайл вел себя непринужденно, поэтому Арес перешла сразу к Лою.
Её друг, задумчиво глядя куда-то вдаль, запустил правую руку в волосы: неужто присутствие вампов заставило парня всерьез задуматься? Или же расставание со своей поварихой так на него подействовало? Лой, однако же, поймав наконец-то взгляд Арес, состроил девушке гримасу, на что та, улыбнувшись, продолжила слушать наставника.
– Мы должны действовать аккуратно, – продолжал меж тем старик. – Их не так много, поэтому справиться мы с ними должны легко, но это не означает, что вы должны потерять бдительность. Не сильно волнуйтесь, но и не будьте слишком самонадеянны, помните всё, чему вас учили, и тогда всё будет просто прекрасно! – Он ободряюще улыбнулся команде. – А теперь, давайте-ка на отбой! И пусть Предки охраняют ваш сон.
Ребята, словно отходя от оцепенения, встрепенулись, затем, поднявшись и размяв закоченевшие конечности и попрощавшись с дежурными, послушно двинулись к своим спальным мешкам. Лой, расположившись рядом с Арес подальше ото всех, уже зевал во весь рот, но девушка, несмотря на целую ночь в пути, не чувствовала усталости.
– Что думаешь? Ну, по поводу задания? – поинтересовалась она у друга.
– Даже не знаю… – Лой снова зевнул. – В плане, конечно, это круто и всё такое, но всё-таки вампы… они сильные, их не каждый взрослый-то может завалить, не то, что мы! Мы же ещё совсем зелёные и не убивали ни разу, – парень поёжился.
– Но мы же Защитники! – Арес напротив сохраняла боевой дух. – Только представь себе, как это будет здорово: прихлопнуть сразу вольфа, или вампа! Мы тренировались день и ночь, годами ждали этого дня, если мы сейчас не готовы, то, когда будем?
Ее друг уже лег, а потому девушка не видела его лица, когда парень еле слышно произнес:
– Боюсь, что я – никогда.
Где-то в лесу пронзительно закричала неясыть, и Арес невольно поёжилась, вспоминая старое поверье. Ведь и Маркус, и Лой, и даже её отец часто говорили, что этот крик приносит беды.
Она шла по Башне. Такой знакомой и незнакомой одновременно. Лестницы и коридоры, что девушка знала с детства, не были освещены дружелюбно трещащим огнем факелов – лишь холодное сияние полной луны едва рассеивало подступающую со всех сторон тьму. От этого становилось немного жутко.
Она прекрасно знала, что сейчас здесь нет никого: юные курсанты, бывалые наставники и даже бдительные караульные – все они покинули это место, бросив ее, оставив девушку совершенно одну…
Она не знала, куда она идет. Ноги сами вели её, безошибочно зная дорогу, и ей оставалось только покориться неведомой силе, так настойчиво тянущей ее к себе.
И вот, наконец, девушка поняла, что двигается в сторону пищеблока, вот только луна не способна заглянуть туда, и ей приходиться остановиться у самой лестницы вниз, неотрывно глядя на черную бездну у нее под ногами.
Шорох. Едва достижимый человеческому уху, он заставляет девушку содрогнуться.
Там внизу что-то есть.
Следом за шорохом раздался скрип деревянной двери, больше напоминающий стон – нечто внизу потихоньку выбирается из своего укрытия.
Арес необходимо действовать. Она здесь совершенно одна, не у кого ждать помощи или инструкций. За её поясом болтается верный меч, который только и ждет, чтобы его вытащили из ножен и его хозяйка, наконец, проявит себя.
Вот только Арес не может. Страх парализовал ее, сковав сердце и подчинив себе разум.
Он не дает девушке даже шелохнуться, заставляя её просто стоять и безвольно смотреть вниз. Сердце отчаянно бьется, словно желая вырваться и сбежать как можно дальше, а до ушей, тем временем, доносится уже настоящий стон.
Оно поднимается. Оно уже знает, что там, наверху, его ожидает беспомощная, подчинённая ужасом, жертва. Оно торжествует.
Надо что-то делать.
Нужно заставить себя выйти из этого ступора, взяться за спасительную рукоять и противостоять надвигающемуся злу, но Арес не может. Словно маленькая, испуганная девочка, она тяжело дышит, желая поскорее забиться в какой-нибудь угол, закрыть глаза и зажать уши, чтобы не слышать и не видеть того, что происходит. Но страх не дает ей сделать и этого.
