– И на что же ты собираешься меня сподвигнуть? – спросила заинтригованная Веката, усердно пытающаяся отогнать опасение, что Хайрэс планирует ещё одно испытание для её психики.
– Соревнование. В воздухе, – коротко ответил тот.
– Это как? – её беспокойство растаяло без следа, окончательно уступив место нетерпеливой заинтересованности.
– Попрактикуемся немного в виртуозности наших крыльев. Судя по тому, что на наши свидания ты в основном прилетала, а не телепортировала, к полётам ты относишься вполне положительно. Как и я. А ещё мы оба не против посостязаться – не зря же ловим азарт в дуэлях. Так почему бы не посмотреть, на что мы способны?
– Только посмотреть? – уточнила ангел.
– И повторить, разумеется. Иначе было бы слишком просто и скучно, не так ли?
– А если не получится?
– Ты проиграешь, – ухмыльнулся демон. – И ещё раз докажешь, что никто не сможет сравниться с подлинным величием наследника Тьмы, будь то его превосходство в баталиях или непревзойдённость в небе.
– Не стоит быть таким самонадеянным. Не то я могу подумать, что ты загордился, и ради твоего же блага постараться вернуть тебе смиренную скромность, – предупредила Веката, отлично понимая, что Хайрэс явно и нарочно её провоцирует, и подхватывая его игру.
– Нельзя вернуть то, чего никогда не было, – хохотнул он.
– Значит, придётся тебе приобрести кое-что новое.
– Какое громкое заявление! Ну тогда попробуй воплотить его в жизнь! – Хайрэс расправил крылья и взлетел.
– С огромным удовольствием! – Веката последовала за ним.
Поднявшись на достаточную высоту, Хайрэс притормозил и оглянулся на ангела.
– Ну что? Не хочешь начать и продемонстрировать мне образец высшего пилотажа? – сказал он, не переставая хитро улыбаться.
Векату так и подмывало ответить в духе «смотри и учись», но рисоваться и хвастаться, да ещё и не имея за плечами уверенности в успехе, было не в её правилах. Яснее ясного, что наследник Тьмы не первый день осваивает крылья и управляется с ними не хуже неё, чтобы легко обставить его в воздушной партии. Однако коли он настоял на этом турнире виражей, она покажет всё, чему научилась с той поры, как впервые поднялась над травой Райского сада. Веката резко взмыла вверх и, не останавливаясь, завертелась в таком быстром и закрученном повороте, что всё вокруг слилось в мельтешащий хаос, из-за чего она на несколько секунд утратила ориентацию в пространстве и лишь чудом сумела выровняться, завершив трудный трюк без плачевных последствий. Восстановив потерявшую чёткость картину мира, ангел перевела глаза на Хайрэса, ожидая его реакции.
– Что ж, весьма неплохо, – демон несколько раз хлопнул в ладоши, изображая овации. – Однако неужели это всё, чем ты можешь блеснуть?
– Прежде чем я продолжу, попробуй повторить хотя бы это, самопровозглашённый специалист по полётам, – парировала Веката.
– Без проблем, – пожал плечами тот.
И Хайрэс действительно почти в точности воспроизвёл её трюк, разве что движения его выглядели более резкими и отрывистыми, отчего пируэт казался не очень изящным и несколько ломаным. Но в технической части придраться было не к чему, и Веката признала про себя, что одолеть наследника Тьмы в небе будет ничуть не проще, чем на земле.
– Убедилась? – спросил он, обернувшись к ней.
– Убедилась, – кивнула Веката. – Хотя визуальный аспект я бы на твоём месте проработала качественнее.
– Ха, кому какое дело до эстетических мелочей? Главное, чтобы функциональность не страдала.
– Всё зависит от конкретной цели, – качнула головой Веката.
– В данном случае цель определённо не в том, чтобы покрасивее взмахнуть пёрышком, – хмыкнул Хайрэс. – Но сейчас о другом. Ты упустила свой шанс победить, ангел. Потому что теперь моя очередь задавать стандарты мастерства. Смотри!
