Kitabı oxu: «Измена. Семья вдребезги»

Пролог

«Мурад, я беременна…»

«Мурад, я жду ребенка…»

Пальцы горят, нажимая на сенсор. Набираю текст и снова стираю сообщение в мессенджере.

Такую новость я не могу написать мужу просто, как «Привет» или «Что ты делаешь?».

Мой муж, Мурад Шагаев, мечта любой женщины, неутомимый и страстный любовник с внешностью греческого Бога.

Сегодня Мурад наконец-то возвращается из командировки. Я не видела его почти две недели и очень соскучилась.

Время в его отсутствие как смола тянулось.

Внутри трепещу от предвкушения.

Мы в браке уже три года и я… отчаялась забеременеть. Несмотря на то, что секс у нас умопомрачительный, а муж – горячий и темпераментный мужчина, желанная беременность никак не наступала.

Сегодня я сделала тест на беременность.

Он дал слабую надежду: две полоски. Одна темно-бордовая, а вторая – слабая, розовая.

Сделала еще один, и едва не сошла с ума от счастья: «Беременность, 2-3».

Сердце бьется, как ненормальное, когда мысленно проговариваю то, что на тесте увидела.

Я хочу сообщить любимому лично, у нас дома, в интимной обстановке.

Хочу уткнуться в его плечо, поцеловать любимые губы и увидеть, как он рад долгожданной новости.

Хочу почувствовать жар его объятий, красивое, спортивное тело с четкими линиями мускулов. Раствориться в его ласках до утра…

Поеживаюсь от нахлынувших эмоций.

Из мыслей меня вырывает появление моей младшей сестры. Вижу, как Ника идет ко мне через холл спортивного клуба в облегающим фигуру костюме фитнес-тренера.

Я все-таки стираю текст сообщения, прячу телефон в сумочку и приветственно машу рукой моей Нике.

– Привет самый крутой тренер столицы! – касаюсь ее, обнимая одной рукой.

– Привет, моя любимая беременяшка! – усаживается рядом со мной и привычно смотрит на часы.

Потягивая из трубочки фруктовый коктейль, замечаю две странные фигуры, которые топчутся около стойки ресепшн и явно скандалят.

– Как ты? Готова к юбилею Медузы Горгоны? – смеется, спрашивая меня о свекрови.

– Не такая уж она и Горгона. Я готова. Платье, которое мы выбрали с тобой, идеально подойдет. Оно в меру пафосное и при этом строгое. И животик пока не видно, – улыбаюсь.

– А Шагаев в курсе, что он скоро станет отцом?

– У-у. Еще нет, – отрицательно качаю головой.

– Эми, я жду, когда ты ткнешь Горгоне тест на беременность прямо в лицо, и она окаменеет! – смеется моя сестра.

– Нет, Никуся. Тестов не будет. Я скажу Мураду дома, после банкета. Сегодня он приезжает прямо из аэропорта на юбилей моей свекрови.

Диана Георгиевна обязательно закатит какой-то особенный, феерический банкет.

Будут гости в большом количестве, ужин в ресторане авторской кухни, а потом мы с Шагаевым, наконец, останемся наедине…

– Я тут, кстати, подумала, что тебе стоит уже записываться на курсы молодых мамочек и на мамский фитнес. А то будешь как вон тот бочонок!

Она легко кивает в сторону двух молодых девушек, которые что-то выясняют у администратора клуба.

Я невольно наблюдаю, как в двух метрах от места, где мы сидим, разрастается нешуточный скандал.

Блондинка с белом платье орет на администратора, а вторая, брюнетка, рядом с ней трясет телефоном.

– Поздновато она пришла в клуб. У нее такой большой животик, – рассматриваю блондинку с огромным животом.

Она кажется мне такой знакомой…

Где же я ее видела? Не могу припомнить.

– Занимается не она, а ее подруга Маргарита. Две сучки! Такой цирк сейчас устроили, просто ужас! – фыркает Ника.

Сестра прикладывается к моему стакану с коктейлем и тут же хлопает себя по колену.

– Кстати, ты должна знать одну из них. Беременная – это твоя бывшая родственница.

– Марина? – удивленно спрашиваю сестру.

Ника кивает.