Она слышит. Оно уже поднимается по ступенькам, и её сердце вместе с дыханием замирает, когда ЭТО появляется из темноты.
Чёрные провалы вместо глаз в упор «смотрят» прямо на нее. Синеватая облезающая кожа местами обнажает желтоватый череп, а кривозубый рот разинут в усмешке.
Перед ней стоит во всей своей отвратительной красе неживой. Скорее всего, когда-то он был юношей: высокий, длиннорукий, грязная, рваная одежда с трудом прикрывает тощее тело, а короткостриженые волосы местами сгнили.
Целую вечность она вглядывалась в обезображенное лицо, вдыхая отвратительный запах тлена, пока, наконец, не почувствовала, что страх понемногу ослабляет свою хватку. Её ботинки еле слышно зашуршали по шероховатой поверхности пола, когда Арес сделала неуверенный шаг назад. Это было ошибкой.
Существо, казалось замершее, ожило в ту же секунду: зелёные зубы грозно оскалились, а тонкие пальцы потянулись к девушке. В один прыжок оно преодолело расстояние между ними, оказавшись в паре сантиметров. Оцепенение прошло, и Арес, забыв об оружии, понеслась прочь, словно маленькая девочка десять лет назад.
Громкие удары сердца не давали дышать, а ноги, несмотря на все старания девушки, казалось, почти не двигались. Удивительно, как существо еще не нагнало ее: за своей спиной она отчетливо слышала приближающийся хрип.
Впереди каменного коридора показался поворот, отчего-то Арес была уверена, что только свернув туда, она обязательно спасется. Вот он – совсем близко – еще немного поднажать и…
Она оказалась в лесу. Снова, как и много раз до этого, стволы вековых деревьев окружили её, удушающий запах хвои наводил панику. На глаза выступили слезы. Сейчас они появятся. Они всегда появляются. Где-то раздался уже знакомый хруст, ломающейся под ногами ветки, и вот из самой чащи возник он.
Нет, это был не свирепый, покрытый жесткой шерстью вольф, и даже не кровожадный бездумный неживой.
Перед ней предстал человек.
Почему-то она не могла разглядеть его. Но знала точно – была уверена – несмотря на то, что он из обычных смертных, этот некто несёт в себе угрозу гораздо хуже, чем ночные монстры. Окруженный ореолом опасности, он двинулся вперед, бежать было некуда…
***
Арес вздрогнула и проснулась, в нос тут же ударил запах травы и паленого дерева от вчерашнего костра. До ушей донеслось беззаботное щебетание птиц. День был в самом разгаре. Сбросив с себя покрывало, девушка рывком села, щурясь от яркого солнечного света.
Как же она надеялась, что с отправкой в Дозор её кошмары, наконец, прекратятся! Как долго убеждала себя, что тяжелые сны о жутком лесе – всего лишь следствие длительного сидения взаперти в четырёх стенах Башни! Хорошо хоть, не последовала своей давней традиции кричать при пробуждении – не хватало только обращать внимание всего Дозора на её дурацкие сны!
Все ещё злясь на саму себя, Арес тревожно огляделась вокруг – вдруг её пробуждение прошло не так тихо, как хотелось бы?
Для ночлега они выбрали место почти у самой кромки леса, из-за чего девушка чувствовала себя неуютно. В нескольких метрах от нее, распластавшись на животе и чуть приоткрыв рот, безмятежно похрапывал Лой. Чуть подальше, свернувшись в клубочек и спрятав хорошенькое личико, разместилась Анетт. Спальник Сэма, хозяин которого, казалось, даже во сне оставался серьёзным и напряжённым, расположился почти в самых ногах блондинки, словно парень, подобно сторожевому псу, чутко охранял её отдых.
Лежанки их командиров находились совсем близко к уже потухшему костру. Маркус успел сдать свой пост и погрузился в сон, тем временем, как Кайл, оставленный следить за порядком, нежился на солнышке. Заметив, что девушка смотрит на него, парень, широко улыбнувшись, помахал ей, приглашая подойти.
Ответив на улыбку, она встала. Ноги ныли, словно всю вчерашнюю ночь она не скакала, а шла пешком, да и правую руку, похоже девушка слегка отлежала. Однако спать больше не хотелось, поэтому Арес плюхнулась на траву рядом с Кайлом.
– Не спится? – приглушённым голосом поинтересовался он, а затем, подмигнув, добавил. – Я в своём первом Дозоре неделю не мог нормально уснуть!
