Лианы резко оборвались, отпустив машину вглубь леса на полной скорости. Томас заметил деревья, несколько раз порезанные ножом, в них что-то оставило вмятины, а с листьев стекала кровь.
– Бр-р-р! – пробурчал он, наблюдая жуткую картину. – Заметил?!
– Что-то здесь случилось, – произнес старший брат, справившись с управлением и снизив скорость. – Нам предстоит разобраться.
Внезапно, на лобовое стекло пикапа бросилась женщина в серой мантии с длинными, запутавшимися вокруг нее седыми волосами, она громко кричала, из-за чего Ричард начал терять зрение.
– Брат, я ничего не вижу! – сказал он, включая нейтральную передачу и выжимая тормоза. – Совсем ничего!
– Останови машину! – кричал Томас. – Ой! Она беременная!
– Эта женщина?! – уточнил Ричард, протирая глаза. – И?!
– Как бы тебе сказать… – прошептал брат, рассматривая ребенка, который вываливался из утробы матери. – Он мертвый, обожженный, страшный. Это мерзко.
– Передо мной лишь темнота! – напомнил Ричард. – Я не могу посмотреть, что происходит.
– Сегодня я буду твоими глазами, – уверенно произнес юноша. – Я выведу нас отсюда.
Томас давал четкие указания старшему брату, куда двигаться, чтобы выехать из леса, периодически бросая фразы про мертвых детей, продолжающих вываливаться из тела покойной женщины, что вводило Ричарда в настоящий шок.
– Ничего не понимаю, – говорил он. – Какие еще мертвые дети?
– Эта женщина обладает даром! – пояснил юноша. – Она мертва, как все те души, что мы спасаем. И рожает новые!
– Да что же тут случилось! – возмутился Ричард, следуя инструкциям и ощущая, как его зрение возвращается.
– Тело женщины исколото прутьями, – рассказал Томас, – одежда порвана и подпалена, а подол платья окровавлен из-за мертвых младенцев, что вываливаются из нее. Черт! Она не перестает рожать!
– Что с ней сделали?! – спрашивал он младшего брата, словно тот в курсе происходящего. – Что с ней?!
– Выезжай отсюда! – кричал Томас. – Скорее, Ричард!
– Опять эти живые лианы, – произнес он, – и пальцы леденеют.
– Газу! – приказал юноша. – Иначе нам не выжить!
– Твою мать! – выругался Ричард последними словами, что вертелись на его языке. – Сука!
Пикап переставал слушаться его, и братьев мотало по салону автомобиля, словно они забыли пристегнуться. Моментально машина набрала скорость, взлетая огромными фарами вверх, как ракета, из-за перегруза в багажнике.
– Кто там?! – орал Томас. – Что это за существо!
– Я не могу посмотреть! – ругался Ричард. – Не отвлекай меня, пожалуйста! Это существо забирается к нам!
Что-то непонятное и лохматое помяло машину и выбежало на трассу. Перекочевав на другую ее сторону, оно испарилось в воздухе.
– Мы кого-то спасли?! – удивился Томас. – Вытащили кого-то?
– Может быть, – отдышавшись, ответил ему брат, – а может, привели в наш мир нечто, что доставит нам неудобства в дальнейшем.
Глядя на Томаса, он закурил сигарету и осознал, что его младший брат не помнит те благие дела, что они совершали вместе, а самое главное – приключения, что сыпались на их зад тоннами за прошедшие восемнадцать лет.
– Ты разве куришь? – удивился младший брат. – Неожиданно.
– Нет! – воскликнул Ричард. – Но…
– Немедленно выброси эту гадость! – вспылил Томас, посмотрев на брата. – Фу! Ненавижу запах табачного дыма! А ты, видать, собрался уйти на тот свет раньше времени?!
– Меня печалит тот факт, что тебе отшибло память, братишка, – признался он, – словно сожжена сотня книг, до которой я еще не дошел…
– Какая сотня книг?! – спросил он. – Ты пишешь?
