Проснулась я от шума в коридоре. Среди голосов узнала парнишку, прибирающегося в загонах, друзей и, как ни странно, Марка.
– Немедленно открывай клетку! Мы сами убедимся, – требовательно верещал принц.
– Магический сигнал, исходящий от ученического жетона адептки, показывает, что она провела в питомнике всю ночь! – взволнованно пояснил магистр Вильгросса.
И он тут? Уже вернулся?
– Эта бешеная тварь наверняка напала на Фел, – как обычно, поспешил с выводами Аврелиус. – Давно пора на убой отправить.
– Царапка хозяйку пальцем не тронет, – выступил в защиту питомца Сойер. – Наверняка, всему найдется разумное объяснение.
– Не думаю, что виверна проявила агрессию. – На двери загона щелкнул замок. Не помню, разве я его закрывала? – Вот, убедитесь, животное спокойно отдыхает на лежанке.
– Потому что обожралось! – не унимался Марк. – Гляньте, как брюхо набито!
Мда, похоже, пора выбираться из укрытия. Представляю, как я выглядела после ночи в загоне для животных, да еще зареванная и с опухшим лицом.
– Привет! А вы чего здесь забыли? – осторожно сдвинув крыло Царапки и высунув голову, поинтересовалась я.
– Фелиция? Ты как тут оказалась? Мы тебя по всей академии ищем! – разом заговорили ребята.
– Ты ночевала здесь? Интересно, почему? – Марк ехидно дернул бровью и многозначительно посмотрел на магистра. – Неужели некому было согреть постель?
– Адепт Аврелиус, впредь воздержитесь от пошлых намеков по отношению к моей жене, – сухо бросил Октавиан. – Наша личная жизнь не повод для обсуждений.
– Как вам будет угодно, магистр, – с усмешкой ответил принц. – Но я бы не оставил молодую жену одну в первые дни после свадьбы.
– Рад за вас! Надеюсь, Его Величество подыщет вам достойную невесту и предоставит шанс доказать это. Идем, Фел! – Вильгросса подошел ко мне и протянул руку.
Я молча посмотрела на раскрытую ладонь, затем на невозмутимое лицо мужа и поднялась сама. Для присутствующих мой протест не стал сюрпризом. Парни из команды знали причину, а принц пусть думает, что хочет.
– Хм, раз ваша пропажа нашлась, я, пожалуй, пойду. – Первым ретировался уборщик.
Следом потянулись на выход остальные. Я никого не звала и разыскивать не просила, так что спокойно попрощалась с Царапкой. Пообещала ей, что вечером зайду еще, и мы вместе отправимся на прогулку, и только после этого вышла из загона. Ребята не спешили уходить. Видно, опасались оставлять меня наедине с деканом. Но я подала им незаметный сигнал, что встретимся позже.
– Фел, ты согласна на мое предложение? – От Марка так просто не вышло избавиться.
– Мы еще не решили, – уклонилась от ответа. – Такие вопросы обсуждаются всеми членами команды.
– Какие вопросы? – вмешался Вильгросса. – И что за предложение? О чем идет речь?
– Всего лишь о предстоящих соревнованиях. И совместных занятиях, – охотно пояснил Марк. – Молодой команде не помешают советы опытных игроков. Разве нет?
– Нет! – резко отреагировал магистр.
– Да! – в противовес мужу выпалила я. – Это лишь ответ на вопрос о советах профессионалов. Новичкам они пригодятся, – нашла нужным пояснить, а то некоторые рано обрадовались. – А насчет совместных тренировок, как я и сказала, мы еще не решили.
Я заперла загон с Царапкой и молча направилась к выходу, по шагам понимая, что оба молодых человека последовали за мной. Путь до огненной башни преодолела за пять минут, даже не оглянувшись, когда Марк попрощался и свернул к общежитию боевого факультета. Тяжелой поступью меня нагнал Октавиан и придержал за руку.
– Фел, нам нужно поговорить!
– Серьезно? – Я брезгливо высвободилась из хватки и посмотрела мужу в глаза. – А, по-моему, нам не о чем разговаривать.
