– Сынок, как ты там? Когда приедешь? Мы очень за тебя переживаем. Значит увидимся на следующей неделе, прекрасно, дорогой! Береги себя. Пока, – женщина положила телефонную трубку и обратилась к плачущей рядом старушке:
– Успокойся, мама, всё в порядке. На платок, вытри глаза. Не надо так переживать!
Женщина обняла мать.
– Ты же слышала, твой любимчик жив, здоров, приедет на следующей неделе.
– Ну как я могу успокоиться, там стреляют, мой единственный внучок – в опасности! Господи, я каждый день молю, чтоб пуля обошла нашего мальчика! – причитала она сквозь слёзы.
– Мама, молись, не молись, что суждено – то и будет.
– Господи, как ты можешь говорить такое!
– Я говорю как думаю.
Через неделю приехал Зоар. Семья не видела его со времени присяги. Прошло четыре месяца. Сын поздоровел, возмужал. Матери показалось, что он даже ростом стал выше. Домой, в Иерусалим он приехал на неделю, заработал отпуск за боевые заслуги. Служба на территориях – не из лёгких. Сказал, что «армия – по-настоящему – мужское занятие, приходится не сладко, но служба мне нравится».
Зоар и ещё несколько друзей попросились служить в спецотряд, как спецсназ в России.
Экзамен Зоар прошёл, он владел боевым искусством, увлекался ещё со школы. Из его друзей взяли ещё троих.
Через два дня домашние успокоились. Жизнь в доме Зоара вошла в обычное русло.
Только бабушка продолжала переживать за внука.
На третий день, утром, мать Зоара, Рая пошла в министерство абсорбции, помочь знакомой, которая не знала иврита. Там была огромная очередь. Битых полтора часа они ждали, чтобы войти внутрь, а потом стояли у дверей кабинета. И вдруг Раиса замерла. Она сделала такое лицо как- будто увидела призрак.
– Что с тобой, Рая, тебе плохо? – забеспокоилась знакомая.
– Нет, ничего, здесь просто очень душно, – нашла отговорку Раиса.
Когда они вошли и вышли из кабинета, Раиса сказала знакомой, что у неё кружится голова.
– Ты иди домой, а мне надо посидеть немного.
Знакомая ушла. А Раиса подошла к очереди в соседний кабинет. Через несколько минут оттуда вышел высокий стройный мужчина арабской наружности. Он столкнулся с Раисой и застыл на месте.
– Здравствуй! – поздоровалась на иврите Раиса.
– Ох, не ожидал такой встречи!
– Какими судьбами ты оказался в Израиле?
– Да вот, приехал по делам фирмы. Я теперь бизнесмен. А ты, дорогая почти совсем не изменилась. Я только вчера на самолёте прилетел и такая встреча!
Очень рад тебя видеть! А ты?
– Пока не знаю. Дай в себя прийти.
– Как поживают родители?
– Ничего. Отец умер, а мать жива, постарела очень.
– И не говори, прошло шестнадцать лет, как я уехал на родину. А ты вышла замуж.
– Ну что ты, я была занята воспитанием сына.
– Кстати как Зоар?
– Зоар! А почему, собственно, тебя это волнует? Прошло столько лет, а ты о нём только сейчас вспомнил?! – раздражённо спросила Раиса.
– Зачем ты так! Да, помню, помню, ранить умеешь в самое сердце.
– Не жди, извиняться не собираюсь, не для тебя растила. Он все эти годы как-то обходился без отца, а теперь уже поздновато, служит в боевых войсках, на территориях, слыхал наверное? – с гордостью произнесла Рая.
– Значит, наш сын заслуживает уважения! Раз пошёл служить, ты правильно его воспитала.
– Да уж, постаралась.
– Ты домой?
– Куда ж ещё!
– Пошли, я подвезу, заодно и поговорим.
– Мне с тобой говорить не о чем.
– Это как сказать. Восток – дело тонкое! – ответил он и щёлкнул пальцами.
Раиса улыбнулась, это была его излюбленная поговорка. Харуз подхватил Раису под руку и повёл на улицу. Раиса знала, что спорить с ним – бесполезно.
