Гат улыбнулся, шумный цверг умел находить нужные слова. Доуэт представил себе горку купюр, которую они должны были выручить от продажи своей доли эллурийских алмазов, и на душе у него заметно потеплело. Жирная наличность могла привести в порядок кое-какие делишки капитана «Лахудры» – не вечно же ему скрываться от кредиторов.
– Мне нужно сосредоточиться. – произнес Доу. Он принялся раскрывать перед собой виртуальные экраны, фиксировавшие положение поплавков. Пульт управления вновь оказалась у него в руках, и «Лахудра» принялась исполнять странный танец – вращаясь вокруг собственной оси, яхта стала рыскать в разные стороны, пытаясь обнаружить достаточно широкую временную аномалию.
– Наблюдай за погоней – приказал Доу цвергу.
Сопли тот час доложил:
– У них что-то странное творится, босс. Спасалки отваливают. Может пожар на борту. Может так разогнались так, что затормозить не могут. А может еще какая напасть. Опля! Истребитель. Погнался за нами. Пока только один.
– Видно ты здорово их разозлил – проворчал Доу –Уж лучше бы держал язык за зубами.
Гат был теперь полностью поглощен своим занятием и не обращал внимания на поведение имперского крейсера. Капитан сосредоточил все внимание на одном из экранов, где поплавок, как будто бы попал в пространственное возмущение и слегка подрагивал, раскачиваясь из стороны в сторону. Но, видно, временное течение было не таким уж сильным, потому что металлический бочонок очень скоро вернулся в прежнее положение.
Время растекается одновременно во все стороны, не знает пределов и подчиняется своему правилу. Оно как река – если дна не видать – воды текут медленно и величаво. На мелководье спокойная речушка превращается в бурный поток. Где на поверхности рябь – временная сущность создает завихрения. Ну а если во всю буйствует стихия – перестают действовать прежние законы, и свет пронзает пространство стремительным броском. Временные течения капризны и непостоянны. Однако опытный пловец может всегда может отыскать брод.
Наконец один из буйков ощутимо рванулся вперед, так что корпус «Лахудры» слегка покачнулся. Гат выправил курс, вздрогнули остальные поплавки. Если временное течение окажется достаточно мощным, космояхта сможет развить скорость в несколько раз превышающую скорость света.
– Только не говори, что это я опять во всем виноват – пробормотал Сопли – Откуда мне было знать, что эти недоумки так оскорбятся.
Гат смолчал, и Цверг вновь хлопнул капитана по коленке. Обращая его внимание на произошедшее, Сопли произнес:
– Торпеда. Они выпустили по нам торпеду. Спорим на двадцать кредов, что лично я тут совершенно ни при чем…
– Кажется, мы вошли в поток – пробормотал Доу, отрываясь от своих экранов – Торпеда? Да они сошли с ума. Это же самоубийство! Ведь если нам удастся скрыться – торпеда начнет искать новую цель, и им не поздоровится
– А ты уверен, что нам удастся скрыться? – с любопытством поинтересовался цверг – Понимаешь, приятель, на Сиросе у меня остались кое-какие делишки. Прежде чем отправиться на тот свет, хотелось бы кое с кем рассчитаться. А то получается, что я бессовестный лгун и обманщик. Куче народу это может не понравиться.
– Делишки? – возмутился Доу и бросил на цверга такой взгляд, что будь у Сопли хоть капелька стыда, что он обязательно укрылся бы в своей картонной коробке – Да ты понимаешь, что своим сквернословием ты спровоцировал межзвездный конфликт. Тысячу раз я говорил тебе – держи язык за зубами. Если видишь, что кто-то не понимает твоих шуток – молчи в тряпочку. Нам не нужны неприятности…
В этот момент произошло раздвоение – обычная штука, когда преодолеваешь световой барьер. Два совершенно одинаковых Сопли, один позади другого, принялись виновато оправдываться:
– Ну че ты разоряешься, шеф. Все нормалек. Гляди-ка – тебя уже двое – значит, мы провалились в дырку. И теперь синим мудакам нас теперь ни за что не догнать…
Раздвоение – штука не очень-то приятная. На какое-то мгновение Доу ощутил два желудка, два печенки и целых четыре почки, напоминающей себе легкой, ноющей болью. Пара лишних глаз отделилась от глазниц, и Гат на секунду увидел себя со стороны – спинка пилотского кресла, выпуклый нечесаный затылок, оттопыренные уши и мятая, съехавшая на затылок фуражка. Все предметы обзавелись двойниками – навигационный стол удлинился и своим краем въехал капитану в коленки, прозрачная передняя стенка палубы установилась где-то на уровне лица, а старинные песочные часы на специальной, привинченной к полу подставке мягко воткнулись в подбрюшье. Затем объекты-двойники стали расплываться в воздухе, отдаляться, словно звездный ветер подхватил и потащил их за собой.
