В его взгляде я видела весь мир, а может, его взгляд и был всем миром для меня, больше и не надо было ничего.
Все события и герои вымышлены. Любые совпадения с реальными личностями случайны.
Редактор Марина Тюлькина
Корректор Вера Марышева
Иллюстратор Марина Шатуленко
Дизайнер обложки Мария Ведищева
Благодарности:
С особой благодарностью за поддержку в создании книги Анастасии
© Ника Анид, 2020
© Марина Шатуленко, иллюстрации, 2020
© Мария Ведищева, дизайн обложки, 2020
ISBN 978-5-4498-5412-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Шел 1877 год, была весна. Мы учились на последнем курсе института благородных девиц. Утро началось как обычно: Луиза что-то учила, Беатрис читала о любви, я делала записи в дневнике. Мы жили в пансионе при институте, у нас была небольшая комната с тремя кроватями, письменным столом и зеркалом. Вещи мы хранили в сундуке, стоявшем в углу. Посередине комнаты располагалось окно, из которого был виден двор института.
Мы учились в институте с десяти лет, но помимо стандартной программы мы также изучали военное дело, так как нас готовили для службы в разведывательном подразделении. Мы изучали основы психологии, иностранные языки, упражнялись в фехтовании, стрельбе, верховой езде. Особое внимание уделялось правилам поведения на балах, нас обучали танцам и этикету, хорошим манерам и умению подать себя в обществе. Надо ли говорить, что это были наши любимые занятия?! По этой программе обучались всего десять человек из всего института.
В девять утра в большом зале за длинными столами начинался общий завтрак. Обычно была каша, мы не особо ее любили, но выбора у нас не было. Сегодняшний день не отличался от других: мы взяли по тарелке с кашей и сели за стол. После завтрака мы обычно шли на занятия, что и собирались сделать, но к нам подошла классная дама и сказала, что нас ожидает у себя начальница института – Наталья Александровна Павельцева.
– Интересно, зачем? – поинтересовалась Луиза.
– Так пойдемте и узнаем! – радостно сказала Беатрис.
Мы незамедлительно направились к кабинету Натальи Александровны, Беатрис постучала в дверь.
– Входите, я как раз вас ожидаю, – сказала Наталья Александровна. Это была дама лет пятидесяти, очень строгая, но справедливая, пользовавшаяся большим уважением как в обществе, так и среди преподавателей и учениц института.
– Доброе утро! Вы нас вызывали? – спросила Луиза.
– Да, я вас вызывала и сразу перейду к делу. Как вы, конечно, знаете, сейчас идет война. Сегодня я получила послание от полковника 1-го разведывательного подразделения Сергея Сергеевича Вербицкого. Он просит направить к нему трех разведчиц для важного задания. Посовещавшись с преподавателями, я приняла решение отправить именно вас. Так что завтра же утром вы выезжаете!
– Как, уже завтра? – переспросила Беатрис.
– А как же экзамены? – удивилась Луиза.
– Я уверена, что экзамены вы сдадите на отлично, и самый лучший экзамен, который вы можете сдать, – это показать, на что вы способны!
– Мы вас не подведем! – сказала я.
– Я в вас не сомневаюсь! Да, вам будет тяжело, в конце концов, вы первые барышни с таким призванием, но я в вас верю! Мы дали вам самые лучшие знания, все дальнейшее зависит от вас!
– Спасибо вам! – сказала Луиза
– Все, идите, собирайте вещи. Вам еще дадут сундук с платьями и личными вещами для выполнения заданий.
Мы вышли из кабинета и направились в свою комнату.
– Даже как-то грустно стало, – сказала я.
– Да, – ответила Луиза.
– Девочки! Вы представляете, уже завтра мы будем в лагере, как настоящие разведчики! – радостно воскликнула Беатрис.
– Да. Интересно, нам сразу задание дадут? – спросила я.
– Девочки, мне кажется, вы забываете, куда вы едете, это же не шутки, – серьезно сказала Луиза.
– Конечно, мы понимаем, – улыбнулась Беатрис.