И он ухнул вниз. Веката на миг растерялась, а затем устремилась за ним, поражаясь скорости, с которой он летел. А точнее падал, сложив крылья. У Векаты в груди нехорошо похолодело – Хайрэс тот ещё любитель острых ощущений, и возможность разбиться о камни его мало того, что не испугает, но и подстегнёт не останавливаться до последней капли будоражащего риска. И если он в погоне за адреналином не рассчитает хотя бы доли секунды, промедлит хотя бы миг, то ни за что не успеет выйти из пике и в самом деле врежется в какой-нибудь утёс… Страх скрутил её и нарастал так же быстро и неумолимо, как Хайрэс приближался к безразличным скалам. «Взлетай! Ну же, взлетай!» – мысленно молила она его, будто её немой призыв мог образумить одержимого страстью наследника Тьмы. Ей хотелось закричать в голос, но она знала, что так подвергнет его ещё большей опасности – стоит ему отвлечься, и его шансы на благополучный исход рухнут, опередив даже безрассудного демона.
И вот, когда до земли оставалось всего ничего, крылья Хайрэса раскинулись в стороны, вздымая ветер и уверенно пронося его над неровными камнями, будто это была не жёсткая твердь, а бесплотная дымка иллюзии. Пролетев несколько метров почти параллельно скале, Хайрэс немного приподнялся над её поверхностью и вдруг, к изумлению замершей в напряжении Векаты, прокрутился вокруг своей оси, как юла, позабывшая, куда должно быть направлено её остриё, а затем как ни в чём не бывало выровнял крылья и направился к ней.
– Что скажешь на такое? – осведомился наследник Тьмы, стараясь, чтобы его спокойный голос не перебивался участившимся тяжёлым дыханием.
– Ты безумец, – наполовину негодующе, наполовину восхищённо отозвалась она.
– Это комплимент? – по его губам скользнула самодовольная улыбка.
– Это факт. Ты же едва не разбился! О чём ты только думал?..
– Как раз о том, чтобы этого «едва» не произошло. Не считаешь же ты, что я первый раз проворачиваю нечто подобное?.. У меня в запасе было не одно десятилетие, чтобы научиться всяким эффектным вещам.
– И тем не менее… – начала ангел, но Хайрэс перебил её:
– Когда в твоих руках находится бессмертие, некоторые сумасшедшие занятия начинают казаться не такими уж бессмысленными… Как бы то ни было, ты, я вижу, впечатлена моими достижениями?
– Более чем, – заверила его Веката, у которой в горле до сих пор стоял нервный комок.
– Не хочешь повторить? – лукаво прищурился он.
– Хочу! – неожиданно для самой себя выпалила она.
– Решила поиграть в самоубийцу? – удивлённо вскинул брови Хайрэс. – Не знал, что в тебе живёт тайный камикадзе.
– Думаешь, ты один с крыльями управляться умеешь?.. Я, к твоему сведению, тоже не первый век летаю.
– Летаешь, а не пытаешься покалечиться, – отметил демон.
– И не покалечусь. Ты ведь хотел посоревноваться со мной, так? В чём тогда проблема? Всё идёт по-твоему, вот и наслаждайся процессом, а не отговаривай от того, на что сам меня подбил.