Доу удовлетворенно вздохнул – космояхта успешно преодолела световой барьер. Какая из нескольких гонявшихся друг за другом «Лахудр» может считаться настоящей, теперь было не разобрать. Капитану казалось, что он находится и там и тут одновременно. Выверты ли это человеческого сознания, или действительно яхта произвела на свет двойника – Доу ни в чем не был уверен. Каждый раз после раздвоения требовалось некоторое время, чтобы прийти в себя и справиться с необычными ощущениями.
– Как все прошло, босс? Ты что, отрубился что ли? – Сопли забрался Доу на коленки и трепал его по щекам. – Бросай эти свои штуки. Давай открывай глаза. Я ведь ни черта не смыслю в кораблевождении и не смогу выбрать правильный курс.
Гат приоткрыл веки. Цверг плясал у него на коленях, коготки нижних конечностей оцарапали капитану живот. Ощущая на своем лице тяжелое дыхание Сопли, Доу произнес:
– Слезай с меня, животное. Займись двигателями. Правый дизель что-то стучит. Проверь груз – может рыбкам требуется помощь. И вообще, не мешало бы прибраться на нашей помойке…
– Оп-ля! Пацан кажется приходит в себя – прокомментировал цверг, спрыгнув с коленок Доу на пол – Только открыл глаза – как у Сопли тут же появляется куча работы. Может кое-кому стоит время от времени менять привычки? А слабо предложить своему механику стопку псоньяка в честь успешного раздвоения? Что, нет настроения? Ага, понимаю, нужно проверить то, проверить сё! Скажу честно – хреновая это традиция, кэп! Мне не по нраву…
Прислушиваясь к своим внутренним ощущениям, Доу сполз с пилотского кресла. Покачиваясь, он сделал несколько шагов вперед. Как падшая женщина, «Лахудра»-двойник выставила для обзора свою восхитительную корму. Приближающиеся звезды превратились в какие-то размытые цветные пятна, а бесформенная туманность слева явилась скопищем феерических мерцающих огоньков. Ни один звездный луч не смог догнать космояхту, и «Лахудра», оставляя за собой полный мрак, бесплотным призраком неслась навстречу судьбе.
Мелькнула легкая тень. Доу успел различить рваные, ассимитричные очертания эллурианского истребителя, который несколькими минутами раньше стартовал с корабля-матки и продолжал преследовать их. Мираж исчез в одну секунду, и ослепительная вспышка эксплозии ослепила экипаж «Лахудры»
– Что это было, кэп? – вскрикнул цверг, копошащийся в куче оберток на полу – Кто-то откупорил шампанское? Не могли предупредить что-ли? Я чуть в штаны не наложил.
– Торпеда – ответил Доу – Это был взрыв антиматерии. Торпеда эллуринцев нашла свою цель. Надеюсь, кто-нибудь из них уцелел…
– Главное, выжили мы с тобой, кореш – набитым ртом заметил Сопли. В лапках он держал извлеченное из коробки печенье и с хрустом его обгрызал – Что касается остальных, то тут ничего не попишешь – значится такая у них судьба. Не хочешь ли подкрепиться?
С этими словами цверг протянул в лапках обкусанную с одной стороны печеньку.
– Пойду наверх, уточню курс – произнес Гат – А ты, займись, наконец, электродвигателем. Не думаю, что ты желаешь попасть в космическую пробку.
