Переводчик Нарханум Джафарова
Редактор Елена Арсланова
Дизайнер обложки Теймур Фарзи
© Мушфиг Хан, 2017
© Нарханум Джафарова, перевод, 2017
© Теймур Фарзи, дизайн обложки, 2017
ISBN 978-5-4485-8877-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
– Сато, ты скоро? Все уже ждут тебя, – поднявшись наверх, сказала Селина. Она внимательно смотрела на своего возлюбленного. Её голубые глаза были наполнены грустью. Обычно Сато, заметив её печальный взгляд, старался подбодрить девушку и развеять тоску. Но сейчас его мысли были совсем далеко – в Баку.
Отдых, продолжавшийся целый год, повлиял на Сато положительно. Иногда он скучал по прежним временам, но всячески мог скрыть это от окружающих. Сейчас его посещали странные ощущения. Он собирался оставить эти края и вернуться на родину. Возможно, Селина была причиной его тоски. Сато долго не мог построить никаких отношений с женщинами. И только год назад Селине удалось немного растопить его заледеневшее сердце
Молодая женщина, стоявшая в дверях, вновь обратилась к нему:
– О чём ты думаешь?
– Немного устал. Селина, ты иди. Я тоже скоро спущусь к вам.
Селина хотела только произнести «давай пойдём вместе», как Сато её опередил и попросил:
– Не наливайте мне вина. Сегодня я не буду пить.
Селина тихо покинула комнату. Сато хотелось исправить сложившуюся ситуацию и остановить её. Немного подумав, он просто присел на край кровати. Наклонив голову и обхватив её обеими руками, стал размышлять о Селине.
Сейчас ему казалось, что надо задержаться в этом городе. Ведь у него на то есть важная причина. Мысли тревожили его разум. «Может, отменить завтрашний рейс?» – думал он про себя. По возвращении в Баку вновь начнётся неспокойная и суетная жизнь, полная переживаний и расстройств. Надо учесть ещё и тот факт, что начальник, наверно, ищет его повсюду.
Прошёл ровно год, как он приехал сюда. Теперь ему 31. Но, несмотря на это, так хотелось вести беззаботную и одинокую жизнь. За последний год только Селина меняла ход событий в его жизни. В течение этого периода времени Сато несколько раз проверял свои чувства к ней. Он не любил её. Порой мог пропадать, отключить телефон и по несколько дней не выходить на связь. Ему хотелось и в Баку жить так, чтобы никто его не искал. Хотя быть свободным после рабочего дня, к сожалению, никогда не удавалось. Сато занимался расследованием самых сложных преступлений. Иногда он пытался раскрыть такие запутанные убийства, что приходилось долгие ночи напролёт обдумывать каждый шаг преступника. Вздремнув ненадолго за своим рабочим столом, просыпался обычно от своего крика, останавливающего во сне убегавшего убийцу. Он не мог остановиться пока не найдёт преступника. Вот почему ему так хотелось бросить все дела, отдохнуть и заняться своим любимым делом – каратэ.
Только за последний год ему удалось почувствовать, как он, пусть и немного, но отдохнул. Всё это время он держался в стороне от работы. Сато не любил безответственности на работе. Поэтому, в отличие от своих коллег, всегда был напряжён.
Сейчас его мысли летали совсем далеко. Не мог думать о Селине как раньше. А, может, просто не хотел. Для мужчин 30 лет – идеальный возраст для женитьбы, но он не хотел даже задумываться об этом.
