Kitabı oxu: «Армида. Дорога в Рай»
Глава
В моем сердце горит огонь
И я рождена для Побед!
Мне мешает живая плоть,
Но мне надо оставить след.
След для тех, кто хочет жить,
И для тех, кто готов умереть.
Мне дано – вести и быть!
Я смогу их веру воспеть.
Глава 1
Ветер бился о стены лачуги, срывая с них сухие ветки и забиваящели песком. Где-то вдали выл зверь – или человек. На Цере давно пересталиразличать эти звуки.
Рей едва успел переступить порог, как за его за спиной раздалсянедовольный голос Боша.
— Она что, совсем чокнулась?! Кем она себя возомнила?! —ругался высокий чернобровый парень, врываясь следом, едва не сбив дверь спетель. — Она что, великий полководец?! Или лучше меня знает военное дело?!
— Не горячись, Бош, — принялся успокаивать его друг. —Возможно, она права. Нам нужно вытащить из рук Правителя монаха, и тогда у нас появитсясвязь с Богом.
Бош с размаху швырнул оружие на свою лежанку и принялся нервноходить по комнате.
— Вы не понимаете! Вы бежите за этой девчонкой, как стадоглупых овец! Она ведет вас прямо в логово дьявола. Вы все там умрёте!
— Ты так говоришь, Бош, лишь потому что Армида тебя отвергла,— не выдержал Рей. — Злишься – вот и всё.
Бош остановился. Медленно повернулся. В его глазах вспыхнулихолодные искры презрения.
— Она? — он усмехнулся криво. — Да мне эта спесивая гордячкаи даром не нужна. Белый Ангел Спасения… — подражая женскому голосу, передразнилон и смачно плюнул на пол. — Думает, раз у нее есть Камень Счастья, то ей все обязаныпокланяться. Только она забывает, что для этого нужно еще иметь мозги. А у нееих очень мало, если она не может понять, что своими действиями и решениямиставит под угрозу жизни людей.
— Ты что, Бош, боишься умереть? — удивлённо спросил Рей.
— Я не собираюсь погибать из-за пустой глупости.
— Но монах – не глупость. Ты же знаешь, что он нам нужен.
С его появлением у нас все изменится. Армида знает, чтоделает.
— Да Армида понятия не имеет, как руководить войском ивообще людьми! — снова взорвался Бош.
— Вот поэтому она и просит, чтобы ты возглавил отряд, —попытался убедить его Рей.
— Она просит? Что-то я не услышал слов просьбы. Онаприказывает, всегда и во всем! Почему-то все решили, что слабая девчонка скрохотным осколком звезды имеет право властвовать!.. И вообще, как она себепредставляет всю эту дурацкую затею? Ведь не было подготовки…
Бош хмыкнул, скинул с кровати оружие и устало рухнул намягкий матрас, безразлично уставившись в закопчённый потолок.
— Я не поведу армию!— вдруг неожиданно сказал он.
Рей еще немного постоял рядом, но понял, что просить ипереубеждать своего друга сейчас бесполезно. Он вышел, оставив Боша наедине ссобственным гневом.
На улице тянула серая мгла. Холодный ветер резал лицо, будтопроверяя на прочность. Рей плотнее запахнул куртку, из звериных шкур инаправился к пещере.
Глухие, холодные скалы Далу давили со всех сторон, будтохранили память об одном лишь страхе. Здесь, в самых защищённых уголкахпоселения, жили девушки. Уже одиннадцать лет народ лустов скрывался в этихкаменных чертогах, среди теней и отголосков прошлого. Семьи с детьми ютились впещерах, а мужчины – в лачугах между скалами, тщательно маскируя свои домакамнями и сухими деревьями. Все эти меры предосторожности были вынужденными длявыживания: чтобы ни сайги, ни люди Правителя не смогли найти их даже с воздуха.
Рей шел к Армиде с тяжёлой мыслью. Он хотел убедить её мягчепоговорить с Бошем, чтобы тот возглавил войско.
«Она ещё девчонка, — думал он, пробираясь между камней, — и малопонимает в настоящем искусстве войны… А Бош живёт этим делом. Он целыми днямиобучает мужчин, собирает сведения, снаряжает разведку, разрабатывает стратегиидальнейшие действия нападения или захвата. Без него многие воины и шага несделают в сторону Эбона.»
Рей тяжело вздохнул.
«Надо чтобы Армида с Бошем нашли общий язык. Почему они всевремя ссорятся и не хотят уступать друг другу? Оба сильные и непримиримые. Еслибы только они могли договориться…»
Рей дошел до пещеры и легонько постучал в железный щит,закрывающий вход.