– Один момент, босс – промычал жизнерадостный цверг – Все будет путем. Я только прикончу эту пачку хрустяшек и сразу же изображу грандиозный ремонт. Уж можешь мне поверить…
Улыбаясь и покачивая головой, Доу поплелся уточнять курс.
В несколько шагов он обогнул металлические стеллажи и приблизился к бесполезной после светового прыжка обзорной сфере. Внутри устройства все перемешалось: кольца, планеты и туманности. Искусственный интеллект терялся в непривычных условиях и выдавал безумную картинку звездной трясучки. Постучав пальцем по гладкой поверхности и убедившись, что прибор реагирует на прикосновения, Гат прошел мимо высохшего бассейна к металлической лестнице, торчавшей у входа в жилой отсек.
– Кафф! Горячий кафф! – выкрикнул появившийся из завалов самоходный каффейник, похожий одновременно и на стиральную машину, и на сварочный агрегат.
– Не сейчас, малыш – ответил ему Доу и направился к лестнице в центре палубы.
Забраться в верхнюю рубку было минутным делом – главное крепко цепляться за металлические перекладины и не грохнуться с пятиметровой высоты. Через раскрытый люк Доу проник в навигационный отсек и перевел дух.
Уютная некогда рубка, откуда пилоты управляли круизным судном, выглядела непрезентабельно: потухшие, запыленные табло на главном пульте, потрескавшиеся стекла, болты, торчавшие прямо из обшивки – все говорило о том, что здесь похозяйничал неутомимый Сопли.
Первым делом капитан «Лахудры» извлек из потаенного местечка ароматную эллурианскую сигару. Раскурив ее, он распахнул иллюминатор. Рубку наполнил легкий, прохладный, наполненный терпкими ароматами ветерок искусственной атмосферы. Щелкнув тумблером на пульте управления, Доу привел в действие резервные системы управления кораблем. Снял со стены висевший на крючках штурвал и вставил его в пазы рулевой колонки. Через секунду на рукоятках штурвала заплясали разноцветные огоньки.
Настало время заняться космонавигацией.
Угодить во временную щель может каждый, а вот для того, чтобы правильно сориентироваться в пространстве и вывести космический корабль к нужной точке, следовало постараться. Для наблюдения за звездами, превратившимися в размытые цветные точки, Доу-навигатор использовал старинный секстан и сложную систему соединенных между собой оптических телескопов. Для начала он взял в руки объемную карту галактического рукава, отпечатанную на шелестящем, покрытом пленкой куске специальной бумаги, и стал вертеть и так и этак, стараясь добиться совпадения картинки на карте со звездным пейзажем, открывшимся за окном. Вычислив начальные координаты, Доу ввел полученные данные в бортовой калькулятор и принялся с помощью секстана и обзорных труб уточнять углы звездных направлений. Подобная работа требовала аккуратной скурпулезности, и Доу несколько раз начинал все сначала. Закончив, наконец, расчеты, капитан в две минуты проложил новый курс и сориентировал «Лахудру» по направлению к Сирос-звезде, конечной точке путешествия. Конечно, в предварительный план могла вкрасться какая-нибудь ошибка, но навигатор рассчитывал исправить ее позже, обязательными дополнительными измерениями.
Тлеющая сигара едва не выпала изо рта Доу, когда из раскрытого иллюминатора появился вертунчик. Его легкие крылья принялись выписывать круги прямо перед лицом капитана. Вертунчик – безобидное, величиной с крупную стрекозу насекомое, попало на «Лахудру» во время недавнего путешествия на одну из планет системы Виноградной Грозди. Сопли, ярый противник безбилетных пассажиров, гонялся за вертунчиком по всем отсекам, но так и не сумел поймать бойкое насекомое. Доу с улыбкой взял сигару в руку, и вертунчик принялся обмахивать человеческую руку парой своих бешенно вращающихся лопастей.