– Да это мелочи…
Некоторое время они молчали. Кайл мурлыкал себе под нос какую-то развесёлую песенку, а Арес задумчиво уставилась на землю, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Неприятный осадок от кошмара всё ещё был там: где-то внутри – однако сидеть здесь, под ласковыми лучами солнца было приятно, а с Кайлом рядом, словно… не так тревожно?
Она заметила муравьёв, дружной шеренгой ползущих друг за другом меж травы.
«Как Собирательный Дозор, – вдруг подумала Арес, – спешат за едой, вопреки всем опасностям и невзгодам».
Интересно, думают ли муравьи о чем-то, уходя в свои опасные походы? И если да, то о чем? Боятся ли они чего-то? Снятся ли им кошмары по ночам?
– Хорошо снова оказаться в Дозоре! – Кайл первым нарушил наступившую тишину. – Торчать в Башне, без нормального дела, по-моему, ужасно, хоть ваш штаб и не плох, надо отметить.
– Наш штаб? – нахмурилась Арес, а затем до девушки дошло. – Так Вы не из нашей Башни!
Теперь понятно, почему загорелый юноша казался ей совсем не знакомым.
– Ага, – Кайл потянулся, – сам я из Главной Башни.
– И как там?
– Ну… как говорится: не побываешь – не поймешь. Она же находится в Спекте – главе всех городов! И очень похожа на него. Гораздо больше вашей, я… ну даже не знаю как это все описать… в остальных Башнях всё совсем по-другому.
– Вы и в других Башнях бывали?
Кайл вдруг поморщился:
– Во имя предков! Давай перейдём на ты! Субординация – это конечно хорошо, но я не такой старый, чтобы мне выкали!
– Хорошо, – Арес улыбнулась белозубому красавчику. – Итак, расскажи мне о себе.
– Так гораздо лучше! Обо мне? Ну, я, как и все, в четырнадцать поступил на службу. Моя деревушка находилась совсем близко с Главным Штабом, поэтому не удивительно, что учился я именно там. Правда, это была не Башня, а целый дворец! Серьезно. Там постоянно что-то происходило: приезжали какие-то важные шишки, устраивались достойные политические приемы, проходили невероятные учения! Ну и экспедиции за пределы Континента, конечно… а насчет меня… после трех лет тренировок, я, наконец, отправился в Дозор, как ты. И тоже в Главный. Это было четыре года назад. Вот, собственно и всё. Да, я много где побывал, видел все Башни, но, сказать по правде, остальные, кроме вашей и Главной, просто ужасны! Нет, я серьезно, ты не подумай, что подлизываюсь. Например, Башня на востоке отсюда, вообще находится на острове посреди моря! Естественно, добраться до туда главному командованию ужасно трудно, а они и рады: дисциплина там хромает, скажу я тебе. То же самое с западной Башней, только она окружена топями, а юго-восточная?! Та, которая в четырех днях езды от вас! Мне кажется, про нее вообще все забыли! Найти бы этого криворукого архитектора, который их разместил… – Кайл негодующе покачал головой, заканчивая свой рассказ.
Арес и раньше много слышала про остальные Башни, но все равно слушала с интересом.
Про странное и не совсем стратегическое расположение их штабов уже давно ходили слухи среди юных курсантов – порой даже совсем безумные.
Кто-то всерьез утверждал, что все Башни связаны между собой подземными ходами. Некоторые твердили про то, что места, где Защитники решили разместить свои убежища, освящены магией Предков, которая в один прекрасный момент вырвется наружу и уничтожит всех Тварей на Континенте.
Арес никогда не верила подобным сказкам, посмеиваясь над наивностью верящих в них ребят, а вот Лой напротив, в свое время всерьез увлекался этими историями и даже обшаривал Башню в поисках тайных ходов, или древних святилищ, в надежде, что всё, что говорится в старых легендах – чистая правда.
Кайл оказался довольно приятным собеседником: лёгким, отзывчивым – за четыре года странствий он много где побывал и многое увидел:
– Ты только берегись менестрелей! – предостерег он, ухмыльнувшись. – Пусть они и выглядят безобидными певунами, но хитры как лисы! Я познакомился с одним как-то в трактире, возле Меркайнта – вечером мы пропустили пару кружек эля, а утром я обнаружил себя лежащим в сарае без сапог!