– Фелиция, ты моя жена, – наконец-то, вспомнил Вильгросса. – Прекращай вести себя, как обиженный ребенок.
– Мы оба не хотели этого брака, но обстоятельства сложились иначе. – Да, во мне бурлила обида. Но она же не на пустом месте возникла? – Я не собираюсь докучать тебе, навязываться или обременять проблемами. Пусть все остается так, как было до Новогоднего бала. Ты волен жить своей жизнью, а я – своей. Обещаю, что не стану препятствовать, если решишь устроить личное счастье. И гарантирую, что с моей стороны…
– Фел! – одернул магистр. – Ты слышишь себя? Ты! Моя! Жена! Живо в кабинет! Поговорим без посторонних ушей.
Поджав губы, одарила муженька полыхнувшим взглядом, но подчинилась. Он прав только в том, что не стоило выяснять отношения в коридоре.
– Садись! – Октавиан указал мне на стул для посетителей, когда мы вошли, а сам устроился за столом.
Мда, будто я пришла по учебным вопросам. Мелочь, но неприятная. Стул я нарочно проигнорировала и устроилась на широком подоконнике. Отвернулась и уставилась в окно, выходящее на академический двор.
– Фелиция, послушай! – Не усидев на месте, магистр поднялся и подошел ко мне. – Я понимаю, что виноват перед тобой. У тебя есть право злиться и не доверять мне. Никакие слова или оправдания не изменят того, что уже случилось. Но я глубоко сожалею, что не отмел предложение Ювеналии избавиться от тебя. Юви в который раз перевернула мой мир. Я представить не мог, что девушка, которую я столько лет любил, превратилась в чудовище. Все усилия, многолетние поиски, надежды и планы обратились в прах. Я еще не пришел в себя и не понимаю, ради чего жить дальше.
– А во имя чего жил раньше? – Оправдания мужа ничуть меня не тронули. Я ожидала чего-то подобного.
– Я хотел узнать, что произошло с Ювеналией. Почему она исчезла и не дождалась помощи?
– И как, узнал?
– Нет! – Вильгросса вздохнул. – Вопросов стало еще больше. И ответить на них по-прежнему некому.
– По крайней мере, ты перестанешь винить себя в смерти Юви. – Я пожала плечами. – Сестра на многие вещи раскрыла мне глаза. Не понимаю только, зачем она помогла мне и вытащила из спальни Марка? Ей плевать на меня, как выяснилось…
– Фел! – Октавиан коснулся моего плеча, но я нервным движением сбросила его руку. – Фелиция, прости меня, если сможешь. Я виноват перед тобой, и впредь сделаю все возможное, чтобы защитить…
– Защитить? От кого? Я и сама прекрасно могу за себя постоять.
– Ты сильная и отважная, и эти качества я в тебе ценю наравне с другими. – Преодолевая сопротивление, магистр притянул меня к себе и обнял, уткнувшись лицом в макушку. – Но есть силы, которым ты ничего не сумеешь противопоставить. Нападение на Арвин Леймор случилось в академии. Я всерьез опасаюсь, что темные маги Иершаля не оставят нас в покое. Пожалуйста, позволь защитить тебя! Не отталкивай, прошу.
Как я и думала, Октавиан нашел нужные слова, чтобы оправдаться. Его раскаяние выглядело искренним. Хотелось довериться ему, спрятаться за надежную спину, положиться во всем. Однако сомнения, как заноза, засели в сердце и пока ни о каком доверии речи быть не могло. И что, интересно, подразумевается под этим «не отталкивай»?
– Чего ты хочешь?
– Ты – моя жена, Фел, и этого уже не изменить. Будет странным, если ты останешься в общежитии после свадьбы, поэтому ты переезжаешь ко мне.
– Но мне нравится моя комната! – возмутилась, что меня намерены лишить единственного места, где я могла побыть наедине с собой. – Я привыкла жить одна. Почему нельзя оставить все, как есть? И, вообще, я не твоя собственность. – Высвободилась из объятий. – С каких пор ты стал вести себя, как ильмериец? Я благодарна, что ты избавил меня от позорной участи, но не собираюсь притворяться, что хотела этого брака. На людях, разумеется, постараюсь придерживаться роли примерной жены. Но не рассчитывай, что каждую ночь буду греть твою постель.