Луиза и Беатрис – родные сестры. Луиза самая старшая из нас, ей двадцать пять лет. Это очень заботливая, скромная, добрая и мудрая девушка. Она всегда все делала на отлично: все предметы выучены и во всем идеальный порядок. Луиза и от нас требовала того же. Можно сказать, она была нам как мама, правда, порой она казалась нам немного скучной. Луиза очень красивая: высокая, статная, с голубыми глазами и светлыми волосами.
Беатрис – самая младшая из нас, ей двадцать один год. Это мечтательная, искренняя, добрая, очень энергичная и любознательная девушка, она обожает книги о любови и всегда находит повод для радости даже в самые трудные дни. А еще она обладает способностью располагать к себе людей независимо от их пола, возраста и статуса. Внешне же сестры не были похожи. Беатрис – брюнетка среднего роста, с карими глазами и приятными чертами лица. Я – Кира, мне двадцать три года. Что я могу сказать о себе? Я инициативная, отзывчивая, веселая, умею поддержать любой разговор, веду свой дневник, где размышляю над происходящим вокруг. У меня длинные и густые русые волосы, большие карие глаза, аккуратные черты лица. И хотя роста я небольшого, это не мешает мне получать комплименты. Я не родственница Луизе и Беатрис, но за столько лет, проведенных вместе, они стали мне самыми близкими людьми, никого ближе у меня не было.
Мы собрали свои личные вещи, их у нас было не особенно много, и нам еще дали сундук с вещами, которые могли нам понадобиться.
– Даже не верится, что это последний вечер, который мы проведем здесь! – сказала я.
– Да. Я буду скучать, – отозвалась Луиза и подошла ко мне.
Мы стояли и смотрели в небольшое окно нашей комнаты.
– Интересно, что ждет нас впереди? – спросила Луиза.
– Надеюсь, только хорошее, – уверенно произнесла Беатрис и обняла нас.
Мы легли спать.
В шесть утра за нами приехала карета. Нам помогли донести сундуки и погрузить их. Многие воспитанницы вышли в коридор попрощаться, они желали нам удачи, многие хотели поехать с нами, мы обнимались и, конечно же, плакали. На улицу вышли наши преподаватели и начальница института, за столько лет обучения ставшие нам как родные. Они тоже не смогли сдержать слез, мы обнялись и, наконец, сели в карету.
Путь нам предстоял неблизкий: сначала двенадцать часов в карете, а потом еще на поезде. По прибытию нас должны были встретить и отвезти в лагерь. С нами были два сопровождающих солдата, не особо разговорчивых, мы даже их имен не знали. Нам дали с собой еды и одеяла в карету, так как на улице было довольно прохладно. Первые часа четыре мы проспали, потом была остановка. Мы вышли на улицу перекусить, кучер напоил лошадей, все немного передохнули и где-то часа через два двинулись дальше. Так мы останавливались раза три, но, несмотря на остановки, к поезду мы приехали рано: он отправлялся в шесть утра.
– Мне так уже не терпится приехать в лагерь, – сказала Беатрис.
– Успеем! – ответила Луиза.
До поезда оставалось три часа. Мы сидели в карете, так как на улице было прохладно. Беатрис смотрела на часы каждые пять минут, ей не терпелось сесть в поезд и поскорее доехать до лагеря. Луиза спала, я смотрела в окно и позже тоже задремала. Наконец подъехал поезд, и мы прошли в вагон. Никогда раньше мы не ездили на поездах, поэтому восторгов у нас было много! В поезде было много военных, кто-то читал газеты, другие пили чай и вели беседы. Мы тоже не отказались от чая, а потом решили отдохнуть. Я села поудобнее, закуталась в плед и открыла дневник. Я долго думала, что написать, но, глядя на чистый лист, вспомнила слова Натальи Александровны: «Как вы знаете, сейчас идет война», и я написала только одно слово: «война»… И задумалась: что мы знаем о ней? Я оставила лист с одним единственным словом и перевернула страницу: с этого дня начиналась новая глава нашей жизни, и мы не знали, что она нам принесет, все было настолько непредсказуемо, что одновременно и вызывало любопытство, и пугало…
Мы ехали на войну, но не понимали этого до конца, мы не понимали смысл этого слова. Мы знали только теорию, которой нас обучили в институте, но к войне подготовиться невозможно. Мы были слишком молоды и наивны, мы видели в войне только романтику – место, где совершаются подвиги, где есть настоящая любовь. Мы мечтали о такой любви, о которой написано в книгах: о рыцарях, которые совершают подвиги ради своих возлюбленных и хранят их надушенные платочки у себя под сердцем. Но не менее сильным было и желание, чтобы нами восхищались, ставили в пример. Мы хотели доказать всем, на что мы способны, но мы не понимали единственного: то место, куда мы едем, – это не книга, и мы в ней не главные персонажи, у которых все планы и мечты безоговорочно сбываются, и которые в конце концов становятся героями и побеждают, несмотря ни на что. И мы не писатели, которые пишут эту книгу, и если им не нравится финал, то они всегда могут переписать его. Это наша настоящая жизнь, это наши судьбы и судьбы людей, и переписать в ней что-то, или исправить, или стереть невозможно.
