Белые на Юге предпочитают негров, которые работают на них и воруют, а не тех, кто хотя бы смутно сознает свое человеческое достоинство.
Все на свете казалось легко, просто, возможно потому, что мне так хотелось... Мир, в котором я жил, был мне не подвластен, зато я мог совершить все, что хотел, в мире, который жил во мне. Меня окружало убожество, нищета, и, чтобы не задохнуться в глухой, голодной тоске, я наделил свой внутренний мир безграничными возможностями.
Они белые, мы черные,а дерьмо у нас воняет одинаково.
В том, что я ему на это ответил, выразилось мое отношение к богу и к
людским страданиям, отношение, которое сформировала моя жизнь, годы
страха, голода, одиночества, мук и унижений.
- Если бы моя смерть избавила мир от страданий, я бы не задумываясь
умер, - сказал я. - Но я не верю в избавление, люди всегда будут страдать.
— Все негры смеются и болтают, а ты нет. Почему? — спросил он.
— Не знаю, сэр, просто мне нечего сказать, да и смеяться вроде особенно нечему, — сказал я, улыбаясь.