Сработало внутренне переговорное устройство, и раздраженный Сопли, тычась носом в теплую поверхность экрана произнес:
– Эй, шеф. Кажется у нас проблемы. Русалки проснулись и требуют завтрак. Я не могу с ними сладить. Они разбежались по все отсекам и голосят так, что уши закладывает. Если ты уже обкурился, то можешь поучаствовать в охоте.
– Проблемы с грузом – твоя забота – ответил Доу – Ты же обещал, что они будут спать еще две недели.
– Температурный режим, кэп. В каютах слишком жарко. Вот они и вылупились. Какая-то тля установила климат на «умеренно-тропический». Жарко, как в бане. В общем, кэп, если ты не поторопишься – красотки разнесут каюты и доберутся до палубы.
– Какого черта мы вообще с ними связались? – выкрикнул раздосадованный Доу. Он только на минуту представил, как земноводные твари начинают заполнять отсеки «Лахудры» и ему тут же стало не по себе.
– О, капитан, это была твоя идея – тут же отозвался цверг – Помнишь, ты еще говорил, что нужно задурить головы таможенникам.
– Да, я говорил, что стартовать порожняком – подозрительно. – неуверенно произнес Доу – Следовало хоть как-то заполнить декларацию. Показать, что мол проведена торговая операция, трюмы заполнены…
– И ты еще говорил, что подойдет любой недорогой хлам, лишь бы его вывоз был одобрен имперским советом. Хоть рога единорогов, хоть суп из болотных русалок…
– Ну я же говорил образно. – чувствуя, что опять остается крайним, принялся оправдываться Гат – Думал, что ты сообразишь. Это была обычная шутка…
– А вот не надо шутить там, где речь идет о проведении торговых сделок. – удовлетворенно отрезал Сопли – К твоему сведению, единороги на Эллурии не водятся. Думаешь, легко было сбить цену на болотных русалок, когда одна тварь на рынке стоит шесть кредов. А мне, между прочим, удалось приобрести всю партию по полторы за штуку. И до сих пор я не услышал ни одного слова благодарности. Кстати, у тебя за спиной порхает виноградная тварь. Я за ней давно охочусь. Так что предлагаю поменяться местами – ты начнешь готовить свой суп, а я погоняюсь за вертунчиком. Безбилетники – за борт! Славная получится у нас охота.
Капитан «Лахудры» вздохнул и отключил коммуникатор. Деваться было некуда. Если он не желает, чтобы земноводные захватили корабль, то медлить не следует. Спрятав карту в шкаф и заблокировав резервное управление кораблем, Доу спустился на палубу.
Громогласный рев, доносившийся из-за прикрытых створок пассажирского отсека, заставил его зажмуриться. Крики эллурианских русалок напоминали одновременно и шум огромного водопада, и рев скоростной турбины, и визг изношенных автомобильных тормозных колодок. Вжав голову в плечи, Гат бросился на помощь своему механику.
Нечего было и думать заставить голосящих тварей отправиться обратно в аквариум. Огромная емкость из дымчатого стекла не пролезала ни в одну из дверей пассажирского отсека, а потому громоздилась прямо в коридоре, загораживая собой весь проход. Эллурианские русалки – такие милые и симпатичные, если не слышать издаваемых ими звуков, с большими кукольными головками и огромными почти человеческими глазами, с чешуйчатым, покрытым цветными пятнами хвостом и короткими перепончатыми лапами ползали повсюду так, что ступить было негде. Сопли вооружился шваброй и размахивал ею как флагом стойкой, но погибающей республики. Доу отрыл дверь одной из кают и крикнул цвергу:
– Загоняй их внутрь.
Спустя два часа экипажу «Лахудры» удалось справиться с нашествием диковинных существ. Заперев дверь кают-компании ставшей на время зверинцем, Сопли произнес:
– А они милашки, эти наши подружки. Только ревут, как стадо идущих на живодерню бизонов. Может быть, мне удастся разучить с ними песню-другую…
Нарушая все известные физические законы, «Лахудра» преодолевала расстояния со скоростью во много раз превышающую скорость света. Она проносилась мимо звезд как черный многоликий призрак. Ни один лучик света не успевал коснуться ее поверхности, ни одна космическая пылинка не ощутила на себе ее прикосновения. Яхта плыла вне времени и пространства, и только пилоты идущих параллельным курсом кораблей краем глаза замечали проносящийся туманный образ. Но в космосе полно чудес. «Одним призраком больше, одним меньше» – рассждали пилоты. Подобные частые явления ни у кого из них не вызывали интереса.