Наконец мы прибыли на вокзал. Как и было обещано, нас встретили. Мы сели в карету и через несколько часов были в лагере. Уже был вечер, солнце почти село. Мы заехали в лагерь, полковник Сергей Сергеевич нас уже ждал. Я выглянула из окна кареты: лагерь был очень большой, по всей его территории горели костры и факелы, в ряд стояли палатки, в которых жили солдаты, чуть подальше располагались шатры, где все обедали. На территории лагеря находился 5-й корпус под командованием генерал-майора А. П. Королевского и небольшой 1-й разведывательный отряд под командованием полковника Сергея Сергеевича Вербицкого. Наконец, карета остановилась около одной из палаток, дверь открыл солдат. Мы вышли из кареты и проследовали за ним: он проводил нас к полковнику.
Мы зашли в палатку, в ней горели свечи и стоял длинный стол, за которым сидел полковник. На столе лежали какие-то бумаги, посередине была расстелена карта, в углу на тумбочке стоял графин с водой.
– Добрый вечер, барышни! Хочу представиться: я полковник Сергей Сергеевич Вербицкий, вы будете находиться под моим командованием, – сказал полковник.
Это был мужчина лет сорока пяти – пятидесяти, невысокого роста. Он производил впечатление рассудительного человека. Хотя в лагерь он прибыл относительно недавно, мы слышали, что он пользовался большим авторитетом у сослуживцев.
– Добрый вечер! – ответили мы и по очереди представились полковнику.
– Очень приятно. Я надеюсь, дорога была не слишком утомительной? – спросил он.
– Нет, все хорошо, спасибо! – ответила я.
– Сейчас вас проводят в вашу палатку. Располагайтесь, отдыхайте, а завтра утром я жду вас, чтобы ввести в курс дела! Алексей, зайдите! Проводите барышень в их палатку, – скомандовал полковник солдату, который стоял у входа.
– Есть! – ответил тот.
– Разрешите идти? – спросила Луиза.
– Да, идите! Доброй ночи! – сказал полковник.
– Доброй ночи! – попрощалась Беатрис.
Мы вышли. Алексей проводил нас до палатки, наши вещи уже были там.
Мы зашли внутрь. Палатка была небольшая, в ней стояли три кровати и один стол с парой свечей.
– Ну что ж, девочки, вот мы и добрались! – сказала Беатрис.
– Да. Ну, покажем всем, на что мы способны! – отозвалась я.
– Обязательно! – ответила Луиза и улыбнулась.
Мы переоделись и легли спать. Беатрис проснулась в семь утра и через полчаса принялась будить нас, она всегда так делала. Беатрис стаскивала с нас одеяла, забирала подушки, в итоге шансов еще хоть немного поспать у нас с Луизой не осталось.
– Сони, хватит спать! Давайте собирайтесь, и пойдем к полковнику.
– О, Беатрис, ты невыносима по утрам! – проворчала я.
Мы собрались и наконец вышли на улицу. Сначала отправились на завтрак. Да… внимание мы к себе, конечно, привлекли, даже немного не по себе стало, но мы гордо проследовали к шатру, служившему столовой. Нам вручили по тарелке с кашей, и мы сели в стороне, чтобы спокойно поесть.
– Опять каша! – скривилась Беатрис.
– Да уж, но мы сюда не пировать приехали, – сказала Луиза.
