В Алапаевск прибыли ночью, что было только на руку – никаких свидетелей нашего возвращения. В доме поднялась суета, полусонные слуги забегали, встревоженные неожиданным появлением, проснулись мальчишки. Игнат, недолго думая, перевел поместье на осадное положение. Усиленный контроль за периметром, минимум контактов с посторонними. В дороге брат обсудил с Булатовым организацию охраны дома и формирование дружины. Гордей Иванович пожелал принести кровную клятву, которую я приняла и предложила занять место начальника охраны.
После соблюдения необходимых формальностей, собрались в кабинете на семейный совет. Только Лизу с Юленькой отправили досыпать, а вот от Гаврилы Силантьевича, Егорки и Ивана избавиться не получилось. Урядовы не пожелали оставаться в стороне и тоже присягнули на верность, а Иван ограничился клятвой молчания, что никому не выдаст информацию о нашей семье и в будущем не использует против нас. Меня это насторожило, однако Игнат поручился за ученика. Пока он не прошел обучение, не вправе поступать к кому-либо на службу.
Убедившись, что тайны семьи не покинут пределы комнаты, активировала кристалл с откровениями Степана Демидова. Полчаса, пока предатель изливал душу, зрители хранили гробовое молчание. Да и потом, когда изображение потухло, не сразу пришли в себя.
– Мы вовремя убрались из города, – первым отмер Алим. – Могу я взглянуть на бумаги из тайника?
– Легко отделался, убивец! – зло бросил Егор, которого переполняло негодование.
Не уверена, что было правильным решением посвятить в тайны рода мальчишку. Но он часть семьи, и через него запросто вытянут информацию, которую тот выболтает по неосторожности. Не специально, а по незнанию, что можно говорить, а о чем следует помалкивать.
– И почему меня с собой не взяли! – вот уж кто расстроился, что пропустил приключение, так это Ванька. – Ух, я бы им всем…
– Мда, ситуация намного серьезнее, чем представлялось вначале, – высказался Гордей Иванович. – Дружину постепенно сформируем, но уже сейчас необходима надежная охрана. Не вижу другого выхода, кроме как взять на службу наемников, что влечет за собой большие расходы на их содержание. Другой вопрос, а кто наш враг? Демидовы? Так, им не до нас. Младшей ветвью вплотную занимаются ледяные псы Стужевых, а глава старшей ветви восстанавливает город.
– А почему ледяные псы? – влез с вопросом Егорка.
– А потому, что маги этой стихии умеют отключать чувства, превращаясь в натуральную ледышку, – терпеливо разъяснил Булатов. – Они исполнят любой приказ, не испытывая угрызений совести или жалости. Псы не заводят семьи и не умеют любить, у них есть только служба Великому князю, остальное не имеет значения. Говорят, они и не люди совсем, потому что человеку не под силу принять в себя вечный холод и выжить после этого.
– Вот как? Поэтому Великого князя Севера так боятся? – тут уже и мне стало любопытно. – Как глава рода он постоянно контактирует с источником. Но… – вспомнилась картинка из видения. У Артемия была нормальная семья, родители любили друг друга – такое не скроешь, да и сам мальчишка показался обычным ребенком. – Они же не все «отмороженные»?
– Нет, – мужчина кивнул, – не все. Это дар и одновременно проклятие золотого рода. Истинный его представитель сознательно способен впустить в себя Холод и отказаться от чувств. В случае войны или опасности, Стужевы сохраняют трезвую голову и действуют с максимальной расчетливостью. Им плевать на жертвы, если это приведет к победе или достижению цели. Великие князья Севера – идеальные воины и стратеги, надежная опора императора. В мирное время хватает одного князя и отряда ледяных псов, а остальные члены семьи ведут обыкновенную жизнь: женятся, заводят потомство и обеспечивают род наследниками.
– Какая девушка пойдет за такого замуж, зная, что однажды муж превратится в равнодушную ледышку? – фыркнула пренебрежительно.