– Фелиция, ты подумала, что я намерен тебя к чему-либо принуждать? – опешил магистр. – Но это не так! Просто рядом со мной ты будешь в безопасности. Да и сыграть примерную жену не получится, если мы будем жить порознь. Сама же убедилась, как быстро разносятся слухи.
– Ты не оставляешь мне выбора, – пробурчала упрямо, понимая, что на самом деле Вильгросса прав, настаивая на совместном проживании. Это не его прихоть, а дань новым обстоятельствам. – Когда я должна съехать из комнаты?
– Сегодня. Тебе помочь с вещами?
– Я сама справ… – хотела огрызнуться по обыкновению, но осеклась, – да, конечно. Мне потребуется пара часов, чтобы собраться.
– Тогда зайду за тобой перед обедом, – Октавиан коснулся моего лица, мягко разворачивая к себе. – Ты ведь понимаешь, что я вынужден так поступить?
Что тут ответишь? Понимала, конечно, и от этого легче не становилось. Молча кивнув, я слезла с подоконника и направилась к выходу.
Вернувшись к себе, я первым делом приняла душ и заварила крепкого чаю, чтобы в последний раз попить его на балкончике, наслаждаясь тишиной и мнимым ощущением свободы. Вещей у меня накопилось не так много, собрать их – дело пятнадцати минут. Интересно, нужно ли предупредить о переезде уважаемого господина Сныйтя?
В шкафу на глаза попалось злополучное бальное платье и коробка с письмами из дома. Выбросила все в мусорную корзину. С семьей Ромелин я больше не имела ничего общего, а разорванный лиф праздничного наряда напоминал о грязных приставаниях Марка и той участи, что он мне уготовил. При всей его обходительности, не стоило забывать об этом моменте и думать, что принц изменился. Еще о прошлом напоминали доспехи, которые я прихватила из дома. Они не раз меня выручали, и еще пригодятся в будущем. Вот и все, пожалуй. В спальне и гостиной навела порядок. Постельное белье сложила аккуратной стопкой на кровати. Тетрадками и учебниками до отказа набила ученическую сумку. Спортивную униформу и другие казенные вещи придется нести в руках. Дорожным чемоданом я так и не обзавелась. Не думала, что так скоро придется съезжать с полюбившейся комнаты.
Октавиан, как и обещал, появился за полчаса до обеда. Постучался, прежде чем войти.
– Так и думал, что не зря прихватил. – Принес с собой вместительный кофр и передал мне, чтобы сложила вещи, а сам подхватил канцелярские принадлежности и рюкзак с доспехами. – А это? – Кивнул на коробку в мусорной корзине.
– Я думала сжечь попозже. В комнате использовать магию огня запрещено, так что отнесу на полигон. Как раз отработаю плетение огненного пульсара.
– Тяжелая коробка? Давай, помогу! – Вильгросса бровью не повел, что я намеревалась сжечь платье, на которое он давал денег.
Однако же подняв его, чтобы добраться до писем, зацепился взглядом за испорченную деталь наряда.
– Что это? – Нахмурился, изучая характер повреждений.
– Зацепилась случайно. – Не стала заострять внимание на проблеме.
– Случайно? Фел, давай договоримся, что ты будешь сразу рассказывать о подобных случайностях. Кто это сделал? Впрочем, я догадываюсь. Марк? Он к тебе приставал на балу? Хм, нет, – задумался, – ты постоянно находилась на виду. И только потом тебя искали посланцы императора, а принц куда-то запропастился. Скажи правду, что произошло между вами на самом деле?
– Марк подловил меня, навязавшись сопровождающим в закрытый зал. Завел в заброшенную башню и напал. Завязалась борьба, но друзья вовремя спохватились и пришли на помощь. Марка оглушили и спрятали там же, а я побежала переодеваться, потому что во время драки платье и порвалось. Затем меня встретил настоящий императорский гонец, ну, а дальше ты знаешь.