– Мне кажется, мы вечно будем есть кашу, – поморщилась Беатрис.
– Ну, нет, я так не согласна, – сказала я, и мы дружно рассмеялись.
После завтрака мы сразу отправились к полковнику.
– Разрешите войти?! – спросила я.
– Да-да! Барышни, заходите! Доброе утро! – сказал полковник.
– Доброе утро! – ответили мы.
– Хочу представить вам наших лучших и опытных разведчиков: Том, Метин и Максим. В отряде есть и другие разведчики, но в данный момент они находятся на задании.
За столом сидели трое мужчин, на вид всем было немного за тридцать.
– Очень приятно!
– А это наши совсем юные разведчицы: Кира, Беатрис и Луиза, – представил нас полковник.
– Очень приятно! Кто бы мог подумать, что таких красивых барышень можно встретить во время службы, – сказал Метин.
Метин был очень хорош собой и, судя по всему, знал это. Он был наполовину болгарин, наполовину турок: высокий, широкоплечий, с густыми волосами и голубыми глазами. Вел себя очень самоуверенно.
– Хочу ввести вас в курс дела. Через несколько дней планируется наступление и, в случае победы, – взятие Плевны. Наша задача – собрать как можно больше информации о местоположении турецких войск и их дальнейших действиях. Девушки будут действовать мягко, я уже послал депеши с заданиями нашим постоянным агентам, работающим под прикрытием на турецкой стороне и в Европе. Вы должны будете ходить на все приемы и выведывать информацию у офицеров во время светских бесед. Ну а наши мужчины, соответственно, будут действовать жестко – забирать документацию во время наступления солдат или же в одиночку. Возможно, вам предстоит работать вместе, так что вы можете пока познакомиться, покажите барышням, где тут что, ознакомьте с распорядком в лагере. А сейчас мне надо отлучиться, позже я вас вызову, – сказал полковник и вышел из палатки.
– Как вы добрались? – спросил Максим.
Он был русским, среднего роста, но достаточно крепкого телосложения, с зелеными глазами и светлыми волосами. Очень приятный молодой человек.
– Все отлично, спасибо! – сказала Беатрис.
– Пойдемте прогуляемся по лагерю, мы вам все покажем! – предложил Максим.
– Да, с радостью, – ответила Беатрис.
Мы вышли из палатки и отправились по неширокой тропинке вдоль палаток.
– Я, пожалуй, отойду, у меня есть дела. Прошу прощения, барышни, – неожиданно сказал Том.
Он был англичанином, который ушел на фронт добровольцем. Это был высокий, статный молодой человек, с голубыми глазами и русыми волосами, очень серьезный и задумчивый.
– Да, пожалуйста, – сказала Луиза.
Мы прогуливались по лагерю. Метин и Максим все нам показывали и рассказывали. Светило солнце, было очень тепло и хорошо. Лагерь был большой: много солдат, офицеров, были и сестры милосердия, и врачей человек пять. Во время обхода лагеря Метин и Максим многим нас представили. Конечно, кто-то смотрел на нас с негодованием, кто-то – с осуждением или сочувствием. А были и такие, которые смотрели с восхищением. Мы понимали это, но были уверены в себе и полны решимости!
– А хорошо ли вы стреляете? – неожиданно спросил Максим.
– Конечно! – ответила Беатрис.
– А давайте проверим? – предложил Метин.
– Почему бы и нет, – сказала Луиза.
Мы вышли на небольшую поляну, по краю которой росли деревья. На нескольких деревьях Максим сделал отметки, в которые мы должны были попасть. Вскоре к нам присоединился Том.
– Ну, после барышень! – сказал Метин и подал Луизе заряженное ружье.
– Как скажете! – улыбнулась Луиза и тут же начала стрелять. Она поразила все мишени точно в центр.
– Это потрясающе! – закричал Максим.
После стреляла Беатрис и также поразила все мишени точно в центр! После Беатрис наступила моя очередь – и тоже точное попадание!
– Барышни, вы меня поразили, как эту мишень! – восхитился Метин.
– Ну, теперь ваша очередь! Посмотрим, на что вы способны! – сказала Беатрис.