– А кого интересует мнение девушки, когда на кону выгода для рода? – ответил за Булатова Игнат. – В нашей семье выбирают жену по сердцу, а в других руководствуются пользой, которую принесет подобный союз.
– Погодите… – замерла, сопоставляя факты, – когда я спасала Артема, чуть руки не отморозила. Мальчишка видел, как погибли близкие, испытывал при этом невероятную боль и… – беспомощно посмотрела на брата, – выходит, он впустил холод, чтобы избавиться от страданий?
– Уверена? – с беспокойством уточнил Алим.
– Более чем! Игнат целительский артефакт использовал, чтобы убрать последствия обморожения. Я прикасалась к Стужеву десяток секунд, с тропы раньше времени вывалилась из-за потери концентрации. Зачем я ему?
– Зачем будущему главе рода идеальный щит и возможность выскользнуть из любой ловушки? – брат горько усмехнулся. – Сама-то как думаешь?
– Ну… э… по-поблагодарить за спасение жизни? – запинаясь, привела последний довод.
– Он и отблагодарит, как посчитает нужным. А после сделает предложение, от которого нельзя отказаться, – слова помощника прозвучали приговором. – Я подумаю, что можно сделать, хотя вариантов не так много. Светает, а мы не обсудили еще два вопроса. Первый – инициация Юленьки, дольше тянуть нельзя. И второй – новые земли. Что будем с ними делать?
– Искать мага земли, которого примем в род. Хотя бы на условиях создания младшей ветви, – пожала плечами, озвучив очевидную истину. – А по второму вопросу… – забарабанила пальчиками по подлокотнику кресла, – снова нужен маг земли. Будем строить дом!
– Значит, займемся поисками мага, – помощник черканул в блокнотике пару строчек, после задумчиво закусил кончик самопишущего пера. – Хм, дом! Полагаете поставить его на том месте, где…
– Где наша Юленька уже подготовила котлован под фундамент, – закончила за ашкеназца. – Завалы расчистим, место обрушения породы укрепим.
– Так, это не дом – дворец выйдет, – Алим озадаченно почесал макушку. – Вы размеры этого котлована помните? А глубину? Натуральный бункер получится, учитывая, что эта часть будет скрыта под землей, а сверху надстроится столько же. И не дворец даже – осадная крепость! Вы представляете, сколько золота понадобится на строительство? Одного только камня гору закупить при… – осекся, расплывшись в хищной улыбке, – в карьерах Каменой пади выработка белого камня приостановлена из-за перехода владений Забелиных на осадное положение.
– А нам-то что с этого? – пробурчал Егорка, внимающий каждому слову.
– Как что? Перед тобой единственная выжившая наследница рода Нина Константиновна Забелина, – открыл ашкеназец секрет, который для половины присутствующих таковым давно не являлся. – И Игнат Александрович Забелин, троюродный брат Нины Константиновны по отцу – представитель старшей ветви рода.
Урядовы вытаращились на нас, как на чудо какое-то. Гаврила привстал от избытка эмоций, но, схватившись за сердце, плюхнулся на диван обратно.
– Как же это, вашбродь? А Лизонька? Она и прежде ровней не была, – поник, – вам-то дворянку в жены потребно, а не простолюдинку. А мы же… а как… и… вот!
– Да, что вы так распереживались, Гаврила Силантьевич? – Игнат подошел к тестю, дружески похлопал по спине. – Кого в жены выбрать, сам знаю. Елизавету Гавриловну я люблю и от женитьбы не откажусь. Род у нас дворянский, корнями в Смутные времена уходит, так и что? Громкими титулами не отмечены, да мы и не стремились их заполучить. Но верных спутниц по сердцу всегда выбирали, оттого и семейный дар не увял, а только окреп в потомстве. Вон, сестренка моя, лучший тому пример.