— Кто? — послышался грубый голос Зои.
— Это Рей. Мне нужно поговорить с Армидой.
— Завтра, — ответила Зоя, всё так же резко.
— Сейчас. Это срочно, — настоял Рей. — Это касаетсязавтрашней операции.
Заслон отодвинулся, и на пороге появилась Армида.
— Чего тебе? — спросила она, кутаясь в плетеное одеяло.
— Армида, — начал Рей, но его дыхание тут же перехватило ислова застряли в горле.
Так всегда с ним происходило, когда он смотрел на нее.Красота девушки вводила его в оцепенение, он забывал обо всем, и не мог отвестивзгляда от ее лица. Одеяло с плеч Армиды постепенно начало сползать, дразнявоображение Рея и заставляя сердце биться быстрее.
Он представил, как вместе с одеялом сползает ее блузка,постепенно оголяя полные белые груди. Он бы прикоснулся к ним своими губаминежно-нежно, а потом бы спустился ниже…
Рей на мгновение зажмурился, пытаясь прогнать это сладкоенаваждение и собраться с мыслями.
— Так что ты мне хотел сказать?! — в голосе Армидыпослышались нотки высокомерия, и это привело парня в чувства.
— Армида… Бош не хочет вести войско в Эбон.
— Не хочет – и не надо. Я сама их поведу, — самоувереннозаявила девушка, будто решение давно принято и обсуждению не подлежит. — Еслиэто все, то – спокойной ночи.
Она развернулась, чтобы обратно зайти в пещеру, но Рейсхватил ее за одеяло.
— Постой!
Армида брезгливо откинула его руку.
— Что еще?
— Он должен их возглавить! — вырвалось у Рея. — Иначе многиене пойдут.
— Я насильно никого не заставляю идти со мной, — холодноответила Армида. — Кто захочет вернуть Бога – пойдет!
— Но… — Рей запнулся, подбирая слова. — Будет лучше, если унас наберется сильная армия. И человек, который сможет правильно распланироватьдействия людей.
— Я уже сказала, — её голос стал твёрдым, почти стальным. —Если Бош не хочет, я его силком туда не приволоку. Нет, так нет. Я и без негосправлюсь.
В голосе Армиды чувствовалась такая уверенность и сила, чтоне поверить ей было бы просто невозможно.
«Конечно, — обнадёживая сам себя подумал Рей. — Зачем имБош? Они соберут горстку добровольцев, проникнут в Эбон и освободят монаха.Дело проще простого. А Бошу пусть будет стыдно за свою трусость».
С такими мыслями Рей вернулся в лачугу, которую они с Бошемделили на двоих.
******
Утро встретило их привычной серостью. Небо висело низко,тяжёлое и равнодушное. На военной площадке собралось около полтора сотенчеловек – тех, кто решил пойти за Армидой.
Рей стоял среди них, отмечая имена в списке. Люди подходилимолча – кто с решимостью, кто с надеждой в глазах. Среди добровольцев были иженщины. В их поселении давно перестали считать женщин слабыми – многие из нихпроходили боевую подготовку, а некоторые владели оружием увереннее мужчин.
Армида выехала на площадку восседая на белой лошади. На фонемрачных скал она казалась нереальной – словно вырезанной из легенд. Белыеволосы, заплетённые в несколько рядов, косами спадали до пояса, отдельные прядиразевались на ветру, голубые, глаза смотрели прямо и решительно. Один этотвзгляд вселял веру в победу. Она выглядела, как настоящий Ангел Свободы.
Подъехав ближе,девушка обратилась к собравшимся.
— Мои собратья! — её голос звучал ясно и твёрдо. — Яприветствую всех, кто решил пойти со мной на Святое дело!
Она сделала паузу, и тишина застыла между скал.
— Мы сильные, смелые ивеликие люди! Мы коренные жители нашей земли, и мы имеем право остаться на ней!Мы – те, кто вернет в этот мир Бога!
Народ зашумел,закричал слова приветствия и поддержки. Несколько человек, стоявших в стороне,влекомые энтузиазмом и убедительной речью Армиды, шагнули вперёд и встали рядомс остальными.
Армида продолжила:
— Все вы знаете,что на нашу землю, на нашу любимую Церу пришел дьявол. Теперь он в образенового Правителя – более молодого, более сильного, и еще более хитрого, ижестокого, чем предыдущий. И этот варвар, с холодным, словно сталь именем Кай,стремится обратить нашу Святую Веру в свой дьявольский закон.
Её голос стал ниже.