Как и появление на борту корабля призраков-андрогинов, вечных зездных скитальцев, загадочных и безмолвных.
Привидения-мыслеформы частенько заглядывают звездолеты, нарушающие равномерное течение времени. Умудренные опытом астронавты поговоривали, что с призраками можно даже порассуждать о вечном, что андрогины охотно делятся знаниями и выдают толковые советы. Но сколько капитан «Лахудры» не вопрошал их, не дождался от туманного облачка ни единого словечка в ответ. «Все это враки насчет призрачного разума» – раз и навсегда решил для себя Гат Доуэт и вообще перестал обращать на них внимание.
Прошло трое суток с момента старта корабля. По расчетам капитана выходило, что космояхта приближается к конечной цели путешествия, планетной системе Сирос. В окружающий космос были сброшены буйки, металлические тросы втянуты обратно в грузовой отсек, задраены все люки и снят защитный «кокон», который оберегал корабль во время экспедиции. «Лахудра» готовилась к торможению.
– Если ты сейчас же не оставишь своих милашек в покое – рычал Доу на своего механика – Я сначала сварю из них суп, а потом примусь за гуляш. Жаркое из цверга – всегда мечтал полакомиться редким блюдом.
– Но, но, кэп. Жрать членов экипажа позволено только в исключительных случаях – отмахивался Сопли – А у нас еще полно печенюшек. Ты только посмотри, что наши красавицы вытворяют. Никогда бы не подумал, что они способны понимать команды и отличать ноту «ля» от ноты «си».
Сопли расхаживался по палубе перед хором эллурианских земноводных красавиц, распустивших перед ним своих хвосты и старательно выпевал что-то из классики.
– У них просто исключительный музыкальный слух – разорялся цверг – Милашки способны повторить любую последовательность звуков. С ума можно сойти. Девочки в своей жизни просто ничего путного не слыхали, вот и подняли ор, как в первый день творения. Если наших девочек хорошенько натаскать, то получится такой хор, который забьет любую инструментальную группу. Скажи, кэп, мы и вправду будем готовить из них суп? Признаться, не хотелось бы причинять им вред. Может, лучше наполним водой бассейн и устроим шоу «Поющие прелестницы». Клянусь – желающих их послушать найдется туча.
Цверг потратил уйму времени на общение с эллурианскими русалками и очень к ним привязался. Он сутки напролет проводил в обществе поющих земноводных и теперь разучивал с ними новую арию.
– Запри их в кают-компании. Мы вошли в сферу притяжения Сироса – сказал Доу – Я начинаю торможение. Если тебе на это наплевать, можешь не пристегиваться сам и не пристегивать своих подружек. Я не буду соскребать вас со стены.
– Умеешь ты уговаривать – проворчал цверг. Он повернулся лицом к толпящимся русалкам и скомандовал – Все, девочки, кыш на место. Самое время баю-баюшки-баю. Я напою вам потрясный сон, такой, что вы даже не захотите просыпаться…
Сопли поманил русалок за собой и направился к двери. Не сводя с цверга очаровательных глаз, тоненько подвывая и топча друг друга земноводные заковыляли следом. Пока цверг укладывал своих подопечных, Гат решил не терять времени даром и перекусить перед торможением.
Пищевой автомат, работающий когда-то на Службу Галактического Питания, прогуливался неподалеку и подмигивал разноцветными огоньками, выражая готовность обслужить каждого, у кого найдется хоть немного мелочи. Доу порылся в карманах и не найдя ни одной монетки проговорил в приемник:
– Кафф с сахаром и молоком. В кредит. Капитану судна.
Автомат, повысивший в словесных баталиях с механиком «Лахудры» лингвистический опыт, отреагировал мгновенно:
– Сначала гони монету! Тоже мне придумал, в кредит. Я и слова такого не знаю.
