Потягивая из трубочек молочные коктейли, взятые в баре, мы продолжили разговор.
– Мы с Андреем ходили на «Ирбисе» несколько лет. Участвовали в соревнованиях, в многодневных походах. Попадали в шторма. Он умелый матрос: умел правильно поставить паруса и правильно галсировать. Не трусил, когда налетал шквал. Не жаловался, когда приходилось заниматься ремонтом судна или латать порванный парус. Да вообще, собственно говоря, не чурался тяжелой работы – вспоминал капитан.
Я не вмешивался в его рассказ, только молча цедил коктейль.
– Только в последнее время, часто был «в себе», в своих мыслях. Реагировал на разные события слабо. Улыбнется чуть-чуть и все. Или наоборот. Другие матом кричать готовы, а он лишь рыкнет недовольно и все. Разом охладел, что ли. Стал ворчать часто, к людям придираться. В общем испортился характер.
Капитан отвернулся к озеру и замолчал. Через десяток секунд повернулся ко мне и продолжил:
– А тут стали менять мачту на «Ирбисе». Так он весь изнылся. «Это ж какие деньжищи! Это ж какая-то одна мачта „несчастная“ тридцать штук стоит. Охренеть!»
Тут пришла очередь удивляться мне.
– А что? Действительно так дорого?
– Молодой человек – несколько покровительственно обратился ко мне капитан – парусный спорт вообще не из дешевых.
– А разве он не знал это раньше?
Мимо нас прошли морские скауты к выходу из таверны. Яков Владиславович снова заулыбался, по-отечески глядя на детей. Ребята покинули столовую. А мой собеседник ответил:
– Знал, конечно. Просто никто из нас ранее не придавал этому значения. Все прекрасно знают, содержание яхты – удовольствие дорогое. Но оно того стоит.
А вот Андрея «жаба задавила».
В общем, через какое-то время он перестал появляться на базе. Мы ему звонили поначалу, спрашивали, звали. А он отказывался под какими-то надуманными предлогами. Ну и перестал я ему названивать. Думали, депрессия – обычное дело. У всех бывает. Пройдет – сам вернется.
Только вот так он так и не вернулся.
Яков Владиславович вздохнул.
– Сколько времени прошло с тех пор, как он перестал появляться на базе? – уточнил я.
– Года два—три назад.
– А где он сейчас, знаете?
– Слухи ходили, что в торговлю подался. Магазин открыл – Яков Владиславович недовольно поморщился – а большего я и не знаю.
Мы распрощались с капитаном, и я пошел к оставленной перед входом в клуб, машине.
– Даааа! И из школы он ушел, и из клуба он ушел. Простым опросом свидетелей здесь не обойтись.
– А ты что думал, Леха? Сыскарю побегать надо, чтоб хлеб свой заработать. Не как попало!
– Пора поднимать мои старые связи.
– Работай, сыщик, работай!
За спиной осталась парящая белая чайка на синем фоне – для кого-то символ продолжающегося настоящего, а для Андрея Петровича – увы, прошлое.
– На что же ты поменял паруса и театр Андрей Петрович?
На открытой веранде кафе «У фонтана» не многолюдно. Середина недели. Разгар рабочего дня. Иногда заглядывает сюда офисный люд на бизнес-ланч, но долго не задерживается. Надо бежать по неотложным делам.
У меня сегодня «офис» здесь. Важная встреча, от которой зависит: успешны ли будут мои поиски. И все-таки в плохое верить не хочется.
У входа в кафе тормознула полицейская машина. Человек, вышедший из нее, практически ничем не отличался от других работников многочисленных офисов, находящихся в округе. Черные туфли, аккуратные брюки, светлая рубашка с короткими рукавами – ничего особенного. Мужчина поднялся на веранду и стал оглядывать кафе в поисках нужного человека.
Я подошел к нему сзади и приставил к спине вытянутые два пальцы, на подобии револьвера:
– Не меня ли ищешь, гражданин начальник!
Старый друг уже наизусть знал мои шуточки, поэтому спокойно в тон мне ответил:
– Именно вас, гражданин дезертир! Сдаваться будем?
– Будем – согласился я – но только не здесь. За столом удобнее протоколы писать.