– Так ты же ему их сам отдал, – вдруг вмешался в разговор, только проснувшийся Маркус. – Ребята говорят, что вы выпили столько, что даже трактирщик потерял счёт, а потом, разрази тебя Твари, ты увидел его протоптанные ботинки и объявил, что не можешь позволит своему лучшему другу бродить по свету в такой обуви!
– Да? – вытаращил глаза Кайл. – А что же мне раньше об этом не рассказывали?!
– А ты бы поспрашивал для начала.
День постепенно угасал. Уходящее солнце окрасило мир в красно-желтый оттенок. Маркус вновь разжёг костер – после «завтрака» им снова предстоит долгая дорога в ночь.
– Хорошо спала? – поинтересовался у Арес Лой, который самый последний сбросил с себя оковы дневного сна.
– Да как всегда, – поморщилась в ответ та.
Их отряд кружком расположился возле огня, хрустя галетами. Каждый болтал о своем, поэтому Лой и Арес впервые за время, проведенное в Дозоре, могли спокойно поговорить, не боясь, что их могут услышать.
– Кошмары не прекратились?
– Не-а, весь день сегодня трепалась с Кайлом. Зато поняла, почему он был мне не знаком… ты знал, что он из Главной Башни?
– Вот как, – Лой сразу как-то натянуто улыбнулся. – И как ему у нас? Не слишком ли скучно такому красавчику в этой глуши?
Арес кинула на заместителя Маркуса быстрый взгляд – высокие скулы, улыбчивое лицо, задорные искорки в теплых серых глазах… да, красавчик – это точно.
– Только не говори мне, что ты втюрилась, – Лой раздражённо закатил глаза. – Парень как парень, слащавый правда… он меч хоть держать умеет?
– Ох, прекрати… кстати, эти шерстяные носки, я надеюсь, ты надел? А то вдруг замерзнешь?
Лицо парня вмиг стало пунцовым:
– У нас с Патрицией ничего нет! Понятно?
– О, да, я так и подумала…
– Интересно, когда эти сухарики кончатся, что мы будем есть? – недовольно прошипел Лой, готовый сейчас ворчать на что угодно.
– Ловить рыбу в реке неподалеку, да и лес здесь рядом, вас же учили на первом курсе распознавать съедобные грибы и ягоды? – как назло, откликнулся, услышавший его Кайл.
– Спасибо, – улыбка Лоя была больше похожа на гримасу, – какой же я глупый, не то, что…
– Прекрати, – тихо прошептала девушка так, чтобы услышать её мог только Лой.
Парень надулся, и уже хотел было открыть рот, чтобы возразить, но его прервал скрипучий голос Маркуса:
– Так, отряд! Тушим костер и по коням: пора нам отправляться в путь.
Арес, не желая ввязываться в ссору с Лоем, рывком встала, и, повернувшись к парню спиной, направилась к лошадям: ругаться с другом ей никогда не нравилось, а сейчас, когда несмотря ни на что близость Таинственного леса угнетала девушку, тем более не хотелось препираться.
Завидев её, Арго встрепенулся и радостно загугакал, показывая тем самым, что соскучился.
– Ахах! Вот он мой любимый мальчик! – рассмеявшись, девушка дотронулась до чёрной лошадиной морды, на что конь довольно облизнулся. – Ну, что? Готов к путешествию?
Арго был еще очень молод – ему всего-то недавно исполнилось пять лет, а, следовательно, энергия в нем била ключом. Арес хорошо помнила тот день, когда они впервые познакомились.
Ей было двенадцать. Все девчонки и мальчишки Башни были старше аж на целых два года – и тогда маленькой Арес эта разница казалась непреодолимой пропастью между ней и другими ребятами. Естественно они задирали её, ведь курсанты считали себя гораздо старше и опытнее по сравнению с ней. А когда обнаружилось, что «малявка» уже в двенадцать способна на то, чего не могут даже самые ловкие и сильные из них – её просто начали избегать.
Именно тогда Арес окончательно потеряла надежду подружиться с кем-нибудь из сверстников. Уж слишком разные они были. Возможно, в других Башнях тоже росли дети кого-то из командиров: много ли их, испытывают ли они то же, что и она – девочка не знала. Но каждый день она чувствовала себя все более одинокой.
И вот однажды, её, зарёванную и дрожащую под лестницей, обнаружил Маркус.
До сих пор помнит Арес, как целых полчаса роняла тяжелые слезы на его походную куртку, причитая, что с ней никто никогда не подружится. «Знаешь, – задумчиво произнес тогда её наставник, – а ведь у меня есть для тебя один друг…».
