© Максим Пичугин, 2022
ISBN 978-5-0056-7760-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Я не верю в прошлое
Я – господин Никто
Не определяющийся в поисковиках времени,
Не откладывающий на завтра то,
Что сегодня можно для нашего племени
Сделать, вопреки инерции масс,
Вопреки устойчивому курсу на пошлость…
Обновляющийся каждый раз,
Я – не сохранившийся в прошлом!
Знайте, стихи – пришельцы из Космоса!
Я устанавливаю контакт,
Чтобы вы, называющие себя взрослыми,
Увидели этот факт.
Знайте, стихи – это не ваша собственность!
Авторские права – придуманный суррогат!
Каждый раз в небе, подчеркнутом темными соснами,
Я наблюдаю стройный планет ряд
И понимаю: стихи – пришельцы оттуда!
А мы, поэты – падшие ангелы,
Которые, наслаждаясь гигантским космическим чудом,
Пытаются маленькими словами
Покрыть расстояние, проходимое звездным светом
За тысячи, миллионы лет!
Поэтому думайте, прежде чем надевать на себя поэта
Как рубашку или жакет.
Знайте, нет, пытайтесь понять просто…
Когда-нибудь у вас тоже может получится
Быть на земле и все же путешествовать в Космосе,
Словно вы – луч и
Одновременно солнечный зайчик,
Скачущий по чьей-то спине,
Которым забавляется тот вон маленький мальчик…
В каждом наглухо закрытом окне
Я вижу ваши глаза, которые
Все же еще открыты, ждут…
Ваши глаза, наполненные просторами,
Скованными цепями минут
Мне расскажут о том, что вы – падшие ангелы,
Вы – пришельцы с других планет…
А я попробую маленькими словами
Покрыть расстояние, проходимое звездным светом
За тысячи, миллионы лет.
Пусть эти строчки станут тропинками узкими, ведущими прямо к сути.
Буду прокладывать их без устали в дебрях словесной жути.
Думаете, поэт – это томный взгляд, любовь-морковь, охи-вздохи?
Нет, настоящий поэт – это голый зад современной ему эпохи.
Думаете стихи писать так легко, словно щёлкать семечки или орешки?
Нет, каждый стих – горящая головешка,
Вырванная из костра, который в груди вместо сердца у автора.
Это я не о всех стихах.
Лишь о тех, которые прочитают Завтра.
Пусть никогда я не стану крутым
Для современников, падких на тренды…
Но ежедневно, с Богом на ты
Мы сочиняем живые легенды.
И, отрешившись от слова «успех»,
Без мирового судьи – результата,
Я исповедую внутренний смех
И запредельный экстаз… без возврата
Чувством вины или страхом потерь,
Словно души отворилися шлюзы
И бытие – заколдованный зверь
Вырвалось с диким, безудержным блюзом!
Не упрекайте, дайте мне насладиться
Той тишиной, что так тщательно скрыта в шуме…
Вы так торопитесь… Дайте не торопиться!
Я разучился бегать с лицом угрюмым!
Не упрекайте, дайте мне быть нелживым.
Вот, почему то я не сложился взрослым,
Не научился мерять успех наживой…
Как-то с моим не вышло карьерным ростом…
Не упрекайте, дайте мне жить, не делать!
С ветром играть доверчиво дайте в прятки
И прижиматься разгоряченным телом
К телу земли… и что-то писать в тетрадку…
Холмы как свертки. В небе голубом
Невидимо присутствуют планеты:
Над образами трудятся поэты,
Не оставляя это на потом.
Лови свой час, возможно вдохновенье
Не станет ждать твоих ленивых рук.
Оно, как ветер, изменяет направленье
Не постепенно, но внезапно, вдруг.
И образы, как будто бы живые,
Тогда померкнут, исчерпав свой свет…
Что скажут о тебе потом другие?
И как они поймут, что ты поэт,
Когда один, не записав ни строчки,
Мечтательно сидишь ты за столом,
Рисуя черточки и ставя точки…
Но, впрочем, в измерении ином
Твои стихи, невидимые людям,
Живут, искрятся, излучают свет.
И может, вдохновлен другой поэт
Твоими образами будет.
У искусства нету верха или низа!
А поэзия – какая ж это боль?
Вдохновленный болью к счастью близок,
Только выразителен не столь
Как такой же, вдохновленный смехом.
В лабиринте мыслей путь найти —
Для поэта станет этим верхом
На его воинственном пути.
Да, поэт – это великий воин!
Он как горная река бурлив,
Но в иных местах и он спокоен
Несерьезен, ласков и шутлив…
Подружиться может с тихой прозой
Чтобы омут свой в реке создать
И наполнить ароматом розы
И узнать молчанья благодать…
Но пока я выбираю слово
Как угрозу тихому житью
Нету в этом смысла никакого,
Словно птичка ранняя, пою.
В себе поэта воскресив,
Я радость излучаю строчкой!
А прошлое, как нарратив —
Метафор добавляет сочность.