Сергей развернулся. Мы крепко пожали друг другу руки и пошли к столику. Фигуристая официантка принесла нам ароматные шашлыки из телятины, овощи «на гриле», зелень, по большому бокалу черного, как смола, пива и молча удалилась.
Пару дней назад я позвонил своему бывшему сокурснику и попросил «не в службу, а в дружбу» посмотреть, есть ли какой-нибудь материал по Андрею Петровичу – может «засветился» он где-нибудь в наших правоохранительных органах в качестве свидетеля, подозреваемого или потерпевшего, может мельком, где фигурировало его имя. Найдется такой материал или нет, какого характера будет этот материал (если будет) – от этого зависело и направление моих дальнейших поисков.
Мой собственный поиск по интернету, к сожалению, ничего не дал. Несколько давних упоминаний о школьном театре, возглавляемым Андреем Петровичем поиску помочь не могли.
– Ну что, сразу к делу? – произнес Серега, задумчиво глядя на обтянутые юбкой крутые ягодицы удаляющейся официантки.
Я «сделал стойку»
– Что? У вас есть материал?
– Тебе повезло. Оказывается, даже было заведено дело.
Сергей замолчал, засунул в рот хороший кусок шашлыка и сделал большой глоток пива.
Вот зараза! Любит помурыжить.
С Серегой мы учились в одной группе в университете. Вместе готовили «шпоры» к зачетам, сдавали экзамены. И, конечно, вместе ухаживали за однокурсницами. Он прослыл любителем поинтриговать, создать эффект.
Вот и сейчас он выдерживал, прямо-таки, мхатовскую паузу. Эта пауза ему частенько помогала охмурить очередную пассию. А после университета это умение Сергей с успешностью применял во время допросов.
После очередного ответа подозреваемого «идущего в несознанку», выдержать паузу, а потом сразу атаковать лобовым вопросами с предъявлением доказательств.
Такая тактика частенько приносила Сергею плоды в виде разоблачения лжи допрашиваемых.
Я усмехнулся. Нервы у меня крепкие. Поэтому я тоже отдал должное шашлыку. Подхватив жаренную помидорку, я тщательно прожевал ее, тоже выдерживая паузу. Наконец, чтоб сделать приятное другу, я сделал вид, что сдался.
– Не тяни!
Серега довольно улыбнулся и демонстративно задрал нос.
Я пару раз кончиками пальцев похлопал по ладони, отдавая должное «театральным талантам» друга.
– Хотя, сразу скажу, особо-то не радуйся. Тебе еще долго придется копаться самому в этом деле. Но я же знаю, что тебе это в кайф – теперь усмехнулся он.
Я лишь перевел взгляд с шашлыка на Сергея и кивнул.
– Наберись терпения и слушай.
Года полтора назад в связи с одной махинацией вышли мы на ряд магазинов. Через них сбывали контрафактную продукцию.
Среди прочих в деле фигурировал некий индивидуальный предприниматель Ринат Габдулович Хурзумов и его магазин «Аппетит», ранее носивший название «Альбатрос» Известный тип. Привлекался к уголовной ответственности. По малолетке отсидел за хулиганку. Второй раз уже взрослым привлекался за мошенничество, но до суда не дошло.
В этот раз за недостатком улик суд признал его невиновным. В магазине на момент проверки контрафакта не было, хотя по нашим данным Хурзумов неоднократно сбывал такой товар ранее. Пришлось исключить его из дела.
– Кто-то постарался? – более подтвердил, чем спросил я.
Мы же не наивные детсадовцы – знаем, как такие дела делаются. Ясно, что его предупредили.
– Нет – возразил Сергей Павлович с ноткой злорадности в голосе – Никакой утечки информации не было. Он на самом деле оказался не при делах. Поставщик отправлял в «Альбатрос», а потом и в «Аппетит» только «чистую» продукцию. Незаконный товар шел через другие точки.
Рассказчик глотнул пива и забросил в рот очередной кусок мяса. Я понимал, что Сергей рассказал мне про этого Хурзумова не просто так, поэтому, набравшись терпения, тоже отправил в рот очередную порцию шашлыка. Подхватил пару колечек маринованного лучка и приготовился слушать дальше.