Вернув мне стаканчик с напитком, она кратко рассказывает, что вела индивидуальные занятия у ее подружки, а потом глубоко беременная Марина пришла к ней со странной просьбой.

– Мы сначала познакомились, она живо расспрашивала о тебе, о твоем муже. А потом вдруг выдала, что я, видите ли, должна тренировать ее перед родами! А если она родит прямо на трене, м? Я не акушерка, увольте! – надувшись, шелестит моя сестренка.

– Я ее плохо знаю. Она была женой брата Мурада. Но Булат ее быстро бросил. Точнее, они расстались.

– Ясное дело! Она неадекватная. Смотри, сюда идут. Ну, все! Сейчас начнется… – сползает по стулу Ника.

Девушки направляются к нам, но вид у них весьма дружелюбный.

– Привет, любимая жена Мурада Шагаева! Не ожидала тебя здесь увидеть, Эмилия! – кивает мне с улыбкой Марина.

В ее лице нет былых красоты и молодости.

Она кажется мне какой-то измученной, даже несчастной. Видимо, беременность дается ей слишком тяжело. И, судя по арбузу-животу, ей скоро рожать. Совсем скоро…

Вот только с Булатом она рассталась очень давно.

– Значит, нашла другого и устроила свою личную жизнь после развода, – думаю я, осматривая беременную бывшую родственницу моего мужа.

– Привет, Марина. Как ты?

– О, отлично! Ника случайно не на меня жалуется? – она подмигивает моей сестре.

– Марина, при всем уважении, я не смогу тебя тренировать! Да и зачем?! – говорит Ника с жаром.

Марина хмыкает и внезапно громко смеется.

– Да, брось! Я пошутила. Какие тренировки?! Мне рожать через неделю, – с этими словами она поглаживает живот.

Ника легко толкает меня под столом коленкой, намекая, что жена брата моего мужа явно не в себе.

Бывшая родственница Шагаевых смотрит на меня, вздернув подбородок.

Не знаю почему, но она меня дико бесит.

– Мой любимый ждет нашего малыша. Он бы никогда не позволил мне напрягаться в фитнес-клубе против моей воле. И вообще он всегда любил мое тело, мою фигуру, – елейно-приторным голоском цедит Марина.

И выговаривает слова так, будто мы с ней соперницы….

Глава 1

Эмилия

Марина бросила несколько фраз, победно задрав подбородок. Потом ее спутница, подруга Рита, что-то шепнула ей. Неприлично шептаться, но подружек это не остановило.

– До вечера, Э-ми-лия! – коряво произнесла мое имя бывшая родственница, растянув его, как жвачку.

– Ты тоже будешь на празднике у Дианы? – я опешила от неожиданности.

После двух лет в разводе и тотального игнора, я не ожидала, что бывшая свекровь пригласит Марину на свой юбилей. Диана любит свиту, но там будет Булат. Как он отреагирует, похоже, свекровь не заботит, а Марина – только этому рада.

– А что здесь странного?! Я тоже невестка Дианы! – Марина бросает лисью хитрую улыбочку.

Не знаю почему, но все ее ужимки, то как она отбрасывает за плечи желто-зеленый блонд очень специфического оттенка, все это как-то… Слишком.

Марина и Рита уходят, без поцелуев и приторно-наигранных обнимашек.

– Я же тебе говорила, что она больная, – провожает взглядом парочку моя сестра. – И что твой Шагаев в ней нашел, не понимаю?!

Оговорочка вышла почти Фрейду.

Мысли в голове сразу сдулись, как воздушные шарики.

– Ника, она жена Булата. А он уж точно не мой! – веду плечом нервно, поправляя сестру.

Раньше я воспринимала Марину спокойно, нейтрально. За время их скоротечного брака с Булатом, я не успела с ней познакомиться.

– Она слишком уверенна для бывшей невестки, – хмыкаю, смеряя семенящую фигуру взглядом.

Марина идет словно утка.

Меня ее надменный тон не позабавил, а наоборот.

Послевкусие от нашей встречи странное, а впереди еще вечерний ужин…

– Ты обещала на днях заехать к бабуле! И еще я хочу знать в подробностях, как вытянется лицо у Дианы после новости о твоей беременности! – чеканит Ника, как ярый тренер, заряжая меня на победу.

