Kitabı oxu: «Добрые рассказы»

Şrift:

Басня о пылесосе

У нас у всех есть пунктики. Кто-то помешан на вкусной еде, кто-то – на спорте, кто-то любит садиться в одном и том же месте в вагоне метро, кто-то чистит зубы четыре минуты, а кто-то не выносит крошек на полу. Галина была из числа последних, она была рьяной уборщицей! То есть она была бухгалтером, но дома проявляла качества клининг-мастера высшего класса.

У Галины было двое сыновей и муж, то есть все те, кто обычно называется семьей, но в данном случае те, кто несли мусор домой. Трехступенчатая система вытирания ног не спасала квартиру от уличного песка летом и камушков соли зимой. Каждый вечер Галина стояла с пылесосом возле двери и тщательно пылесосила за всеми входящими: благо муж с работы, а дети после школы и секций возвращались в одно время.

Конечно, если кто-то приходил в гости, то восторгам по поводу чистоты не было предела. В этой квартире можно было проводить хирургические операции – настолько все сверкало и блестело. Разумеется, после ухода гостей проводилась тщательнейшая уборка.

У многих женщин есть гардеробная комната, которой некоторые даже хвастаются. Галина же могла похвастаться своей кладовой с хозяйственными принадлежностями: щетки, швабры, пылесосы, тряпки и бутылочки со всевозможными чистящими средствами. Все это было аккуратно расставлено по полочкам в чулане, и запиралось на ключ, который никому в семье не доверялся кроме жены.

Все поверхности в доме протирались от пыли раз в два дня, а вот полу уделялось особое внимание: ежедневная сухая и влажная уборка проводились в Галиной квартире. Целый арсенал пылесосов был у женщины на страже чистоты. Робот-пылесос жужжал по ночам, вертикальный – для крошек после обеда, пылесос с влажной уборкой – для всей квартиры и старый, но самый мощный проводной пылесос – для генеральных уборок (раз в неделю). Для чего все это было нужно? Дело в том, что у Галины было хорошее зрение. С высоты своего роста она видела малейшие крошки на полу, которые жутко ее раздражали. Обычный человек (а в случае Галины – это все остальные члены семьи) вообще их не замечали, но позволяли матери и жене жить со своими «увлечениями», как они это называли.

Довольно долгое время ничего не менялось. Женщина продолжала драить квартиру по собственной методике, получая удовлетворение от идеальной чистоты. Однако весенним днем, когда на улице совершенно неожиданно подморозило, Галина по дороге домой поскользнулась и упала. К счастью, она ничего не сломала, но сильно потянула ногу. Врач в травмпункте прописал неделю постельного режима. Женщину отвезли домой, перепуганные домочадцы стали заботиться о ней. Первые два дня Галина чувствовала себя хорошо, за ней ухаживали ее мужчины: приносили вкусную еду, на работу ходить не надо было, ногу мазали специальным холодящим кремом. Через некоторое время женщина почувствовала недомогание. Она не сразу поняла, что случилось, но вскоре… Квартира начала загрязняться. На полу появились крошки, пыль и волосы – она прекрасно их видела.

На третий день своего бездействия Галина доверила мужу ключ от кладовки с хозинвентарем. Муж пошел за пылесосом, а любопытные школьники заглядывали отцу через плечо, пытаясь разглядеть мамины сокровища.

Муж неуклюже взялся за самый простенький пылесос и включил его.

– Возьми большой пылесос, – закричала Галя из комнаты. По шуму пылесоса она поняла, что муж достал не тот.

– Ладно, – донеслось ворчание из кладовой.

Через десять минут разнообразной возни на пороге комнаты Галины возник вспотевший муж. Он стал пылесосить в помещении, но жена постоянно его поправляла. «Сначала тот угол». «Подожди, здесь в самом конце». «Нет, надо держаться выше, там специальная раздвижная ручка». «Постой, вот там еще волоски остались».

Через несколько таких же упреков муж бросил пылесос посреди комнаты.

– Вань! – заорал он старшему сыну. – Оставь свою стрелялку, иди давай пылесось. Я больше не могу.

Ваня с неохотой притащился в мамину комнату, но его хватило ненадолго. Не лучше вышло и у второго сына, он вообще бросил пылесос через две минуты и пнул его ногой перед выходом из комнаты.