– Так. Понятно. Какое отношение это имеет к моему клиенту?
– Самое прямое. До недавнего времени магазин «Аппетит» – «Альбатрос» имел другое юридическое лицо. Совладельцами магазина «Альбатрос» являлись Хурзумов и твой клиент.
– Вот как! Вы интересовались, почему произошли такие изменения с магазином?
– Я знал, что ты заинтересуешься этим вопросом. Поэтому задал его следователю, который вел это дело.
Так вот, к твоему Андрею Петровичу тоже было несколько вопросов, как к свидетелю. Только опера его тогда так и не нашли, да собственно говоря, толком и не искали. «Де юре» к моменту «выхода» на этот магазин твой клиент уже никакого отношения не имел.
Никаких толковых объяснений на счет второго совладельца Хурзумов так и не дал: «Продал свою часть бизнеса. Больше ничего не знаю» Говорит, что тот просто исчез. Перестал выходить на связь.
– Вот как? А соседей опрашивали? Может было что подозрительное. Сам посуди, странное совпадение. Один из совладельцев магазина отказывается от бизнеса и сразу, исчезает. Шантаж? Похищение?
Но, Сергей ничем мне помочь тут не мог.
– Не знаю. Никто с заявлением о пропаже твоего клиента не обращался. Тела не обнаружено. В квартире с участковым побывали. Ничего особого не нашли. Квартиру на всякий случай опечатали, да так и оставили.
После исключения из дела «Аппетита» больше Андрея Петровича никто и не искал.
Сергей снова вернулся к еде.
– Серега, поможешь мне осмотреть квартиру? – с надеждой спросил я.
– Нет, Леха. Это противозаконно. Ты ведь знаешь, я такими делами не занимаюсь. Даже, ради тебя!
Кстати, ничего интересного там для тебя не найдется. Там нет ничего, что могло бы навести тебя на след.
– Серега, ну, я должен убедиться сам в этом. Ваши сотрудники, ведь, искали совсем не то, что ищу я. Личные записи, фотографии, файлы на компьютере.
– Кстати, компьютера в квартире не было. Разных личных бумаг тоже. В деле был протокол осмотра квартиры. Я его читал.
– А остальное?
Серега лишь пожал плечами.
– Но, в квартиру я тебя не пущу – и перешел на официальный тон – «Незаконное проникновение в жилище» – статья 139…
– Да, знаю я, знаю. А, если сделать санкцию?
– И это не выйдет. Ты же у нас, так сказать, не являешься лицом, исполняющим обязанности – «на дядю не работаешь». Так что, тебя туда и не подпустят.
– А, если в розыск? – продолжал я уговаривать друга.
– Розыскное дело тоже не получится завести.
– Ну, Серегаааа… – притворно-жалобно протянул я.
Раньше, когда я у него просил конспекты лекций, это действовало. Но, друг повзрослел и остался не преклонен.
– Все, Леха! Ты спросил – я ответил. И не будем… – мой собеседник добавил официоза в голосе.
Я и сам понял, что зарвался. Дружба – дружбой, а погоны на плечах.
Я взял бокал и допил пиво.
– Хорошо, Серега, – сказал я примирительно – Тогда хотя бы поговорить с соседями, с самим Хурзумовым, можно?
– Сколько угодно. Твое право. Если найдешь какой-нибудь криминал, давай сразу ко мне, уже официально.
– Спасибо за разрешение, гражданин начальник – я скорчил кривую улыбку.
– Пожалуйста, господин частный детектив – в тон мне ответил мой собеседник, выделив слово «частный».
– А фотография этого Хурзумова есть? – уже серьезно поинтересовался я.
– Обижаешь, начальник! – передразнил меня Сергей, состроив при этом широкую улыбку и оскалив зубы.
И друг передал мне конверт со всеми данными и фотографией, после чего мы целиком сосредоточились на теме вкусной и не очень здоровой пищи.
Часы в гостиной пробили шесть часов. Я вернулся домой всего лишь час назад.
Встреча с Серегой оказалась не только полезной для дела, но и приятной для души. Жаль, только встречаемся редко, только, когда есть повод.
Ладно, оставим эмоции. Сейчас надо сосредоточиться на работе.