И Веката устремилась вверх, чтобы набрать высоту для будущего пике. Хайрэс растерянно смотрел на её удаляющийся силуэт. Надо же, просчитался. Светлая и впрямь увлеклась их затеей. Чересчур увлеклась. Рисуясь перед ней, он просто желал подразнить её, но не предполагал, что она всерьёз воспримет его слова. Скверная ситуация… Если она никогда не училась настолько резко выходить из отвесного падения, то ни за что не успеет вовремя расправить крылья, а если и успеет, они банально не выдержат непривычного напряжения, и она всё равно не избежит падения. Чрезвычайно болезненного падения – его опыта хватило, чтобы познать все прелести неудачных выходов из сложных виражей. Надо было сразу остановить её!.. Что хорошего, если она впишется в какую-нибудь скалу и что-нибудь себе сломает?.. Никакого веселья, сплошное расстройство! И кто его за язык тянул?.. Не мог, что ли, обойтись без идиотских подначек?.. Что за дурацкая привычка задирать нос там, где от тебя и так не требуется ничего никому доказывать? Только бы ей хватило благоразумия затормозить раньше, чем это сделал он…
Ответ на его тревожные мысли не замедлил материализоваться в виде несущейся к земле Векаты. Она падала вниз со сложенными крыльями, и Хайрэс начал поневоле отсчитывать секунды, необходимые для успешного взлёта. Веками упражняясь среди Адских гор и равнин, он установил для себя условные планки риска – пространственные границы и временные промежутки, достаточные для безопасного окончания каждой воздушной фигуры. Он учился постепенно смещать их, усложняя предстоящую задачу и ценой многочисленных ошибок выясняя, на что способны его крылья, какой рубеж ему удалось преодолеть, а на какой зариться ещё не стоит. И потому глядя на Векату, он машинально анализировал, к каким показателям она подбирается и на каких ей стоит прекратить изображать упёртый героизм и позаботиться о сохранности бренной оболочки. Расстояние до камней быстро сокращалось, и волнение Хайрэса продолжало возрастать – самые безопасные пределы, за которые он мог не переживать, остались позади, и перспективы Векаты таяли с катастрофической скоростью. «Хватит, тормози! Я понял, ты талантливая, остановись!» Ближе, ещё ближе к скалам. «Проклятье, взлетай!»
И она взлетела. Будто услышав его молчаливый возглас, раскинула крылья и, заложив дугу, вышла в плавное планирование. Хайрэс коротко выдохнул. Строго говоря, ангел не дотягивала до его уровня – он оборвал свободное падение в гораздо более рискованной точке, закончить его было объективно труднее и требовало куда больших усилий, умений, сноровки… Но теперь это практически не имело значения – главное, что с Векатой ничего не произошло. Однако не успел он расслабиться, как ангел подкинула ему новый повод понервничать – видимо, решив, что начатое нужно довести до конца, она стремительно закрутилась, попытавшись повторить его горизонтальный поворот (сложный трюк, между прочим, ещё и с таким бэкграундом), но на этот раз крылья подвели, и её занесло в сторону. Хайрэс ринулся к ней (благо, держался не слишком далеко) и почти чудом подхватил незадачливую каскадёрку, не давая ей удариться о камни и помогая восстановить равновесие. Несколько секунд суетливой неразберихи, и крылья Векаты, перестав судорожно бить о воздух, вернули себе былую уверенность. Они зависли на месте, по-прежнему держась друг за друга, и неожиданно Хайрэс прямо перед собой увидел её побледневшее застывшее лицо. Их глаза встретились. А затем Веката слабо улыбнулась.
– Спасибо…
– Не за что, – Хайрэс понимал, что ангела уже можно отпустить, но почему-то не желал разжимать руки. – Ты меня удивила, – добавил он.
– Я не хотела уступать тебе, – вздохнула та. – Но это не имело ни малейшего смысла…
– Кое-что у тебя всё же получилось, – возразил демон. – Не без недочётов, конечно, но база у тебя приличная, – он не мог делать вид, что она всё выполнила идеально, но и не выказать некое признание было бы нечестно. Особенно с учётом, что из-за случившегося он сам чуть ли не впервые в жизни беспокоился за кого-то постороннего.
– Даже если так, это ничего не меняет. Кажется, я только что опять проиграла великому наследнику Тьмы, – усмехнулась она, разжимая пальцы, стискивавшие его плечи с того момента, как она вцепилась в него в поисках опоры.
Хайрэс помолчал.
– Лишь если ты сама хочешь завершить нашу игру, – наконец отозвался он.
– А разве моё поражение не засчитывается автоматически? – изумилась Веката.