Галина никак не могла понять, что сложного в ее инструкциях. Почему никто просто не может сделать так, как она говорит? «Вот встала бы, да навела порядок в доме за двадцать минут!», – думалось ей, но сделать этого она, конечно же, не могла из-за ноги.

Брошенная одна в комнате, вычищенной наполовину, Галина предавалась размышлениям еще несколько следующих дней. Почему она так любит порядок? Почему у нее на физическом уровне начинается головная и суставная боль из-за каких-то крошек и пылинок? Некоторое время женщина грустила: никто не ценит и не разделяет ее любовь к чистоте. Она боялась представить, что творится в других комнатах, а особенно на кухне, где трое мужчин готовили еду вот уже пять дней. К счастью, она слышала по ночам шум робота-пылесоса и уповала на его трудолюбие и эффективность.

На седьмой день к больной пришел хирург, чтобы осмотреть ногу. Оказалось, что полежать придется еще несколько дней.

– Как, доктор?! Да мне же надо уже…

– На работу? Да подождет ваша работа! – перебил врач.

– Да нет же. Мне убираться надо! Кругом пыль, грязь, заросли за неделю! – неистовствовала Галя.

Доктор недоуменно огляделся.

– Вы имеете в виду эту квартиру?

– Разумеется, – подтвердила женщина.

– Вы, должно быть, преувеличиваете. Я еще не бывал в таких чистых домах, – высказался хирург.

«Вот и он ничего не понимает!» – с досадой подумала Галина, но вслух, конечно, ничего не сказала.

Доктор ушел, а женщине предстояло бороться со своими «тараканами» еще два-три дня. Она терзалась тем, что швабры и щетки так близко, за стенкой, но воспользоваться ими она не может. Она ворочалась всю ночь, но смогла заснуть только под утро, и ей приснился сон.

Это была басня. Как часто бывает во снах, за основу взят какой-то известный сюжет, но вместо героев или некоторых мизансцен хитроумным мозгом подставлены реальные жизненные обстоятельства. Басня Галины называлась «Мартышка и пылесос». Сначала обезьянка получила в дар пылесос. Она долго не могла разобраться в его непростом устройстве. Потом, когда все-таки агрегат заработал, мартышка с удовольствием им пользовалась. И так проходили дни. Обезьяна чистила все вокруг, но постоянно мимо проходили другие животные и мешали ей: то слон кожуру от банана бросит, то тигр пронесется – пыль поднимет. В общем, к концу сна мартышка не выключала пылесос ни на секунду. Она пылесосила и пылесосила вокруг, пока не умерла от старости, со включенным пылесосом в руке…

Галина очнулась от сна в холодном поту. «Какой абсурд! Какой ужас!.. Что это вообще сейчас было?!»

Женщина помотала головой, чтобы сбросить последние остатки сна, но все-таки не могла перестать о нем думать. Неужели она ведет себя словно обезьянка? Помилуйте, да нет же… хотя… сходство, безусловно, наблюдается. Галина продолжала лежать и думать. Может быть, ей пересмотреть свое отношение к уборке? А что, если пылесосить один раз в два дня? Не слишком редко? Пожалуй, нормально. А пыль? Раз в неделю? Согласна. Посуда? Купим посудомойку – дети давно просили. А мои пылесосы? Не запылятся они от бездействия? Нет, буду укрывать чехлом. И Галину, кажется, отпустило. Она поняла, что не обязательно все время убираться. Она чересчур увлеклась, можно сказать, довела себя до безумия стремлением к идеальной чистоте. Можно себе разрешить не убираться так часто.

С осознанием этой мысли и наступил последний день постельного режима, и Галина встала с кровати. Сначала пошла с помощью родных, потом потихоньку сама. Домочадцы ждали, когда она рванет в кладовку. Вместо этого женщина пошла на кухню, заварила себе большую кружку кофе и с довольным видом встала, опершись на подоконник, поставив рядом чашку и глядя в окно.

– А погода-то! Погода! Вы посмотрите! Весна уж вовсю! Я столько пропустила. – Галина сделала глоток кофе и поставила кружку на стол, чтобы распахнуть окно. Женщина вдохнула полной грудью свежего весеннего воздуха. – Пахнет травой! – восхитилась она.

Семья стояла в смятении. Все ждали, что мать бросится убираться. На полу уже было достаточно пыли и ворсинок для тройной уборки. Младший школьник не выдержал первым.

– Мам, ты как? Убираться будешь? – спросил он.

– Что? Убираться? Ну, конечно, буду. Не сегодня, может, через пару дней.