Я поставил жирный знак вопроса, распечатал документ и повесил лист на доску возле рабочего стола.
К встрече с Ринатом Габдуловичем я решил подойти более обстоятельно, чем к предыдущим визитам. Возможны осложнения.
Напарник Андрея Петровича по бизнесу мог отказаться разговаривать с детективом. Он уже имел осложнения с законом, и недолюбливать органы следствия у него причины были. К тому же, если Хурзумов был причастен к исчезновению второго собственника магазина, то заинтересованности в поисках у него тем более не возникало.
А документы косвенно подтверждали эту мою версию. Смена юридического лица магазина могли произойти, только при участии Андрея Петровича. А вскоре после этого было обнаружено его исчезновение. Совпадение? Настораживает!
Итак, что следует выяснить из разговора с единственным владельцем магазина?
Я откинулся на спинку рабочего кресла и в задумчивости уставился на только что повешенный на доске лист бумаги:
«1. Почему клиент отказался от ведения бизнеса?
2. Связаны ли между собой передача Андреем Петровичем прав собственности на магазин и его исчезновение?
3. Причастен ли Хурзумов к исчезновению бывшего совладельца магазина?
4. Где теперь находится Андрей Петрович?»
На все эти вопросы получить ответы можно только у самого хозяина частного предприятия.
Дополнительный поиск в Гугле на запросы: Хурзумов, магазин «Альбатрос», дело о контрафакте, ничего нового мне не дал. «Органы» в лице Сергея больше помочь мне ничем не могут. Теперь надо работать самостоятельно и добывать информацию только в реальности.
Для начала я решил зайти в магазин. Хотелось понаблюдать – изучить обстановку на месте. Потом следовало выявить связи подозреваемого, его интересы, круг общения, чем занимается в свободное время. Придется посмотреть за ним несколько деньков. Это может дать ключ к поиску клиента. Или появится предлог для разговора с Хурзумовым.
«ДЕДукты» не спеша отсчитывали секунды. Тииик…, таак…, тииик…, тааак. Пришло время расслабиться.
Встав из-за стола, я потянулся. От долгого сидения за компьютером затекли ноги. Я заварил крепкий чай и вышел на балкон. После небольшого дождя было свежо. Подоконник у открытой створки окна балкона был влажным. С отлива падали капли. На ветке дерева, как раз напротив моего балкона, замаскировавшись среди мокрой зеленой листвы, сидела ворона и внимательно следила за мной, делая вид, что я ее вовсе не интересую. Поняв, что ее хитрость не удалась и она рассекречена, черная птица расставила крылья, наклонила голову вперед, распахнула клюв, с досадой заорала на весь двор: «Каррррр!» и улетела.
Эх, хорошо киношным шпионам! Микрокамеры в электронных мухах. Подслушивающие жучки. Таблетки правды. Усыпляющий бдительность газ. Все к их услугам.
А мне приходится рассчитывать только на собственные силы и внимательность.
Несколько дней я потратил на то, чтоб выяснить подробности жизни Рината Хурзумова, чья фотография заняла теперь почетное место на доске возле моего стола.
Хурзумов оказался патологически скуп, но экономил только на том, что не приносило прибыль или удовольствия.
В магазине была охранная сигнализация, а вот на тревожную кнопку для своих продавцов хозяин поскупился. Пожарная сигнализация в «Аппетите» присутствовала, но давно требовала ремонта.
Качество продуктов оставляло желать лучшего, но продажи поднимались за счет применения разных уловок: псевдоскидки, отсутствие ценников, сбыт лежалого товара, пересортица. Товар, который вернули недовольные покупатели, снова выставлялся на продажу. Цены не ниже, чем у конкурентов, зато приобретался товар явно по дешевке.
Мужчина редко появлялся в своем магазине, но дома не сидел. Бизнесмен вел насыщенную жизнь. Он посещал продуктовые базы и склады. Экономя, сам занимался снабжением магазина товаром и инкассацией. Часто ездил за город в свой двухэтажный особняк с женой или без нее.