Ну конечно, и Метин, и Максим, и даже Том, который поначалу не хотел стрелять, но затем передумал, отлично показали себя в стрельбе!
После мы отправились на обед. Максим рассказывал смешные истории, все ели и смеялись.
– Почему вы такой молчаливый? – спросила я, обращаясь к Тому.
– Я не вижу повода для веселья, к сожалению, – сказал Том, и все замолчали.
Присутствующие за столом переглянулись, и, чтобы неловкая пауза не затянулась, Беатрис начала что-то рассказывать про наш институт. Том смотрел на нас, как мне казалось, с каким-то презрением, и это было крайне неприятно.
После обеда мы отправились к себе. Беатрис начала читать очередную книгу о любви.
– О Беатрис, ты взяла с собой книгу? Ты неисправима, – сказала Луиза.
– Да, взяла, я очень хотела ее прочитать!
– Неужели остались еще книги о любови, которые не прочла бы наша Беатрис? – с улыбкой спросила я.
– Остались, и их очень много! – ответила Беатрис, и мы рассмеялись.
Беатрис продолжила чтение, мы с Луизой разговаривали, и вскоре наступило время ужина. Мы отправились в шатер, где нас уже поджидали Метин и Максим. С наступлением темноты на улице стали зажигать костры, это придавало лагерю особенную атмосферу. Один из солдат затянул очень душевную песню, он пел очень красиво. Мы сели чуть поодаль и слушали. Потом пошли к себе.
Утром нас срочно вызвали к полковнику. Мы вошли в палатку, полковник сидел за столом.
– Доброе утро, барышни! Для вас есть срочное задание. От нашего агента в Европе поступила информация, что завтра вечером у одного из австрийских послов в честь традиционного праздника будет прием, а именно – бал-маскарад. Там будут присутствовать турецкие офицеры, соответственно, для нас это шанс добыть информацию. Вам надо там быть и узнать как можно больше о планах турецкой армии. Приглашения для вас уже сделаны.
Там вас будет ждать наш агент, он работает под прикрытием. В случае чего он сможет вам помочь. Имена у вас будут другие: Кира, вы – Лейла, Луиза – Сезен, и вы, Беатрис, – Бэлла. Вы все поняли? – спросил полковник
– Да! – хором ответили мы.
– Разрешите идти готовиться?! – спросила я.
Он тяжело вздохнул и сказал:
– Удачи вам! Можете идти.
Мы выбежали из палатки. У входа стоял Том.
– Доброе утро, – поприветствовала я его, при этом улыбка не сходила с моего лица. – Нам дали первое задание, – добавила я.
– Доброе утро! – ответил он, посмотрев мне в глаза, и тут же зашел к полковнику.
Оказавшись в нашей палатке, мы начали готовиться к приему. Помогли друг другу надеть платья, Луиза сделала нам прически – она всегда хорошо их делала. Потом под ее четким руководством мы сделали прическу ей. Нанесли белила, румяна, духи, надели украшения и перчатки, взяли маски – и, наконец, мы были готовы. В восемь вечера за нами должны были заехать две кареты. В одной поедут Луиза и Беатрис, а в другой я. Поедем разными дорогами, чтобы не привлекать внимания.
– Девочки, вы волнуетесь? – спросила Луиза.
– Очень, – ответила Беатрис.
– Я тоже волнуюсь, – призналась я.
Чем меньше времени оставалось до приезда кареты, тем больше я нервничала. Я наизусть знала инструкцию, что надо делать, но тревога не покидала меня. Я знала, что по приезду на бал-маскарад каждой из нас надо будет выбрать мужчину, желательно среднего или высшего военного звания, весь вечер вести с ним светские беседы, танцевать, задавать наводящие вопросы: расслабленный мужчина всегда что-нибудь расскажет. Он наверняка захочет блеснуть своими достижениями и показать свою значимость перед красивой девушкой. После чего мы просто исчезаем. Желательно, чтобы мужчина был достаточно пьян и наутро плохо помнил беседу и, соответственно, нас. Поэтому наши платья и прически были не особо примечательными, чтобы не привлекать излишнего внимания, но в то же время мы должны были быть очень любезными и обаятельными.
