© Lonny White, 2021
ISBN 978-5-0053-9983-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
– Какие же здоровые у этих Шестопалов клыки. Как они только помещаются у них во рту?
– То есть тебя это удивляет? А то, что это сука огромный заяц, с шестью здоровенными лапами, для тебя что, в порядке вещей? – возмущённо воскликнул Карл.
– Тише… Если он нас заметит, нам несдобровать, – прошептал Степан с легким намеком на улыбку.
– А ты целься лучше, и всё будет хорошо.
– Его голова уже у меня на мушке, спускаю курок.
Хлопок. Выстрел из старого ружья распугал всех птиц в округе. Грязный вопль ворон, пронзил небесную гладь и утонул где то в глубине леса. Пуля насквозь проходит через голову зверя, окропив его кровью стволы соседних деревьев.
– По всей видимости, сегодня у нас будет еда, – сказал Степан, с радостью в голосе.
Путники решили пойти и осмотреть добычу. Вылезши из-за трухлявого ствола упавшей сосны, за которым они сидели в засаде, Карл и Степан отправились в сторону туши неведомого зверя. Они шли по пшеничному полю, колоски которого были им по самую макушку.
– Какой же он здоровый! Прошлый Шестопал был поменьше.
– Радуйся Карл, сегодня у нас будет ужин.
Оглядевшись по сторонам и тяжело вздохнув, Карл сказал – «Осталось всего десять патронов, настанет момент, когда кто ни будь, поужинает нами».
Записки Путника.
Сегодня уже четвёртый день нашего пребывания в этом непонятном месте. Этот лес поглотил нас целиком и полностью, ему не видно ни конца, ни края! А то, что здесь творится, никак нельзя объяснить. Мы каждый день натыкаемся на этих огромных зубастых зайцев с шестью лапами, а Карл их боится до усрачки, да что уж Карл, даже мне от них не по себе! А вчера, когда мы моим старым огнивом пытались разжечь костёр, над нами пролетела птица. Огромная птица! На несколько секунд она закрыла собой солнце, она отбросила такую тень, какую даже самолёты при посадке не отбрасывают… Сегодня мы завалили ещё одного Шестопала, и с одной стороны это хорошо, а с другой…
С другой стороны патроны у нас не бесконечные.
Путники разбили небольшой лагерь неподалёку от туши убитого Шестопала, прямо на том месте, где лес плавно перетекал в пшеничное поле.
– Какое же вкусное у них мясо! – с довольной рожей и с набитым ртом промычал Карл.
– Мы не ели уже два дня, сейчас любая еда будет казаться вкусной, – выдал Степан, вгрызаясь в очередной кусок поджаренной заячьей плоти.
Прожевав кусок мяса, и выдержав долгую паузу, Степан насторожено сказал – «Здесь точно должны быть и другие люди, кто-то помимо нас».
– С чего ты это взял?
– Посмотри на эти колоски, где ты видел дикую пшеницу таких размеров? За ней кто-то ухаживает.
– Вздор, – возмутился Карл. Если ты запамятовал, то я тебе напомню, что здесь всё довольно большое! Ты уже забыл про ту птицу? А эти деревья, ты раньше видел деревья таких размеров? Да и не видно здесь признаков жизни людей, ты устал, вот тебе бред всякий в голову и лезет.
– Может ты в чём-то и прав.
Записки Путника
Ни Карл, ни я не понимаем, как оказались в этом проклятом месте. Четыре дня назад, я пошел на охоту в наш небольшой лесок, Иван – местный лесоруб сказал мне, что с недавних пор там водятся кабаны. Я собираю грибы в этом лесу с десяти лет, и ни разу я не видел в нём крупную живность, разве что заяц какой ни будь пробежит. Вот я и решил проверить, взял старое отцовское ружье и отправился в лес. Я шел через густые заросли мха, через острые коготки еловых веток, я шел всё дальше и дальше… Но в какой-то момент я поймал себя на мысли, что я не узнаю этот лес, не вижу знакомых очертаний. Я заблудился в лесу, который как мне казалось, я знаю вдоль и поперёк. Я бродил туда-сюда, из стороны в сторону в поисках выхода. Выхода я так и не нашел, зато услышал чьи-то вопли. Я побежал навстречу громким крикам, и то, что я увидел после, повергло меня в ужас. Огромный зубастый заяц с шестью лапами, бежал за перепуганным пареньком, заяц был больше него раза в три. Я достал из-за спины своё ружьё, прицелился, и прошиб голову монстра насквозь. Заяц со всей скоростью рухнул наземь, ещё метров десять пробороздил своей головой верхний слой земли, снося все пни и кусты, после чего его тело замерло, он вздохнул в последний раз и его сердце остановилось. Паренек, увидев, что опасность его миновала, остановился, опёрся на ствол дерева и начал жадно поглощать воздух. По всей видимости, это был грибник, он сказал, что его зовут Адольф…
– Темнеет Карл, пора ложиться спать.
– Хватит называть меня Карл, я Адольф.
– Адольф… У нас так собак называют, – усмехнулся Степан. Поэтому, лучше я буду называть тебя Карл.
– Да ну тебя! – фыркнул Карл. Я спать.
Обычно, перед тем как ложиться спать, Карл подстилал себе толстый слой сухих листьев и еловых веток, но в этот раз он лёг прямо на холодную землю. Его светлые кудри путались в густой траве, а в голубых глазах плясали отражения ярких звёзд, пока его веки не сомкнулись и не прекратили весь этот маскарад. Степан же ещё долго не мог уснуть, он смотрел на костёр, озирался по сторонам. До него доносилось лёгкое дыхание ветра, который прорывался через плотные заросли пшеницы, озаряемые луной – ночным светильником. Его короткие, выгоревшие на солнце волосы чутка шевелились, а вот щетинистое лицо наоборот, было твёрдым и неподвижным, как камень. Был слышен лёгкий скрежет его зубов, что-то не давало ему покоя. Но дремота взяла своё, она обволакивала Степана, глумилась над ним, и его тело сдалось, голова облокотилась на толстый дубовый ствол, а веки, не сдержавшись, упали, будто на них был тяжкий груз.
Pulsuz fraqment bitdi.