Пару раз я заставал его с молодой брюнеткой. Это была та самая Оксана, с которой мне пришлось столкнуться на пляже у яхт-клуба. Я узнал, что она учится в нашем институте культуры. Судя по отношениям, Оксана была любовницей Рината. А Ринат оплачивал ей учебу и мелкие «дамские капризы» в виде различных шмоток. Видимо расходы на студентку того стоили.
Я не полиция нравов. У меня другая задача. Позарез был нужен допрос хозяина магазина, о том, куда делся его напарник. Я искал подходы к Хурзумову.
Шантажировать владельца «Аппетита», что о любовнице узнает жена, мне совершенно не хотелось.
Шантаж – метод грубый, грязный. Я избегал им пользоваться, даже в интересах дела.
Такой разговор настроит Хурзумова против меня. А я всегда предпочитал встать на одну сторону с подопечным. Человек, который сотрудничает со следствием добровольно, расскажет больше, чем под нажимом.
Подход к владельцу магазина надо было найти, как можно быстрей.
Во время сбора информации о Ринате я заметил «конкурента». Жена бизнесмена тоже хотела знать, где и с кем проводит время ее муж. Она явно подозревала его в неверности. Сам бизнесмен не замечал ничего. Самоуверенность или невнимательность могли вскоре погубить его. Незадачливых любовников ожидало справедливее возмездие.
«ДЕДукты» показывали только шесть, но уже темнело. Машины проезжали с включенными фарами. Дворники работали с максимальной нагрузкой, но не успевали очистить стекло от струй дождя. Автомобили «проплывали» мимо очень медленно. Монотонный стук дождя по бамперу и крыше машины навевал скуку. «Конкурента» не было видно. То ли он уже отчитался заказчице и прекратил преследовать Рината, то ли по неизвестной причине сегодня пренебрегал своими обязанностями. В любом случае до него мне не было дела. Главное, не мешал.
Я включил чуть громче любимую композицию из «Крестного отца» в исполнении оркестра Поля Мориа и в очередной раз взглянул в панорамное окно кофейни, возле которой припарковался. С водительского места прекрасно просматривался столик возле массивной колонны, за которым «ворковали» Ринат с Оксаной.
Впереди мигнув поворотником, припарковалась белая «Рено» жены бизнесмена. «Конкурент» все-таки слил информацию. Из нее вышла владелица в дорогом светлом брючном костюме. Прикрывшись от струй воды зонтиком, двинулась в кофейню. Предвидя возможную сцену между женой Рината и Оксаной, я понимал осложнения, грозящие неверному мужу. В моих планах было предотвратить скандал.
Дело не в мужской солидарности, как могли бы подумать женщины, а в необходимости получения информации.
Часы на руке стали быстро—быстро отсчитывать секунды. Тик. Так. Тик. Так. «Сейчас прольется чья-то кровь. Сейчас прольется чья-то кровь. Прольется…» напевая арию из мультфильма, я стал выбираться из машины.
Как действовать? Еще не решил.
Импровизация! «Домашних заготовок» не имеется.
Я выскочил под дождь. Машина печально пропищала в ответ на сигнал пульта.
Вслед за женой Рината я вошел в кофейню.
Раздался женский торжествующий возглас. Подозрения ревнивой жены подтвердились. Наконец-то она застала мужа в обществе очаровательной брюнетки. Женщина двинулась к их столику, как неотвратимое возмездие. Я, не привлекая внимания, прошмыгнул за колонну у бара и стал наблюдать за подопечным.
У неверного мужа расширились глаза. Едва не опрокинув чашку с горячим кофе на свои черные джинсы, Ринат встал. Звякнула ложечка, упавшая на каменный пол, словно гонг дающий сигнал к началу боя.
«Господа и дамы, сегодня на нашем ринге встречаются два бойца супертяжелого веса.
Справа находится Ринат. Он сегодня выступает в темной форме. Его соперник в белом.
Встреча обещает быть интересной.
Однако, бой уже начался…»
– Д-д-дорогая, что ты здесь делаешь? – Ринат растерялся и начал заикаться.
«Даааа… боец в темной форме явно не был готов к встрече со столь грозным соперником»
– Да вот, зашла кофейком согреться, милый. – язвительным тоном произнесла жена. На лице появилась зловещая улыбка. Она продолжала, медленно подходить к столику, уперев кулаки в бока.
