Kitabı oxu: «Брачный договор с проклятиями»

Глава 1

Каждое лето я провожу с большим количеством водных процедур. Много воды, много купания. Мух, комаров. Рек, озер и прочих водоемов. Плавание, прыгание, медитация, созерцание облаков, размышления о бренном. Плаваю по-лягушачьи туда, сюда, обратно. Лапками развожу. И кто бы знал, как мне это надоело!

– Проклятье! Да это же праздник какой-то, а не жизнь! – скажет глупый обыватель. – Три месяца в году у водоема, на свежем воздухе, на натуральной природе! Что может быть лучше?

Ну… Много что. Например, сидеть себе спокойно в городе, заниматься обычной жизнью городской девчонки. Шопинг, фитнес, театры с мамой, музеи с бабушкой, кино с подружками, кафе и свидания с парнями, парки, скверы, прекрасные кондиционеры. А не вот это вот все, прости господи, натуральное, пасторальное и свежее.

Проклятье, да. Но вам бы такое проклятье. И такой праздник. Можно мне уже как-то обыденно и мещански, без вот этих вот красот родной природы?

А все почему? Да потому, что лягушкам лучше на природе. Такова правда жизни. И самое сложное во время трехмесячного летнего вояжа на воды – это держать рот на замке. Не болтать с туристами и не пугать их. Не давать рекомендаций рыбакам. Пьяницам не советовать прекращать пить, а то они пугаются и думают, что у них началась белая горячка. И помнить, что есть комаров не надо. Мух тоже.

Но передать не могу, как я не люблю все эти реки, озера, пруды, болота… Да ну их всех… в болото¹! Живу я как поганка… Дальше все помнят. А мне летать охота. На курорты или по городским туристическим маршрутам.

В этом году я все изменю. Родные, конечно, будут беспокоиться, но я устала. Климат в родной стране, знаете ли, даже летом не самый приятный. Вернее, приятный, но недолго и неравномерно.

А второй отпуск мне никто не даст, и так три месяца гуляю каждый год. Так что океан! Жара! Манго, обезьяны, пляж, лотосы, ящерки – вот мой выбор на этот год.

В конце концов, я лягушка, а не бегемот. Имею право я провести отпуск и отмотать срок проклятия с комфортом и в тепле?

Но если бы мне в детстве, в веселые и беззаботные десять лет сказали, что медовый месяц я проведу в облике пятнистой квакушки, в мутных водах какой-то азиатской речушки, пока рядом со мной будет познавать дзэн мой новоиспеченный муж, который меня на дух не переносит…

Я бы, наверное, расплакалась и разбила террариум своим новеньким магическим шаром. Но жизнь, особенно жизнь магического существа под чарами, – дама с крайне извращенным чувством юмора.

Ну что, я вас заинтриговала? Давайте знакомиться. Я царевна-лягушка. Впечатлились? Шутка.

Не совсем царевна, хотя родители очень богатые и значимые лица в нашем кругу. И не совсем лягушка. Только наполовину.

Помните, как в русской народной сказке?

«…лягушка прыгнула на крыльцо, сбросила с себя лягушечью кожу и обернулась Василисой Премудрой, такой красавицей, что и в сказке не расскажешь».²

Вот это про меня. Только я не Василиса, а Васили́на. Ва́ська или Ли́на. И лягушачью шкурку я ношу не круглый год.

А началось все, как водится, с моей врожденной талантливости. В некотором царстве, в некотором государстве, в семь лет я, не зная еще толком магии и плохо контролируя силы, каким-то чудом материализовала в руках не хомячка, как мечтала, а живого, настоящего дикобраза. Это было очень неожиданно, страшно и больно. У него иголки вида́ли какие? Вот-вот!

Случилось это прямо в гостиной дорогого детского психолога, к которому сознательные родители водили меня, чтобы откорректировать неудобные способности. Вернее, помочь мне стабилизировать их и перестать бояться. Только вот они преподнесли это как обычные детские страхи. А в итоге симпатичный дяденька-доктор, человек строго научный и к нашей милой магии не расположенный, верещал громче меня.

Я тогда ужасно испугалась, завизжала и швырнула беднягу дикобраза, такого же ошеломленного и перепуганного, в несчастного психолога. Орали все. Я, дикобраз, врач…

И все бы ничего, но его жена, оказавшаяся по совместительству могущественной и мстительной ведьмой, недолго думая, швырнула в меня проклятие. Со словами: «Раз ты ведешь себя как животное, так и будешь им три месяца в году!»