Доу остолбенел. Его лицо залилось краской. Поправив съехавшую на затылок фуражку, Гат треснул кулаком по говорильнику:
– Что ты сказал? Что ты сказал своему капитану?
Автомат захлопнул монетоприемник и тут же выпустил аварийный огни:
– Внимание! Неуправляемый потребитель! Угроза грабежа! Всем устройствам от Галактического питания, немедленная эвакуация!
Встав на маленькие колеса и голося, он покатил от разъяренного капитана. В дверях атомат столкнулся с ухмыляющимся Сопли.
– Проблемы, кэп? – нахально спросил цверг – Железный паскудник не желает подчиняться? Сейчас мы это уладим.
Ловким движением Сопли опрокинул кибернетического служашего на пол и принялся рыться у него в потрохах.
– Это нарушение договора о потреблении за наличные – верещал повергнутый истукан – Вторжение в дебет расценивается как тяжкое преступление и карается тюремным сроком… Убери руки, грабитель!..
– Сейчас, – плотоядно ухмыляясь проворчал Сопли, отбросив в сторону крышку приборной панели – Где-то тут была кнопка сброса. Сейчас я тебя обнулю…
Автомат в последний раз вскрикнул, дернулся и затих. Цверг выгреб из кассы монетки, поставил устройство на колеса и удовлетворенно отметил:
– Всего и делов. Пусть мошенники из Галактического питания наживаются где угодно, но еще не было случая, чтоб цверг прошел мимо такого безобразия, когда бездушный автомат отказывает капитану в кредите.
Он ссыпал монетки закрепленный на поясе кошель, пинком включил обездвиженное устройство и проговорил:
– Босс, попробуй-ка еще раз что-нибудь у него заказать. Все долги списаны и можно снова хавать в долг.
– По-моему ты забыл поделиться выручкой – мрачно заметил Доу – Из нас двоих только я всегда ему платил наличными.
– Выручкой? – удивился Сопли – А, ты имеешь в виду ту крохотную сумму, которую мне удалось заработать на маленьком гоп-стопе?
Цверг почесал себя за ухом, ухмыльнулся и виновато развел лапами:
– Извини, шеф. Это не в моих правилах. Дельце-то я провернул в одиночку. Значится и весь выигрыш мне. А со свидетелями делиться не полагается. Правда, если они собираются настучать легашам…
Немного поразмыслив Сопли стукнул истукана по железной спине:
– Впрочем, ты прав. Две чашки каффа. С сахаром и молоком. Я плачу.
Еще не вполне включившийся автомат вяло огрызнулся:
– Псы помойные! Это вам даром не пройдет! Молока нет. Будете пить черный, чтоб оно у вас в глотке застряло.
Отлив в пластиковые стаканы две порции каффа автомат обиженно отъехал в сторону и принялся ругаться последними словами.
– Хлебаем по-быстрому и по местам! – Распорядился Сопли, которого пугала мысль о предстоящих маневрах «Лахудры» – Как бы нам не проскочить свою станцию. Вот будет номер, если на полном ходу мы влепимся в какой-нибудь мусоровоз.
Покончив с делами, экипаж космояхты расселся по креслам. Для цверга спинка сиденья была несколько высоковата, передние конечности едва дотягивались до подлокотников. Обвязав себя страховочными ремнями, он испуганно затих. Гат уцепился обеими руками за пульт и принялся считывать с экранов служебную информацию.
Путешествие подходило к концу. Успех всего предприятия зависел от того, насколько удачным будет торможение. Удастся ли «Лахудре» вынырнуть из временного потока в расчетной точке? Успеет ли Доу увернуться от внезапно возникшего препятствия, если вдруг перед «Лахудрой» материализуется метеорит или другой космический корабль? Гат был уверен, что не допустил ошибок в расчетах, но червячок сомнения все же его беспокоил. За несколько лет звездных странствий случалось всякое, Доу привык к неожиданностям. «Главное – считал он – не мельтешить, не менять своих решений и твердо исполнять то, что задумал». Эта мысль несколько успокоила капитана. В самом деле, сколько сложено голов при попытке что-нибудь улучшить в последний момент. Уж лучше положиться на судьбу и делать вид, что план почти сработал.