Словно только что заметив, добавила: – Да ты еще не один!
«Противник в светлом перешел в активную атаку. Хук справа…»
– А мы тут… с товарищем… – Ринат, пытаясь найти оправдания, опустил глаза. Руки беспорядочно мяли салфетку.
«Боксер в темной форме уже морально смят и не смог толково поставить блок, за что и поплатился»
– Вижу, что «с товарищем!»
Я давно подозревала… Говорили мне, а я не верила… – накручивала себя женщина. Она говорила все громче и громче. Немногочисленные посетители кафе стали оборачиваться.
Бизнесвумен подошла к столику парочки вплотную и уже нависала над неверным мужем.
«Боец в светлом, легко преодолел защиту соперника. Какой напор! Противник отступает и оказывается в углу ринга.»
Девушка за столом в панике безуспешно пыталась спрятаться за вазой с цветами.
– Бабник! Мерзавец! Раздавлю! – кричала разъяренная жена.
При этом она размахивала, далеко не миниатюрными кулаками с золотыми кольцами на толстых пальцах. Персонал кофейни заволновался. Но подойти к скандалистке никто не решался.
«Серия ударов достигает цели. Это уже нокаут!
Еще немного и спортсмен в темной форме рухнет на пол, получив нокдаун. Рефери откроет счет. Впрочем, техническое поражение уже можно дать.
Даааа! Такой бокс нам не нужен».
Глаза уличенного в «преступлении» мужа лихорадочно бегали. В любой момент от словесных «ударов» обманутая женщина могла перейти к физической расправе. Стоящая за стойкой бара девушка достала тревожную кнопку.
Но тут пришла помощь, откуда не ждали, в моем лице. Спасать надо было не только незадачливого любовника, но и персонал кафе. Вызов ГБР не входил в мои планы.
«Уважаемые дамы и господа! Поединок прерывается по техническим причинам. Бойцу в темной форме надо еще показания давать».
Старательно сделав вид, будто только что зашел и не видел предыдущей сцены, запыхавшись, я подошел к их столику.
– Здравствуйте, Ринат! – я пожал его вялую руку.
– Здравствуй, Оксаночка! Прости, что опоздал. Эти пробки. Дождь – я элегантно приложился губами к кисти, брюнетки. Та широко раскрытыми глазами смотрела на меня. Супруги, не менее изумленно буравили меня взглядами. Повисла тишина.
Продолжаем ковать железо, пока не остыло.
Я развернулся к Ринату с женой.
– Моя очаровательная партнерша уже ввела вас в курс дела? Надеюсь, вас устраивают наши условия поставок?
Владелец магазина несколько раз хлопнул глазами и как рыба на воздухе, только открывал рот. Так и не поняв, о чем идет речь, наконец, он медленно произнес:
– У-устраивают…
– Вот и чудненько – я подарил широчайшую улыбку супруге Рината и продолжил тараторить. Нельзя давать Ринату ляпнуть какую-нибудь глупость и испортить всю игру:
– Значит, подписываем договор и сразу же начинаем поставку нашей продукции. Ринат, я завтра зайду к тебе в магазин часика в три?
– Хорошо – бизнесмен медленно приходил в себя.
– Вот и славненько – еще одна широкая улыбка в сторону супруги Рината.
– А нам с Оксаной Валерьевной пора.
Я крепко подхватил девушку за локоток и потащил ее к выходу из кафе. Двери за нами захлопнулись, оставив супругов разбираться. Я надеялся, что Ринат теперь сообразит, как «отмазаться».
Мы сели в машину. Я выехал на трассу. Минуту Оксана сидела молча. А потом выпалила:
– Вообще-то Сергеевна я.
Мы расхохотались.
Девушку я высадил возле ее дома.
На следующий день в три часа я входил в магазин «Аппетит». Быстро прошел через торговый зал и вошел в служебное помещение.
Владелец магазина сидел в шикарном кресле за столом директора.
– Здравствуйте, Ринат Габдулович!
Владелец магазина хмурясь, молча указал мне на стул у стены рядом со столом. Ни тебе «здрасьте», ни тебе «спасибо»
– О каком договоре идет речь? Я вчера не врубился. Какие продукты хотите поставлять?