– Да, пока ты был в коме, я многое написал, – с грустью произнес Ричард. – Многое, что мы обсуждали исключительно вдвоем.
– Как я мог что-то обсуждать с тобой, находясь в коме? – нахмурился Томас, растаптывая противную сигарету, брошенную Ричардом. – Тебе, наверное, приснилось!
– Я потом расскажу… – отнекивался Ричард. – Буду надеться, ты сам вспомнишь, что происходило и сколько всего еще нам предстоит сделать. Путешествия не закончились.
– Даже, если что-то было, то я не хочу это вспоминать, пойми, – четко выразился он. – Мне хочется обычной жизни, где я, начав работать в такси, могу каждый вечер приходить домой к любимой, растить детей.
– Не будешь присоединяться к моей фирме? – напрямую задал вопрос старший брат, глядя на Томаса. – Ты передумал?!
– Присоединюсь, – сказал он. – Но и своим путем пойду, прошу, пойми меня, Ричард, пожалуйста.
– Конечно, – произнес он, проверяя остались ли еще сигареты. – Я все понимаю, братишка. Не буду давить.
– Спасибо! – воскликнул Томас, обняв старшего брата. – Очень тебя люблю. Не забывай это!
– Всегда помню, – подметил Ричард, сжав кулак и поднеся его к своему сердцу. – Ты навсегда останешься моим младшим братиком.
– Ричард, я пойду, – посмеялся Томас, отдаляясь от него, – не хочу разрыдаться, пуская в ход лужи.
– Ой! – засмеялся он в ответ. – Будто я не видел твоих слез!
– Все-таки мне уже не двенадцать, брат, – напомнил он ему с улыбкой. – До встречи. Я буду на связи.
Убедившись, что младший брат оставил его одного, Ричард достал сигареты, стал поджигать их одну за другой и вставлять в рот. Наверное, это выглядело забавно, если бы не внезапно схвативший его кашель. Упорство и настойчивость взяли вверх, помогая ему осуществить задуманное. Думая о том, как многое стерлось из памяти Томаса, он чувствовал, что в его душе рождается апатия ко всему миру.
В ближайшем магазине он купил пару бутылок виски и, вспомнив молодость, отчаянно напился. Вокруг себя он вновь увидел мерзких тварей, вьющихся под ногами. Взяв книги, что были тщательно спрятаны, он внезапно захотел сжечь их, слыша внутренний голос, разрешающий развести огонь в помещении и устроить пожар. Ричард сел на пол рядом с пустыми бутылками и постарался заснуть, чтобы не стать причиной катастрофы.
Врачи тихо перешептывались. Они принимали обездвиженное тело Ричарда Прайса, обсуждая когда-то подписанный им отказ от пересадки сердца, и качали головой, явно осуждая его выбор. Медсестры и санитары вспомнили Томаса, пролежавшего в одной из палат восемнадцать лет, и начали доставать его некорректными вопросами, после чего были грубо посланы взрослым мужчиной, который потерял брата.
– Спокойнее, – произнесла Эми, – им любопытно.
– Я не хочу разговаривать! – сорвался Томас. – Ни с кем!
Эми отошла от него, присев на кресло в ожидании новостей и думая о том, что ее сын стоит на очереди в клинике, и, может быть, ей сейчас сообщат, на каком он месте спустя несколько лет. Врач, осуждающий выбор Ричарда Прайса, медленно подошел к молодой женщине, держащей за руку подрастающего сына.
– Не знаю, как сообщить вам эту новость, миссис Андерсен, – напряженно говорил он, – до этого момента я даже не мог предположить…
– Вы можете сказать прямо?! – сказала Эми, сжав руку сына покрепче. – Сообщите же мне то, ради чего подошли!
– Хм, разные фамилии, но… – тихо проговорил он, уткнувшись в бумаги. – Ваш сын получит здоровое сердце в ближайшие часы, как будет готов.
– Что?! – переспросила он. – Получит сердце?! Вы серьезно?!
Эми крепко обняла Билла и Алекса, расплакавшись на всю больницу и заставляя пускать слезы всех, кто был хоть слегка сентиментален.