– Серьезно? – удивились в один голос все.

– Ну да, – ответила Галина, повернувшись от окна. Тут она нахмурилась и поглядела по очереди на всех троих своим орлиным взором.

– А что это вы все в таком мятом? – строго спросила Галина. Дальше она добавила тише. – Может, мне теперь заняться глажкой?

– НЕ-Е-Т! – был всеобщий ответ.

А чем я могу гордиться в жизни?

На перроне витал аромат свежеиспеченных вафель. Маленькое дорожное кафе с распахнутыми дверями встречало пассажиров, которые прибыли на станцию Upper meadow (Верхний Луг). Это было туристическое место, где широко раскинулись пестрые цветочные луга и поля, засеянные лавандой.

В этот ранний час пришел поезд из ближайшего города. На перрон вышли немного заспанные работники этой туристической зоны: официанты и повара кафе, администраторы и уборщики гостиниц, экскурсоводы, фотографы, организаторы пешеходных и велотуров. Многие знали друг друга, поэтому тут и там слышались приветливые возгласы:

– Доброе утро, Мэри!

– Хорошего дня, Джон!

– Только посмотри, какой сегодня чудесный день!

День и правда обещал быть прекрасным: солнце светило ярко, но в этот утренний час еще не припекало, на небе ни облачка, слышно пение птиц и жужжание пчел.

Один пожилой господин немного замешкался в поезде, потому что читал очень интересную книгу. Когда поезд остановился, ему срочно пришлось доставать с верхней полки свой котелок и поскорее класть закладку в книгу. Он подхватил свой портфель, не успев убрать книгу внутрь, накинул котелок и вышел как раз вовремя – двери поезда закрылись прямо за ним. Мужчина привычно втянул носом воздух. На перроне всегда пахнет железной дорогой, но это если ты редко ей пользуешься. Те, кто ездят на поезде каждый день, не замечают этого запаха. Но вот запах свежей выпечки… наверно, к нему невозможно привыкнуть… разве что работнику пекарни, пожалуй.

Уверенным шагом пожилой господин в черном котелке и теплом черном костюме не по погоде направился в кафе на перроне.

– Доброе утро, Люси! – громко поздоровался он, войдя внутрь.

– Доброе, доброе, Оливер! – привычно бросила хозяйка заведения.

Пока несколько человек толпились у кассы, покупая пухлые круглые вафли в бумажном пакете с собой, Оливер сел за один из двух крошечных столиков. Люси даже не спрашивала: «Вам как обычно?», она просто кивнула официантке-помощнице, и та принесла поднос, на котором стояли белая чашка с черным кофе и тарелка с двумя крупными вафлями. Отдельно стояли две хрупкие вазочки: со сметаной и вареньем.

– Спасибо, Бетти! – поблагодарил господин и, сняв котелок и положив его на соседний стул, занялся завтраком. – Как всегда великолепно! – похвалил он хозяйку через плечо. Та в ответ что-то крякнула.

Когда с нежными вафлями было покончено, Оливер достал книгу и углубился в чтение, регулярно делая глоток горячего крепкого кофе. Бетти, которая помогла обслужить всех на кассе, протерла столы и некоторое время стояла в нерешительности неподалеку, все же осмелилась подойти к господину.

– Что вы читаете? – робко осведомилась она, сплетя руки на фартуке. На книге была непрозрачная обложка, которая скрывала имя автора и название.

– О, Бетти, это удивительная вещь! – вдохновенно ответил Оливер. – Присядь, – и он указал на третий стул за столом, прямо напротив него.

Девушка села, хотя совершенно не ждала приглашения. Ей всего лишь хотелось узнать, что можно так увлеченно читать. Все книги, что прочла Бетти, казались ей скучными и неинтересными. Школьная программа совершенно не рассчитана на современный мир, казалось ей. Хотя почему она спрашивает о книге у субъекта, который носит котелок, будто живет столетие назад? С другой стороны, он казался таким погруженным в выдуманный мир, что любопытство все-таки одержало верх.

– Это великий итальянский автор, Амир Бьенотти! Его произведения… – мужчина остановился, но не потому, что не знал, что сказать, а потому что мыслей в голове было слишком много, и он не мог их структурировать. Если бы он только открыл рот, фразы посыпались бы словно горох. В общем, ему пришлось взять паузу на пару минут, а затем он продолжил: – Замечательный слог, захватывающий сюжет, несколько пересекающихся линий, а персонажи… Они наполнены жизнью, они хотят жить, любить, чувствовать.