Они подошли к тёмно-синей «пежо». Харуз нажал на кнопку сигнального устройства и дверца открылась.
– Садись, разговор есть, – сказал он сурово.
Раиса тяжело вздохнула и, нехотя, села в машину.
– Где он? – заводя мотор, спросил Харуз.
– Кто? – ответила вопросом на вопрос Рая, делая вид, что не понимает о ком речь.
– Не беси меня, с огнём играешь! – огрызнулся тот. – Где мой сын?
– В армии.
– Неправда. Я знаю, Зоар дома.
– Откуда пронюхал? – удивилась Раиса.
– У меня – свои источники.
– Всё равно к сыну не подпущу, хоть режь, – сказала Раиса с надрывом.
Но Харуз уловил в её голосе слабинку.
– Ну что ты можешь сделать, глупая! Он уже взрослый, пусть сам решает. Ведь это ты его лишила отца! – гневно прошептал Харуз. – Лучше не стой у меня на пути!
– Послушай, я не хочу, чтобы Зоар узнал, что его отец – не еврей. Как ты не понимаешь, это очень важно для его будущего. Я не против вашего общения. Пожалуйста, встречайся с ним не как отец, как друг!
– Что ты сказала ему об отце? Небось, наплела небылицы!
– Ничего я не плела, сказала ему, что отец умер. Когда Зоар вырос, ни разу об этом не спрашивал.
– Похоронила меня, значит, … заживо.
– Ну, я же не знала, что ты так неожиданно объявишься!
– Да-да, я тебя понимаю. А я – дурак, когда-то без памяти тебя любил! – сказал Харуз с горькой усмешкой.
– Так уж и любил! А я что-то не припоминаю.
Харуз резко ударил по тормозам, машина встала как вкопанная. Он крепко обнял Раису и поцеловал в губы.
– Ну что, теперь вспомнила? – пробурчал Харуз и поехал дальше.
– Ненормальный, чуть не задушил меня! – проворчала Рая, поправляя платье и причёску.
Он остановил машину прямо у её подъезда.
«Надо же, за столько лет не забыл адрес», – подумала про себя Рая.
– Очень тебя прошу, сейчас не выходи из машины. Дай сына подготовить. И свалился же ты на мою несчастную голову! – добавила она вслух.
– А кто сказал, что у тебя несчастливая головка? Она всегда отличалась трезвостью ума, этого добра тебе не занимать. Завтра я могу прийти к сыну?
Только не говори, что ты должна подумать! – сказал Харуз с издёвкой.
– Ты можешь прийти, но с одним условием…
– Так, так. Ну, договаривай быстрей!
– Можешь прийти если не скажешь, что ты ему – отец, – сказала она твёрдо.
– Хорошо, уговорила. До завтра.
– Зелёный свет!
Когда Раиса вошла в квартиру, услышала громкую музыку и голоса, доносящиеся из комнаты сына. Заглянув, увидела его друзей.
– Замечательно, сынок, что тебя не забывают. Развлекайтесь! Я сейчас организую чай.
Зоар вошёл в кухню. И ласково спросил:
– Мам, мы не мешаем? Может бабушка отдыхает?
– Что ты, сынок, даже не думай!
Раиса приготовила чашки, залила кипяток в чайник, развернула печенья, положила шоколадные конфеты в вазочку.
– Спасибо, мам, я сам отнесу поднос.
Раиса посмотрела сыну вслед и подумала: «Боже мой, до чего я дожила, что сказать ему! Ведь теперь ничего нельзя изменить. Надо же, папаша явился, не запылился. Не понимаю, как мы встретились? Столько лет прошло! Наверно это судьба!»
Раиса провела беспокойную ночь, ей снились кошмары: будто она бродит по густому, непроходимому лесу, ищет сына и не находит.
Утром, когда она подавала завтрак, у неё всё валилось из рук.
– Мама, что с тобой? – спросил Зоар.
– Я – в порядке, светик мой, не обращай внимания.
– Мам, не отводи глаза, я вижу, что ты нервничаешь.
Мать тяжело вздохнула.