Доу бросил взгляд на своего спутника. Цверг корчился от страха, зажмурив глазки. капитан посочувствовал товарищу – Слияние Сопли переносил гораздо хуже чем Раздвоение. Наверняка цверг опять перепачкает кресла. «Так ему и надо, паскуднику – решил Гат – не будет зажиливать общую выручку». Затем капитан «Лахудры» еще раз сверился с данными бортового самописца, положил правую ладонь на рукоятку «газа» и резким рывком вывернул ее в положение «обратная тяга».
Корпус яхты испуганно скрипнул. Хотя искусственная гравитация немного смягчила перегрузку, в глазах у астронавтов запрыгали белые мячики. Цверг повис на ремнях. Корма призрака-двойника, маячившая неподалеку, приблизилась настолько, что Доу смог разглядеть заклепки на стальных бортах. Нечто не имеющее осязаемых очертаний набросилось на астронавтов и принялось исполнять неистовый танец на костях. На стеллажах позади астронавтов жалобно завыли предметы. «Это конец!» – пропищал насмерть перепуганный Сопли. Доу почувствовал, как холодеют его руки.
В момент слияния Гат ощутил, как это нечто врывается в его сознание и расставляет все по своим местам.
И все закончилось.
Это произошло.
Словно невидимый волшебник сбросил черную накидку.
Яркий блеск звезд на секунду ослепил астронавтов. Сирос-Солнце – заполнило собой пространство. Корона гиганта редкими всполохами развлекала астронавтов, а черно-бурые пятна на теле вспучивались и испускали пугающие языки пламени. Сирос Малый – крохотная холодная планета вынырнула сбоку и поплыла, словно приглашая повнимательнее рассмотреть ее щербатую поверхность. Сирос Средний, небесное тело побольше, качнулось в волнах звездного моря и скрылось за пламенеющим диском. Сирос Большой – единственная обжитая планета, появилась прямо в центре горящей звезды, ее ночная поверхность мерцала бесчисленными огнями.
Включился радиоприемник, который забыли обесточить перед прыжком. Громкий жизнерадостный голос привел экипаж «Лахудры» в чувство:
– …зафиксирован станциями дальнего наблюдения. Правительство Эллурии не подтвердило сообщение о гибели крейсера. И это не единственная новость на сегодняшний день. Оставайтесь с нами, и вы будете в курсе всех событий, происходящих в галактике…
Доу решил, что «Лахудра» прибыла, наконец, на место. Радостно залаял Сопли:
– Черт, тебе это снова удалось. Не представляю, как ты это проделываешь. Дьявол тебя побери, босс, ты лучший из тех, с кем мне приходилось расхлебывать звездную баланду…
Мимо «Лахудры» пронесся межпланетный рудовоз. Пасти его ковшей равнодушно оскалились, а осколки перевозимой породы стеганули яхту по днищу.
– Куда прешь? Глаза что ли дома забыл? – завопил цверг.
Маленький каботажный катер вынырнул откуда-то снизу. Его пилот, обнаружив возникшее препятствие, выполнил такой глубокий вираж, что судно еще несколько секунд вращалось вокруг своей оси.
– Скрутило, как пружину – заметил Сопли. – Берегись, капитан. Тут полным-полно желающих нас протаранить. А впереди, по-моему, скоростной хай-вей.
Кольцо Врат мгновенного перемещения было повернуто к «Лахудре» тусклой мерцающей гранью. Из него словно искры из разведенного в бочке костра вылетали космолеты самых разных конструкций: толстые колбаски почтовиков, слегка приплюснутые шары грузопассажирских маршруток, космобаржи, тащившие за собой огромные связки неуправляемых металлоконструкций. Стремительный поток звездолетов описывал вокруг Большого Сироса светящуюся дугу и по мере приближения к орбитальным стоянкам рассеивался как туман. «Лахудра» успешно избежала столкновения с неповоротливым контейнеровозом, которого было не разглядеть из-под нацепленных ящиков и цистерн. Доу, перевел рукоять «газа» на «малый полный» и направил яхту вдоль транспортного потока.