Бетти краем уха слушала чудного господина. В абсолютной степени ее поразило то, с каким чувством и воодушевлением он рассказывает о какой-то книге и каком-то там авторе, имя которого она слышала впервые, хоть Оливер и назвал его великим. А что она, Бетти, сделала в жизни такого, чтобы с вот таким же восторгом и переполняющими эмоциями рассказывать об этом? Как будто ничего… От собственных мыслей ей захотелось выйти наружу. Она поблагодарила Оливера за интересный рассказ и, так как до следующего поезда в кафе делать было нечего, вышла на перрон. Оттуда она спустилась и прошла по протоптанной тропинке на ближайший луг, на котором стояли лавочки, пока еще никем не занятые.

Опустившись на одну из скамеек, Бетти огляделась. Широко раскинувшиеся просторы, только изредка попадавшиеся на глаза невысокие постройки: кафе, магазинчики и одна двухэтажная гостиница. И все это утопает в зелени. Рядом с лавочками стоят красивые вазоны с цветами, на которых с самого раннего утра трудятся шмели и пчелы. Птицы устроили щебет на деревьях позади, наверно, у них завтрак. Бетти работала в этом месте уже несколько месяцев, это была ее весенне-летняя подработка, но до сих пор не привыкла к окружающей ее красоте.

Природа вокруг несколько поменяла ход мыслей девушки. Да, может быть, она еще не сделала ничего такого выдающегося, чтобы с жаром об этом рассказывать, но она молода, у нее все впереди. Бетти хорошо работает в кафе, хозяйка заведения Люси, хоть и немногословная женщина, но регулярно хвалит девушку. Разве одно это не достойно уважения?

Шум подъезжающего поезда оторвал девушку от созерцания красот, и она побежала на перрон в кафе. Вафлями обычно занималась Люси, а оформлением заказов и обслуживанием – Бетти. Из вагонов в кафе потянулись первые туристы. Девушка знала, что они стекаются на чудесный ароматный запах свежей выпечки. В голову Бетти вдруг пришла удивительная мысль. Да, в их заведении прекрасные вафли, но вход, дверь… почему они выглядит такими потрепанными? А внутри? Почему пространство кажется таким маленьким и темным? Она посмотрела на людей, которые проходили мимо их кафе. Такое ощущение, что они хотели бы зайти, но внешний вид их не соблазнил. Только некоторые туристы целенаправленно заходили внутрь, наверно, они уже пробовали вафли и знали, что здесь вкусно готовят. Большинство же все-таки проходили мимо.

Бетти пробежала внутрь и встала за кассу, опередив покупателей. Мысль о том, что она может предложить хозяйке блестящую идею, воодушевила девушку, и она работала с большой самоотдачей: улыбалась и болтала с каждым посетителем. Даже Оливер поднял взгляд от своей книги и удивленно взглянул на Бетти. Она и его одарила улыбкой.

Вечером, в шесть часов, когда последний на сегодня поезд отправился с Верхнего Луга в город, Люси и Бетти вместе закрывали кафе. Девушка с волнением поделилась своими мыслями. Хозяйка заведения была уставшей, но внимательно выслушала предложение по тому, чтобы сделать некоторый косметический ремонт снаружи и внутри. Консервативная Люси сразу отказалась: «Это дорого, на ремонт нужно много времени, да и кто, скажи на милость, будет его делать?»

Тем не менее Бетти забросила семечко-зародыш мысли в голову хозяйки. Той нужно было время. Уже на следующее утро, переспав с этой неожиданной, но все же интересной мыслью, Люси по-другому заговорила с Бетти. Во-первых, она стала серьезнее относиться к помощнице, а во-вторых, она спросила, что бы девушка поменяла, если бы «чисто теоретически» Люси согласилась на реновацию. Бетти предложила несколько интересных решений: внутри, для света, выкрасить стены в цвета топленого молока /хлеба, а для красок – украсить живыми цветами, которых на лугах в избытке в сезон. Снаружи дверь и рамы окон достаточно просто освежить: помыть и покрасить заново. И можно было бы поменять вывеску на более современную. Пока Бетти говорила, Люси обратила внимание на то, с каким чувством вдохновения вносит предложения помощница. Это произвело на хозяйку впечатление. Она поняла, что девушка говорит серьезно, а не просто кидает идеи.