– Сядь, сынок, поговорить надо! – взволнованно попросила она.
– Что-то случилось? – спросил Зоар и сел на табуретку.
Тут зазвонил телефон. Мать от неожиданности вздрогнула.
– Не бери, я сама, – сказала она, вскочив с места, и схватила трубку дрожащей рукой. -Да, я слушаю. Здравствуй! – покраснев, сказала она в трубку. – Как договорились. Приходи где-то к двенадцати. Ладно. Пока.
Раиса повесила трубку и как-то обмякла, замолчала, прикрыв глаза.
– Мама, ты не заболела? – забеспокоился Зоар и взял её за руку.
– Нет, сынок. Со мной всё нормально, – она снова замолчала, кусая губы.
– Тогда в чём дело?
– О, Господи! – тяжело выдохнула Раиса. – Ничего, ничего, всё обойдётся!
Через два часа позвонили. Дверь открыл сын.
– Здравствуйте, вы к кому? – на иврите спросил Зоар незнакомого мужчину. И не дождавшись, ответа крикнул:
– Мам, это к тебе!
Раиса вышла в коридор.
– Нет, это к тебе, сыночек, – сказала она, словно подписала приговор.
– Ко мне? – удивился Зоар.– Но я не знаком с этим человеком.
– Не знаком, значит, познакомишься, – ответил на иврите вместо Раисы Харуз.
– Входи, – пригласила мать.
– Мам, ты что, знаешь этого мужчину? Кто он? – удивлённо спросил Зоар.
– А что, разве мама тебе ничего не рассказала обо мне? Раиса, ты же обещала! – Харуз многозначительно посмотрел на Раю. Она вначале растерялась, но через минуту взяла себя в руки.
– Извини, сынок, это друг твоего отца, его зовут Харуз. Вы поговорите, а я на стол накрою.
И она ушла на кухню.
– Вы действительно знали моего отца? – удивился Зоар.
– Да, сынок… и очень близко. Мы вместе служили в боевых войсках и учились в одной школе, в старших классах. Дружба, молодость. Сам понимаешь!
– Расскажите о моём отце, каким он был? – заинтересованно спросил Зоар.
– Он был порядочным, добрым человеком. Без памяти любил твою мать… и сейчас любит.
– Что, что вы сказали! Я не понял, значит он жив? – спросил Зоар приподнявшись со стула. – Мама, иди сюда скорее, послушай, что он говорит!
Но мать не ответила.
– Да, сынок, твой несчастный отец жив, – утвердительно кивнул Харуз.
– Нет. Не может быть! – воскликнул Зоар.
– Может, сынок. Твой отец стоит перед тобой.
Глаза Зоара расширились и стали ещё темнее.
– Вы хотите сказать, что вы и есть мой отец? – прищурившись, спросил Зоар.
– Я уже сказал это, сынок! И ты можешь не сомневаться в моей правоте, – твёрдо ответил Харуз.
Парень опустил глаза и обхватил голову руками. Наступила тяжёлая пауза.
Неожиданно Зоар вскочил с места и бросился на кухню.
– Куда ты меня тащишь? Сынок, что ты хочешь от меня? – услышал Харуз возгласы Раисы из кухни.
– Пойдём, пойдём скорей, мама! Скажи этому человеку, что он ошибается!
– Что у вас тут случилось, сынок?
Зоар усадил мать на стул, на котором только что сидел сам.
– Мама, этот человек утверждает… Ты только послушай, он уверенно твердит, что он… будто он – мой отец! – с трудом выпалил Зоар и в недоумении покачал головой. – Мама, скажи ему, что это наглая ложь! Скажи, разве ты бы смогла скрывать столько лет, что мой папа жив? Что он не умер? – воскликнул Зоар и испытывающе заглянул матери в глаза. – Ведь ты уверяла, что его больше нет на свете!
Раиса подошла вплотную к «незнакомцу»:
– Харуз, я же просила… Что ты наделал!.. А впрочем, тебе же хуже. – Она повернулась лицом к сыну. – Зоар, не верь этому человеку, он дурачит тебя! – сказала Рая и язвительно ухмыльнулась. – Да, да. Не верь этому лжецу! – торжествующе произнесла она.