Мы умираем каждый миг,
Чтобы родиться вдохновеньем
Творца… и вот уж новый лик,
И новое стихотворенье…
это не мнение, это такая тоска:
то что утрачено, в детских попытках нарочных
мы создаём каждый раз, словно дом из песка…
гонки за счастьем… читается в них междустрочно
горечь проблем и долгов, одиноких дилемм
неразрешённость, какая-то злая фатальность,
тысячекратно отксеренная ментальность,
съёженность душ, на века растянувшийся мем…
это не мнение, это духовный дефект:
всё запланировать, ждать соответствия с планом,
в каждом событии видеть всего лишь эффект,
жизнь проводя в синусоидно-плавном
графике, вместе со всеми плывя,
в лодке, побитой червями сомнений…
эта действительность – плод суеты, напряжений…
так, в суете птицу-счастье ловя,
жизнь на далёкий «потом» отодвинув
люди сгибают под тяжкими ношами спины
люди болеют фатальным пожизненным сплином,
между собою по статусу кем-то слывя…
так происходит, а счастье никак не приходит:
на горизонте разлит его солнечный свет…
нами на счастье придумано много пародий,
праздников тусклых, в которых искомого нет…
рвутся ракеты, гремят оглушительно ноты,
льются напитки, обычно всегда через край,
в этом, конечно же, есть суррогатное что-то,
в этом – попытка вернуть потерявшийся рай…
только такая попытка обычно бесплодна:
счастье нельзя запланировать, в график загнать,
счастье вне времени в вечно-блестящем сегодня!
в каждом из нас словно кровь, словно мать
счастье живёт и течёт без конца внутривенно!
остановись, отдышись и присядь.
выдох и вдох, между ними, в застывшем мгновеньи
счастье живёт и течёт… словно кровь, словно мать…
Тысячеглазый, тысячерукий,
Перебирающий тонкие нити…
Всеисцеляющий, словно от скуки
Ткущий невидимо ткань событий.
Нас наделяющий внутренним Нечто,
Вечно живущий в текущем моменте!
Сверхсострадательный, сверхчеловечный
В сверхзасекреченном эксперименте.
Мои мысли – мои червята
проточили в мозгу ходы,
я глаза под банданой спрятал,
растранжирил всё то, что свято,
чтобы снова набрать воды.
Мои мысли – моё коромысло,
я специально добавил слог,
чтобы мир стал чуть-чуть осмыслен,
чтобы воду нести, не киснуть.
чтоб случайно не умер Бог…
и зарделся мой день закатом,
темнотой аккуратно скатан
разрисованный жизнью холст.
Из Космоса нам подмигивают пульсары,
Весёлыми квантами передавая кармический код.
А мы, всё вращаемся в колесе Сансары,
Поддерживая из года в год
Мифы, веря индейцам майя,
Сверяясь с датами чужого календаря,
А жизнь потихонечку ускользает…
И мы всё отчётливей понимаем,
Что жизнь протекает зря…
Что все эти маленькие делишки,
Которыми наполняются короткие наши дни,
Которые как-то похожи слишком,
Всё это – маленькие воришки,
Время крадут они…
Поэтому лица бывают хмуры,
Поэтому люди бредут понуро,
На улицах выглядят их фигуры
Как вопросительных знаков ряд
И кто-то быстро и нервно курит,
И кто-то, с горя нажравшись дури,
Втыкает в пространство взгляд…
А ночью нам всё твердят пульсары
Весёлые, будто бы не всерьёз,
Что выйти из колеса Сансары
Может и молодой, и старый,
Просто не расточая даром,
Время на жизнь-вопрос.
никому ничего не придумать нового,
но увидеть старое заново можно:
глазёнками детскими бестолковыми
обшаривать тёплый мир осторожно,
удивляться каждому впечатлению:
вот травинка, ягодка, вот лучик;
с независимым настроением
изучать строение тучи,
ничегошеньки не придумав,
каждый раз замирая счастливо…
мир – унылый для мена, вумен,
для ребёнка – он Настоящий.
Моя последняя жизнь, маленькая моя, теплая…
Смотрю на жизнь, веселясь в душе.
А люди вокруг – спрятались за своими стеклами,
Люди устраивают фуршет.
Не докричаться до них, звук – не ток.
Слова рифмуя, запросто можно сбиться.
Поэтому беру увесистый молоток:
Выпущу вас на волю – волшебные люди-птицы.
Летите, раньше могли вы смотреть лишь,
Но больше нету преграды хрупкой.
Поэтому предлагаю вам лететь выше крыш
И выше горных уступов!
Моя последняя жизнь, маленькая моя, теплая
Больше, жизнь, не принимаю тебя всерьез
Иду, похрустывая разбитыми стеклами,
Смеюсь – до слез.
Я знаю, что значит быть молодым:
Быть молодым – значит радоваться каждому мигу,
Читать до рассвета любимую книгу,
Молчать, когда другие вокруг кричат
Кричать, когда все вокруг сидят чинно, молча,
Я знаю, что значит быть молодым!
Быть молодым – это быть точно…
Первое цветение бытия,
Цветок, навстречу солнцу раскрывшийся!
Этот цветок – Я!
Я знаю, твердить не сбившись,
Одно и то же с разных сторон —
Вот наказание, вот праздник…
И все же быть для всех посторонним…
Я знаю… ты меня дразнишь,
Девочка в желтом платье с большой косой,
Девочка, седую обнажившая голову,
Утренней умывшись росой
Ты, старая девочка, выглядишь молодо.
Но холодно мне, когда ты рядом
Уходи уходи, разве я стар?
Перестань медленно убивать меня взглядом
Словно ты – американская суперстарр!
Перестань, от меня отстань,
старая девочка в желтом платье
Девочка, с большущей косой, хватит!
Я знаю, что значит быть молодым.
Pulsuz fraqment bitdi.