– Откровенно говоря, процесс приносит мне на порядок больше удовольствия, чем результат, – ответил Хайрэс. – В целом мне безразлично, насколько успешно выходит тот или иной элемент – сама суть в том, сумеешь ли ты его воспроизвести, выполнив то, что тебе незнакомо. И то, что какой-то из них у тебя не сложился, не означает, что на этом всё закончено. Всё зависит исключительно от твоего желания. Что думаешь?
Размышления его собеседницы продлились не дольше пары мгновений.
– Думаю, что ещё не показала тебе всё, на что я способна, – задорно заявила она.
Хайрэс удовлетворённо хмыкнул и отстранился, предоставляя ей свободу действий.
– Тогда приступай. Мне не терпится увидеть, какие ещё сюрпризы ты намерена мне преподнести, – с улыбкой произнёс он.
Хайрэсу не требовалось много времени, чтобы понять, что Веката тяготеет к изящным виражам и эффектным жестам. Похожие тенденции прослеживались, ещё когда она устраивала ледовое представление, и сейчас просто подтвердились в иной ипостаси. Его самого живописные пируэты никогда особо не прельщали – какая от них польза?.. Разве что покрасоваться. Но в Аду подобным не похвастаешь – там это не вызовет ничего, кроме снисходительно-насмешливого недоумения. Нет, лично он всегда предпочитал высокие скорости, опасные выпады и внезапные развороты, будоражащие кровь в жилах и сбивающие с толку противника. Дублировать фигуры, которые выписывала в воздухе Веката, было для него не столько трудно, сколько ужасно непривычно и потому страшно неудобно. Кроме того, давала о себе знать и разница в строении их крыльев, неощутимая при обычных полётах, но проступавшая в мелких нюансах, из которых складывался целостный образ каждой комбинации. А вот Векате, судя по всему, его рискованные манёвры действительно давались нелегко – если его сковывал недостаток конкретных навыков, то её в дополнение к этому ещё и преследовал страх утратить контроль над крыльями и врезаться во что-нибудь. Хотя Хайрэс, неизменно державшийся поблизости, незаметно страховал её, понимая, к чему может привести серьёзное падение, но вряд ли ангелу это сильно помогало. Однако она всё равно старалась изо всех сил и явно наслаждалась их соревнованием, несмотря на все сопровождавшие его сложности.
10
Выровняв крылья после очередного повторённого за наследником Тьмы трюка, Веката подлетела к нему.
– Чем ещё намереваешься впечатлить меня? – осведомился он, видя, что она не спешит приступать к новому пируэту.
– Кажется, я уже израсходовала лимит того, что могло бы тебя заинтересовать, – сказала ангел. – Однако у меня есть для тебя другое предложение.
– Какое же?
Веката хитро прищурилась, хлопнула его по плечу и тут же метнулась в сторону.
– Догоняй! – крикнула она, стремительно удаляясь прочь.
Хайрэс на миг замер, соображая, что за детские забавы устраивает светлая, а затем бросился за ней. На самом деле она выбрала не такое уж смешное занятие – битвы между ангелами и демонами часто разворачиваются в воздухе, и чтобы уничтожить врага, его нередко приходится догнать, ввязавшись в невольную схватку быстроты и ловкости, и лишь потом пустить в ход оружие или магию. Да о чём тут рассуждать – их первая встреча, и та началась с преследования. Правда, в тот раз цели у него были совершенно иными… Но какая разница? То, что в этой гонке амулет Векаты ему стопроцентно не светит, нисколько не умаляло его энтузиазма. Хотел бы его забрать – уже давно забрал бы. Для него сама Веката гораздо привлекательнее какого-то там медальона!
Настигнуть Векату оказалось непросто – то, что она не владела теми же мудрёными финтами, что он, не мешало ей отлично управлять крыльями, лавировать в воздушных потоках, петлять среди скалистых выступов и нырять за покров белёсых облаков. Однако разве могло это остановить упрямого наследника Тьмы, неутомимого охотника, обуреваемого азартом погони?.. Он подхватывал попутный ветер и менял позиции, подрезал ангела на поворотах и неожиданно входил в пике, рассеивал облака огненными вспышками и не давал своей жертве ни минуты отдыха. Который им обоим, кстати, не помешал бы – его дыхание уже немного сбилось, крылья начали недовольно поднывать, а пристальное внимание заметно ослабло. Предыдущее изматывающее состязание определённо не прошло для него бесследно… Но если он чувствует подступающую усталость, значит, Веката тоже не в лучшем состоянии. И надолго её точно не хватит.