– Вот гаденыш! – не сдержался Октавиан. – И чего принц хотел добиться этим нападением?
– Рассчитывал опорочить в глазах твоего отца, императора и остальных гостей, чтобы сенатор Вильгросса разорвал помолвку, а мой отец поспешил бы избавиться от порченого товара. Марк же великодушно принял бы меня под свое покровительство, пока не надоем. Представь мое возмущение, что сразу после этого Тиберий предложил выйти за него замуж! И вдобавок еще и дурацкий торг с правом первой ночи устроил, – выложила правду без прикрас.
– Погоди, получается, император был в курсе, что затеял принц?
– Откуда мне знать? – Я пожала плечами. – В любом случае, не желаю иметь ничего общего с этой семейкой.
Вильгросса одарил меня мрачным взглядом и ничего не ответил.
Преподаватели, как и адепты, также жили в академии и занимали целый этаж башни, на котором я ни разу не бывала. Да и зачем мне? Теперь же я с интересом осматривалась, понимая, что каждый день придется сталкиваться с магистрами вне учебного времени. Убранство коридора, переходящего в общий холл, разительно отличалось от нашего. Мягкие дорожки под ногами, портретная галерея деканов, когда-либо возглавлявших огненный факультет, высокий потолок с длинными люстрами, магические огоньки на которых имитировали пламя сотен свечей. Декоративные ниши с огненными фонтанчиками, фальшколонны, лепнина, панорамные окна с бордовыми гардинами. В холле, вокруг центрального фонтана, выполненного в форме действующего вулкана, расположились кожаные диванчики с креслами, журнальные столики. У стен примостились книжные шкафы со стеклянными дверцами, антикварный сервант с фарфоровыми чашками, заварниками и склянками со сборами травяных настоев. В холле для адептов обустроили нечто подобное для вечернего общения, чаепития и посиделок с друзьями. Глядя на окружающую обстановку, невольно проникаешься пониманием, что магистры – те же недавние адепты, которые перенесли привычный формат общения на новый уровень.
Апартаменты декана находились в центральной части и занимали большую площадь, чем все остальное жилье. Октавиан пояснил, что изначально помещения у всех были стандартные, на две-три комнаты плюс ванная и кухня. Однако с помощью пространственной магии каждый увеличивал жилплощадь по собственному усмотрению. Кому-то требовался отдельный кабинет для работы, оранжерея для отдыха или релаксации, дополнительная спальня или личный спортзал. Главное – не превышать лимит пространственных заклинаний на единицу площади. Если проще, то на две официальные комнаты полагалось два пространственных помещения такого же или меньшего объема. Учитывая, что Вильгросса занимал апартаменты из четырех комнат, к ним смело можно добавить еще столько же.
– Подожди минутку! – остановил меня Октавиан на пороге. Магистр занес вещи, вернулся ко мне и подхватил на руки. – Традиция! – пояснил на мой изумленный взгляд и готовый сорваться с губ вопрос. – Не думай, что отсутствие людей в холле означает, что никто нас не видел.
Вильгросса усадил меня на диванчик в гостиной, после чего провел небольшую экскурсию по дому.
– Мой кабинет! – Показал рабочее место, ничуть не отличающееся от кабинета в деканате. – Комната для медитаций. – Им оказалось пустое помещение с мягким покрытием на полу и плотными шторами на окнах. – Спальня с примыкающей ванной, выход на балкон. Прежде мне не нужны были дополнительные помещения, хватало и этого. Но в связи с женитьбой никто не удивится, что мне понадобится больше места. Я уже подал заявку на расширение пространства. Со дня на день у тебя будет отдельная спальня с балконом и комната для занятий. Я первое время посплю в гостиной. Ммм, что еще? Ах, да! Ванная будет общая. Надеюсь, это не проблема?
– Нет, что ты! Все в порядке, – заверила я, пребывая в приятном удивлении от того, как Октавиан легко обошел неловкие моменты.
– Ты ничего не сказала. Как тебе тут, нравится?
– Да. Это… – запнулась, подбирая правильное слово, – идеально в нашей ситуации. Мне нравится.