– Сыночек! – кричала она. – У тебя будет здоровое сердце!
– Спасибо, – сказал Алекс, бледнея и практически задыхаясь на глазах у медицинского персонала. – Я устал, мама…
Семья Андерсен подписала бумаги, согласившись на все условия, чтобы отправить сына на операцию. В тот момент Эми ощущала колоссальную поддержку от Билла и благодарила его за это. А врачи тайно спорили между собой, стоит ли делиться неожиданно всплывшей информацией.
– Ваш мальчик получит самое здоровое сердце, – повторил врач, подойдя к счастливым родителям. – Ваша очередь как раз подошла.
Наверное, он хотел пожать руку Биллу и удалиться, как можно скорее, избежав вопросов, потому что не желал рассказывать, что произошло.
– Это чудо! – воскликнул Билл. – Наша очередь подошла так быстро!
– Как это произошло?! – крикнула Эми вслед доктору. – Нам говорили, что не в этом году…
– Всякое случается, – ответил ей доктор, повернувшись и не зная, открыть ли горькую правду. – Вы точно хотите знать причину?
– Да! – возмутилась Эми. – Это же наш сын! Кто-то не дождался пересадки сердца?
– Скорее, отказался, – покашлял врач. – Самостоятельно отказался.
– Отказаться от жизни, – вмешался Билл. – Сильно.
– Ричард имел свое мнение, которое мы… – внезапно проболтался доктор и ощутил неловкость перед его родными, – должны были…
Женщина в белоснежном ароматно пахнущем халате подошла к семье, приехавшей вместе с телом знаменитого писателя, поспешно передала им все подписанные документы и, решив помочь коллеге выйти из ситуации, сказала:
– Мы выполнили его указания, – четко выразилась она. – Ваш брат, мистер Прайс, лично подписал отказ от пересадки сердца. Никакие уговоры и аргументы в пользу операции он не хотел слушать, настаивая на своем решении.
Лампочки внезапно моргнули, и в коридоре повисла тишина, постепенно прерывающаяся женскими рыданиями. Скупые мужские слезы, тихо стекали по серебристой щетине Билла. Сказанное женщиной не тронуло лишь Томаса, потерявшего память.
– Ричард на такое способен?! – удивился Томас, сомневаясь в сложившейся ситуации. – Ничего себе поворот! Мои аплодисменты!
– А что, нет?! – закричал Билл, сжимая кулаки. – Заткнись!
– Тише, родной, – успокаивала его Эми. – Томас не помнит…
– Он спас нашего сына… – шептал Билл. – Мой лучший, к сожалению, покойный друг…
Услышав новость, Элизабет вышла из кабинета, пытаясь опереться на стены и сдерживая внутреннюю истерику. Спустя несколько секунд, она упала в обморок, напугав окружающих. Медицинский персонал принялся оказывать ей необходимую помощь.
– Эта женщина утверждает, что беременна! – возмутилась врач ультразвуковой диагностики, показывая новое заключение. – Никакого ребенка нет! Посмотрите! Чисто!
Пока Элизабет приходила в себя, все активно обсуждали ее мнимую беременность на фоне стресса, пока в разговор не вмешалась врач, недавно проводившая Элизабет обследование, она показала заключение после осмотра.
– Беременность в таком возрасте?! – удивилась Эми. – Ого! Но, где…
– Я сама не ожидала, – призналась врач. – Ребеночек был. Возможно, произошел выкидыш. Вы не заметили?
– Она только что потеряла мужа, но я была рядом с ней! – кричала Эми, обнимая потерянную Элизабет. – Никакого выкидыша не было. Это точно! Проверьте еще раз!
Пойдя навстречу просьбе Эми, женщину несколько раз перепроверили, оставив в заключении прочерк, означающий, что беременности не было.
– Моего ребенка украли! – кричала Элизабет на всю больницу, упав на пол и разбивая кулаки. – Украли!
Она рыдала, не подпуская к себе никого, пока Томас не подошел к ней и не поднял ее на ноги.