– Хорошо, хорошо. К бабуле заеду. Хотя и ты могла бы, – кошусь на сестричку.

– У меня много работы. Весна, время потеть в спортзале и обрабатывать зимние булки и пиццу, – смеется Ника, сбегая от меня.

Сестра уходит в зал, чтобы тренить молодых козочек, качающих упругие бицепсы, трицепсы и не только.

А я отправляюсь домой.

Мне нужно успеть собраться, чтобы вечером блистать.

Для меня юбилей свекрови это в первую очередь долгожданное свидание с мужем.

– Мурад, я беременна. Я так хочу тебе это сказать, – говорю ему мысленно.

Думая о муже мои губы растягиваются в улыбке.

Я – его жизнь. Он – мой воздух.

Так я привыкла думать за годы нашего счастья.

Мурад научил меня так считать, окружил любовь и заботой.

Мой муж идеален, если честно.

Таких мужчин, как Мурад, я никогда не встречала.

Идеальный красавец с одним неприятным недостатком: его мать настоящий тиран.

Она не понимает, что сыновья выросли и живут своей жизнью.

Диана властная, но за годы в браке Мурад расставил все по местам.

Единственная тема, которую беспрестанно муссирует свекровь – моя бездетность.

Она так хочет, чтобы у любимого сына родился наследник, что трезвонит об этом. Пусть мягко, с любовью, но мне неприятно чувствовать себя недостойной моего мужа.

Мурад услышав однажды ее придирки, обвинил мать в том, что лезет в нашу жизнь. И перестал общаться с ней на время.

Свекровь затихла.

Надолго ли?…

Представляю, как она увидит беременную утку-Марину, и сразу же развернется ко мне с претензией:

«Эми, а когда же я стану бабушкой?! Сколько можно меня мучить!»

К слову, при Мураде она и слова дурного сказать не посмеет. Но внутри саднит от того, что я не такая.

Не могу подарить любимому наследника. Хотя сама о сыночке мечтаю…

Но делать подарок свекрови на ее юбилей и сообщать о том, что я наконец-то забеременела, не собираюсь.

Как бы Ника не подстегивала меня просьбами «ткнуть носом» свекровь в правду, я считаю, что эта радостная новость только наша с Мурадом.

Делиться сразу со всеми мы точно не будем.

Неприятные мысли, как тучи на ясном небе, туманят разум.

Мне не по себе. Какое-то странное предчувствие тревожит.

Осматриваю себя в зеркале, поправляю корсетный топ платья и подвигаю бретельки на острые плечи. С любовью кладу руки на пока еще плоский живот и прислушиваюсь к ощущениям. Малыш, конечно, еще совсем крошка, но думать о том, что он живет во мне, так волнительно.

Внизу, во дворе нашего дома, какая-то суета и движение.

Окна открыты, впуская весенний прохладный воздух.

Я подхожу к окну, выглядываю, и мои губы сами собой ползут в нежной улыбке, когда вижу любимого мужа.

Шагаев ответно улыбается, машет рукой, увидев меня в панорамных окнах.

Я не ожидала, что он приедет и сделает мне приятный сюрприз.

Высокая фигура пересекает двор, муж быстро поднимается наверх, ко мне в спальню.

Все сомнения в миг отпускают.

Пальцы на тонких бретельках платья цвета черного жемчуга расслабляются.

Мурад открывает двери.

– Эми, любимая, – говорит низким бархатным тембром.

Он в два шага оказывается возле меня, рывком схватывает в объятия.

Мурад красив, сексуален и… очень соскучился. Его темно-льдистый взгляд блуждает по моим открытым плечам, падает в эффектное декольте.

У меня дыхание перехватывает. От сильной могучей фигуры в темно-сером костюме, от каскада жарких объятий, которыми Мурад заключает меня в кокон. Вдыхаю аромат его парфюма, который бьет в нос пряной терпкой горчинкой от мускулистой шеи моего мужа.

– Почему ты так рано? Я думала, мы встретимся в ресторане, – сбивчиво дышу.

Он целует быстро, остро, страстно.

Идол, спустившийся на землю. Холодный красавец с аристократической внешность и непростым характером.

Острый спазм внизу закручивает тугую спираль.