– Раиса, что ты делаешь, не сходи с ума! Смотри, не пришлось бы тебе потом жалеть, и так дров наломала! Гляди, не обожгись, побереги крылышки!
– Уходи, Харуз!
– Уйду, но так и знай, докажу, что я ему прихожусь отцом и никто другой! Не уеду пока не сделаю этого. Мы ещё встретимся! – крикнул он и хлопнул дверью.
– Мам, что это было? – обратился Зоар к матери.
– Тайфун, сынок, цунами, разве ты не видел.
– Да, экземплярчик попался! – сменив тон, согласился сын.– А чего он от нас хотел, я так и не понял?
– Замнём для ясности, сынок!
– Ну, ма!
– Я сказала, тема закрыта.
Прошёл месяц. О явлении «призрака» в доме Зоара забыли. Раиса успокоилась. Зоар частенько звонил домой. Бабушка пару раз вспоминала про «того скандалиста, который наделал столько шуму». Раиса успокаивала её, уверяла, что этот человек здесь больше не появиться. И сама думала, что Харуз давно уехал домой. Но она ошиблась.
Однажды, тёплым весенним вечером раздался звонок в дверь. Не посмотрев в глазок, она отворила дверь. Каково было её удивление, на пороге она увидела Харуза.
– Здравствуй! Я помню, как ты говорила: «незванный гость – хуже татарина». Не беспокойся, я не ругаться пришёл. У меня к тебе – очень серьёзное дело. Может, все-таки пригласишь войти!
Раиса жестом пригласила в дом. Он вошёл. Расположились в гостиной.
– Чем обязана?
– Я пришёл чтобы оповестить тебя об одном факте: полмесяца назад был сделан анализ на установление отцовства, то есть проведён анализ на ДНК. Взята проба крови у меня и у Зоара. Вчера получил результат о подтверждении отцовства, – с этими словами он достал из дипломата документ и положил на стол перед Раисой. Она бегло прочла заключение.
– Но как ты сумел? Теперь ты успокоился? – надменно спросила Рая.
– Ни в коем случае. Ты что думаешь, я это делаю ради бахвальства или тешу своё самолюбие? Я делаю это ради своего сына.
– Что ж, флаг тебе в руки, дорогой! Ты думаешь, эта бумажка заставит Зоара признать тебя отцом?
– Заставит или не заставит – не знаю, но это – свершившийся факт.
– Если даже сын признает тебя, он никогда не возьмёт твою фамилию.
– Неважно, пусть так. Я хочу стать Зоару отцом.
– Попробуй! – иронично предложила Раиса.
– Ты и в правду на меня не сердишься? – тон его голоса потеплел.
– Что уж теперь, после драки кулаками махать! Дело сделано. Я вижу, ты очень доволен.
– Да, я очень рад. Теперь у меня есть законный наследник.
– Может чаю, кофе?
– Нет, как-нибудь в другой раз. Извини, дела.
Раиса проводила Харуза до дверей. После его ухода она присела на диван в гостиной и погрузилась в воспоминания. Перед ней мелькали картины юности. Харуз и Раиса познакомились на вечеринке. Он в молодости был заводной и танцевал отлично. Отец Раисы запретил им встречаться из-за того, что Харуз был араб.
Самуил, отец Раисы был чистокровный еврей, а мать-полукровка. Он воспитал дочь в строгости. В их доме соблюдали законы Торы.
Зоара записала на фамилию отца Самуила. И сама носила фамилию отца. Сыну написали в удостоверении личности, что он – еврей. И теперь Раиса боялась, что сын узнает, что отец у него – араб. Как к этому факту отнесутся в армии!
Через несколько дней позвонил Зоар:
– Мама, у меня всё нормально. Приезжал этот… твой знакомый. Представляешь, он показал мне документ о подтверждении его отцовства. Какой наглец! Мама, я дал понять, что знать его не желаю. Пусть он этой бумажкой размахивает перед кем угодно, мне этот документ ничего не доказывает! Мам, я прошу тебя, скажи ему по-хорошему, чтоб он здесь больше не показывался, иначе я за себя не ручаюсь. Я как бил арабов, так и дальше продолжать буду, пока всех террористов не уничтожим.