Наверное, все гости, ожидавшие его появления, уже начали вечеринку без него. Это одна из обычных вечеринок в кругу друзей, которые проходили довольно часто в их доме. Единственным отличием было то, что сегодня все пришли в честь отъезда Сато на родину. Конечно, он понимал, что это всего лишь повод для очередного хорошего вечера. Подвинув небольшую подушку, Сато решил лечь поудобнее и продолжить свои раздумья. Он не мог понять – печально ли ему или просто соскучился. Так хотелось подумать о себе, о детстве, о своей жизни. Что же будет дальше? Он вновь вернётся к своей напряжённой работе, неспокойному образу жизни, водовороту событий, которые порой даже не успевал обдумать. И вновь сможет ли сбежать, когда устанет от потока суеты? Ответы на эти вопросы были интересны и ему самому. В детстве он хотел писать стихи, рассказы о себе, вести дневник. Но не удалось. Почему? Сейчас уже было сложно ответить на этот вопрос. Рос сиротой в детдоме, потом, повзрослев, вступил в суровую жизнь и боролся со всеми невзгодами… Всё это оставило глубокие следы на его жизненном пути. Годы, проведенные в детском доме, оставили приятные воспоминания о детстве. Но всё завершилось печально. Вернувшись из армии, он узнал, что его любимая девушка Айнур умерла. После этого Сато отдалился от всех и стал жить один – наедине со своим горем.
Мысли о детстве вновь и вновь наводили тоску на Садая и сжимали его сердце. Лёжа на кровати, он мысленно возвращался в те далёкие годы. Сейчас ему захотелось подняться и налить себе своего любимого красного вина. Мысли так сильно его окутали своими объятиями, что, казалось, если он пошевелится, то забудет всё своё прошлое и никогда уже не сможет вспомнить. Но сегодня Сато дал себе слово не пить. Он просто лежал…
Тяжёлые веки сомкнулись и погрузили его в глубокий сон. Морщины вокруг глаз говорили о его потерях и пережитых тяжестях судьбы. Это был последний сон в этом городе.
Завтра его – главного следователя прокуратуры по нераскрытым убийствам Садай Огуза (Сато) – будут встречать в Баку его коллеги по работе…
Солнце продолжало менять своё место. Несмотря на то что близился закат, горячие лучи его продолжали обжигать всё вокруг. В углу сада под высоким деревом за круглым столом с опухшими глазами сидела Афаг-ханум1. С утра она уже выплакала все слёзы и немного успокоилась. Взгляд был устремлён вниз, и ей было тяжело приподнять отяжелевшие веки. В эти мучительные часы никто из членов семьи не мог помочь её горю. Два дня назад при неизвестных обстоятельствах пропала дочь Хаяла. Её супруг Ибрагим по всевозможным каналам пытался хоть что-то разузнать. Но всё было напрасно – не было никаких вестей. Все: члены семьи, родственники, соседи и знакомые – пытались утешить Афаг-ханум.
Вчера к ним заходили товарищи Хаялы из университета. Не зная точно, жива ли она или её уже нет в живых, рассказывали о том, какая она была добрая, честная и прямолинейная девушка. Пытались поддержать семью в столь тяжёлые минуты.
– Мама, может, ты всё-таки приляжешь немного и отдохнёшь. Сидишь под солнцем и мучаешь себя. Врач же сказал, что тебе надо беречь сердце, – старший сын Махир обнял мать за плечи.
Подойдя к ним, его друг Октай взглядом дал понять, что надо как-то убедить её и хотя бы посадить в прохладе. Женщина, положив голову на край стола, сидела неподвижно и безмолвно. Она абсолютно не реагировала на происходящее вокруг, ничего не чувствовала. Несмотря на то что у неё было ещё два сына, к дочери всё же была привязана больше. Боль раздирала ей душу. Два прошедших дня длились как будто два года.
С каждой секундой Афаг всё больше начинала верить в то, что дочери давно уже нет в живых. Возможно, её убили, а тело выбросили или закопали куда подальше. Но куда?! Последние два дня обессилевшая и потерявшая надежду мать то и дело видела страшные сны. Голос Хаялы доносился из какой-то темноты и звал её на помощь. Мать пыталась помочь ей, но дочь исчезала в этом мраке, не успев спастись. Эти сны были невыносимо тяжёлыми. Хорошо, что каждую минуту у изголовья Афаг поочерёдно находились старший сын Махир и младший сын Эльман.