Он повел девочку в конюшню, где всего лишь пару дней назад родился вороной жеребенок породы Альтер реал.
Под бдительным взором Маркуса, Арес училась выхаживать жеребенка, наблюдала за ним и его мамой, а когда малыш чуть окреп, ходила с ними на прогулки. За долгое время девочка по-настоящему привязалась к маленькому коню, который действительно стал для неё товарищем, и он, в свою очередь, платил ей дружелюбием и покладистостью.
– Ну что, парень? – провела девушка ладонью по длинной блестящей гриве. – Вперед в бой?
Арго в ответ радостно заржал.
***
Яркий солнечный диск еще не спрятался за горизонт, когда их маленький отряд собрался в путь. Оседлав лошадей и окинув прощальным взглядом место их временной стоянки, Защитники двинулись вперед.
Вечер, как впрочем и день, выдался потрясающим: над головой – постепенно темнеющее небо без единого намека на тучи, что обещало ясную теплую ночь. В ласковой, мягкой траве еле слышно переговаривались кузнечики.
Где-то там, вдалеке слышно журчание реки – и пусть по левую сторону все ещё простираются крепкие деревья зловещего Таинственного леса! Они не идут туда, их путь лежит прямо – вот к той далекой, мерцающей звезде.
– Здесь так волшебно, – еле слышно прошептала Анетт, поравнявшись с Арес.
– Это точно! – вопреки лёгкой перепалки с Лоем, настроение у девушки было распрекрасным.
– Давно уже я так не выбиралась, – Анетт мечтательно улыбнулась. – Я люблю Башню, но всё-таки засиделись мы в ней порядком.
– Ага…
– И главное, неплохая компания, да? – Анетт красноречиво посмотрела на спину Кайла.
– Наверное, – Арес стало слегка неловко.
– Он хорош, правда? – губы собеседницы тронула хитрая улыбка.
– К чему это ты вообще?
– Буду с тобой честной, – подмигнула ей Анетт, хихикнув, – сначала я никак не могла понять, почему ты даже чуть-чуть не взревновала к той поварихе. А потом я увидела, как ты смотришь на капитана номер один, – Анетт еще раз красноречиво посмотрела на Кайла.– Давай, раскалывайся! Всё между нами, девчонками!
– Что? – девушка непонимающе тряхнула головой. – С чего мне ревновать? Да ещё и к Лою? И вообще, я Кайла знаю какие-то сутки!
– Иногда большего и не надо!
– Я здесь для того, чтобы убивать Тварей, а не флиртовать с парнями.
– Да ладно тебе! По-моему, это очень романтично, – глаза Анетт загорелись. – Любовь, закаленная в огне борьбы! Эх…
Оставив Анетт мечтать о своем, Арес подалась вперед. Обсуждать подобные вещи с малознакомой девчонкой ей казалось странным и неловким. Да и там в Башне: другие девушки, вечно хихикающее, смакующие очередные горячие сплетни, казались ей чем-то непостижимым.
И зачем ей ревновать Лоя? Разве друзей ревнуют к девушкам? А Кайл? Вот интересно, с чего Анетт решила, что между ним и ей что-то может быть? И разве что-то может?
Арес вмиг вспомнила их дневной разговор: Кайл казался таким новым, таким дружелюбным, таким…
– Тихо! – Хриплый голос Маркуса вывел девушку из пучин раздумий.
– Что произошло? – попыталась выяснить та, на что наставник в ответ поднял костлявую руку, призывая Арес к молчанию.
Что-то не так. Это внезапно наступившее чувство чего-то неправильного заставило девушку оглядеться. Степь, лес, чёрная бездна темнеющего неба над головой и истоптанная под копытами лошадей дорога – всё вроде на месте, но…
Тишина.
Ни переговоры кузнечиков, ни уханье совы в лестной чаще, ни песен ночных птиц – ничего. Словно она внезапно оглохла, словно тишина подступилась к ним со всех сторон.
И тут раздался он.
Вой. Резкий, пронзительный, оглушающий. Арес невольно заткнула уши, но даже это не спасало. Он был везде, он разорвал тишину и наполнил собою ночь.
– К ОРУЖИЮ! – взревел Кайл, стараясь его перекрыть, обнажая свой клинок.
Рык. Вой. Крики. Всё смешалось. Надо помочь. Арес потянулась к мечу. И…
Что-то выбило ее из седла. Большое, тяжелое. Удар спиной о землю выбил дух. В глазах потемнело. Привкус металла во рту…
– Что тут у нас? – из темноты показалось фарфорово-бледное незнакомое лицо.