– Сынок, я всё знаю. Он был у меня. К сожалению, должна тебе признаться, это – правда, он твой настоящий отец. Я обманывала тебя, прости! Родителей не выбирают.
– Пусть так, но я его никогда не признаю отцом и не приму. Так и передай.
После этого разговора Раиса всю ночь проплакала. Сына жаль и себя – тоже.
Ведь у неё с Харузом действительно была большая любовь. Но поправить уже ничего нельзя.
Через день позвонил Харуз.
– Раиса, почему он не хочет меня признавать? Ведь я ни в чём перед вами не виноват. Я всё рассказал ему. Ты же знаешь, я не мог бросить больную мать без кормильца, мои сестра и братья умерли бы с голоду. У нас так принято если отец умер, священный долг старшего сына -заменить его в семье, стать опорой. Почему наш сын так жесток со мной?
– Не знаю, Харуз я ему всё объяснила, но Зоар упрям, слава Богу, есть в кого. Разбирайся с ним сам, а меня не дёргай.
– Извини, если помешал. Я знаю, что не просто завоевать любовь сына, который не знает слова «папа». Но я буду бороться за него и сделаю всё, что смогу. До свидания.
Прошло два месяца.
Харуз пока оставался в Иерусалиме по делам фирмы. Он часто навещал сына, да так примелькался, что в боевой части его знали даже командиры. Ему разрешали видеться с сыном. Ненависть к отцу поутихла, но общались они с трудом. Однажды, когда отец в очередной раз приехал к Зоару, пошёл вначале к начальству. Харуз задержался в кабинете на целый час. А потом пришёл к сыну и объявил, что ему дано разрешение от высшего начальства пойти с сыном на задание, в виде исключения. У Зоара от удивления даже пот на лбу выступил, а густые чёрные брови сошлись в одну линию.
– Как вам удалось? По-моему, у нас в части такое практикуется впервые.
– Я очень горжусь тобой, сынок. У меня есть разрешение на ношение оружия, я воевал у себя на родине, в Ираке. А потом служил в полиции, поэтому мне разрешили принять участие в сегодняшней операции. Поверь, ты можешь на меня положиться.
Операцию по захвату террористов проводили ночью. Надо было продвигаться очень тихо, осторожно. В лесу было сыро и скользко. Деревья росли не густо.
Отец и сын шли рядом, оружие – наготове. Впереди и сзади настороженно передвигались остальные бойцы. Все молча переговаривались знаками.
Вдруг впереди гулко застрочил пулемёт. Началась перестрелка.
Харуз выскочил вперёд, закрыв собою сына, и крикнул ему:
– Берегись, я прикрою.
Он стрелял, быстро продвигаясь вперёд. Но вдруг из засады на него обрушились выстрелы противника. Отец упал. Зоар выстрелил несколько раз в противника, а потом подбежал к отцу. Он был ранен в грудь.
– Папа! Папа, держись! – вскрикнул Зоар. Он впервые произнёс это незнакомое, тяжёлое для него слово. Он присел, положив голову отца к себе на колени.– Не умирай, отец!
– Посмотри, сынок, посмотри на небо… Какие сегодня яркие звёзды! Наверное, стоит жить, чтоб увидеть их. Поцелуй маму за меня. Передай ей – «восток – дело тонкое». Прощай, любимый сыночек, прощай, дорогой…
17.02.2004 г.
В конечном счёте, всё в жизни решает выбор.
(Автор)
– Привет! На часы смотрела? Что это ты вдруг трезвонишь спозаранку? У тебя что-то стряслось, подруга? – сонно промычала в трубку девушка, лёжа в постели.
– Да, да!… Это катастрофа! – в трубке раздались всхлипывания.
– Ну, вот, солнце ещё не встало, а ты уже плачешь! Каролина, сейчас же успокойся и объясни мне членораздельно, что произошло, иначе я отключу телефон! – повысила голос девушка в постели.
Всхлипы в трубке усилились.