Глаза Хайрэса неотрывно следили за светлым силуэтом, обогнувшим горный пик и скрывшимся за густой облачной пеленой. Несколько мощных взмахов крыльев, и он влетел в туманную влажную дымку, мутной завесой отгородившей от него окружающее пространство. Почти не сбавляя скорости, он продолжил движение, одновременно настраиваясь на восприятие импульса, исходящего от Векаты и способного привести его к ней без всяких подсказок зрения. Томительные секунды ожидания, и в его сознании полыхнул знакомый сигнал. Совсем рядом! Настолько рядом, что можно протянуть ладонь и…
– Ай! – отдался у него в ушах испуганный вскрик.
С размаху врезавшись в кого-то, Хайрэс инстинктивно обхватил его руками, пытаясь сохранить равновесие. Чьи-то пальцы до боли вцепились в его плечи, однако чтобы удержаться на месте, этого было мало, и он, увлекая за собой причину собственного падения, полетел вниз. Желая взять ситуацию под контроль и предотвратить ещё более печальные последствия, демон сосредоточился и изо всех сил напряг крылья, заставляя их возвратить потерянную устойчивость. К счастью, проблема разрешилась быстро. То ли давало о себе знать его отточенное веками мастерство, то ли сыграла роль помощь второго участника столкновения, не меньше него старавшегося восстановить баланс.
Хайрэс поднял глаза и взглянул на Векату, которую сжимал в объятиях. Очутившись вдали от злополучного облака, он смог её разглядеть: щёки слегка порозовели, глаза возбуждённо блестят, с губ слетает тихое отрывистое дыхание. Сейчас, когда они снова столкнулись, но вместо страха на её лице читалось веселье, она вдруг показалась ему невероятно красивой. Ещё более красивой, чем всегда. Интересно, почему раньше он так упорно не обращал на это внимания?.. Хотелось смотреть на неё вечно и никогда-никогда не отпускать. Он чуть крепче прижал её к себе, ещё острее ощутив тепло её разгорячённого стремительным полётом тела, которое окатило его приятной волной, и негромко выдохнул:
– Догнал.
Веката улыбнулась. Очень странно улыбнулась: счастливо и вместе с тем как-то скованно.
– Ты победил, – констатировала она, не отрывая от него сверкающих глаз.
Её руки соскользнули с плеч наследника Тьмы и внезапно обвили его шею. Хайрэс застыл, чувствуя, как она прильнула к нему, и испытывая удивительную смесь растерянности, радости, изумления, нелепой неловкости и ещё чего-то непостижимого. Чего-то огромного, что распирало его изнутри, как энергия чужих амулетов, и пьянило не хуже дарованной ими эйфории всемогущества. Чего-то, что грело лучше его испепеляющего пламени. Чего-то, что заставляло его сердце биться чаще и постоянно ворочалось у него в груди, когда он глядел на Векату. Что же это такое?.. И почему чувствовать его так приятно?.. Наверное, он никогда не узнает этого… Сколько его вопросов о Векате уже осталось без ответа?..
Впрочем, в тот момент ответ ему и не требовался. Всё, что ему требовалось – продолжать обнимать ангела, прижавшуюся к его груди, ощущать, как приподнимаются под его ладонями её плечи, вдыхать аромат её волос, которого он раньше не замечал, но почувствовал теперь – едва уловимый аромат прохладной свежести… Примерно так пахнет кристально белый снег, выпавший морозной ночью и наутро укутавший мир незапятнанной чистотой первого зимнего дыхания.