Вамп.
Он навалился всем телом. Попыталась скинуть. Хриплый смех в ответ:
– Деточка, я тебе не по зубам! – его клыки клацнули в миллиметре от ее носа.
Ну же! Хоть что-нибудь! Хоть кто-нибудь! Руки лихорадочно шарят по земле, словно надеясь найти в ней какое-то спасенье.
Вамп не спешил, он был уверен, что Арес никуда не денется, и в глубине души девушка была с ним согласна.
– Я буду убивать тебя долго… – хрипло шепчет он ей на ухо, заглядывая в ее глаза, упиваясь растущей в них паникой.
Нужно ответить. Что-то бойкое, резкое. Но голова пуста. Какой бесславный конец…
Пронзительный свист.
Глаза вампа расширяются от удивления. Хватка ослабевает. Хрип. И вот он без чувств валится на Арес.
– Не скажу, чтобы я была поражена, – раздается совсем рядом насмешливый голос.
Женщина. Незнакомая. Черные волосы собраны в хвост на затылке, ухмылка на губах и азарт, горевший лихим пламенем в глазах. Пока девушка скидывает с себя тело, незнакомка вытаскивает из спины поверженного вампа кинжал, что так метко был ею брошен.
– Спасибо, – говорит Арес, но женщина уже скрылась из виду.
Твари везде. Маркус убил третьего вольфа. Лоя обступают неживые. Сэм сражается с вампом…
Лязг мечей. Крики испуганных лошадей. Запах пороха и крови. Где остальные? Что здесь делают Твари?!
Выхватив меч, Арес бежит в гущу сражения. Сердце отчаянно бьется. Адреналин бежит по телу. Рукоять меча жестка…
Вольф. Огромный. Лохматый. Злой. Преградил ей путь. Красные глаза смотрят с ненавистью. Утробный рык. Желтоватые острые клыки. Будет ему Бой!
Бьет лапой. Увернулась влево. Ударяет плашмя в ответ. Меч звенит в руках. Но Тварь ничего не чувствует. Нужно бить в сердце.
Прыжок в сторону. Когти почти задели плечо. Он снова атакует. Она перекатывается. Отбивает мечом новый удар. Контратака! Безрезультатно.
Дыхание сбилось.
Перекат. Ошибка. Её. Резкая боль по спине. Зашипела от боли. Могло быть хуже. Только задел. Вольф собирается напасть всем телом. Хочет раздавить. Ее последний шанс. Речь о секундах.
Резко подается вперед, выставив перед собой меч. Максимально быстро. И…
Вольф пошатнулся, взгляды девушки и Твари встретились, и его глаза… полные непонимания вдруг показались ей такими испуганными и… человеческими?
Арес отпустила клинок, шагнув назад, она с ужасом глядела, как смертоносные черные когти втягиваются, превращаясь в обычные ногти. Как жесткая шерсть пропадает, обнажая бледную кожу, а зловещая морда вновь превращается в человеческое лицо.
К её ногам, навзничь, вместо кровожадной Твари упал юноша – ещё совсем мальчик, немногим старше самой Арес…
Ноги отказались её держать, и девушка рухнула перед ним на колени, протянув к нему дрожащую руку.
– П… пожалуйста… не надо… – бледный, непонимающий что происходит, он словно в бреду, как заведенный, молил о пощаде.
Где-то все еще кипело сражение. Кто-то кричал. Кто-то выл. Где-то раздавался звон стали и сдавленный хрип неживых. Люди и Твари сражались друг с другом, не замечая, как тут – почти у самой кромки леса, на коленях Арес, умирал мальчишка.
– Тише – тише… – девушка не понимала, не могла сопоставить, что напавший на нее вольф и этот мальчик – одно и тоже.
Ненависть, жажда боя, кипевшая в ней мгновение назад, улетучилась, оставив место невообразимой жалости.
Его длинные темные волосы давно не подстригали, а глаза, раньше казавшиеся красными, на деле оказались красивого изумрудного оттенка. И сколько эмоций было в этих глазах!
Казалось, именно там происходит последняя схватка юноши с неумолимо надвигающейся смертью. Схватка, из которой ему не суждено выйти победителем…
– Мама… – сорвалось с синеющих губ прежде, чем зеленые глаза, широко распахнувшись, навсегда померкли.
Схватка была проиграна. Никто так ничего и не заметил.
Pulsuz fraqment bitdi.