– Это девочка, – уверенно произнес он, обняв Элизабет. – Она жива.
В сердце пятидесятилетней женщины, выглядевшей на сорок, затеплилась надежда, что к Томасу наконец-то возвращается память и способности, что так необходимы ей. Все странно взглянули на мужчину, определившего пол ребенка, а затем на Элизабет, которая немного успокоилась, держась за него и не скрывая дрожь по всему телу.
– Это девочка?! – переспросила она. – Мы не знали…
– Девочка, – повторил он, крепко сжав Элизабет и начиная видеть неприятные картинки. – Вашу девочку украли.
Находившаяся в объятиях Томаса женщина в мыслях показала ему паучью тварь, жадно отсасывающую плод, а потом быстро сбегающую из спальни.
– Ее украли, Элизабет, – говорил он с закрытыми глазами, – когда ты спала. Ты думала, что это…
– Кошмар… – продолжила она. – Я думала, мне приснилось!
Томас отпустил Элизабет и присел, ощущая, как его дух взлетает над больницей и возвращается обратно.
– Нет, – шептал он. – Не сон. Это был. Не сон…
Зельц был с женщиной, которая желала получить ребенка и теперь стала новой матерью девочки. Не успев оказаться в двух местах одновременно, он позволил Томасу считать информацию о ребенке. Но вскоре исправил этот промах.
– София… – тихо говорил младший брат. – Она не здесь.
– Как понять, не здесь?! – спросила Эми. – Где она?!
– Что? – вдруг переспросил Томас. – О чем ты говоришь? Где Ричард?
– Так-то лучше! – посмеялся Зельц, моментально пересекая границу времени и возвращаясь к женщине, готовой заботиться о ребенке. – Стерто.
– Братишка, – обратилась к нему Эми, – ты сейчас говорил о Софии, девочке, что украли у Элизабет. Помнишь?
– Какая София? – держась за голову, произнес Томас. – Дайте воды.
– Его отключило! – разводя руками, сказал Билл. – Моментально.
– Не просто так, – качая головой, произнесла Элизабет. – Чувствую, что его отключили намеренно. Но я знаю, что мою дочь зовут София и она жива. Моя девочка. Наша девочка. Именно так я хотела назвать ее…
– Ты не заметила? – тревожно переспросила Эми. – Когда украли…
– Нет, – ответила она. – Я спала, понимаешь?
– Понимаю, дорогая, – обняв Элизабет, сказала Эми. – Тебе не было больно? Ты ничего не почувствовала?
– Совсем ничего, – повторила она. – Мне казалось, что это сон. Кошмарный сон, что закончился утром, а после мы отправились на интервью…
– Мне жаль, – крепко сжав ее руку, заплакала Эми. – Очень жаль.
Внезапно врачи прервали душевные разговоры и стали обсуждать организационные моменты, связанные с ритуальными услугами, беспокоя родственников Ричарда необходимыми процедурами, а заодно принеся кипу подписанных бумаг с отказом от пересадки сердца.
– Он был замечательным… – плакала Эми. – Спас жизнь нашему сыну…
Билл обнял Эми, еле сдерживая слезы и вспоминая, как Ричард, громко смеясь, ловил выпадающий из сэндвича помидор.
– Брат… – прошептал Билл. – Мне будет тебя не хватать.
Спустя пять лет после похорон Ричарда, его младший брат все-таки смог наладить свою жизнь. Он не хотел вспоминать, что было в коме, всячески отказываясь от процедур для возвращения памяти. Успел поработать таксистом, как и мечтал, но быстро разочаровался в профессии и вернулся в строительную фирму, став заместителем Билла.
Задумка с таксопарком, к счастью, не провалилась, но Томасу по душе были именно организационные моменты, он ощущал себя счастливым, будучи справедливым начальником и самостоятельно подбирая кадры. Единственное, что привлекало его сильнее, чем власть, это автомобили, к которым он относился, как к людям. «В каждой машине есть душа», – говорил он, вручая водителю его новое транспортное средство. Однажды Томас получил сообщение от Робина с просьбой о помощи, но не спешил откликаться, считая его чужим человеком.