Здрасьте, пожалуйста, спасибо, получите. Грымза зловредная! Ни за что ни про что обидела ребенка. Она потом, конечно, огребла неприятностей от всех, потому что проклинать за обычную шалость девочку из известного магического рода, клиентку мужа – это никуда не годится. Но что сделано, то сделано. Ведьма сама расстраивалась, что погорячилась, но исправить ситуацию и снять проклятье не могла уже и она. Только внесла правки и оговорила все нюансы. Ведь любое проклятие должно иметь не просто четко озвученные условия существования, но и конкретный срок или условия для снятия. Все ведь сказки читали? Если не читали, срочно исправляйте свою фольклорную безграмотность. Это все враки и сказки, что в сказках все враки.

Вот она и внесла условие снятия после грандиозного скандала и угрозы магического суда и блокировки сил. Так что однажды мне повезет и чары спадут.

Ну а пока…

С тех пор каждое лето, с июня по август, я превращаюсь в лягушку. В буквальном смысле. В самую что ни на есть обычную озерную лягушку. Зеленая, пучеглазая, с отвратительной склизкой шкуркой в темных пятнышках, которую я с облегчением сбрасываю по ночам, возвращаясь в человеческий облик.

Единственное отличие от рядовых квакух – я большая. Очень большая. Размером с кошку. Ну извините, закон сохранения энергии все же работает даже в магии, а я девушка высокая, со спортивной фигурой и реальными мышцами. Спортом не пренебрегаю, марафоны бегаю, со скакалкой прыгаю, в горы хожу, на горных и обычных лыжах катаюсь, в большой теннис играю. Напомню, в моем круге так принято.

В детстве родители на летние дни запирали меня в специально заказанном у магов-инженеров террариуме с комфортным микроклиматом и планшетом вместо компьютера и телевизора. Но с шестнадцати лет я взбунтовалась. Стыдно, черт возьми! Представьте, вам семнадцатый год, гормоны, первая любовь к симпатичному парню из параллельного класса, а вы квакаете в аквариуме под присмотром заботливой мамы. Даже по телефону можно говорить только голосом, без видеосвязи, и врать, что простудилась, поэтому голос такой противный.

Повзрослев чуток, я превратила свое проклятие в вынужденный отпуск. Частично в оплачиваемый, весь срок сразу, а частично в неоплачиваемый. Уезжала поправлять здоровье, как думали коллеги по обычной, немагической работе. А на самом деле – отсиживалась три месяца на ближайшем лесном озере или на речке, подальше от цивилизации. А то, знаете ли, когда на берегу сидит квакуха размером с домашнюю Му́рку и поет песни из репертуара хитов популярной радиостанции, тут и самый завзятый атеист перекрестится и возьмет в руки сачок – поймать и отправить мутанта на опыты. На опыты я не хочу, магию применять без нужды нежелательно, это дурной тон. Так что проще самой в глушь, в леса, подальше от всех.

Но в этом году у меня случился приступ здорового пофигизма. Раз уж все равно быть лягушкой, так хоть в теплой воде, да еще и с видом на древние храмы. Так я оказалась в Шри-Ланке. Арендовала на три месяца симпатичное бунгало на берегу реки, поближе к истоку из океана, чтобы и до пляжа рукой подать было. В бунгало останутся все ценные вещи, деньги и документы в сейфе, там же взятый напрокат байк. Туда же привозят все необходимые вещи служащие, пополняют запасы продуктов и воды. Там я ночую, а на день к реке беру крохотную палатку, чтобы поставить прямо на берегу. Я ведь не голая иду к воде и обратно, да и погода всякая случается.

Прилетела я заранее, пока проклятие не вступило в силу. Обустроилась, обо всем позаботилась. Успела несколько дней позагорать. И с первыми лучами первого июньского солнца, с тоской посмотрев на свой новый купальник, я благополучно превратилась в амфибию.

Жиза, как говорится. Ква. День за днем, ква-ква.

Но хоть тепло стабильно и без нашего среднеевропейского – сегодня июньский снег, а завтра июльские заморозки.

И вот сижу я, значит, на огромном листе лотоса, философски наблюдая за проплывающими мимо рыбами, и пытаюсь не думать о том, что обед мне придется ловить собственным длинным языком. Я как бы и рыбку могу слопать, размеры позволяют. Нет, в палатке есть лягушачий корм. Но не хочу.

Вдруг над головой раздалось жужжание. Сначала я не обратила внимания, задумалась о бренном. Но тут над водой завис чей-то навороченный дрон с видеокамерой. Он плясал передо мной, снимая, видимо, живописные виды для какого-нибудь блогера-путешественника.

И тут добрались, звезды интернета, чтобы им ни вай-фая, ни хорошего трафика!

А я была не в духе. Три месяца тоски, одиночества и укусов насекомых. Да, представьте себе, даже лягушек кусают, вот такое несправедливое проклятие. И вот это все вкупе делает меня злобной, недоброй такой квакухой. Страшно агрессивной. Могла бы – всем наваляла.