– Я рад! – Молодой человек просиял улыбкой. – Тогда давай ненадолго отложим обустройство и сходим пообедать?
– О! – Я позабыла об еще одном новшестве. Преподаватели питались в отдельной столовой, и мне теперь придется принимать пищу вместе с ними. – А я могу иногда посещать столовую для адептов?
– Разумеется, завтракать и обедать ты вольна, где угодно. В первой половине дня я решаю учебные вопросы, так что чаще всего занят. Но за ужином с удовольствием составлю тебе компанию.
– Хорошо!
Столовая для преподавательского состава была похожа на уютное кафе с круглыми столиками на две-три персоны, ненавязчивой музыкой и приятным обслуживающим персоналом. Улыбчивая подавальщица озвучила сегодняшнее меню, расспросила о моих вкусовых предпочтениях и, пока собирала наш заказ, вкратце рассказала о действующих правилах. Оказывается, можно заранее составить список блюд и указать время приема пищи. К назначенному часу готовый обед будет ожидать на столе, или же доставлен в комнату общежития.
– О! Это очень удобно, – сразу оценила новые возможности.
– И поэтому в преподавательской столовой никогда нет очередей на раздаче, – усмехнулся Октавиан. – Многим магистрам нравится принимать пищу у себя, когда завалены работой, или же попросту предпочитают уединение.
Обустройство на новом месте, тренировки и занятия магией заняли оставшиеся дни каникул. Ребята сначала настороженно относились к декану, но он умел увлечь людей и снова завоевал их расположение. Арвин быстро пошла на поправку, влилась в команду и плотно работала над созданием механического питомца. Ану Вильгросса устроил в академию младшим помощником магистра Вальтера Хоакина. Лийру знала толк в физических нагрузках и могла загонять адептов до черных мушек перед глазами. Девушку поселили в моей бывшей комнате, так что мы по-прежнему могли собираться там большой компанией для обсуждения текущих вопросов. С Марком разговор состоялся, когда мы всеми обдумали и взвесили его предложение.
– Раз в неделю? – с недоумением переспросил принц. – Издеваешься? Необходимы ежедневные тренировки, чтобы из вас вышел толк!
– Извини, но я сомневаюсь, чтобы ты раскрыл секреты, благодаря которым твоя команда победила на играх. Вы просто ищете союзников, которые прикрыли бы спину и которых с легкостью обойдете на финише.
– Но только так вы пробьетесь в тройку лидеров! Неужели думаете, что обойдете опытных участников?
– Мы собираемся возглавить тройку лидеров! – заявила с усмешкой. – А вам, так и быть, достанется второе место.
– Это вызов? – хищно прищурившись, уточнил Марк. – В таком случае, ни о какой помощи речи идти не может.
– Вот видишь, ты и сам осознал абсурдность предложения.
– Действительно, я погорячился, – процедил молодой человек. – В таком случае, победитель получит все! – Смерил меня многозначительным взглядом, от которого сделалось не по себе.
После этого разговора дня не проходило, чтобы не столкнуться с принцем в какой-нибудь малоприятной ситуации. В команду Аврелиуса входили только парни. Трое с боевого плюс алхимик и портальщик, и у каждого имелся опасный хищник в питомцах. Боевики нарочно задевали парней в коридоре, нарываясь на вызов. Особенно доставалось Маю и Арвин, которые чаще страдали из-за дурных шуточек. Особенным шиком у них считалось сотворить что-нибудь с членом команды у меня на глазах. Разумеется, я не замалчивала факты прессинга и рассказывала о них Октавиану.
Но что он мог сделать? Запретить обзываться? Посоветовать не спотыкаться на ровном месте? Пожаловаться ректору на обидные прозвища? Бред! Какие же мы маги, если не способны за себя постоять?
– Учитесь постоянно быть начеку, даже если вам кажется, что никакой опасности нет. Держите активными щиты и будьте готовыми ответить в любой момент, – поддержал ребят Вильгросса. – Представьте, если они в повседневной жизни умудряются портить вам жизнь, что будет на играх? Воспринимайте все, как тренировку на внимание и остроту реакции. Команда Аврелиуса, сама того не подозревая, учит вас правильно реагировать на малейшую опасность извне. Не давайте загнать себя в угол. Будьте охотниками, а не дичью!