– Ну, прекрати реветь! Ты прямо как в детстве плачешь по каждому поводу. Давай уже рассказывай! Не испытывай моё терпение.
– Понимаешь, Вика, мне кажется, я попала! … И он меня бросит,… хотя он и старше меня в два раза, но… ум-м-м, это ужасно! Он мне в самом начале наших отношений сказал, что не хочет детей…
– И что из этого следует? – пробормотала Вика.
– Всё очень плохо! Я, кажется, немного беременна… – и Каролина зарыдала в трубку.
– Ты уверена?
– Пока не очень, но подозреваю… – нерешительно отозвалась трубка.
– Каролина, во-первых, успокойся. Во-вторых, не паникуй заранее. И в- третьих, завтра же купи тест. Ты обещаешь, проверить?
– Угу, угу…
– А сейчас давай спать! Целую.
Вика положила трубку и, устроившись поудобней, сразу задремала.
Утром Каролина проснулась с тяжёлой головой, с опухшими от ночных слёз глазами и с тревожной мыслью о предстоящем тесте. Она живо представила, как покажет положительный тест на беременность своему «взрослому» любовнику, и что он скажет по поводу этой новости.
«Ужасно, что я буду делать, если он откажется признать ребёнка? Придётся делать аборт… Или …ой, не представляю»…
Как она и опасалась, тест оказался положительным. Каролина сразу позвонила подруге.
– Вика, милая, я в положении, это уже точно. Не знаю что делать! – призналась девушка.
– Что, что… Конечно же, надо поговорить с этим новоявленным папашей! Жаль, что ты меня с ним ещё не познакомила. И если он будет иметь что-то против ребёнка, я с ним сама разберусь, поняла! – решительно заявила Вика.
Вечером Вика позвонила подруге, узнать, поговорила ли она со своим мужчиной. Вика его в глаза не видела, но уже была настроена на разговор с ним очень серьёзно – прямо «иду на таран».
– Ты знаешь, Викуся, он уехал в командировку на неделю, а может и больше. Я не смогу с ним встретиться сейчас, только после его приезда.
– Понятно. Вовремя же он смылся. Видимо чувствует, что запахло жаренным…
Через три дня Вике снова позвонила Каролина и опять в слезах.
– Что опять у тебя случилось? Ты поговорила с ним?
– Нет. У меня образовалась ещё одна большая проблема: хозяйка съёмной квартиры попросила меня срочно съехать. Прости, что создаю тебе неудобство своими трудностями,… но я не знаю, куда мне деваться…
– Ох, и доберусь я до него, мало не покажется, – набрав побольше воздуха, резко выдохнула в трубку Вика. – Ладно, подруга, не плачь, насчёт квартиры я тебе с лёгкостью помогу. Не отчаивайся! Я поговорю с мамой, и может она разрешит тебе на время пожить у нас. Папа сейчас в командировку уехал.
– Ой, как здорово! Спасибо тебе.
– Пока не за что благодарить. Я тебе позвоню и дам ответ вечерком.
– Хорошо, Вика, я буду очень признательна.
Вечером Вика пошла к подруге, обрадовать, маминым согласием и ещё поговорить о своём, девичьем.
Каролина встретила её в напряжённом ожидании ответа, услышав о согласии переехать к ним, была очень обрадована. А Вика предложила ей отведать тортика, который принесла с собой и послушать о своих новостях.
– …Понимаешь, никак не могу выбрать: за мной ухаживают два парня один лучше другого. Они мне оба нравятся, да и мама говорит – хорошая партия. Павел – на семь лет старше меня, молодой адвокат, любит роскошь, дарит мне дорогие подарки, шикарно одевается, у него большая квартира в престижном районе города, есть недвижимость заграницей, дорогая машина, ну, словом жених хоть куда! А второй – почти мой ровесник, шальной парень, гоняет на мотоцикле день и ночь, яркий, суматошный, тоже не бедный, из интеллигентной семьи. Ухаживает необычно, своеобразно, любит делать сюрпризы.
– Ты что, с ними обоими спишь? – удивлённо поинтересовалась Каролина.