— В его рукахнаходится монах. А это значит, что сам Бог в руках Сатаны! — она вскинула рукувверх. — Братья и сестры мои, мы все дети одной земли. Поднимем же оружие и вернёмнашего Бога.
— Ура! За Веру! За Бога! — послышалось со всех сторон.
Рей смотрел на лица вокруг и чувствовал, как энтузиазмподнимается волной, сметая сомнения. Люди верили. И эта вера была сильнеестраха, сильнее разума – и, возможно, опаснее всего.
Бош стоял в стороне, у края площадки, наблюдая за реакциейлюдей.
«Да, — думал он, — Армида умеет зажечь людей и повести иххоть на край света. Этого у нее не занимать. Вот бы так же возвышенно ипламенно произносить речи… Да мне бы цены не было».
Но в отличие от них он видел не Деву-Спасительницу, а юнуюдевушку, которая никогда не участвовала не то, что в битвах, но даже вэлементарных набегах. Она ни разу не была на поле боя, ни разу не чувствовалатот тошнотворный запах смерти, который уносит сразу десятки жизней. Ей неведомыкрики предсмертной агонии и чувство безвозвратной утраты, когда рядом погибаеттоварищ. Она говорит о Боге так легко,будто Бог – это трофей, который можно забрать и вернуть.
Бурные возгласы сменились шумом. Толпа заколыхалась, какволны моря и, возглавляемая Армидой, двинулась вперед.
Рядом с Армидой шел Рей и нес флаг лустов, зеленый с желтымкругом по центру. Такая символика была создана еще их предками. Зеленый цветзнаменовал возрождение всего живого, а желтый круг являлся ореолом божества.Другими словами, это означало, что с помощью Бога возродится Цера.
Бош взглядом провожал отряд добровольцев.
«За кем идут эти люди? За девчонкой! Ей всего семнадцать, аона уже возглавила войско! Неужели, все люди заворожены ее речами, еерешимостью и энтузиазмом? Или их ослепляет этот звездный камень на ее шее?Почему именно она должна была стать избранной? Почему девчонка? Ведь этомужское занятие – воевать.»
Ему тогда было тоже семнадцать, когда у Армиды появился этотталисман. Он прекрасно помнит тот день. Мухат долго не возвращался домой и матьначала беспокоиться. Оказалось, что в поселении его не было, так же, как иАрмиды. На поиски детей отправился он и шесть разведчиков…
Глава 2
Десять лет назад.
Тусклое солнце мерцало сквозь красную пелену облаков, бросаясвои тонкие лучи на рыжую поверхность голой планеты.
Двое детей в грязной залатанной одежде сидели на пригорке,прижавшись друг к другу, словно маленькие серые зверьки, и рассматривалиблестящий камушек, лежавший на раскрытой ладони.
— Везет тебе, Мухат, — с завистью сказала белокурая девочка,аккуратно дотрагиваясь одним пальцем до ценной находки. — Ведь это же КаменьСчастья! Теперь ты будешь самым счастливым!
Мальчик с недоверием посмотрел на камень. Он был гладким,холодным и слишком обычным. Неужели, какой-то блестящий голышек может изменитьего жизнь? Неужели, этот неживой предмет, валявшийся в песках Андолы, способенсделать его счастливым?..
Он часто слышал эту легенду от деда. В ней говорилось, чтокогда-то давно над их землей сияла яркая звезда Донна. Она дарила людям свет ирадость, и в те времена на Цере был мир и благодать. Поля колосились пшеницей,сады ломились от урожая, реки переполнялись водой, и пищи было вдоволь для всех.Донна согревала землю своими теплыми лучами, и люди верили, что так будетвсегда.
Но в один день она рассыпалась на множество мелких осколков,которые разлетелись по всему свету сверкающими брызгами. Тот, кому сужденонайти частицу погибшей звезды, будет отмечен судьбой, и этот маленький талисманподарит своему владельцу счастье, любовь и власть.
Сейчас, звездный камень покоился у него в руках. Нопочему-то внутри не было ни радости, ни восторга, даже слабого ощущения счастья.
«А может, я просто не знаю, что это такое?» – подумал Мухат.
Мама говорила, что счастье – это любовь. Когда рядом есть человек,которого любишь всем сердцем. Которого будешь любить всегда, что бы нислучилось.
Мухат поднял взгляд на девочку рядом с ним. Эту белобрысую скудряшками запачканными пылью и голубыми почти прозрачными глазами, он любитдавно, наверное, с самого ее рождения. Ему сейчас одиннадцать, а ей семь. Нокогда-нибудь они оба вырастут и поженятся, и у них будут дети. Это и естьсчастье – так говорила мама. Но это все будет и без «Камня». Значит счастьезаключается в чем-то большем.