Взгляд на ситуацию со стороны помог изменить к ней отношение. Нам пригодились тайные жесты, предупреждающие о появлении противника. У меня развилось боковое зрение, позволяющее незаметно отслеживать обстановку, и в целом мы только сплотились перед общим врагом. Единственной проблемой оставалось отсутствие питомцев у Арвин и Мая, но оба над этим усердно работали. Арвин в лаборатории артефакторов, а Май – регулярными визитами в питомник, рассчитывая приручить кого-нибудь из ее обитателей.
Время неумолимо приближало нас к играм. А ведь учебная нагрузка не уменьшалась! Между парами, домашними заданиями и факультативами не оставалось ни одной свободной минутки на личную жизнь. Если мы и собирались, то лишь затем, чтобы разработать новую стратегию противодействия или же обсудить очередную выходку прихлебателей Марка.
Со всеми этими заботами я и не заметила, как пролетел месяц и настал День влюбленных. Утром, проверив расписание, неожиданно увидела, что первую пару отменили, а вместо нее назначили общий сбор адептов в центральной башне. А у меня, как назло, парадная униформа не отглажена после переезда. Как закинула ее в шкаф, так и забыла, погрузившись в учебные будни.
– Фел, доброе утро! – постучался в спальню Октавиан. – Ты уже собралась? Еще пару минут, и мы опоздаем.
– Привет! – Подлетела к двери и распахнула ее, позабыв, что не переодела пижаму. – Я не успеваю, иди без меня.
– Ммм… – Взгляд мужа задержался на груди, просвечивающей через тонкую маечку. – Я бы с удовольствием задержался, чтобы помочь тебе раздеться.
– Одеться, – машинально поправила магистра, чувствуя, как запылали щеки.
– Разумеется, да. – Закивал Вильгросса. – Одеться. Ты не задерживайся тут надолго. Пропустишь познавательную речь архимага Дорана.
– Я скоро, только в душ схожу и…
– Конечно, Фел. – Октавиан гулко сглотнул, поспешно отступая в гостиную. – Встретимся в Центральной башне.
Я подождала, пока хлопнет входная дверь, и лишь после этого направилась в ванную комнату. Затем привела униформу в порядок, оделась и бегом помчалась к месту сбора. Судя по пустынным коридорам, все адепты давно собрались в зале. Декан, конечно, меня прикроет, но не хотелось его подводить в таких мелочах.
Огромный центральный зал, вмещающий в себя сотни адептов, имел четыре главных входа и столько же второстепенных. Последними часто пользовались во время торжественных мероприятий, когда хотели незаметно попасть в зал или уйти. Я знала лишь примерное месторасположение, закрепленное за огненным факультетом, поэтому наугад свернула к ближайшей боковой двери, рассчитывая cначала осмотреться и потом уже зайти с нужной стороны.
Привычка все время быть начеку сработала и на этот раз. Меня насторожила неестественная тишина, которой никак не должно было быть в зале, набитом молодыми людьми. Не слышно было и голоса ректора, отзвуки которого разносились по коридору. Это означало только одно: кто-то нарочно повесил полог тишины. Причем, только что, одновременно с тем, как я вошла. Другого объяснения, почему я попала в зону действия заклинания в голову не приходило.
Что же происходит? – Я вжалась в стену, надеясь, что в полумраке арки, образующей закрытую нишу при входе, меня не заметят. Впереди я увидела полоску света и спины выстроившихся рядами адептов. Однако на их фоне виднелась еще одна фигура, окутанная искажающей дымкой заклинания. – Пожалуй, мне тут нечего делать! – Попятилась, намереваясь тихонько выйти, пока меня не обнаружили.
Однако дверь на моих глазах подалась внутрь, впуская еще одного опоздавшего. Я инстинктивно метнулась в единственное безопасное место – узкий закуток в углу, который закрыла бы распахнутая дверь. Так и получилось, что я осталась незамеченной для парня, вошедшего следом.