– С ума сошла! Нет, конечно. Ещё чего, им жирно не станет! Я ведь только флиртую. Но оба мне сделали предложение руки и сердца, – похвасталась Вика.
– Какая ты счастливая! – понуро вздохнула Каролина. – А я вот с одним любовником разобраться не могу, да ещё и залетела вдобавок…
– Да не парься! Прорвёмся, подруга! А этого твоего, если что, я к стенке прижму, мало не покажется!.. – и Вика заразительно рассмеялась.
– Хм… легко тебе говорить. А я вот просто в прострации… – сделала соответствующий жест рукой Каролина.
– Знаешь что, собирай вещички, и завтра же переедешь к нам. Моя мама уже на стрёме.
Вика ещё немного посидела у подруги и потом побежала по делам.
На следующий день Каролина перебралась к Вике. Ей выделили отдельную комнату для гостей. Мама Вики – Рината оказалась очень приятной, красивой женщиной. Она выглядела намного моложе своего возраста. Рината тепло приняла Каролину, сердце которой немного потеплело.
– У тебя такая молодая мама! Вы с ней смотритесь как две сестры, – признательно улыбаясь, заметила Каролина.
– Да, не ты первая заметила эту особенность.
Для Каролины неделя пролетела радостно. Её проблемы испарились, как талый снег ранней весной. Но она даже не догадывалась, какие перипетии её ожидают в ближайшие дни.
Через несколько дней Каролина возилась на кухне, а Рината вышла в магазин. Вдруг девушка услышала, как хлопнула дверь в прихожей. Она поспешила к двери, думая, что вернулась Рината, но в коридоре она увидела… своего любовника. Он разделся и вешал плащ на вешалку, а рядом стоял увесистый чемодан. Он стоял к ней спиной и крикнул:
– Рината, я примчался! Надеюсь, найдётся что-нибудь вкусненькое для странствующего пилигрима? Как Вику… – он повернулся, увидев Каролину в своей квартире, осёкся и вытаращил глаза. – Каролина! Ты откуда взялась? Или у меня галлюцинации?
– Нет, дорогой, можешь себя ущипнуть! У меня были проблемы, и Вика взяла надо мной шефство, – невинно опустив глаза в пол, произнесла любовница потухшим голосом.
– Что ты тут делаешь? – не переставая удивляться, снова переспросил отец семейства.
– Я тут живу.
– Что? Ты с ума сбрендила что ли? – сквозь зубы прошипел он.
– Меня попросили освободить съёмную квартиру. И самое главное… я беременна.
– Чего, чего, чего?… – он сдвинул брови в недоумении. – Ну и дела! Рината знает?
– Да, но она даже не догадывается, чей это ребёнок.
– Нет, я знал, что ты недалёкая женщина, но не настолько!! – возмутился он. – Как ты могла влезть в доверие к Вике, да ещё и к моей жене приладиться?! Уму непостижимо…
– Успокойся, дорогой! Твоя жена ничего не узнает, если ты сам не проговоришься.
– Нет, вы только послушайте, она ещё смеет иронизировать! … Знаешь, я приложу все усилия, чтобы завтра же твоей ноги здесь не было!
– Хм, даже и не думай! Я никуда отсюда не сдвинусь. А если ты что-нибудь предпримешь, я всё расскажу твоей жене, понятно?
– Ну, ты и стерва! Втёрлась в доверие к близким, ещё и шантажировать меня вздумала, гадина, – вспылил Павел.
– А я к тебе в постель не просилась. Вспомни, сам полез… И нечего теперь строить из себя святого!
– Так значит… – в глазах Павла сверкнул жёсткий огонь.
– Да.
– А ты уверена, что это мой ребёнок? – с сомнением произнёс он.
– Нет, с неба упал.
– Ну и зачем тебе этот ребёнок? – грубо бросил Павел.
Она промолчала в ответ. Повернулась и ушла, хлопнув дверью «своей» комнаты.
Прошло несколько дней. Их шаткая ситуация не менялась. У Павла не хватало ни духу, ни смелости признаться жене в своих «художествах». Только Каролина начала вести себя нагло и капризно, особенно в присутствии дома Павла. Она прекрасно понимала, что в этом доме к ней относятся с большой любовью и вниманием.