Что же говорил о счастье отец? Сейчас и не вспомнишь. Он сним редко разговаривал. Отец все время воевал или готовился к войне. Мухат егопрактически не видел. Но он точно знал, что отцу нравилось воевать, так же, каки старшему брату Бошу, который жил этим. Оружие, тренировки, набеги – были егостихией. В его глазах всегда горел тот самый огонь, который Мухата пугал.
Мухат был другим. Ему по душе была мирная работа по хозяйству,он любит ухаживать за животными и помогать мужчинам строить жилища. Иногда Бошпосмеивался над ним и говорил, что Мухат больше похож на девчонку. Эти словасильно обижали его, и тогда он брал оружие и выходил тренироваться вместе состальными. Но в набегах и нападениях так ни разу и не участвовал. Его пугаласама мысль, что он может лишить кого-то жизни.
Мама это видела. Она гладила его по волосам и говорила, чтоон еще маленький. Что, когда подрастет, как и большинство парней, почувствуетвкус войны и станет таким же смелым воителем, как отец.
Но, говоря это, она всегда смотрела на него иначе. Идобавляла: какой бы путь он не избрал – путь воина или путь мирного человека –она будет любить его всегда. Он дорог ей таким, какой есть.
Мухат вспомнил горящие глаза отца и Боша, когда они уставшиеи грязные приходили домой, и хвастались своими победами. А какими они былирадостными, когда разгромили целую армию сайгов. Отец тогда влетел в дом,словно на крыльях, и кричал: «Мать, я счастлив, наконец-то я счастлив! Мыпобедили!». Он был весь в крови, полностью весь, даже волосы… Нет, не в своей –в чужой. И Мухата тогда стошнило.
Нет, это на счастье, не похоже. Разве можно быть счастливымза счет смерти других – пусть даже твоих врагов? Это не настоящее счастье.
И всё же многие люди говорили, что его отец – один из самыхсчастливых людей в поселении. У него есть жена и два крепких сына, наделенныхздоровьем, хороший дом, и хозяйство, а главное – власть и уважение.
Отец занимал видное положение в поселении. Он былглавнокомандующим армии лустов.
Но в прошлом году все изменилось. С неба спустились «адскиемашины» – так называл их дедушка. И вместе с ними пришли десятки тысяч сайгов,они захватили их поселение.
Дед был уверен, что их послал сам дьявол. А дьяволом онсчитал Правителя – Стона Краста. Еще дедушка рассказывал, что этот самый СтонКраст явился к ним из самого Ада, в огромной огненной машине, и что онзахватывает людей и отправляет их в свое пекло. Может это и правда, Мухат точноне знал.
Но в тот день отец со своей армией сражался до последнего. Онпогиб, как и подобает герою, с оружием в руках. Сайги сожгли поселение дотла. Большуючасть жителей увели в плен. А тем, кому удалось бежать, теперь оставалось одно– скрываться в горах и молили Бога, чтобы Краст убрался обратно в свое пекло идал им спокойно жить.
Дед говорил: если Бог услышит их молитвы – это и будетсчастье.
Но Мухат сомневался, что это возможно, так как монахов впоселении нет, и Бог давно отвернулся от их земель.
Значит счастье в Боге, рассуждал мальчик. Но как вернутьБога? Разве этот камушек способен на такое? Скорее всего нет. Иначе бы прямосейчас перед ним появился Бог или хотя бы монах, который бы смог при помощимолитв вызвать его. А он…, что он один может?
— Мухат, дай мне его подержать, — жалобно заныла Армида.
Мальчик аккуратно переложил заветный талисман в ее ладошки.
— На. Дарю тебе.
— Что, правда?! — воскликнула Армида и, сжав камень в кулачке,приблизила его к сердцу. — Я теперь… самая-самая счастливая!
Она вскочила и закружилась на месте, поднимая пыль. Мухатсмотрел на нее и улыбался. Видеть Армиду счастливой было куда приятнее, чемпытаться понять собственное счастье. Возможно, именно она сумеет найтиприменение этому крошечному осколку звезды.
Глаза девочки сияли, и она звонко смеялась, продолжаякружиться и танцевать.
«На Армиду этот камень действует правильно, — подумал Мухат.— Она сразу стала счастлива. Хорошо, что я отдал его ей. Единственное…, Бог, авдруг…»
Мальчик задумчиво посмотрел в небо. Стайка мелких птиц сгромким щебетанием пролетела над головой и скрылась в сизых облаках. Мухатнастороженно оглянулся по сторонам.
— Тише, Армида! — прикрикнул он на подружку.