Проклятье! Он следит за мной? – Даже в полумраке я без труда узнала Марка. – Бежать отсюда, и подальше! – пришла здравая мысль, от которой меня отвлекли странные действия таинственной фигуры.
Я почувствовала, как воздух напряженно завибрировал от возросшей концентрации силы. Незнакомка магичила, вслух проговаривая заклинание. Или проклятие, кто знает? Слова тоже искажались, преобразовываясь в набор бессмысленных звуков. А может, бессмысленными они были только для меня? С удивлением заметила, что Марк незаметно вливает силу в чужое плетение. Много силы, от чего воздух раскаляется и подсвечивается красным. Смертельной угрозы заклинание в себе не несло, но определенно грозило неприятностями. Хотя, чего бояться? Меня защищают амулеты, которыми обеспечил Вильгросса, да и принц действует смело, выполняя роль катализатора для незнакомого мага.
В тот момент, когда я надумала бежать, послушался оглушающий до звона в ушах хлопок. Хлынувшая во все стороны волна заклинания накрыла адептов в зале и, судя по моим ощущениям, прокатилась по всей академии. Я затрясла головой, избавляясь от пробки в ушах. Противное ощущение! Но это мелочи. В целом, никакого физического вреда я не получила, и на том спасибо.
– Фелиция?
Эх! Надо было сразу бежать и не дожидаться непонятно чего! – подумала с досадой, глядя на подступившего ко мне Марка.
– Что это сейчас было? Что вы сделали?
– Я? Ничего особенного, просто… – Парень прижал меня спиной к двери, обеими руками упираясь в деревянное полотно. – Ты такая красивая, Фел! – произнес голосом с проявившейся хрипотцой. – С ума схожу, так хочу тебя поцеловать.
– Марк, ты в своем уме? Я за… – Вспыхнула возмущением, резко вскинув голову и уставившись в глаза Аврелиусу. Синие, как океан, и удивительно завораживающие в обрамлении темных ресниц. Сердце невольно екнуло и забилось сильнее. Я вдруг осознала, что принц мне безумно нравится. Да что там! Это любовь всей жизни, внезапно свалившаяся на голову!
Искра, пробежавшая между нашими телами, зажгла нешуточный пожар любовной страсти. Я и не замечала прежде, насколько Марк красивый, как волшебно сверкают его глаза, когда он смотрит на меня, а губы…
Принц поцеловал меня. Жарко, напористо, прижимаясь бедрами и обнимая, зарываясь пальцами в волосы. В ответ я прильнула к нему, изголодавшись по ласке и крепким объятиям. С каждой секундой мои чувства становились острее, ярче. Желание быть рядом с этим человеком, любить его и принадлежать телом и душой становилось сильнее, взлетая на один уровень с потребностью жить и дышать.
– Фелиция! – прошептал Марк, обжигая поцелуями шею. – Еще никого и никогда я не хотел так сильно, как тебя сейчас. Я чувствую, знаю, что больше мне никто не нужен. Ты только моя! Безумно желанная, умопомрачительная. А ты? Теперь понимаешь, что нам суждено было быть вместе?
– Ма-арк! – простонала в ответ, обнимая пальцами его лицо, изнемогая от потребности вновь ощутить вкус губ. – Мне тоже нужен только ты! Навсегда. Каждый день, год, вечность или же только это мгновение. Неважно, лишь бы вместе с тобой.
– Идем! – Не размыкая объятий, принц увлек меня к башне факультета боевиков.
Нам не было дела, что о нас подумают окружающие. Мы целовались, как сумасшедшие, и мечтали только о том, как поскорее остаться наедине. Краем глаза я невольно замечала другие целующиеся парочки. Но это только подхлестывало желание и вынуждало ускорить шаг.
– Фелиция! – Меня вдруг с чудовищной силой оторвали от любимого мужчины и отшвырнули в сторону.
– Да как ты смеешь!? – взревел Аврелиус, как бешеный зверь.
– Еще как смею! – зло процедил магистр Вильгросса. – Фелиция – моя жена!
– Ненадолго! – Принц напал на декана, применяя боевое заклинание.