– Кхм! – тактично привлек к себе внимание Алим. – Прошу прощения, неловко прерывать, однако времени у нас мало. Думаю, собрание на этом завершим. Гордей Иванович, жду информацию о дружине и точном количестве наемников, необходимых для обеспечения безопасности. Так понимаю, охрана семьи Кальман не подходит?
– Правильно понимаете, – кивнул Булатов, – я уже знаю, кого привлечь на нашу сторону. Единственное, обрисуйте в двух словах, на что люди могут рассчитывать? Десяток ветеранов примчат по первому же зову, будут молодняк гонять и за порядком следить. Преданность нужно воспитывать сызмальства и примером личным показывать, каков настоящий воин или дружинник. Какие основы заложишь в чистую душу, такой она и вырастет.
– Алим Осипович, – почувствовала необходимость вмешаться, иначе рачительный помощник будет считать каждую копейку. Впрочем, это как раз его работа, но предупредить стоит, – нас слишком мало, чтобы экономить на собственных людях. Оклад ветеранам положите тот, какой они получали на прежнем рабочем месте. Амуниция, питание, лечение за наш счет. Боевые выплаты также включите в договор и долю трофеев, если таковые будут. О пенсии не забудьте и укажите, что ее получат семьи, потерявшие кормильца. Что еще? Принесшим вассальную присягу выделим земельные наделы и подъемные на обустройство. Не забудьте включить денежные премии за личные заслуги и рационализаторские предложения. Гордей Иванович, достаточно, чтобы заинтересовать ветеранов?
– Ух-ты! Слова то какие – «рационализаторские предложения», – цокнул языком Булатов, – более чем. На таких условиях очередь из желающих выстроится.
– Пусть выстраивается! Выберем самых достойных и то… – скрестила руки на груди, задумчиво пожевала нижнюю губу, – такие условия будут только для тех, кто присоединится сейчас. Когда наберем силу, нам еще приплачивать начнут, чтобы попасть в дружину, и из кожи вон лезть, доказывая полезность роду.
Совет на этом завершился, и мы разошлись по комнатам. Спать ложиться уже не видела смысла. Новый день заявил о себе лучами восходящего солнца, робко заглянувшими в окна. Я посетила ванную комнату, чтобы понежиться в горячей водичке и отрешиться от проблем. Слишком много их навалилось на одну маленькую меня. Ладно, не маленькую в душе, но тело-то детское, хоть и привычное к нагрузкам.
Как раз успею на утреннюю тренировку! – закутавшись в теплый халат, вернулась в спальню, на ходу подсушивая волосы.
Я уже успела облачиться в тренировочный костюм, когда внимание привлек странный шум на балконе. Звуки знакомые, будто бы хлопанье крыльями.
– Гектор! – обрадовалась питомцу, раскрывая створки и впуская птицу внутрь. – Как же я по тебе соскучилась!
Ворон приземлился на подоконник и безропотно вытерпел неловкие обнимания. Хотелось прижать к себе давнего друга, погладить, чтобы показать, как ему здесь рады. Но это же не кошка, пришлось сдерживаться.
– Ну, как ты? Все ли в порядке? Тебя не обижали? Вроде похудел, – чуть отстранилась, рассматривая ворона со стороны. – Ничего, откормим, нагуляешь еще жирок. Кажется, у меня где-то лежали печеньки. Хочешь?
Суетилась я вокруг птицы, как наседка. На душе было радостно, что Гектор вернулся, и стыдно, что откупилась им от ведьмы. Но тогда на кону стояла жизнь брата и другого выхода я не видела.
– Кстати, а почему она тебя отпустила? Думается, ведьма ни за что бы не рассталась с тобой по доброй воле. Пошла бы на любую хитрость, лишь бы удержать.
Гектор привычно склонил голову набок, посмотрел блестящими глазами-бусинами. А я вспышкой молнии увидела в мыслях картинку: ведьма стремглав мчится по зимнему лесу, но ее настигает сгусток белого пламени с голубыми всполохами. Тело женщины взрывается тысячами кровавых осколков, и на землю осыпается уже черным пеплом.
