© Михаил Петрович Казаков, 2015
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Тебя непуганою птицей
Хотел я в сердце удержать,
Вспорхнула юная девица
Чужое счастье ублажать.
Высок полёт, и чисто небо,
А мне волнения не унять,
Влюбленным был, любимым не был,
Я не могу тебя, понять.
Сказать о главном не сумели,
Ответ искали мы в глазах,
Сердца, уверен был я, пели,
Но слов не слышно на устах.
Сам на себя готов я злиться,
И стыдно мне, я признаюсь,
Ни что не может измениться,
Пока я сам не изменюсь.
Так проходили безутешно
Года, сменяясь словно сны,
Неторопливо и неспешно
От осени и до весны.
Но сердце мне напоминает,
По телу, разгоняя, кровь,
Что никогда не унывает,
Все также в нём живет любовь!
Все красивы понемногу,
Но не нам о том судить,
Видно, так угодно Богу:
С красотою в мире жить.
Как хотели, выбирали:
Кто на вкус, а кто на цвет, —
И в любовь свою играли
Сколько помним, с детских лет.
Дернуть первый раз за косу,
Поднести ее портфель,
Вместе убежать без спроса,
Заморочив канитель,
Целовать серьезно в губы,
Глубоко смотреть в глаза,
Быть приятным, но не грубым,
Как весенняя гроза.
Все взрослеем понемногу,
Каждый год о том твердит,
Видно, так угодно Богу,
Жизнь упрямо говорит.
Дни рождения, как метели:
Отпоют и вновь летят, —
Крутят годы карусели,
И на месте не стоят.
Кто-то дергает за косу
И не свой несет портфель,
Где-то бегают без спроса,
Чтоб устроить канитель,
Да целуются не в губы,
Смотрят под ноги глаза,
Но по-прежнему не грубы,
Как весенняя гроза.
Мы стареем понемногу
И не стоит говорить,
Видно, так угодно Богу,
В том нам некого винить.
Молодость еще вернется,
Прошлое не вороша,
Как и раньше, сердце бьется,
Молодой живет душа.
Внучке заплетают косу,
Примеряет внук портфель,
Оба бегают без спроса,
Продолжая канитель,
Не целованные в губы,
Словно искорки глаза,
Быть они не могут грубы,
Как весенняя гроза.
Это мы с тобою повзрослели,
Пробираясь колеей судьбы,
Многое чего решить хотели,
Но имеем то, что есть, увы.
Это мы с тобою постарели,
Наши годы перестали ждать,
Мы отстали, но они успели
И не устают опережать.
Не узнаешь: далеко ли, много ль
Нам отмерено на этом свете жить? —
А желание – насладиться вдоволь, —
Стараешься, стараешься продлить.
Ранним утром улыбаться милой,
Первым словом говорить – люблю,
И букет цветов дарить любимой,
Нужным быть, как парус кораблю.
Вечером отдать себя в объятья,
Пусть слезой Шампанское искрит,
И небрежно сброшенное платье
Нашу встречу в тайне сохранит.
Это мы с тобой, никто иначе,
Так поверит в сказку бытия,
Но решить одну из двух задачу
Ты не можешь, не могу и я.
Трудно встречаю рассвет,
Ночь пролетает мгновенно,
Со мною тебя просто нет,
Но быть ты должна непременно,
Я тихо себе говорю,
Но как-то неловко ступаю,
И вновь про себя повторяю
Слова, что тебя я люблю.
Голос твой так одинок
Стучится в закрытые ставни
И просится, просится в дом,
Чтоб встретиться утречком ранним.
Я настежь окно распахнул,
Свежесть меня обласкала,
Сердце мое задышало,
И голос твой к жизни вернул.
С тобою обняться хочу
И с места сойти не посмею,
Сердцем тебе прошепчу,
Я голосом петь не умею
О том, что милей тебя нет,
Что нам не помехой разлуки,
Любимые нежные руки,
Обняв меня, скажут – привет!
Небу хмуриться
непогодою,
С нею мучиться
неугодною,
Велика ль беда? – только, кажется,
Не на мне судьба чья-то скажется.
Не на мне вздохнет
утром солнышко,
Не со мной совьет
кто-то гнездышко,
Не моей душе петь, играючи,
Сердцу не гореть, ожидаючи.
В отголосках лет
мысли прячутся,
Их былой расцвет
только значится,
И забывчивость стала нормою,
А точней сказать – бабой сворною.
Распылил души
пламя прихоти,
Оставлял гроши,
дабы выжить, и
Не скопил запас и ни впрок, никак,
Но настал мой час, Богу нужно так.
Перед ним стою
на раскаянии
И ответ держу
в покаянии,
А грехи за жизнь не цепляются,
Жизнь грехом не является.
Я в душе своей
растил радости,
Чтобы чужды ей
были гадости,
Сеял в сердце я зерна милости,
И за все меня ты, мой Бог, прости.
Pulsuz fraqment bitdi.