– Были дела, Эми, и я вернулся раньше, – кратко говорит о смене своих планов.

Его глаза обычно льдистого голубого цвета сейчас похожи на мягкое расплавленное серебро.

Я знаю этот взгляд, я чувствую, как он голоден и хочет меня.

Провожу пальчиками по его загорелой коже оливкового оттенка, Мурад перехватывает мою руку и прикладывает ее к губам.

– Я подумал, что будет лучше если, мы задержимся и опоздаем на праздник, – тихо и чувственно произносит Шагаев.

Его пальцы просачиваются под бретельки моего вечернего платья, заставляя спину покрываться крупными, колючими мурашками от возбуждения.

– Мурад, я… – задыхаюсь, коснувшись его губ.

– Ты прекрасна, девочка, – кладет руку на талию и подхватывает молнию, дергая за нее.

Замок разъезжается со звуком, и платье шуршащими волнами падает вниз, задержавшись на бедрах.

Я без белья, в тонких стрингах и чулках. Грудь наливается от страстного желания.

Невольно закрываюсь от Мурада.

– Я хочу посмотреть на тебя, Эми, – говорит томно, прожигая серебристым взглядом.

Я не видела мужа всего две недели, но кажется, что моя фигура немного изменилась за первый месяц беременности.

– У тебя грудь налилась, Эми. Ты не беременна? – с надеждой в голосе спрашивает муж.

Только я хочу ответить, забыв о торжественности момента, как его телефон в кармане вибрирует. Мурад перехватывает трубку и быстро отклоняет вызов.

– Неизвестный. Потом перезвоню, – кратко бросает муж.

Посторонние не звонят таким людям, как Шагаев. И он обычно безумно, до мозга костей, пунктуален и собран.

Он всегда думает о своем бизнесе, я порой даже ревную, а тут вдруг такая беспечность…

– Эмилия, я соскучился, – твердит муж, прижимая меня к своему костюму с иголочки.

Я дышу часто-часто, сердце вибрирует в груди. Мурад отрывает меня от пола, несет на кровать, подняв на руки.

– Сладкая моя. Мы точно задержимся, – шепчет, распуская водопад рыжих волос, которые я старательно укладывала в высокую прическу.

Муж зарывается под волосы, сжимает мою шею и впивается с диким желанием в мои губы.

Опустив меня на кровать, рывками скидывает свою одежду.

Я спускаю чулки, но Мурад меня останавливает и делает все сам. Поднявшись надо мной, смотрит, как лежу перед ним, нагая.

Губы Мурада хватают мой коричневый сосок, разминая его и лаская. Руки блуждают по бедрам, легко тараня промежность и зажигая все внутри меня.

Но телефон не унимается. Мурад чертыхается и выключает аппарат, отбрасывая его на пол....

Глава 2

Эмилия

– Ты прекрасна, – произносит муж, обнимая меня сзади.

Я стою возле зеркала и осматриваю себя.

Жемчужное платье, рыжие всполохи волос, собранные в аккуратную прическу-ракушку. Я выгляжу и правда хорошо несмотря на то, что мой образ был безжалостно испорчен порывом страсти мужа.

– У меня есть подарок. Закрой глаза, Эми, – шепчет на ухо, опаляя кожу дыханием.

Мурад, как фокусник, достает откуда-то футляр. Щелкает ювелирная мини-шкатулка.

По шее скользит прохладная полоска. Я открываю глаза и вижу между выпуклых ключиц бриллиантовую каплю-подвеску.

– Она потрясающе красива, – выдыхаю.

Мурад ударят поцелуем мою шею, заводит руки под грудь.

– Эмилия, она не сравнится с тобой. Ты готова? – спрашивает муж.

Я выныриваю из его объятий и смотрю в глаза Шагаева.

– Ты не хочешь ехать? Давай останемся дома, – без раздумий говорит муж.

– Нет, просто я хочу тебе сказать сейчас. Не хочу ждать вечера, – глажу его ямочку на волевом подбородке.

Мурад замирает в ожидании.

Что-то внутри гложет, беспокоит, но я набираю воздуха в легкие.

Хочу сказать о беременности, и в последний момент что-то подводит…

Толкает в спину, между лопаток, и словно сцепляет губы вместе.