– Погибла, значит, – понятливо кивнула, – и ты это предвидел? А сама ведьма об этом догадывалась?
Риторический вопрос. Как бы он тогда сообщил, что вернется вначале зимы? Интересно, а о гибели прежней хозяйки тоже узнал заранее? Почему же не остановил? Не предупредил об опасности? Каким образом ворон определил, какое событие будущего показать, а о каком умолчать? В висках заломило от напряжения, голова и без того пухла от проблем. Пойду-ка я лучше проветрюсь!
Физические нагрузки хорошо прочищают мозги. Брат будто специально гонял до седьмого пота. Приползла к себе чуть живая и снова отправилась в душ, а по возвращении застала в комнате Алима. Он сидел у окна и задумчиво смотрел вдаль. Насколько изучила ашкеназца, он нашел решение проблемы, вот только ему самому оно не нравилось. Помощник не торопился начинать разговор, вот и я не спешила. Попросила служанку накрыть стол на двоих, а сама отлучилась, чтобы переодеться.
– Идем, там чай стынет, – приблизилась к молодому человеку, который даже не пошевелился за это время, настолько ушел в себя.
Завтракали в молчании. Таким странным Алима давно не видела: посматривал на меня оценивающе, тяжело вздыхал, лениво ковыряя вилкой в тарелке. Я уже забеспокоилась, чего же такого страшного надумал?
– Нина Константиновна, – обратился ашкеназец официальным тоном, – как верный вассал, я обязан соблюдать ваши интересы. Это священный долг, которому я отдам себя без остатка. Процветание и благополучие Забелиных – моя высшая цель и желанная награда.
– Алим Осипович, ты меня пугаешь, – насторожилась еще больше. – Я бесконечно рада, что у нашей семьи есть такой помощник. Но я не искала выгоды в спасении твоей жизни, а делала это потому, что ты стал другом.
– Вот, поэтому я и прошу разрешения заявить о себе, как о наследнике княжеского рода Леви! – сказал, будто в омут головой прыгнул.
– Ты же сторонился власти, – опешила, – с чего вдруг изменил мнение? А как же мы? У князя полно обязанностей, которыми он не вправе пренебрегать.
– И это минус, – молодой человек вздохнул, – но плюсов намного больше. Начиная от грамотных специалистов, которых можно смело ставить на руководящие посты, до титула княжны Леви, открывающего двери в высшие круги дворянского общества.
– Княжны? – вытаращилась на ашкеназца. – В мужья себя предлагаешь? Сговорились вы все что ли? Мне еще в куклы играть положено, а они замуж зовут! Алим, ну ты хоть не начинай!
– Я… – помощник густо покраснел, – я бы с радостью предложил, но кому калека нужен? Однако, говоря о княжне Леви, имел в виду, что мог бы провести обряд кровного братания. Если согласишься, конечно. Ты станешь названной сестрой и будешь обладать всеми правами, как если бы родилась в нашей семье.
– Кто-то среди ашкеназцев раньше делал такое? – поинтересовалась с невинным видом.
– Нет, – поник, – проще устроить брачный союз, если в семье есть свободный парень или девушка подходящего возраста. Но я не вправе настаивать на таком варианте, ведь это обесценит службу тебе.
Я облокотилась на стол, подперла голову кулаком и мысленно представила себе Алима в роли мужа. В сравнении с моим Колей из прошлой жизни, будущий князь выигрывал: умен, красив, богат. Физические недостатки – дело поправимое, давно уже не замечала их в общении с помощником. Однако ж нельзя заставить сердце полюбить. Быть может, проблема в детском теле, которое не созрело для подобных отношений? Но ведь внутри душа взрослой женщины, познавшей любовь и счастье семейной жизни. Значит, проблема в другом: я с самого начала относилась к Алиму как к надежному другу и мудрому старшему брату. Загадывать на будущее не берусь, но как-то не вижу себя его женой. Коленьку я отпустила, сохранив теплые воспоминания о годах совместной жизни. А в этом мире я еще не встретила того, кто стал бы для меня таким же особенным.