Девочка замерла и тоже прислушалась.
— Сайги близко.
Мухат схватил Армиду за руку и они, сбежав с пригорка,бросились в укрытие. Небольшой лаз, вырытый в глине и прикрытый корягой, едвабыл заметен со стороны. Они юркнули внутрь и затаили дыхание. Через несколькосекунд над их головами раздался топот копыт и голоса.
— Похоже, здесь были лусты. Я их запах за километр чую.
Высокий статный мужчина в красном камзоле, подбитомпушниной, медленно кружил на лошади по холму, где совсем недавно сидели дети.
— Тебе, наверное, почудилось, — отмахнулся его спутник,держа напряженно уздцы и готовый броситься вскачь. — Голая степь. Мы быувидели, если бы тут кто-то был. Поехали!
— Нет, — упрямо произнёс первый. —Мое чутье никогда меня неподводило.
Мужчина потянул воздух своими широкими ноздрями и остановилконя.
— Знаешь, Грикл, это уже слишком, — недовольно буркнулвторой. — Тут никого нет. Если они только под землю не провалились.
— Под землю? — Грикл усмехнулся и спрыгнул с лошади. — Всеможет быть.
— Ты чокнутый, Грикл. Когда речь заходит о лустах, у тебямозги на изнанку выворачиваются.
— Заткнись, Лукли.
Грикл неспешно прошёлся по красной земле, внимательновглядываясь в пыль. У самой коряки он остановился и небрежно толкнул её носкомсапога. Коряга сдвинулась. Лицо Грикла расплылось в довольной улыбке.
— Ну, что я говорил?
Лукли в один миг оказался рядом и круглыми от удивленияглазами уставился на дыру в земле.
— Господи Всевышний! — выдохнул он. — И правда – под землей.
— Да, — хмыкнул Грикл. — Чего только лусты не придумают.Ничего, сейчас мы их оттуда выкурим.
Он достал из-за пояса белый пакет, чиркнул огнивом и, нераздумывая, швырнул его в лаз.
Темный узкий туннель мгновенно наполнился дымом. Воздух сталгустым, обжигающим, в глазах защипало и стало трудно дышать. Зажав нос и ротруками, дети закашлялись.
— Я больше не могу, Мухат… — захныкала девочка и начала наощупь продвигаться к выходу.
— Потерпи, Армида, — начал уговаривать Мухат, хватая ее заноги.
— Нет, я не могу. Мне очень боль, — её голос дрожал. — Оченьбольно в груди, в носу и в глазах.
Девочка уже плакала, растирая маленькими ручонками, красныеот едкого дыма глаза. Грубо отпихнув Мухата ногой, она все-таки выбралась изподземного лаза.
Тяжелые копыта лошади замелькали у нее перед лицом. Армидався съежилась, боясь, как бы большое животное не затоптало ее. Кроме копыт онабольше ничего не видела, глаза слезились и ей было страшно поднять головувверх. Но то, что Мухат вылез прямо за ней, она почувствовала сразу.
— Это выродки лустов! — обрадовался Грикл. — Нам сегодняповезло, домой вернемся с трофеем.
— Ты прав, Грикл, удача на нашей стороне.
Лукли слез с лошади и подошел к детям.
— Я возьму мальчишку, а ты бери девчонку.
Армида прижалась спиной к Мухату и крепко схватилась занего.
— Только попробуй ее тронуть! — выкрикнул мальчик, выдвигаявперед свои костлявые кулаки.
Грикла изумлённо приподнял брови.
— Это мелкое ничтожество бросает нам вызов? Ты слышал,Лукли?
Лукли тут же бесцеремонно схватил Армиду за волосы и потащилза собой. Девочка закричала. Мухат не раздумывая, высоко подпрыгнул и со всейсилы, которая была у него, ударил ногами Лукли в спину. От неожиданности тотпокачнулся и упал на бок. Армида вырвалась, и Мухат успел увидеть ее прозрачныеглаза полные ужаса, устремленные куда-то за его спину.
Он начал оборачиваться, но не успел – оглушительный удар поголове повалил его на землю. Последнее, что он слышал, как кричит Армида. Еекрик был такой пронзительный и такой долгий, будто бы он перерастал в вечность.Казалось, что именно он придает его телу нестерпимую боль. Хотелось, чтобы онабольше не кричала, замолчала, чтобы было тихо, тогда бы и боль прошла, но ееголос просто разрывал его тело на части. Он заставлял Мухата сопротивляться тойвечности, тому бесконечному потоку покоя, который зовется смертью. Он заставлялего жить и бороться. Но вскоре крик прекратился, а с ним закончилось все.