Скорее всего, всему виной тотальная занятость моего мужа. Которая, как часто бывает, охлаждает даже самую сильную любовь.

Мы невольно отдаляемся, хотя наши чувства все также горячи, а ночи вместе наполнены страстью и огнем.

– Мурад, если бы я была беременна, мы могли бы проводить больше времени вместе? – говорю мужу одними губами.

Он меняется в лице. Вместо холодного бездонного взгляда в его глазах плещется теплота и любовь.

– Эми, родная. Ты мое счастье. С чего вдруг такие вопросы?! Бизнес – это вынужденная занятость, я обеспечиваю нас, а не убегаю от тебя на работу. Я уже обдумал, и как только ты забеременеешь, мы уедем в Европу или на острова. Куда ты захочешь. Так ты… Да или нет? – сбившимся от волнения голосом произносит и кружит меня, отрывая от пола.

– Нужно поехать к врачу, – ежусь, уходя от вопроса.

Реакция Мурада, его слова любви и море поцелуев, заставляют нас задержаться еще ненадолго.

В машине едем рядом, Шагаев держит меня за руку, будто никогда не отпустит. Поглаживает мои тонкие пальчики, сжимая в крепкой ладони.

– Кто тебе звонил? – спрашиваю по дороге.

– Брат. У Булата какие-то сложности, а я ему должен помочь, – с легким раздражением объясняет.

– Я не думала, что вы помирились. Вы ведь, вроде бы, не общались.

– Приходится из-за бизнеса, – кратко отрезает муж. – Кстати, ресторана не будет. Мама решила праздновать дома. Не знаю, чем вызвано такое решение, но я думаю лишняя помпезность после смерти брата отца ни к чему. Я бы вовсе не праздновал.

Мурад хмурится, сеть мелких морщинок покрывает высокий лоб. Я глажу его черные волосы, которые на ощупь как шелк.

Муж заметно смягчается.

Тем временем подъезжаем к особняку его отца. Обилие люксовых автомобилей заставляет поежиться от непривычки.

С трепетом Мурад держит меня под руку, помогает выйти из авто.

Я чувствую себя как на выставке. Стоит сделать шаг по мощеной камнем дорожке к дому свекра, сразу же в меня вонзаются несколько пар любопытных глаз.

По коже словно сотни мелких иголочек ударяют.

Я никак не привыкну к тому, что приходится вращаться в таких кругах. Еще вчера я была дизайнером, а сегодня одна подвеска, подаренная мужем, стоит как несколько моих зарплат в прошлом.

Я выпускаю руку мужа, Мурад идет к отцу, который приветственно здоровается со мной.

Муж говорит о чем-то с отцом, спорит с ним.

Они удаляются, а я остаюсь одна, в толпе гостей. Ловлю проходящего официанта с подносом напитков. В горле пересохло, меня мучает жажда и откровенно хочется поскорее оказаться дома. Делаю глоток безалкогольного коктейля и тут же оборачиваюсь.

– Эмилия! Эмилия! – кто-то сбоку зовет меня.

Моя свекровь машет мне рукой, отделяясь от нескольких женщин в элегантных брендовых нарядах. А позади нее тащится Марина, придерживая свой беременный живот.

– Эмилия, где мой сын? – спрашивает, придерживая меня под спину.

– Он ушел с Гасаном Алимовичем. Поздравляю вас, Диана Георгиевна, – обнимаю свекровь и осыпаю ее пожеланиями в праздник.

Она обнимает меня в ответ, делает комплименты моему внешнему виду. Сбоку Марины вырастает ее подруга, Маргарита, которую я видела в фитнес-центре. Парочка неприятных напыщенных девиц тут как тут.

– Марита и Мариша пришли меня поздравить, – объясняет мне Диана.

Я сразу поняла, что Маргарита неслучайная персона.

– Булат придет? – встревоженно спрашивает Марина.

– Не знаю, – мотает головой Диана. – Мне очень жаль, что вы расстались. Может, беременность вас сблизит заново?

Маргарита кивает головой, как болванчик. Поддерживает подругу чрезмерно, хотя, по-моему, Марина была виновата в их разрыве.

– Булат! – взвизгивает Марина.