Честность Алима я оценила. Вариант с замужеством, пусть даже фиктивным, для него был бы предпочтительнее. Приятно, что помощник предвидел мою реакцию и сразу предложил приемлемый вариант. Но как же не хочется лезть в эту клоаку! Заявка ашкеназца на титул всколыхнет новую волну покушений и подковерных игр многочисленных родственников. Под удар попадет семья барона Зельмана, и наша тоже. Стоит ли ввязываться в борьбу? Конечно, при удачном стечении обстоятельств я заполучу в союзники княжеский род, а это люди, ресурсы, возможности – немало в грядущем противостоянии с князем Шумским и его приспешниками. Опять же, реализовать наши проекты с радиоканалом, монополизировать развитие полноценного СМИ быстрее и легче с сильным кланом, у которого налажены связи по всему миру. Вот только чем за это придется заплатить?
Кто-то усмотрел бы корысть в действиях Алима, который больше всех выигрывал от подобного союза. Без моей помощи баронет Зельман не дожил бы до сегодняшнего дня. И дальше, пока не станет князем, ему потребуется надежный щит. Да и в ритуале вхождения в княжеский род наверняка сокрыты подводные камни. Если меня признают полноправным членом княжеской семьи, то какие же это будут вассалы? Кровные клятвы не подразумевают полумер! И это значит, если у меня или Игната не будет наследников, после нашей смерти род Леви станет полноправным владельцем сразу двух источников. В Алиме я не сомневалась – не посмеет обмануть или причинить вред. Однако история рода исчисляется поколениями. Будут ли беззаветно верны Забелиным внуки или правнуки ашкеназцев?
Как же сложно думать наперед и сомневаться в преданных людях! Это тяжкий крест главы рода, меня к этому не готовили. Вот и сейчас, вместо того, чтобы строить предположения, важнее сосредоточиться на текущих проблемах. Главная задача – выжить и сохранить независимость.
Морозный воздух ворвался в комнату вместе со сквозняком, громко стукнувшей оконной створкой и хлопаньем крыльев. Это Гектор удостоил нас вниманием. Приземлился ворон сначала на подоконник, а потом перелетел на спинку незанятого стула, расположившись как раз между мной и Алимом. Судя по ошалевшему взгляду помощника, крылатого гостя он опознал правильно. Я поднялась, чтобы прикрыть окошко, по пути припоминая, задвигала в прошлый раз щеколду или нет.
Задвигала, точно! А как тогда окно распахнулось? Или умение проникать в запертые помещения – скрытый талант питомца? Гадать бесполезно, пока Гектор сам не захочет – не расскажет. Лучше не обращать внимания на подобные мелочи и сделать вид, что так и должно быть.
Я вернулась за стол и, прежде чем сесть, подхватила пустую тарелочку и наполнила ее лакомствами. Стул, на котором восседал Гектор, стоял вплотную к столу, а потому создавалось впечатление будто бы ворон завтракал вместе с нами. Вот я и поухаживала за ним, как за почетным гостем. Молочка налила в пиалу, придвинула вазочки с вареньем и медом.
– Знакомься, Алим, это Гектор – вещий ворон, – сдерживая улыбку, представила питомца, – друг и член семьи. Гектор, это баронет Алим Осипович Зельман – мой помощник, преданный вассал и просто хороший человек.
Ворон – тот еще артист, переступил с лапы на лапу и чинно кивнул в знак приветствия. Алим, если бы мог, поднялся бы, чтобы отвесить необычному гостю поклон. А так, чуть откатился в сторону, приложил руку к груди и уважительно склонил голову, будто приветствовал самого императора.