Затрещало табло коммуникатора и на возникшем виртуальном экране появилось испуганно лицо дежурного диспетчера:
– Откуда вы взялись? Имеете проблемы с управлением? Почему нарушаете приоритет пропуска крупногабаритных грузов?
– Да имели мы этот мусоровоз! Он сам в нас чуть не вмазался. – пролаял Сопли, распуская ремни и спрыгивая на пол.
Диспетчер, молодой парнишка в оранжевом комбинезоне служащего Транспортной Конторы безуспешно пытался изобразить из себя этакого босса на дороге. Убедившись, что экипаж «Лахудры» вполне владеет собой, не пьян и не обкурен, сбавил обороты и после соответствующего предупреждения вполне миролюбиво предложил:
– Нуждаетесь ли в услугах проводника? Внешнее управление рекомендовано для всех транспортных средств, направляющихся на Сирос Большой. Это избавило бы дорожных инспекторов от постоянного контроля за вашими действиями. Финансовые издержки за нарушения Свода дорожных правил ложатся на компанию, предоставившую услуги лоцмана.
– Отвали со своими предложениями! – огрызнулся самоуверенный Сопли – Ты хоть знаешь, скока за это надо отвалить бабок? Да мы перлись от Эллурии до Сироса почти что на своих двоих и не заплатили ни песо штрафа. Ничего, как-нибудь справимся и тут.
Но Доу предпочел не рисковать и, изобразив виноватую улыбку, утвердительно кивнул диспетчеру. Он чувствовал себя неуверенно в плотном потоке космопланов и водовороте движущихся огней. У напуганного близостью чужих бортов капитана «Лахудры» просто кругом пошла голова.
На экране диспетчера тут же появилась расфуфыренная темнокожая девица с пестрой татуировкой на смазливой мордашке.
– Меня зовут Джин. – не медля ни секунды произнесла она – Я проведу ваш корабль до самой стоянки. Сообщите, когда будете готовы передать управление.
– И ты доверишь «Лахудру» этой красотке? – недоверчиво переспросил Сопли – Да ты только посмотри на нее! Ей бы только пялиться на себя в зеркало. Или вертеть задницей перед клиентом…
Девушка на экране и бровью не повела. Доу уже порядком надоели реплики цверга, он прикрикнул на Сопли:
– Заткнись. Если хочешь – бери пульт и справляйся сам.
– Ладно, шеф. Не такая уж она и дура по-моему. – тут же откликнулся Сопли – Может что-нибудь у нее и получится.
Гат включил внешнее управление. Лицо девушки оживилось:
– Благодарю вас, капитан – Джин, проигнорировала присутствие второго члена экипажа и, посверкивая глазами, обратилась только к Доу – Вы не будете мной разочарованы. Сообщите номер вашей причальной стоянки.
– Верхний ярус. Южная секция. Сектор 18, место 146. Оплачено за три месяца вперед – сообщил капитан «Лахудры», потягиваясь в своем кресле. Он заправил пульт управления в пазы на подлокотнике и теперь наслаждался заслуженным, приобретенным покоем.
– Если кто пристроился на нашем месте, гони их в шею – тут же добавил Сопли и предложил – Может встретимся как-нибудь вечерком? Возьмем бутылочку пузыристого, и я тебе расскажу про холмы Эллурии…
Джин, девица на экране не удержалась и прыснула.
– Может быть, может быть. – произнесла она – Я еще никогда не делала это с псиной.
Цверг задохнулся от возмущения:
– Нет, ты слышал это, шеф. Она обозвала меня псом.
Повернув свою морду к экрану, Сопли возмущенно пролаял:
– Да будет тебе известно, сучка ты этакая, что я самый настоящий чистопородный цверг. Я превосхожу псовых по резвости и сообразительности. И если в моих жилах и течет немного собачьей крови, то самая маленькая капелюшка. Напоминать мне об этом каждый раз – самое настоящее гадство.
Pulsuz fraqment bitdi.