Наверное, обниматься в воздухе – далеко не самая гениальная затея: их крыльям было не слишком-то удобно удерживать хозяев в таком положении, а чтобы предотвратить дёрганный диссонанс, приходилось двигаться в идеальном унисоне, однако Хайрэс просто не мог отпустить Векату. Чересчур долго глупая, почти неосознанная мечта об этой минуте обитала в сокровенных уголках его души, до которых даже он не мог добраться. И ему казалось, что, если он разожмёт руки, желанный миг рассыплется, как карточный домик иллюзий, и больше никогда не повторится. Что никогда больше Веката не захочет обнять его, никогда не захочет оказаться настолько близко к нему, никогда её бездонно-синие глаза не будут смотреть на него с таким выражением… В этом до ужаса иррациональном, смешном, поистине идиотском опасении Хайрэс ни за что не признался бы не то что Векате, но и самому себе. Однако избавиться от него это нисколько не помогало.
Время совсем позабыло о нормальном течении и замкнулось, превратив мгновения в вечность, а вечность – в ничтожную малость. По крайней мере, именно такое ощущение создалось у Хайрэса, когда Веката мягко отстранилась от него и её ладони соскользнули на его наручи.
– Давай спустимся, – наполовину вопросительно, наполовину утвердительно произнесла она.
Демон молча кивнул и нехотя разжал объятия. Они с Векатой полетели к видневшейся неподалёку плоской площадке, на которой можно было разместиться вдвоём, не беспокоясь о том, что кто-то не усидит на скромном пятачке и свалится в разверзшуюся внизу пропасть. Правда, чтобы пространства действительно хватило обоим, громоздкие крылья пришлось дематериализовать, из-за чего пустота под ногами сразу стала более заметной и даже как будто осязаемой. Но что значит для высших существ смертельная высота и острые скалы?.. Что надо быть поаккуратнее и поближе придвинуться друг к другу, дабы избежать боли и обременительных травм, только и всего.
Хайрэс взглянул на туман, прячущий за клубящимся покрывалом хищный оскал каменных выступов и голых утёсов. Вообще-то, вернувшись из подёрнутой серой дымкой Сумрачной долины, в которой он провёл несколько отнюдь не прекрасных веков, туман он начал откровенно недолюбливать – очень уж ярко он напоминал ему о бессильном отчаянии заточения, переживать которое вновь ему определённо не хотелось. Поэтому нынешнее зрелище радужных впечатлений в нём совершенно не вызывало. Что-то коснулось его руки, отвлекая от мрачных мыслей, и он перевёл глаза на пристроившуюся рядом Векату.
– Спасибо за сегодня, – негромко сказала она с лёгкой улыбкой.
– За что конкретно? За разнообразие в месте свидания и занятиях, за то, что ты едва не разбилась, или за то, что я тебя поймал? – попробовал вернуть себе привычку ехидничать по поводу и без наследник Тьмы.
– За то, что было здорово, – ответила Веката, заглядывая ему в лицо и обрубая на корню его попытку восстановить обыкновенный иронично-циничный образ.
– А в другие дни было не здорово? – он сам не до конца понимал, серьёзно спрашивает её об этом или банально цепляется к словам.
– И в другие тоже. Но сегодня – особенно.
Её пальцы сжали его ладонь, и она поднялась на ноги, балансируя на краю обрыва.
– В таком случае, если хочешь и впредь наслаждаться моим приятнейшим обществом, постарайся не сбить меня при взлёте, – посоветовал демон. – В покалеченном виде я куда менее активный и позитивный, знаешь ли.
– Не волнуйся, это тебе не грозит, – откликнулась Веката. – Благодаря тебе мои крылья и без того знатно поработали и заслужили достойный отдых. Поэтому обратно я отправлюсь без их помощи. До скорой встречи, – она махнула ему ладонью.
– До встречи, – кивнул он, наблюдая за тем, как Веката исчезает в сиянии телепортации.