– Знакомство с вами – большая честь, уважаемый Гектор. Нина Константиновна, думал, меня уже ничем не удивить. Но это… где бы еще я воочию узрел легендарного вещего ворона? Говорят, раньше у каждого мага разума жил такой друг и помощник. Могу я узнать вашу историю? Как вы нашли друг друга?
– Это Гектор нашел меня, чему я бесконечно рада. Хотя обстоятельства, при которых это произошло, трагические и печальные, – дополнила подробностями рассказ о наших с братом приключениях до встречи с семьей барона Зельмана.
Питомец в это время усердно поглощал угощение, ничуть не смущаясь пристального взгляда, которого с него не сводил Алим.
– Значит, Гектор ведает прошлое и будущее и предупреждает, если грозит опасность? А как это происходит?
– Видения! Ворон насылает их, когда желает рассказать об угрозе или поведать о важном событии.
– Чудны и непостижимы твои деяния, господи! – молодой человек осенил себя крестом. – Думал, бог отвернулся от меня, когда я нарушил священные заветы. Но теперь вижу – нет, и ничего не понимаю.
– Алим, не знала, что для тебя это по-прежнему важно. Однако, сам подумай, какой смысл отрицать магию, когда она часть этого мира? Когда сила уже внутри, бурлит в жилах и является основой семейного наследия? Ты…
Новое послание Гектора накрыло так внезапно, что я замерла с открытым на полуслове ртом. Величественный зал, роскошное убранство которого вряд ли уступает императорскому дворцу. Пестрое людское море, колышущееся и мерно рокочущее. Я вижу незнакомые лица – красивые и не очень, старые и молодые. Все они чего-то или кого-то ждут, надеются. Наконец, раздается гонг, распахиваются парадные двери и появляется человек в белом. Я слишком далеко, поэтому работаю локтями и пробиваюсь вперед. На самом деле, это гость пробивается, а я как бы нахожусь позади и вижу то же, что и он. Со всех сторон доносятся восторженные шепотки: «князь!», «Великий князь!». И рядом: «Сама… пожаловала». Вытягиваю голову, чтобы рассмотреть подробности, и вижу жгучего брюнета с княжеской короной на голове. Алим! Он улыбается и величественно приветствует подданных, которые стараются обратить на себя внимание. Следом в строгом фиолетовом платье непривычного фасона шествует светловолосая девушка-подросток. Тонкий золотой обруч на голове говорит о высокородном происхождении, а безупречная осанка и слегка надменный взгляд, скользящий поверх толпы, что она по праву находится рядом с князем. Девушка кажется знакомой, пристально всматриваюсь в приятные черты и…
– Это же я! – наталкиваюсь на собственный взгляд, и тотчас вокруг княжеской пары вспыхивает щит.
Он плотным кольцом окружает Алима, отсекая возможную опасность, и распространяется дальше, укрывая толпу полупрозрачным фиолетовым покрывалом.
Видение исчезает! Вот только я еще вижу Алима-князя, передвигающегося самостоятельно. Значит, мы найдем способ его излечить! Радость теплым комочком счастья согревает изнутри. Но ошеломление от невероятного будущего только набирает силу. Присутствуя в зале, я невольно ощутила мощь, исходящую от хрупкой фигурки в фиолетовом и заставляющей людей и магов склонить головы. Поразилось той легкости, с которой другая я сдерживаю силы, готовые сорваться с поводка по щелчку пальцев. Удивила также структура пластичного щита, похожего на воздушную вуаль и способного принять любую форму.
– Нина, ты что-то увидела? – нарушил течение мыслей Алим, а картинки вдруг утратили четкость, размылись, как следы на песке под накатившей волной.
– А? – тряхнула головой, возвращаясь к реальности. – Да! Гектор показал кусочек нашего будущего. Алим Самон Осипович Зельман, я даю согласие и поддержу тебя в борьбе за пост главы княжеского рода Леви.
Pulsuz fraqment bitdi.