Прошло несколько недель. Люси и Бетти договорились, что обязательно сделают ремонт, но только в конце сезона, чтобы не закрывать кафе в пиковое время. Владелица и помощница регулярно обсуждали, что и как можно будет изменить. Даже Люси вносила свои предложения, правда, в основном по части кухни, где выпекаются вафли.

Оливер регулярно заходил в кафе и сидел за столом с книгой: то одной, то другой, но все время в одинаковой непрозрачной обложке. Его чтение никогда не было унылым, он всегда читал с упоением. В одно из посещений Бетти преподнесла ему бесплатную порцию вафель, лично от себя, в знак благодарности за то, что его слова подтолкнули ее заняться чем-то интересным. Мысль о том, что ее предложение о ремонте было оценено и принято хозяйкой, сама по себе была приятной; а хлопоты и разговоры о том, как все будет устроено в кафе после ремонта, и вовсе заставляли девушку жить в предвкушении. Теперь каждое утро она вставала с кровати с целью, с воодушевлением, с надеждой… а что может быть лучше? Ну, только вафли Люси, может быть.

Ванесса начинает новую жизнь

«Где я буду жить?» – с ужасом думала Ванесса.

Девушка только что рассталась с мужем. Они снимали квартиру, маленькую компактную однушку, за которую платили вместе. Теперь им пришлось разъехаться к родителям: она к своим, он к своим. У Ванессы раньше была своя комната, но теперь она вся была завалена родительскими пожитками, которые они не хотели убирать. Вообще, вернувшаяся как снег на голову дочь их немного смущала. За пять лет они привыкли к самостоятельной и размеренной жизни, по очереди скрываясь в комнату Ванессы друг от друга, чтобы побыть в одиночестве.

– А вот и я! – заявила Ванесса воскресным утром на пороге отчего дома.

Поначалу родители обрадовались, пока не увидели два крупных чемодана за спиной своей дочери.

– Что случилось, дорогая? – спросила мама, оглядывая дочь с ног до головы и косясь на чемоданы.

– Мы с Марком расстались. Все. Свободна на все четыре стороны. Можно войти?

Мама отодвинулась и пропустила дочку в квартиру, а папа, кряхтя, затащил чемоданы.

– Может, все еще наладится? Вы помиритесь. Так бывает, мы с твоим отцом не раз ссорились, – начала мама успокаивать дочь.

– Нет, мам, ты не поняла. Мы развелись, официально, – ответила Ванесса, снимая куртку и разматывая двухметровый шарф.

– И ты нам не сказала?!

– Я не хотела говорить заранее, потому что вы бы меня стали отговаривать и переубеждать. Я была настроена решительно.

– Вот это новости! – причитала мама, вешая куртку дочери в шкаф-купе и аккуратно складывая длинный шарф. – Отец, ты почему молчишь?

– А что говорить? Ее решение, значит так надо. Из-за чего сыр бор-то? Гулял он? Так я и знал, ух гад!

– Нет, пап, он не обманывал меня, успокойся, не изменял. Мы хотели совершенно разного в жизни, но поняли это слишком поздно.

– Давайте уже на кухню пойдем, а то что мы все в коридоре. Ты голодная, дочь?

– Нет, мам, но чаю попью.

На родительской кухне было уютно. На девушку нахлынули воспоминания. Она сидела вот за этим столом и делала уроки, иногда просто рисовала, а иногда играла с мамой в настольную игру. В комнате у нее был письменный стол, но на кухне обычно было теплее и уютнее. Сейчас почти ничего не поменялось, только обои немного пожелтели, и холодильник был новый, потому что старый пару лет назад сломался. Да, и еще на холодильнике появился новый телевизор, побольше.

Отец Ванессы занял свое место за столом, а мама стала подавать чашки, сладости и чай.

– Извините, что я с пустыми руками, просто неудобно с чемоданами в магазин, – стала оправдываться дочь.

– Да ничего, милая, у нас и так полно сладкого. Папа вчера в магазин ходил, набрал.

– Там по акции было, – тут же сказал отец.

Ванесса глубоко вдохнула. С одной стороны, в родительском доме было так уютно, по-домашнему, но, с другой стороны, она привыкла к своей квартире, своим порядкам и устоям.

– Что теперь, ты уже думала? Пока у нас поживешь, а потом? Квартиру будешь искать? – спросил папа.

– Да не гони ты ее, отец, она только приехала. У нее стресс, надо дать человеку время.