– Он твой брат! – вмешалась Эвелина, закидывая ноги на Томаса. – Такой же, как Ричард. Как ты можешь отказать ему?!
– Этот человек, словно с улицы для меня, – признался он, кусая мочку уха будущей жены. – Я не знаю, как поступить, дорогая.
– О чем он просит? – поинтересовалась она. – Мне казалось, у него, наоборот, все намного лучше, чем…
– Тише, – остановил ее Томас. – Не произноси его имя так часто. Прошу. Мне до сих пор больно, и непонятно его решение с отказом.
– Прости, любимый, – сказала она, обняв его. – Так о чем просит Робин? Что ему нужно?
– Денег он просит, – посмеялся Томас. – Понимаешь?! Поэтому я в раздумьях.
– Что с ним случилось?! – удивилась Эвелина. – Это странно.
– Не знаю, – ответил он. – Попрошу его приехать. Обсудить вопрос.
Томас не ожидал увидеть старшего брата в одиночестве, без жены и детей, но жизнь бывает непредсказуема. Поговорив с ним, он выяснил, что Робин, будучи пьяным, изменил жене, из-за чего разразился скандал, а потом они развелись.
– Эта сука забрала у меня все! – Робин матерился и выпивал, хлопая по плечу Томаса. – Брат, мне нужны деньги. У меня даже дома не осталось.
– Я могу предложить тебе работу, – ответил Томас. – Будешь развозить людей.
– Чего?! – возмутился Робин. – Я твой брат, ты мне хоромы должен!
– Я ничего тебе не должен, – напомнил ему Томас. – Если ты не согласен трудиться, тогда мы можем попрощаться.
Робин стоял в шоке, глядя на грубого, как ему показалось, Томаса. Заметив Эвелину, что направилась в сад, он последовал за ней.
– Почему он так со мной? – спрашивал ее Робин, рассматривая цветы в саду. – Он должен помочь мне.
Эвелина сделала вид, что не замечает его, понимая, что он несет пьяный бред.
– Не молчи! – настаивал он. – Поговори со мной!
Она посмотрела на него с презрением, не из-за измены и развода, об этом она не знала, а лишь потому, что он был пьян.
– Как на говно посмотрела, – сказал он, подойдя к ней. – Ты должна знать свое место!
Робин зажал ее возле высокого дерева и начал приставать, затыкая рот и топча цветы, за которыми она тщательно ухаживала. Она ударила его по лицу и, сумев вырваться, выбежала из сада, зовя Томаса.
– Он приставал ко мне! – кричала она, схватив будущего мужа, собирающегося уезжать по делам. – Увези его отсюда, прошу!
Томас хлопнул дверью автомобиля и направился в сторону сада, где увидел Робина, который практически не стоял на ногах.
– Ты поверишь этой бабе?! – смеялся Робин. – Бабе, а не брату?!
Схватив Робина, Томас лично вышвырнул его за ворота дома, не говоря ни слова и показав пренебрежительное отношение к нему одним лишь взглядом. Обняв Эвелину за талию, он притянул ее к себе, а затем, встав на одно колено, достал коробочку с кольцом. Они давно говорили о свадьбе, но Томас тянул время. Ситуация с Робином, словно разбудила его, и он все-таки решился официально взять ее в жены.
– Не думал, что будет так спонтанно, – говорил он, глядя ей в глаза, и стоя на одном колене. – Но вот. Ты согласна стать моей женой?
– Конечно! – обрадовалась Эвелина, крепко обняв Томаса.
– С этого дня ты обязана каждые полгода обследоваться, чтобы я знал о состоянии твоего здоровья, – сказал он, наблюдая, как она надевает кольцо. – Согласна?
– Да, Томас, – посмеялась она. – Все будет так, как ты скажешь.
– Ты прекрасна, Эвелина Прайс, – прошептал он. – Я люблю тебя.