Я оцениваю реакцию брата моего мужа и невольно пугаюсь.

– Что ты здесь делаешь?! – рыкает на свою бывшую жену Булат, никого вокруг не замечая.

– Я… Я… – хлюпает ртом Марина, хватаясь за живот.

– Какого хера тебе тут нужно?! – впивается в ее руку железной хваткой.

Звериный взгляд Булата падает на ее живот.

Она беременна не от бывшего мужа.

Булат хватает Марину, но вмешивается Диана.

– Сын, прекрати! Она моя гостья, хватит! Иди к отцу, не нужно показывать гостям, что у вас не все в порядке.

– Не все в порядке?! Мама, она трахалась… – он замолкает, играя желваками и быстрым шагом скрывается в доме.

Пульс стучит от волнения в висках. У Марины глаза на мокром месте, и Марита уводит ее в дом.

– Я так опечалена, что Булат ненавидит Марину, – с сожалением произносит свекровь. – А как вы? Как твои дела, дорогая? Ты так похудела, что хочется тебя откормить, уж прости.

Диана смеется и разговаривает со мной обо всем и ни о чем. Гости новой волной прибывают на открытую площадку возле дома, где накрыты изысканные столы и снуют официанты.

От вида еды и разгулявшихся нервов, мне становится не по себе.

– Я пойду в дом, – спрашиваю у Дианы.

– Иди, детка. А я пообщаюсь с подругами, – говорит Диана Георгиевна.

То, что сын поругался с невесткой, ее мало волнует. Диана любит свиту, и чтобы все вертелось вокруг ее персоны. Я ухожу в дом, спешу в гостевую ванную комнату.

Стоя за дверью, я слышу эмоциональный разговор Мариты и Марины. И они говорят не о Булате, а обо мне и о моем муже....

Глава 3

Эмилия

Из-за двери тянет отчетливо сигаретным дымом. Глубокие затяжки делает Маргарита, ненасытно глотая никотин.

– Нет, ты видела эту колхозницу?! И что Мурад в ней нашел?! – с нескрываемой ненавистью выплевывает.

– Хватит. Не кури, мне и так дурно, – сипит Марина.

Включается вода, потом слышу всплески.

– Лучше бы я вышла за него замуж! Такой мужчина рядом с какой-то убогой коровой! – не унимается Марго.

Я слушаю ее, в шоковом состоянии.

Она говорит о моем муже так, будто это ее собственность. Марина стонет и кашляет.

– Хватит курить! Ты достала, – рычит на подругу.

– Сама-то давно бросила? Ты… Марина, я тебя не понимаю! Что ты тянешь кота за хвост? Почему ты не взяла Булата за яйца!

Но разговор о Булате недолгий. Снова пара слов о моем муже. Интерес подруги очевидный. Она вне себя, будто претендует на Мурада.

– Не смотри так на Эмилию! У тебя на лице все написано. Ты все испортишь, глупая!

– Я просто не могу смотреть на эту мокрую курицу! За что ей все? Она никто! Просто дешевая шкура! – со смехом ругается и поливает меня Марита.

– Не кури! Сейчас пожарка сработает, – говорит Марина.

– В ванной? – вопросительно спрашивает подруга.

Диана боится пожаров, поэтому в их доме огнетушители повсюду.

Фобия моей свекрови выходит боком зарвавшимся особам.

Я иду в конец коридора и достаю огнетушитель, спрятанный в специально нише.

Легко справляюсь, так как когда-то отвечала за пожарную безопасность в фирме, где работала дизайнером.

Срываю чеку, встряхнув хорошенько баллон, открываю двери и направляю его на подружек.

– Эй! Ты что?! – кричит Марго.

Я щедро поливаю ее, пена летит хлопьями, испортив платье, прическу и макияж Маргариты. И Марине достается, хотя она особо ничего не сказала.

Но она меня вывела еще с утра парой фраз, которые бросила в разговоре. Не жалею беременную стерву.

– Ты что больная?! Ай, – кричит в слезах Маргарита.

– За языком следи, сучка, – говорю ей.

– Ой, я рожаю, кажется. Где Булат? – стирая пену с лица, пищит Марина.

Я оставляю огнетушитель и выхожу из ванной, оставив мокрых куриц чистить перья.