– Мама, прошу тебя, не изводи себя. Сейчас вернётся папа с хорошими новостями, – пододвинув стул ближе, пытался подбодрить Махир. Он видел, как мать тихо непрерывно плачет.
– Тётя Афаг, прошу вас, послушайтесь Махира. Разве так вы сможете что-то изменить?! Знаю, что тяжело, но надо надеяться на лучшее. Вставайте, пойдём в дом, – старался уговорить её Октай.
– Отстаньте от меня, отстаньте! – крикнув это, женщина, как обезумевшая, побежала к калитке. Казалось, что она чувствовала приближение чёрных вестей. Махир и Октай кинулись за ней.
За несколько минут вся улица уже была полна людей. К машине скорой помощи, недавно подъехавшей к дому Ибрагима, невозможно было подойти. Большинство из толпы старалось поддержать семью. Но не обошлось и без тех, кто пришёл просто из любопытства, для разведения сплетен. Всем не терпелось поскорее узнать, что же на самом деле произошло. Казалось, что и время затаило дыхание. Самая душераздирающая сцена началась, когда открылись двери скорой помощи. Ибрагим с криком одной рукой ухватился за тело дочери, а другой – вцепился в прокурора. Слёзы и боль не давали ему дышать, голос пропал от громких истязающих воплей. Окружающие были шокированы таким состоянием несчастного отца.
Из членов семьи только Махир ещё полностью не понимал, что же произошло на самом деле. Постепенно он стал осознавать, что любимой и дорогой сестры больше нет в живых. Каким бы хладнокровным ни был Махир, но взглянуть на сожжённое тело Хаялы не мог решиться. Подойдя к отцу и взяв его за руку, он постарался отвести его в сторонку. Махиру было тяжело, но надо было держаться. Смерть сестры при неизвестных обстоятельствах, обморок матери и нервное расстройство отца с больным сердцем загнали его в безвыходную ситуацию. Он не знал, что делать. Хорошо, что его друг Октай и младший брат Эльман находились у изголовья матери. Очередная потеря сознания была связана с сердцем. Мать длительное время была под наблюдением врачей и постоянно принимала таблетки, и любое, даже малейшее, расстройство было противопоказано. А тут такая беда!
Ибрагим продолжал рыдать и кричать. Прокурор попросил Махира забрать отца:
– Махир, надо провести медицинскую экспертизу. Помоги увести Ибрагима в дом, у нас нет другого выбора! – сказав это, прокурор попросил сотрудников помочь Махиру.
Ибрагим метался и сопротивлялся. Махир и несколько сотрудников пытались его успокоить и завести хотя бы во двор. Мужчина весь в слезах причитал:
– Как они могли! Даже кости моей девочки сожгли. Я не отдам её вам! Не отдам! Нет! Нет! Нет!
Наконец, удалось оторвать отца от останков тела дочери. Голос его всё ещё доносился из дальнего угла сада. Наверное, Махир увёл отца туда и пытался успокоить.