В ближайшее время они расписались, став законными мужем и женой, что бесконечно радовало Томаса. Лишь одно делало его жизнь менее яркой – рядом не было Ричарда, с которым он так хотел бы поделиться счастьем. Эвелина стояла в белоснежном платье и видела, что Томас погрузился в неприятные мысли. Она постаралась вернуть его в настоящее, и он нарисовал на унылом лице искреннюю улыбку.
– Благодаря тебе я улыбаюсь, – говорил он. – Моя любимая женщина.
– Я счастлива с тобой, Томас Прайс! – кричала она на всю улицу, не стесняясь прохожих. – Мы вместе, и это чудесно!
Она достала любимую книгу и начала читать ее вслух.
– Как же ты хороша, – отметил он, глядя на нее. – Любовь моя.
Жизнь, о которой мечтал Томас после выхода из комы, начала все ярче прорисовываться, а очередное полное обследование жены обрадовало его больше, чем обычно.
– Она здорова? – спросил он женщину в белом халате, тревожно сжимая руки в карманах. – С ней все хорошо?! Не молчите!
– Полностью здорова и… – улыбнулась врач, глядя на встревоженного зрелого мужчину. – Она беременна! Вы станете отцом!
Томас присел на кресло, рядом с женой, ощутив, как подкосились его ноги и глядя на нее распахнутыми голубыми глазами, мгновенно оказавшимися на мокром месте.
– Отцом?! – переспросил он. – Вы хотите сказать, что мы станем родителями? Вы серьезно?!
– Не буду же я вас разыгрывать, – засмеялась врач. – Мистер Прайс, берегите свою жену, носящую под сердцем малыша.
– Какое же счастье! – раскричался он, обнимая поочередно жену и врача. – Счастье! Я стану папой! Ура! Спасибо тебе, любимая!
Эвелина наблюдала за происходящим, рыдая на всю палату от переполняющих эмоций и держа за руку мужа.
– Кто у нас будет?! – спросил он. – Мальчик, или девочка?
– Пока неизвестно, – ответила врач, глядя на Эвелину. – Но когда это прояснится, даже тогда ваша жена просила не сообщать пол ребенка до его рождения.
– Отличная идея! – поддержал Эвелину Томас. – Будет сюрприз!
Врач отпустила новоиспеченных родителей из кабинета, бесконечно радуясь за них и садясь за свой стол с улыбкой на лице.
– Какая хорошая пара, – произнесла она, с грустью посмотрев на фотографию своей семьи. – Начинается всегда хорошо…
Выйдя из клиники, Томас тут же начал переживать за Эвелину, беспокоясь, что ее укачает на высокой скорости в новом современном автомобиле.
– Вот бы сейчас на пикапе проехаться… – сказал он вслух. – Спокойно, не торопясь.
– Ага! – воскликнула его жена, расхохотавшись. – Как городская черепаха на фоне остальных бегемотов.
– Прогрессивные технологии… не радуют они меня, дорогая, – с грустью отметил он. – Я слишком стар. Тебя не укачает?
– Езжай чуть медленнее, – предупредила она его. – Не забудь приклеить вот эту штучку.
– Что это?! – удивился Томас, глядя на картинку. – Без очков не прочитаю, любимая. Ты же знаешь.
– Здесь написано «Ура! Мы беременны!», – прочитала Эвелина. – Скорее, наклей сзади, чтобы все видели!
– Это обязательно? – уточнил он. – Я же не беременный…
Эвелина расплакалась, и Томас тут же прикрепил на багажник машины странную штуку, выданную в больнице, показав всем, что они вскоре станут родителями. Его жена была бесконечно рада поздравлениям, гудкам и крикам, что доносились из соседних автомобилей, и не успевала читать сообщения, присланные ей через картинку на номер телефона.
– Я так счастлива! – радовалась она. – Важнейшее событие! Праздник! Люблю тебя, дорогой!
Томас не одобрял знаки внимания посторонних людей и лишний шум, стараясь, как можно скорее добраться до дома. Он вышел из машины, сдерживая накатывающую ярость.