Я пристально уставился ему в переносицу и совершенно равнодушным тоном произнес:
– Ни о каком. Я не поставщик продуктов. Просто, у меня к вам пара вопросов.
Предприниматель отодвинулся от стола и настороженно уставился на меня.
– Ты кто, ващще? Че ты хочешь?
– Я разыскиваю Андрея Петровича. И очень хочу, чтоб вы помогли.
Несколько секунд длилось молчание. Было видно, клиент что – то усиленно соображает.
– Ты мент? – выдал он.
Чувствовалось, что Ринат решает «сразу послать или немного погодя». Понимая, что мне следует убедить бизнесмена «немного погодить», я достал удостоверение частного детектива:
– Нет. И интересует меня только то (я сделал нажим на этом слове), что связано с Андреем Петровичем.
– А с какого перепуга я тебе должен что-то рассказывать?
– Ринат Габдулович, вы уже могли убедиться вчера, в моих добрых намерениях.
Владелец магазина помолчал.
Видимо решив за услугу ответить услугой, он смягчился.
– Ладно. Че конкретно ты хочешь знать? – Ринат откинулся в кресле всем своим видом показывая, что делает мне великое одолжение.
Я незаметно облегченно вздохнул.
— Вы вместе занимались делами магазина? – приступил я к опросу свидетеля (или все же подозреваемого?) Этого я еще не решил.
– Да. Каждый отвечал за свою часть.
– Чем занимался Андрей Петрович?
– В начале поставками продуктов в магазин. Потом мы с ним поменялись. И он занялся продажами – довольно спокойно начал отвечать Ринат.
– Почему? – я решил углубиться в этот вопрос. Только совершенно упустил из виду, что человек передо мной абсолютно не заинтересован в разговоре и равнодушен к судьбе бывшего партнера.
– А те какое дело, коль, ты говоришь, тебя интересует только Андрей?
Не знаю я, где он. Не знаю и все! Нет его здесь! – вдруг ощетинился Ринат, прищурив глаза и вытянув шею вперед.
Мужчина повысил голос. Он резко наклонился к столу. При этом подбородок его опустился. Ринат смотрел он на меня уже исподлобья, словно бык на тореадора перед броском.
Я продолжал сидеть спокойно на стуле закинув ногу на ногу. Агрессивную реакцию собеседника можно было рассматривать двояко. Или он почувствовал угрозу для себя. Значит совладелец магазина замешан в исчезновении партнера. Или я задел его «больную мозоль». В любом случае собеседник потерял точку равновесия и на эмоциях может выложить информации больше, чем собирался.
Я спокойно объяснил, как бы рассуждая вслух:
– Просто хочу понять, что не устроило Андрея Петровича, из-за чего он оставил вас одного. Почему Андрей Петрович отказался от ведения бизнеса?
– Да потому что он «лох по жизни»! – хлопнул ладонью по столу Ринат.
– С чего он вообще взял, что может «дела» проворачивать? Ему прибыль в руки идет. Товар по бросовой цене! А он нос воротит – мужчина продолжал «кипеть».
– Какое те дело, откуда товар, почему дешевый? Документы есть, а остальное не твое дело! Нет, все ему объясни, покажи!
Не себе берешь!
Со многими поставщиками меня поссорил своей въедливостью.
– И вы решили поменяться? – услужливо подсказал я.
– Ну, да. Стал он реализацией заниматься. Так и здесь, чуть меня не разорил. Придумал благотворительностью заняться – всяких нищебродов подкармливать. Поставил в магазине полку «для бесплатных товаров» Типа, если мало денег, то «возьми буханку хлеба бесплатно». Вроде бы «для привлечения покупателей».
Последние слова Ринат произнес кривляясь, явно пытаясь изобразить Андрея Петровича.
– И че? Кто же станет за деньги покупать, если халява имеется! Короче, убрали мы эту самодеятельность. Так к нам еще и претензии – почему это мы хлеб продаем, а не выкидываем бесплатно.
– А то, вдруг, решил цены в магазине скинуть. – продолжал рассказ владелец магазина, снова откидываясь в кресле на спинку и вертя карандашом в руке наподобие сигары – Видишь ли, «не все купить могут – надо льготы вводить».