Я подпрыгнула и шлепнула лапой по блестящему корпусу. Сдохни, пришелец из цивилизации! Тут моя территория зла и правления негуманных квакух. Му-аха-ха!

Дрон захлебнулся жужжанием и рухнул прямиком ко мне на лист. Я прижала его лапой, чувствуя себя невероятно довольной. Маленькая победа, но моя.

А через пятнадцать минут по берегу, шлепая по грязи, ко мне примчался он. Высокий, сердитый, с мокрыми от пота светлыми волосами и глазами цвета грозового неба. Выглядел он так, будто хотел кого-нибудь съесть. Предпочтительно – меня.

Ага! Сейчас! Я так озверела тут, что сама кому угодно голову уже откусить могу. Даже вот этому красавчику, который приличных амфибий своими видеосъемками беспокоит, натуралист фигов.

– Ого! Однако! – увидел он меня. – Эй, ты! Лягушка! Верни дрон с видеокамерой! Это дорогая техника!

А вот это уже странно. Обычные люди не начинают разговор с земноводными в подобном тоне. Значит, типчик свой. Магический.

И я решила не церемониться. Проклятие хоть и лишило меня человеческого облика на день, но дар речи, к счастью, оставило. Голос, правда, в таком облике у меня скрипучий, как у старой ведьмы после ангины.

– Нашел кого упрашивать, – проворчала я. – Подходи ближе, поговорим.

Он, не моргнув глазом, подошел. Значит, точно свой. Обычный человек уже бы свалился в обморок от разговора с говорящей лягушкой. Ну или с криками убегал и молился.

– Ну? – уставился он на меня, скрестив руки на груди.

Нет, ну вы видали? Прям аж взбесила эта надменность. И красивые глаза. И вообще все. А чего он такой привлекательный, когда я квакуха пупырчатая?! Раздражает!

И в моей лягушачьей голове созрел блистательный, идиотский и чисто водевильный план. Я ж сказала, что тут моя территория зла.

– Отдам твою железную птицу, – сказала я, важно надувая горловой мешок. – Но только после того, как ты на мне женишься.

А вот тебе! Выкуси! Тоже мне, Иван-царевич нашелся.

Он смотрел на меня чуть ли не с минуту, а потом расхохотался. Смех, само собой, был язвительным.

– Сбрендила, квакушка? Я человек, а ты… ты кто? Оборотень? – Он поморщился. – Увольте. Я не собираюсь жениться на ком-то, кто половину дня ловит мух языком.

Хм, как интересно. А есть оборотни-лягушки? Не знала. Думала, только млекопитающие оборачиваются.

– День – ловлю мух, ночь – я снова человек, – парировала я, чувствуя, как закипаю. – А ты, я смотрю, страшный шовинист. Разделяешь магических существ на высших и низших.

– Я разделяю их на тех, кто ворует мое имущество, и тех, кто нет, – огрызнулся он. – Отдавай дрон, и мы разойдемся мирно.

– Женитьба или ничего, – уперлась я.

Что это на меня нашло? Одиночество? Жара? Или три года без полноценных отношений? Но назад дороги не было. Я лучше «нечаянно» утоплю этот дрон, чем верну его нахалу. И я демонстративно очень медленно начала подпихивать технику к краю листа лотоса. Еще немного, бултых, поминай как звали.

Парень гневно уставился на меня. Ну-ну? И что ты мне сделаешь? Будешь драться с лягушкой? Сам полезешь в заросли лотоса? Там такие листья, каждый размером с кресло…

Мы устроили соревнование взглядами. Его серые глаза против моих выпуклых желтых. Ага, попробуй перегляди лягуху. Я же сейчас не ем, мне нет необходимости зажмуриваться, втягивать глаза в череп и проталкивать ими еду в горло. Знали бы вы, как я офигела, когда это случилось со мной впервые…

Зато сейчас я могу в гляделки часами играть.

В конце концов, турист прошипел сквозь зубы что-то явно нецензурное и спросил:

– Почему? Зачем тебе это?

А я и правда не подумала. Но ответ нашелся сам собой, вырвавшись из самых потаенных уголков моей обиженной души. Ну а чего? Свой же, в теме, поймет.

– Потому что я под проклятием! И снять его может только поцелуй истинной любви! А как он найдет меня, если я все лето торчу здесь одна, как идиотка? Мне нужен муж. Хоть какой-то. На время. Для экспериментов!

Парень выпучил глаза не хуже меня, а потом засмеялся, но на этот раз с ноткой любопытства.

– Блестящий план! Уверен, любовь сразу расцветет, как только ты потребуешь ее под угрозой уничтожения техники. Ладно. По рукам.