«Мигрант, или Brevi finietur» kitabından sitatlar, səhifə 3

— Я что-то не так сделал или сказал?

Она улыбнулась:

— Ты прекрасен.

— Почему же ты уходишь? Оставайся…

Она отвела глаза и некоторое время смотрела в пол, в траву.

— Прости, Андрей, — сказала она наконец. — Я так не могу. Ты мне подаешь руку, потому что я сейчас слабая. Я растерялась… Но я не слабая. Меня не надо жалеть и поддерживать. Я сперва верну свою силу, а потом посмотрим.

Если бы во Вселенной объявили конкурс на самое бессмысленное существование - я имел бы шанс на победу. Любой гриб в лесу существует стократ осмысленнее. Любая мошка-однодневка по сравнению со мной - фундамент мира.

В попытке быть больше, чем ты есть, цена жизни не так уж высока.

      Это наше право. Мы здесь по праву. Растет трава, течет вода, челнок выходит на орбиту – по праву. Жены рожают детей – по праву. Учитель растит росток – по праву. Светится день, и темнеет ночь, я возвожу свое жилище – по праву. Мы здесь по праву.

      Человек свой хозяин. Человек не позволяет обманывать себя. Человек видит то, что есть, а не то, что хотелось бы.

Мальчишка говорил еле слышно, но упрямства в его голосе хватило бы на сотню ослов.

В основание Земли не заложено никакой идеи! Только материя и ее свойства. И сейчас, когда мы говорим, Земля уже существует, по ней бродят здоровенные твари с холодной кровью и срут ледяным дерьмом на твою философию…

- Три с половиной шага. Уровень новой опоры выше на ладонь. Можно."Хорошее слова "можно", - подумал Крокодил. - Не команда "Давай!", не приказ "Пошел!". Философия жизни: можно. Возможно. А значит, должно быть сделано. В конце концов, я в любой момент могу открыть глаза..."

— Видишь ли, Андрей, — сказал Аира. — Ты — носитель идеи Земли. Ты в какой-то степени и есть Земля. Тебе не нужно Бюро, чтобы вернуться.

— Извини, это бред, — он поднял глаза на Аиру. — Я не могу быть Землей.

— Конечно, не можешь. Ты весишь гораздо меньше и не вращаешься вокруг светила.

— Бред! Время, пространство, вероятности…

— …Время, пространство и вероятности в мире идей имеют совсем другое значение. Бюро переносит людей из будущего в прошлое, зарабатывая на этом энергию, да. Но Бюро переносит материальных людей в материальном мире.

— А как иначе? — Крокодил потер ладони. — Я перенесу свой идеальный образ на идеальную Землю моих воспоминаний?

— Нет. У нас с тобой совершенная сцепка донор — рецепиент, причем двусторонняя. Я расслою для тебя реальность, Тимор-Алк проведет тебя в разлом. У нас теперь есть опыт, и мы не ошибемся; ты спроецируешь себя на образ Земли. Вернешь себе родной язык. Вернешься.

— Но меня же там нет!

— Значит, будешь.

— Но Бюро…

— Это вне компетенции Бюро. Это мир идей, наша территория.

— Это будет просто возвращение, — сказал Аира. — Но, конечно… если тебе есть, зачем возвращаться.

— Первый мигрант на сегодня, — сказал Аира. — Шана только что выходила на связь. Знаешь кто?

— Только бы не сапер и не пиротехник, — пробормотал Крокодил. — Не тактик, не полководец, не специалист по антитеррористическим…

— Астрофизик.

Крокодил шумно выдохнул:

— Значит…

— Это еще не все. Полчаса назад зарегистрированы нетипичные явления на Солнце.

Крокодил посмотрел вверх — туда, где редкие облака скрывали светило Раа, на его новом языке привычно именуемое Солнцем.

Так, — сказал Крокодил.

— Так, — согласился Аира.

Черные волосы лежали у него на плечах. Сиреневые глаза казались немного мутными.

— Сегодня-завтра выяснится, что жизни на нашей планете осталось на пару витков вокруг Солнца, дальше — катаклизм, взрыв, и придется вылетать в дальний Космос — всем, даже домоседам.

Крокодил выругался:

— Почему так? На Раа так хорошо… Почему нельзя спокойно, потихоньку… Без тикающей бомбы за спиной?

Аира пожал плечами:

— Быть больше, чем ты есть. Стремиться к невозможному.

Ты был прав.Солнце дробилось на поверхности лужи, и лужа была океаном. Мы целовались, балансируя на детских качелях, и мы любили в этот момент, любили друг друга, солнце, людей. Солнце отражалось от воды, и пахло мокрой землей.Ты был прав. Смысл — в соответствии замыслу. В моей жизни было несколько дней, когда я любил и был свободен. И тогда я был бессмертен — потому что в бессмертии Замысел.Несколько дней. Я учился и дрался, я мечтал и сдавал экзамены. Я держал на руках сына, и шерстка на младенческом затылке пахла молоком… Ты никогда не был счастлив, Аира, но ты всегда был прав. Даже когда ошибался.Творец Раа создал людей свободными и бесстрашными. И, может быть, невольно — передал им часть собственного трудного опыта: он создал людей готовыми вырастать из тесной оболочки. Он создал людей способными бегать по углям.Ради чего? А вот это и есть главный вопрос. Ради чего ты бежишь по углям? Ответь на него, и узнаешь, кто ты такой.