Хайрэс покидать место последнего рандеву не спешил. Куда ему торопиться?.. В опостылевший Ад или к бестолковым смертным, которыми он почти не занимался (хотя следовало бы – скоро срок сдачи отчётных шаров, а у него наполовину пустая сумка)?.. Лучше уж остаться здесь, где в воздухе ещё витает слабое эхо их с Векатой коротких переговоров, быстрых полётов и сердечных объятий. Кстати об объятиях… Что переклинило у него в мозгу, отчего он с таким горячим желанием прижимал к себе ангела? И что творилось у неё в голове, когда она с готовностью обняла его в ответ? Почему она так улыбалась, оказавшись в его руках?.. Не тепло и понимающе, как в прошлые разы, когда отзывалась на его шаги в сторону установления физического контакта, а страстно и нетерпеливо, как если бы ей самой очень давно хотелось чего-то подобного… Да нет, с чего бы? Будет она интересоваться такими тривиальными вещами, о которых и подумать смешно… С другой стороны, она никогда не отталкивала его, когда он хотел сблизиться с ней. Не возражала, не отстранялась, а напротив, придвигалась к нему теснее и крепче сжимала его ладонь. Выходит, не так уж он далёк в своих предположениях от истины?..
Но если так и есть… неужели её тоже к нему тянет? Испытывает ли она то же диковинное ощущение, норовящее соединить тебя с другим существом, не дающее полноценно жить без него и мешающее адекватно воспринимать того, к кому ты умудрился привязаться? И если так, возможно, ей известно, как зовётся это чувство и как с ним совладать? Проще всего спросить её об этом напрямую, но… но для этого пришлось бы максимально подробно описать то, что происходит у него внутри. А он отнюдь не был уверен, что готов на столь высокую откровенность. Пусть и перед Векатой, которой он открылся до той степени, до какой никогда и никому не открывался. Кого впустил столь глубоко, что не находил сил выдворить обратно. Кто отзывался в нём так, как никто не отзывался. Однако даже ей он не мог рассказать обо всех душевных перипетиях, стремлениях, несуразицах и неразрешимых вопросах, что обрушились на него. Испытывать их было для него до дикости ненормально, а признаваться в этом почему-то казалось чем-то постыдным, что категорически несвойственно его положению. Ещё более несвойственно, чем всё, о чём Веката уже успела узнать.
И всё же Хайрэс не мог отрицать, что, несмотря на всю невообразимость происходящего, оно ему нравилось. И пробелы самоконтроля, прорывавшиеся сквозь привычную насмешливую маску, уже не обескураживали настолько, чтобы сбить его вдохновенный настрой, неизменно сулящий ещё более широкий спектр будоражащих ощущений, чем те, которые он изведал сейчас. Прежнее обещание гармонии и радости от встреч с Векатой не подвело – так почему бы не полагаться на него и в дальнейшем? Почему бы не поверить в то, что отношения с этой светлой могут дать ему гораздо больше, нежели он уже успел получить?..
Следующее свидание наследник Тьмы назначал Векате с тем же энтузиазмом, что и доселе, однако заранее испытывал едва уловимую терпкость разочарования от того, что его ожидало. Он знал, что с минуты на минуту она окажется рядом, знал, что снова окунётся в чарующую магию её присутствия – в образы, звуки, запахи, прикосновения, мысли… но не почувствует того, что обезоружило и пленило его всего пару дней назад – её искренних объятий. Нет, тот миг не повторится… Тогда всё вышло просто и естественно, практически само собой, как будто вся атмосфера вокруг приглашала их сблизиться. А теперь… Теперь, соверши он нечто в таком духе, это будет выглядеть страшно вымученно и нелепо, как финал многолетней рукописи, между делом дописанный случайным прохожим, единым махом перечеркнувшим всё плавное изящество автора, строчка за строчкой ткавшего одному ему ведомое полотно повествования. Нет, он не станет так унижаться ради сиюминутного желания!.. Уж лучше вовсе обойтись без объективно ерундовых мелочей, чем устраивать ради них пропитанные наигранностью и неловкостью сцены.