В общем, имели мы с ним крупный разговор. Короче, предложил ему забрать свою долю и валить отсюда.
Я нетерпеливо заерзал на стуле.
Честно говоря, этот торгаш меня уже начал меня раздражать. Я не показывал виду, но очень хотелось закончить с Хурзумовым разговор побыстрее и выйти на свежий воздух.
– Да он и сам судя по всему, уже рад свалить был. – продолжал владелец магазина – Только не решался мне сказать. Типа, не хочет «бросать меня в трудную минуту». Придурок!
Прикинь, да?
Ринат заржал. Отсмеявшись, закончил:
– Так что, я только помог ему в его решении.
И с видом благодетеля замолчал, сложив руки на животе.
– А потом? Знаешь, куда Андрей подевался?
– На хрен он мне нужен! Откуда мне знать?
Хотя… – Хурзумов усмехнулся – может быть мне ему спасибо, наверное, надо было сказать. Типа, благодаря ему от ментов «отмазались» У нас весь товар «чистым» был, когда полиция шухер навела…
Тут владелец магазина резко принял деловую позу и сменил тему, спохватившись, что сказал лишнее.
– Баба, вроде, у него была. Пару раз видел Андрея с ней. По мне, так ничего особенного. Брюнетка. Пигалица. Сама плоская. Попка так себе. Одевается явно в «секонд хенде».
– Понял. Кто такая?
– Откуда мне знать? Не в моем вкусе. Где-то, наверное, рядом обитает. Андрей с ней здесь крутился, в этом районе.
Я получил ответы на все вопросы. Опершись на колени ладонями, собрался встать. Тут Ринат снова набычился.
– Оксанка, че, подставная? На тя работает? – хмуро спросил неверный муж.
– Вовсе нет.
– Тогда откуда ее знаешь? – продолжил свой допрос ревнивый любовник.
– Да, я ее и не знаю вовсе. Так встречались только один раз случайно. – я расплылся в широкой улыбке. Обстоятельства нашей встречи я решил упустить.
– А как на нас с ней вышел?
Про слежку я тоже благоразумно решил умолчать. Мало ли какая опять неадекватная реакция последует.
– Ринат Габдулович, я не задаю вам вопросов о том, что не касается Андрея.
Я встал.
Бизнесмен решил подстраховаться – причем так, как он привык это делать.
– Сколько?
– Чего сколько? – не понял я.
– Сколько ты стоишь?
Я брезгливо поморщился. Что значит «сколько я стою?» Я не продаюсь.
– Спокойно, парень! Не видишь с кем дело имеешь?
– Спасибо, дед. Конечно, вижу. Законы улицы плюс голливудская продукция с ее киношными штампами. Наверняка, фраза из низкопробного американского боевичка, где крутой бизнесмен нанимает такого же крутого киллера для выполнения определенной работы по специальности.
К сожалению, мы подчас пользуемся этими штампами, не задумываясь о подмене понятий.
Самые умные продают Идею. Кто не умеет продавать Идею, тот продает Умение и Знание. У кого нет Умения, и не хватает Знаний, продает свою Силу. Кто не обладает Силой, только тот продает Себя.
Ринат, увидев мою реакцию, решил, что он верно прочитал мои мысли и повторил вопрос.
– Сколько ты хочешь за молчание об Оксане?
Вот это уже более конкретный вопрос.
Он полез в сейф и достал оттуда потрепанную денежную пачку, перетянутую черной резинкой. «Крутой» бизнесмен отсчитал десять купюр. Подумал, возведя глаза к потолку и убрал одну купюру обратно. Я с интересом наблюдал за этим спектаклем. С некоторым сожалением Хурзумов положил деньги передо мной.
Можно было, конечно, возмутиться «Да за кого ты меня принимаешь?» Гордо оттолкнуть эти «грязные» деньги. Заявить, что я и не собирался рассказывать кому-нибудь об этой любовной связи. Ринат Габдулович решит, что перед ним очередной «лох», с которым можно не считаться. И ничему сей благородный жест его не научит, ничего не докажет.
Я молча сгреб деньги со стола и положил в карман. На этом мы с ним и расстались.
Pulsuz fraqment bitdi.