– Включите сирену, едем прямо в морг и поскорее! – распорядился прокурор. Он знал, что Ибрагим имеет знакомых и друзей на хороших служебных должностях. Надо было торопиться. Как только Ибрагим придёт в себя, то немедленно попросит забрать тело дочери из морга. Районный прокурор тоже сочувствовал горю его семьи, но без медицинской экспертизы невозможно будет выйти хоть на какой-то след этого страшного преступления. Несмотря на то что проработал двадцать лет прокурором, но такого зверского убийства ему не доводилось видеть. И самое непонятное было то, что преступление было совершено в семье Ибрагима – одного из довольно влиятельных людей района…
Спустя 38 дней…
Время проходит, но раны не заживают. Несчастье, постигшее семью Ибрагима, стало тяжёлой долей её судьбы. Со стороны всем казалось, что Ибрагим немного успокоился. Но желание мести за дочь не давало ему покоя. Он ни с кем не разговаривал и только курил почти весь день (хотя в течение последних лет ни разу не закурил). Боль от потери дочери невозможно было ничем заглушить. Афаг-ханум была разбита. Весь день женщина оплакивала молодую Хаялу и просила Бога вернуть её. Ибрагим, разложив фотографии дочери на столе, проводил всё своё время в кабинете. Он старался не расстраивать остальных членов семьи. Иногда только после долгих уговоров младшего сына Эльмана выходил что-то поесть и то только для того, чтобы не умереть с голоду. Сыновья переживали за родителей и старались хоть как-то их поддержать. Махиру и Эльману тоже было нелегко. Надо было держаться…
Через два дня будет сорок дней, как тело Хаялы предали земле. Махир и его друг Октай занялись организацией приготовлений к поминкам. Из разных районов приедут родственники, друзья и знакомые, чтобы выразить свои соболезнования по столь тяжёлому случаю. Учитывая это, решили заняться всеми приготовлениями за два дня раньше. Махир целый день занимался делами, делал заготовки, встречал и провожал приходивших, старался не оставлять родителей без присмотра. Он встречался с районным прокурором и ведущим это дело следователем и отвечал на вопросы о сестре. Махир хотел поскорее встретиться лицом к лицу с убийцей своей сестры. Но никто не знал, когда это произойдёт. Убьёт ли он его на месте или всё же спросит, почему забрал у них сестру? Отец долгие годы проработал инспектором в главном управлении преступно-поискового отдела. Он всегда воспитывал своих детей честными и порядочными людьми, советовал воздерживаться от своевольного суда над окружающими. Но мысли о том дне, когда же Махир увидит убийцу, не покидали теперь его ни на минуту. Он молча сидел под тутовым деревом и думал, что же всё-таки скажет этому человеку. Ход его мыслей нарушил чей-то зов и прикосновение к плечу:
– Махир, самовар закипел. Вставай, пойдём, выпьем чай, – сказал его двоюродный брат Турал.
Вскочив с места, Махир встретился с ним взглядом. На минуту он вспомнил события, которые произошли несколько лет назад. Тогда Турал, упав к его ногам, просил о прощении. Оттолкнув его в сторону, Махир хотел пройти мимо. Но тут же, поняв свою ошибку, подошёл к нему:
– Дай мне сигарету, – решил стать его собеседником. Оба закурили и прошли во двор, чтобы немного поговорить о случившейся беде.
Спустя пятьдесят четыре дня после трагедии…
Время… Оно не ждёт нас. Порой хочется его задержать и успеть пережить те сладостные мгновенья вновь и вновь.
Студенты, четыре года обучавшиеся на факультете физики, так и не смогли понять принцип теории относительности Эйнштейна. Время пролетало скоротечно, но они не забывали о смерти Хаялы, хотя прошло уже два месяца. Все, услышав эту трагическую весть, долгое время не могла смириться с потерей их любимой одногруппницы. Каждое утро вспоминали о ней. И не только о ней. А ещё о Сабире… О человеке, которого Хаяла любила без памяти, кому готова была отдать каждый свой вздох и прожить с ним долгую и счастливую жизнь… Её любимый молодой человек. Первая парта, за которой они обычно сидели вместе, теперь опустела. И только красные гвоздики, сменяющиеся день за днём не покидали место их верной любви.