Но разве третьекурсник, недавно опустошивший внутренний резерв, справится с магистром полным сил? Я жалобно всхлипнула, глядя, как безжалостно Октавиан обрушился на Марка. Рванулась, чтобы прийти на помощь любимому и избавиться от досадной помехи, но у меня ничего не получилось. Вильгросса спеленал меня обездвиживающим заклинанием. Я могла только смотреть и обмирать от ужаса каждый раз, когда принцу доставался болезненный удар. Если бы это был честный бой, неизвестно, кто из двоих вышел победителем. Но Вильгросса без зазрения совести использовал приемы по усмирению буйных адептов, вызывая этим мою жгучую ненависть.
– Что у вас тут происходит? – расслышала грозный окрик ректора.
Его появление я пропустила, но обрадовалась, рассчитывая, что архимаг накажет наглого выскочку, превысившего полномочия. Однако вышло наоборот.
– Приворот сработал на принца и мою жену! – ответил магистр.
– Приворот? – возмутилась от души. – Какой приворот? Что за бред он несет? Я всегда любила Марка, но осознала это только сейчас!
– Абель, сделай что-нибудь с этим, – беспомощно пробормотал Вильгросса. – Иначе убью гаденыша.
– Принца я забираю, сам присмотрю, – расслышала слова ректора, вызвавшие во мне глухую злобу. – А ты запри жену в комнате или усыпи, чтобы глупостей не наделала, и возвращайся. У меня полная академия влюбленных идиотов! Одному не справится. Узнаю, кто это сделал, сам шею сверну! И Тав… – Абель Доран замешкался. – На всякий случай не смотри никому в глаза. Адептов мы еще усмирим, а с преподавателями сложнее будет.
– Хорошо, я скоро вернусь. – Октавиан подошел ко мне, подхватил на руки и понес домой.
– Не прикасайся! Не смей! Отпусти! Ненавижу тебя! Жалкий трус, деспот, тиран! Я хочу к Марку. Я его люблю, а не тебя. Не становись у нас на пути. Все равно мы будем вместе! – выкрикивала, стараясь задеть муженька побольнее, раз уж не в состоянии оказать сопротивление.
Однако магистру мои вопли были до лампочки. Молча скрипел зубами и упрямо шел вперед. Оказавшись в апартаментах, Вильгросса сгрузил меня на кровать в спальне.
– Фел, отдохни немного. Когда проснешься, мы серьезно поговорим.
Целительским заклинанием сна магистр вряд ли владел, а вот вырубить любого противника мог одним ударом или воздействием на нужную точку в организме. Он несильно пережал мне сонную артерию, и у меня перед глазами все поплыло.
Я проснулась с гудящей головой и сухостью во рту. Жажда измучила особенно, поэтому я сползла с кровати и по стеночке поплелась в гостиную, где стоял графин с водой. Однако дверь в спальне оказалась запертой снаружи. Я подергала ручку, не понимая, что случилось. Огляделась и заметила искомый графин на туалетном столике. Бросилась к нему, опустошая содержимое из горлышка. Напившись, я задумалась над тем, как так получилось, что меня заперли в комнате. События утра смешались в памяти. Я помнила только, что спешила на общий сбор адептов в центральную башню. Зашла туда через боковой вход, увидела Марка, и на этом все.
Страдая от головной боли, прилегла на кровать и закрыла глаза. Кошмарными видениями в мыслях замелькали образы того, как я обжималась с принцем и хотела ему отдаться.
Бред же! Я ведь не делала этого? Я не могла целоваться с человеком, которого презираю и ненавижу. Или могла? Что, вообще, происходит?
Сон не шел, а странные воспоминания бередили сознание ужасными предположениями. По доброй воле я бы не кинулась целовать принца. Значит, приворот подействовал? Кажется, о нем упомянул Октавиан.
– Мамочки! Это я у него на глазах с Марком обжималась? Жуть какая! Стыдно-то как! – Впору впадать в панику! – Как теперь в глаза мужу смотреть? Я ведь обещала вести себя благоразумно. А на деле, выходит, подвела? Что теперь будет?
Pulsuz fraqment bitdi.