– Да я не против, пусть живет, – стал оправдываться папа. – Просто хочу узнать планы на будущее.

– Думаю, буду искать жилье, только мне понадобится соседка по квартире. Одна я не потяну.

– Ну, глядишь, мы с отцом поможем первое время.

– Первое время – да, спасибо, но дальше… Все равно мне понадобится компаньон по аренде.

Ванесса почти месяц прожила у родителей. В это время она активно искала соседку: спрашивала на работе, интересовалась у знакомых, делала посты в соцсетях, а также искала в профильных группах. Тех, кто искал квартиру, было много, а тех, кто готов был снимать жилье на двоих, – совсем мало. Некоторые были с животными – эти отпадали сразу, т. к. у Ванессы была аллергия, кто-то курил – это тоже был стоп-фактор, а некоторые были мужчинами – это не подходило в принципе. И все-таки через месяц нашлась одна девушка, которая подходила по всем параметрам. Квартиру они выбрали вместе: это была двушка, с двумя крохотными спальнями, но в тихом зеленом районе. До работы Ванессе было добираться удобно: полчаса на метро. За полтора часа девушка сложила все свои вещи в два больших чемодана и переехала на такси от родителей в новую съемную квартиру.

Она переступила порог пустой квартиры: соседка должна была въехать через два дня. Ванесса огляделась по сторонам и неожиданно сама для себя разревелась. На нее навалилось все, что случилось за последние месяцы: развод, смена места жительства и переворот всего уклада жизни. И сейчас, хотя она и была рада съехать от родителей, потому что им вместе было тяжеловато, ей стало жутко одиноко. Никто не пожалеет и не разделит все горечи и печали. «Может быть, разрыв с Марком – это ошибка?» Она не первый раз задавалась этим вопросом, но только сейчас он возник абсолютно серьезно.

Что, если… Она бы осталась в своей любимой, хоть и арендованной, квартире. Они бы сейчас вместе сидели на большом диване и смотрели бы сериал с мисочкой попкорна. Что, если… Они бы ходили за руку по улице, а в кафе он бы помогал надевать куртку. И дарил бы цветы, редко, но все равно. Теперь никто не подарит. Все эти мысли окончательно задавили девушку, и Ванесса уселась на кровати в своей спальне и накрылась одеялом с головой. Так она и сидела, пока вдруг не услышала чужой голос в коридоре.

– Эй, есть тут кто?

Ванесса сбросила одеяло и резко вытерла кулаком слезы. Голос был низкий, не похоже, чтобы это была соседка.

– Я говорю, есть кто живой? – вопрошали в коридоре.

Девушка спрыгнула с кровати и вышла в прихожую. На нее смотрел молодой мужчина, который тут же объяснил свое вторжение.

– У вас дверь в квартиру была нараспашку, вот я и поинтересовался. Извините, что вот так ворвался. Вы тут будете снимать, я вас раньше не видел? Я из соседней квартиры, – он внимательно посмотрел на заплаканные глаза Ванессы и тактично отвел взгляд. – Похоже, я не вовремя. Но дверь все же лучше закрыть! – он улыбнулся.

Девушка наконец взяла себя в руки и ответила:

– Да, я теперь снимаю эту квартиру. Мы будем жить здесь вдвоем с соседкой. А дверь… видимо, я ее не захлопнула до конца, и она распахнулась.

– Ну, с новосельем, я, пожалуй, пойду.

– Да, конечно, спасибо за… за бдительность, – нашлась девушка и шмыгнула носом.

Мужчина рассмеялся и вышел, громко хлопнув дверью, чтобы замок точно сработал.

Прошло несколько месяцев. Ванесса пришла в себя, и во многом этому способствовал именно бдительный сосед. Дважды в неделю они встречались в продуктовом магазине, который находился неподалеку. Это происходило случайно, но потом стало небольшой традицией: девушка и мужчина делали покупки на несколько дней, каждый сам для себя. Попутно сосед, которого как оказалось звали Артур, развлекал Ванессу смешными историями. И совсем незаметно прошло еще время, месяц или два. Теперь эту пару можно было встретить по тем же дням в том же продуктовом, только не с двумя разными корзинами, а с одной большой тележкой. И в этой прекрасной ситуации был только один недовольный – соседка Ванессы по квартире, ведь ей снова пришлось искать того, кто займет ныне пустовавшую комнату и разделит арендную плату.