Пролетели четыре года студенческой жизни. Через несколько дней одногруппники Хаялы будут выступать с выпускной работой и защищать диплом. Несмотря на то что все уже были довольно подготовлены, отсутствие Сабира и Хаялы расстраивало ребят. К сожалению, не всё подвластно времени. Порой мы теряем и находим самое дорогое тогда, когда меньше всего этого ждём. Ну а смерть… Человечество бессильно перед нею. Не она должна была разлучить Сабира и Хаялу с их сокурсниками. Случайность?! Судьба?! Нет! Это только слова для самоуспокоения. Каждый из студентов просто ставил на этих словах точку, чтобы хоть как-то объяснить происходящие события. Это страшное преступление, ещё, наверное, не скоро забудется. Сложно поверить в то, что человек был и вот теперь его нет. Ты больше не сможешь увидеть, услышать его… Это так жестоко. Ждёшь, что он вот-вот придёт и спросит: «Как твои дела?». Но проходит время, и ты остаёшься наедине со своим ожиданием, которое угнетает тебя. Как же мы бессильны перед временем! Что же оно с нами делает?! Земля становится для наших любимых людей постелью, а мы – совсем далёкими и чужими. Они покоятся там, в тишине, и не могут даже представить ту боль, которую мы пытаемся пережить. И так устроен мир…
Открылась дверь комнаты для семинаров. Это был преподаватель Нуреддин – заместитель декана. Он также был руководителем последней практики, в которой участвовали пропавшие Хаяла и Сабир. Как обычно, остановившись в дверях, заглянул в аудиторию. Сначала он одним взглядом окинул всех присутствующих. Обычно девочки любили обсуждать его походку и смешную привычку оглядеть аудиторию, прежде чем войти, но на этот раз всё было иначе. Страшное событие никак не укладывалось в сознании студентов.
– Где же мальчики? – увидев, что в кабинете только девочки, спросил Нуреддин-мяллим2.
– Они пьют чай в буфете, – неохотно ответила одна из девочек.
Нуреддин ещё раз посмотрел на девочек. В университете все знали, что, несмотря на свой пятидесятилетний возраст, он любил щегольнуть парой красивых комплиментов своим студенткам, обратить внимание на внешность, одежду, походку и умение хорошо говорить. Нуреддин всегда запоминал малейшую деталь в поведении своих студентов. Так он и получил своё прозвище «Save as» (Сохранить). Случалось и такое, что декан, рассердившись на что-то, мог и сам позвать его этим «именем».
Большие ворота открылись, как обычно, со скрипом. Во двор въехала машина Ибрагима. Его водитель Ханлар открыл багажник и стал разгружать коробки и пакеты с продуктами:
– Ребята, помогите занести всё это в дом.
Во дворе шли приготовления к поминкам в связи с праздником Рамадан3. В течение двух прошедших месяцев родственники постоянно старались поддержать семью. Одни уезжали, другие приезжали. Трагедия скрепила родственные и дружеские отношения. Даже большинство соседей целыми днями проводили во дворе Ибрагима, чтобы разделить боль от потери всеми любимой Хаялы.
Ребята были погружены в работу. Все суетились с приготовлениями. Айдын направлял всё в нужное русло, чтобы не терять времени. Молодые прислушивались к его советам. Айдын не был чужим для семьи. Как-никак муж Медины – сестры Ибрагима. Несмотря на немного прохладные отношения, царившие долгое время между Айдыном и Ибрагимом, сейчас беда сплотила их и рассеяла все недомолвки. Ну а причиной их напряжённых отношений был Турал – сын Айдына и Медины.
На заднем дворе Айдын, разделывал мясо бычка, зарезанного для завтрашних поминок.
– Может, попросим ребят, чтобы принесли нам чай? – обратился он к Ханлару.
– Было бы неплохо, – подходя к Айдыну, который сидел под деревом, недалеко от мяса, сказал Ханлар.
Они были знакомы более двадцати лет. Ещё в те времена Ханлар работал водителем Ибрагима. Долгие годы Ибрагим никому не доверял свою машину. Со временем Ханлар стал не только его водителем, но и близким другом.
– Айдын, порежь эти куски на мелкие части. Я же попросила мясо для плова, – послышался голос его жены Медины.
– Медина, помню, не учи меня. Сейчас выпьем стакан чая, и твоё мясо будет готово, – недовольно ответил Айдын.
Pulsuz fraqment bitdi.