© Марина Махортова, 2017
ISBN 978-5-4485-2060-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Отчизне кубок сей, друзья!
Страна, где мы впервые
Вкусили радость бытия,
Поля, холмы родные,
Родного неба милый свет,
Знакомые потоки,
Златые игры первых лет
И первых лет уроки,
Что вашу прелесть заменит?
О родина святая,
Какое сердце не дрожит,
Тебя благословляя!
В. А. Жуковский
– Задремали, барин? – оборотясь к ездоку, мирно покачивающемуся в коляске, спросил кучер – Скоро доедем! Уже, на дорогу до Терешки свернули, чуете, как потряхивает?
– И то верно! Вот они родные ухабы! А знаешь, братец, все равно хорошо! После военных-то дорог, когда сутками не спишь, не ешь, у тебя в коляске, лежишь, как в люльке. Вот и сморило. А воздух-то какой! Я и забыл, какой у нас дух легкий, привольный! – Молодой черноусый офицер, с радостным удивлением потянулся, привстав в коляске, и глубоко вдохнул запах цветущих трав.
– Оно так! Свое, значит, ничем не вытравишь. Дома-то завсегда лучше. А правда, говорят, вы и в заграничных странах бывали, басурман воевали?
– Было, братец, было! А тебе зачем?
– Да вот, интересуюсь, самого главного ихнего, Наполеона, поглядеть, вашему благородию, доводилось? Говорят, поймали его? Али врут?
– Нет, не врут. Только Наполеона я не встречал, а вот Государя нашего, Александра Павловича видеть приходилось. Вот как тебя! Когда наши войска в Париж входили! Никогда не забуду!
– Ей-богу? – кучер дернул поводья и коляску чувствительно тряхнуло.
– Ей-богу! – расхохотался офицер, ну хочешь перекрещусь! Да ты так меня в канаву вывалишь, вот матушка-то обрадуется.! И от батюшки будет тебе вместо водки, плетей! Смотри, давай, на дорогу! Интересуется он!
– А чего смотреть, вон крыши-то виднеются, и сосны господские. Я завсегда по соснам определяюсь, доехали, аль нет. Нигде в тутошних местах таких сосен нету. Видать барин, нарочно насадил.
– Верно, у батюшки много разных затей в усадьбе было, да нынче он уже не таков, постарел гвардии майор Иван Васильевич Колюбакин.
– Ну что ж, такой значит порядок в жизни положен, один старится, другой в силу входит. Вот вы барин, какой молодец! Любо-дорого поглядеть! И то слово, радость отцу-матери! И, слава тебе, Господи, с такой войны живой вернулись!
– Что-то ты меня захвалил! Не иначе, как и от меня на водку получить думаешь! Получишь, получишь! Ради такого дня, не жалко! Домой приехал! – и молодой офицер нетерпеливо соскочил с коляски, не дожидаясь, когда она остановиться. Он слегка поморщился, неловко ступив на левую ногу, но тряхнул головой и кинулся к крыльцу родительского дома.
Герой, о котором идет наш рассказ, был молодой человек 20 лет, штабс-капитан лейб-гвардии гренадерского полка-Василий Иванович Колюбакин.
После заграничного похода, получив отпуск, Василий Колюбакин смог наконец приехать к родным домой, в имение Дворянская Терешка Хвалынского уезда Саратовской губернии.
Вбежав в дом, Василий с бьющимся сердцем, узнавал родные запахи и звуки. Вот заскрипела верхняя ступенька на крыльце под его щегольскими сапогами, а он и позабыл, как протяжно она пела. Вот потянуло батюшкиным табаком из комнат, особым, душистым, с донником. Вот что-то звякнуло, видно разбили склянку, кто-то ойкнул и сразу захлопали двери в доме. Молодой офицер, давно забывший, что такое робость, с волнением вошел в гостиную.
– Маменька! Братец приехали! – раздался детский голосок.
– Это кому это я тут братец, покажись? – стараясь шуткой, скрыть смущение от встречи с родными, пробасил Василий.
– Батюшка Василий Иванович! Какой же вы стали! А голос-то, какой густой сделался, ну чисто генерал! Слава тебе, Царица небесная! Услышала Матерь Божия наши молитвы, дождались родители праздника! – запричитала старуха нянька.
– Что-то я со света, никого толком признать не могу, нянюшка, ты ли это?
– Поди, нянька, поди! Дай мне сына своего обнять! – дрожащим голосом проговорил старый майор, протягивая к Василию руки. Рядом с отцом стояла, прижав к губам платок, матушка Александра Васильевна и глядела на своего первенца глазами, полными слез.
– Маменька, что же Вы плачете, ведь братец живой-здоровый приехали! И, верно, подарки всем привезли! – прервал трогательную встречу все тот же детский голосок.
– Наташа! Как можно! Вот погляди, Васенька, на эту егозу. Сестрица твоя, Наталья. Десятый год всего, а бедовая страх! И никакого почтения к родительнице – задыхаясь, выговорила наконец Александра Васильевна.
Pulsuz fraqment bitdi.