Однажды, когда не было дома Ринаты, а Каролина ушла гулять, Вика призналась, что всё знает и пригрозила отцу, что расскажет матери о его похождениях. А он в отместку, предупредил, что лишит её карманных денег и прекратит оплачивать её учёбу. На что дочь ответила:
– А давай! Что, «нашла коса на камень»? Мне всё равно! Я расскажу маме о ребёнке, посмотрим, как ты тогда запоёшь!? Мне уже надоела ваша катавасия! Я оказалась между двух огней. Хватит ломать комедию! Даю тебе два дня, чтоб ты сам уладил эту ситуацию.
– А если Каролина нас всех дурачит, и этот ребёнок не имеет ко мне никакого отношения? – грозно прорычал он.
– Так это очень просто проверить: сделать тест на ДНК и всё.
– Да, правильно, но до рождения ребёнка это очень опасная процедура.
Вика промолчала.
Следующие два дня прошли в натянутом молчании. Дочь и отец не разговаривали друг с другом. Рината заметив натянутость отношений между отцом и дочерью, спросила у мужа, в чём дело. Тот назвал какую-то причину наобум, не стал вдаваться в подробности. Даже Каролина спросила Вику с неприкрытым любопытством:
– Какая «кошка» между вами пробежала?
Вика хотела ей ответить в грубой форме, что этой «кошкой» является она сама, но из излишней вежливости промолчала. Она решила про себя, что если эта ситуация с Каролиной не разрешится, то она всё расскажет матери. Вика поняла, что так продолжатся дальше, не может.
Но неожиданно ситуация разрешилась сама собой.
Однажды вечером Павел в очередной раз уговаривал Каролину уйти и приобнял её ниже талии. В этот момент на кухню вошла Рината и увидела их объятья, как Павел нежно нашёптывал что-то Каролине на ушко. И тут Рината взорвалась, это был последний аккорд:
– Ну, ты и наглец! Мало того, что мы приютили твою шальную любовницу, окружили её и будущего твоего ребёнка заботой, так ты ещё продолжаешь крутить с нею шашни у меня на глазах! Подумать только! И это случилось со мной!!! Вон из дома оба! – прокричала Рината в бешенстве.
Но потом решила, что лучше пусть любовница будет у неё на глазах. А с мужа взяла слово, что он не будет к ней приближаться.
Время шло.
Любовница Павла продолжала жить в доме у Ринаты и Павла. Живот Каролины рос с каждой неделей. И вот пришло время родов. Каролину вовремя доставили в роддом, и она благополучно родила чудесную здоровенькую девочку. Назвали Миланой. Каролина чувствовала себя после родов нормально.
Перед самой выпиской ей позвонила Рината, сказала, что всё для малышки готово, кроватка, коляска, комната. Каролина поблагодарила за заботу, но с какой-то грустью в голосе.
Ранним утром, в назначенный для выписки день Павел с Ринатой услышали звонок у дверей. С некоторой задержкой открыли дверь, а там, у порога… стояла большая соломенная корзина с дочкой Павла. Девочка мирно спала, посасывая соску. Она была такая хорошенькая, ну просто ангелочек!
– Вика, Вика иди скорей сюда! – позвала дочь Рината. – Тут просто чудо у дверей!
Вика выскочила в одной ночной сорочке.
– Что такое? Где? – и увидев свою сводную сестричку, подскочила к младенцу. – Ой, какая лапочка! Значит, мамка твоя оказалась неблагодарной кукушкой! Вот тебе Машка и Юрьев день! – воскликнула она, всплеснув руками.
– Тише ты, куленёма, ребёнка разбудишь! Пошли в дом. Паша, возьми Миланочку!
– Ехать уже, как видно, некуда! – тихо добавил Павел. – Мамаша само ликвидировалась…
– Да, дела! А я вот никак не могу выбрать среди двух женихов, – добавила Вика. – А ну их всех к лешему!
13.08.2016 г.
Pulsuz fraqment bitdi.