Однако у Векаты на сей счёт, кажется, было иное мнение. На зов именной руны она явилась довольно быстро, едва заметив Хайрэса, улыбнулась и двинулась ему навстречу. Пять шагов, три, один… Она не остановилась, и за секунду до того, как её руки обвили его шею, демон успел заметить в её глазах тень решимости, точно она была пловцом, набиравшимся смелости, чтобы прыгнуть в воду с десятиметровой вышки. А затем он вдруг осознал, что то, чего он так хотел, но не собирался насильно подталкивать к свершению, воплотилось в реальности. Вот она, Веката, прямо в его руках, она обнимает его, а он ощущает её живое тепло. Хайрэс медленно, чуть ли не заторможенно коснулся её спины. Осторожно провёл пальцами с острыми ногтями вдоль её позвоночника. Какая же она хрупкая, какая беззащитная… Как доверчиво она обнимает его, наследника Тьмы, способного в любой момент материализовать клинок и пронзить её насквозь в угоду очередной гадкой подлости. Он помимо воли представил эту сцену – тихий вскрик, оседающее на его руках тело, искажённое страданием и разочарованием до боли знакомое лицо… Её лицо. Чудовищная картина яркой вспышкой высветилась в сознании, и Хайрэс с отвращением отогнал её прочь. Не бывать этому. Никогда. Ни за что. И словно чтобы вымарать мерзкую фантазию, подчеркнуть её несбыточность, он безотчётно прижал к себе белокурого ангела.
Он отпустил её, лишь когда Веката убрала руки, будто сделать это раньше означало пренебречь выпавшей возможностью, а позже – нагло злоупотребить ею. Разумеется, прежде его бы не озаботили такие незначительные нюансы, но с той поры в его мировосприятии изменилась не одна составляющая, и неустойчивость тонких материй, что привносила в их общение Веката, вынуждала его отнестись к ним бережно. Чтобы не разрушить в самом начале то, что цепляет его сердце, не разорвать зарождавшуюся между ними невесомую нить, которой (он это чувствовал) под силу ещё прочнее привязать их друг к другу. Впрочем, промолчать на эту тему он тоже не мог, и потому, едва лицо Векаты очутилось в поле его зрения, поинтересовался:
– И что на тебя нашло?
– Захотелось, – невозмутимо пожала плечами та. – А что, есть возражения?
«Захотелось!» Как легко у неё всё получается! Никаких предрассудков, сомнений, условностей статуса… Он тут голову ломает, как с достоинством выйти из щекотливых ситуаций и не поддаться абсурдным побуждениям, портящим его бессовестно скатывающийся имидж, а она об этом не то что не беспокоится, но и вовсе не думает! Безбашенная светлая! Или всего-навсего честная не только с ним, но и с самой собой?.. Действительно, к чему притворство?.. Бредовые выходки, на которые его регулярно толкает поднимающееся при виде Векаты волнение, не несут никакой угрожающей подоплёки и вряд ли наткнутся на осуждение с её стороны. Она не его сородич, готовый позубоскалить по каждому мало-мальски подходящему поводу, поглумиться над чьей-то оплошностью или тем, что считается в их кругах слабостью, унизить и втоптать в грязь. Она ангел. Не чужой ему ангел. Она умеет понимать и принимать других, а подобные проявления сентиментальности не просто не считает неуместными, глупыми и неподобающими, но, напротив, ценит и уважает, как признак доверия и огромной симпатии. Так значит, не её реакции он опасается, заставляя себя молчать, а своих же представлений о том, как ему должно себя вести. Заложник собственных иллюзий самомнения. Как бессмысленно…
– Пока нет. Но что ты будешь делать, если мне тоже чего-нибудь «захочется»? – спросил Хайрэс.
– Если это «что-нибудь» никому не причинит вреда, то не вижу в нём ничего предосудительного. Поступай, как тебе заблагорассудится.
Демон смерил собеседницу оценивающим взглядом, хмыкнул и, быстро ухватив её за запястье, властным рывком притянул к себе. Веката испуганно выдохнула, и он, одной рукой придерживая ангела за талию, второй взял её за подбородок и приподнял так, чтобы хорошо видеть её лицо.
Pulsuz fraqment bitdi.