Поступок опрометчивый, может быть, но стоять и слушать оскорбления не смогла…

– Эмилия, ты куда? – по лестнице ко мне спускается муж.

– Мурад, я хочу домой. Скажи водителю, чтобы отвез меня, – говорю ему.

Нервы расшатаны.

Тон Маргариты мне не просто не понравился. Он заставил меня задуматься: что у нее с Мурадом и почему она так говорит о нем?

– Что случилось, Эми? Тебе плохо? – Мурад сводит брови на переносице, полосуя меня синевой холодной Арктики во взгляде.

Сморгнув влагу, которая накатывает на ресницы, спрашиваю:

– Мурад, скажи, что у тебя с Маргаритой?

– Не понял, – Мурад ухмыляется.

Я рвано дышу, пытаясь унять ползущее тягучее чувство внутри.

– Она подруга Марины, кажется. С чего я должен ей интересоваться?! Эмилия, успокойся и иди к гостям. Фуршет уже начался. Полчаса, и мы будем дома, – цедит Шагаев.

– Я не хочу здесь оставаться.

Из-за угла выворачивает мокрая курица Рита и бедняжка Марина, которая то ли хромает, то ли прикидывается, что вот-вот родит прямо здесь и сейчас.

На нее и Риту смотреть страшно: макияж поплыл, одежда липнет к телу.

– Мурад, твоя жена окатила нас пеной! Я… Я рожу раньше срока из-за Эмилии! – капризно лепечет Марина, добивая меня окончательно.

– Сумасшедшей здесь не место, приструни жену, Шагаев! – кряхтит Марита.

– Выбирай выражения, мля! Ты кто такая, чтобы ты так со мной разговаривать?! – низким басом Мурад ставит их на место.

От одного его голоса, подружки втягивают голову в плечи, пятятся назад и пасуют.

Булат спускается следом, оставив наверху Гасана Алимовича.

Он смеряет всех нас взглядом, и проходит мимо, не сказав ни слова.

Мурад берет их под руки и грубо выводит из холла через черный выход.

– Но мы должны попрощаться! – взвизгивает Маргарита.

– Езжайте домой, для вас праздник закончился. Не понимаю, зачем вообще нужно было приходить сюда, Марина! – со злостью говорит жене своего брата.

Через минуту Мурад возвращается.

– Зачем ты это сделала, Эмилия? Что произошло за пять минут, пока я говорил с отцом? – с твердыми нотами в голосе спрашивает муж.

Я не должна чувствовать себя виноватой. Пытаюсь в двух словах объяснить все мужу, а Шагаев цепенеет от злости.

– Зачем ты их трогала?! Нужно было мне сказать, и я бы выставил этих дур! – рыкает, играя желваками.

Он поправляет воротник, кадык ходит над белым воротником.

– Почему посторонние женщины, тем более твоя бывшая родственница, говорят о тебе в таком тоне?

– В каком? – шипит Шагаев.

– Будто вы любовники! А Марина беременна от тебя, а не от неизвестного мужика! – вырывается из губ.

Шагаев густо краснеет, берет меня за руку и спокойно выводит из дома через центральную дверь.

У ворот в машину грузятся курицы Марина и ее подруга.

Следом за ними подъезжает машина Шагаева, сверкая хромированной решеткой.

– Поезжай домой. Я вернусь через час, – говорит муж.

– Так ты ничего не объяснишь? – спрашиваю у мужа.

– Я ничего не должен объяснять. Марина беременна точно не от меня, Эми. Остальные твои слова – бред, – говорит на прощанье.

Смотрю на высокую фигуру мужа, которая удаляется от меня. Он подходит к гостям, что-то говорит Диане, когда я усаживаюсь в авто.

Расстёгнутый пиджак подчеркивает широкие плечи, мощный торс. Интерес Маргариты понятен, так как Мурад очень красивый мужчина.

Но то, как Марина жалобно скулила, бросаясь к нему, а не к Булату…

Желчные мысли разъедают сознание. Тугие путы черной ревности сдавливают сердце.

Сама не пойму, почему я так зацепилась за их слова.

То ли гормоны разгулялись, то ли какое-то шестое чувство заставляет меня акцентировать внимание на разговорах посторонних стерв о Мураде....