«Ох, Ричард, ты бы мне сейчас очень пригодился», – подумал он, объезжая фанатично настроенных мамочек, добавляющих Эвелину в различные чаты для беременных.
– Почему ты такой угрюмый? – поинтересовалась она. – Что случилось с будущим отцом?
– Порой, мне кажется, что современный мир совсем мне не подходит, – поделился он, – мне тяжело воспринимать эту реальность.
– Думаю, восемнадцать лет в коме имеют значение, – рассуждала она. – Очень надеюсь, что ты привыкнешь. Мне позвонить врачу?
– Не стоит, – ответил Томас. – Отпустит. Не переживай. Думай о малыше. Тебе нельзя нервничать, не забывай об этом.
– Ты мой заботливый! – сказала она, крепко обняв его и расцеловав. – Кажется, твое ухо вибрирует, милый.
– Видишь, я никак не могу привыкнуть! – вспылил он. – Ну что это за новые технологии, выводящие из себя?! Не понимаю, куда нажимать.
– Дядя! – с радостью воскликнул Алекс. – Дядя Томас?
Элегантный мужчина около сорока лет скрутился в креветку, слыша постоянно повторяющуюся фразу и держась за голову. Он решил молча выслушать племянника, потому что так и не разобрался, как общаться через новое устройство, подаренное женой.
– Я хотел бы встретиться, – предупредил Алекс, теребя подключенный к уху микрофон. – Можно я приеду? Не слышу тебя, дядя!
– Алекс, он молчит, – серьезно произнесла Эми. – Заканчивай разговор. Не стоит унижаться.
Томас расстроился, что не смог поговорить с племянником из-за новомодной штуковины, в которую он кричал, но Алекс все равно не услышал ни единого слова.
– У тебя микрофон выключен, – улыбнулась его жена, – давай, помогу все настроить, чтобы тебе не напрягаться.
– Спасибо, милая, – поблагодарил ее Томас. – Наши отношения с сестрой довольно натянутые, а теперь Алекс будет думать, что я его проигнорировал. Чертова штуковина!
– Да что ты! – возмутилась она. – С техникой чего только не случается. Перезвонит. Не переживай так, прошу тебя.
Эми обняла сына, словно маленькая девочка высокое дерево, отметив, как быстро он вырос, став прекрасным юношей. Билл случайно подслушал их разговор, как раз направляясь в комнату. Он подошел и сжал их в крепких объятиях, пока Эми не стала вырываться.
– Ты куда? – удивился Билл. – Обнимашки не понравились?
– Мне нельзя отойти от любимого мужа на пару секунд? – подмигнула она, намекая на что-то явно интересное. – Присоединяйся.
– Поговорю с сыном и приду, милая, – предупредил он ее.
Алекс внимательно посмотрел на отца, ожидая поддержки, но услышал совершенно иное.
– Пойми, у дяди Томаса есть жена, – произнес Билл. – Не думаю, что он готов принять тебя, сынок. Ты молодой, горячий, полный амбиций юноша, а он…
– Но я хотел поехать к нему работать садовником, отец! – возразил Алекс. – У него прекрасный сад! Я видел фотографии!
– Как насчет архитектуры и строительства? – поинтересовался Билл. – У нас в фирме давно подготовлено местечко для тебя.
– Не мое это, пап! – признался юноша. – Меня манят растения, цветы, все, что связано с садом. Особенно на клеточном уровне. Например, рассмотреть, что там, внутри растения.
– Разошелся, – посмеялся отец. – Ладно, я сам наберу Томаса. Но, садовник не занимается клеточным изучением растений.
– Мне бы начать… – опустил голову Алекс. – С чего-то…
– Понял тебя, сын, – пожав ему руку, искренне сказал Билл. – Спокойной ночи. Надеюсь, тебе удастся поспать.
– Надеюсь! – крикнул вслед Алекс, глядя на звездное небо. – А может, лучше и не спать вовсе, любуясь красотой нашего мира…
– Спать! – настоял Билл. – Хватит замазывать синяки под глазами.
Pulsuz fraqment bitdi.