И вот наступило время, и кареты подъехали. В первую карету сели Луиза и Беатрис, во вторую – я. Волнение не покидало меня, я выглянула в окно: на улице уже было темно, прохожих почти не было. Я постаралась взять себя в руки и несколько раз мысленно повторила: «У нас все получится! У нас все получится!»
Дорога заняла около пяти часов, к десяти вечера мы подъехали. Это был огромный особняк, множество красиво одетых гостей, огни, свечи и море шампанского. На секунду я даже растерялась. У меня проверили приглашение, и я вошла в зал. Он был огромный, с большими окнами, золотым орнаментом на стенах, все светилось. Я прошла в сторону, раскрыла веер и решила пока просто оглядеться. На другой стороне зала я увидела Луизу и Беатрис. Луиза была очень красивой, она сразу же привлекла к себе внимание и уже первый танец танцевала с турецким офицером. Беатрис, как и я, пока осматривалась.
Я взяла бокал шампанского и решила выйти на веранду. Около перил я увидела мужчину, на вид лет тридцати пяти – сорока. Он пил шампанское и смотрел вдаль. Я подошла и спросила:
– Не любите шумные приемы?
Мужчина обернулся. Он был темноглаз, высок и строен. Волосы у него были темные, и объемный чуб был зачесан направо. В руках он держал черную маску.
– Я устал, – ответил он, а затем представился: – Сеид.
– Лейла.
Поскольку мы присутствовали на бале-маскараде, то могли себе позволить не представляться полностью, что, с одной стороны, было нам на руку, а с другой – не очень, так как сложно было определить нужного человека.
– Очень приятно! – ответил он.
– От чего же вы устали? – поинтересовалась я.
– Устал от войны, от фальшивых улыбок, от всего этого! Я был на войне, в гуще событий, я видел, как погибают молодые ребята, я видел их лица. Они и сейчас погибают, а мы тут танцуем, и пьем шампанское, и делаем вид, что ничего не происходит. А я так не могу, – закончил он.
– Мне кажется, вы очень напряжены, и вам надо отвлечься. Я понимаю, здесь много фальши и напыщенности, но выбирать не приходится, – сказала я, протягивая ему бокал шампанского.
– Мы завтра выступаем! – сказал он.
– Это будет завтра, а сейчас мы идем танцевать.
Он не ожидал такого напора с моей стороны, но, всего на секунду задумавшись, сразу протянул мне руку, и мы вошли в зал, где как раз начинался вальс. В углу на небольшом пьедестале стоял дирижер, и оркестр играл замечательную музыку. На некоторое время я даже забылась и расслабилась. После нескольких танцев и бокалов шампанского мы опять вышли на веранду, чтобы подышать свежим воздухом.
– Вы не боитесь воевать?! – начала я разговор.
– Боюсь! Но, увы, другого пути у меня нет! – ответил Сеид.
– Вы завтра выступаете?
– Да, мы должны занять позицию, через несколько дней русские планируют наступление и будут предпринимать попытки взять Плевну. Мы не должны этого допустить.
– Вы так осведомлены о планах русской армии?
– Не так, как, может быть, хотелось, но информация есть! А почему вас это удивляет?
– Нет, не удивляет, я мало что понимаю в военном деле, поэтому интересно!
– Я хотел бы поговорить на другие темы, темой войны я сыт по горло!
– Да, конечно, прошу прощения! – извинилась я.
– А откуда такая смелая и загадочная девушка? Разрешите поинтересоваться! – спросил Сеид.
– Моя семья из Австрии. Но сегодня маскарад, и я не хочу вдаваться в подробности, пусть я останусь для вас просто Лейлой! И мне, наверное, уже пора! – ответила я.
– Так быстро? Вам что-то не понравилось? – спросил Сеид.
– Ох, нет. Возможно, я выпила лишний бокал шампанского и немного устала, поэтому поеду домой, – сказала я и улыбнулась.
– Я вас провожу, – предложил Сеид.
Мы дошли до кареты, он поцеловал мне руку.
– Надеюсь, мы еще встретимся? – спросил он.
– Надеюсь.
Моя карета тронулась. Всю дорогу я думала о том, как турецкая сторона могла узнать о наступлении, ведь полковник сказал, что это информация секретная.
Я даже не заметила, как мы доехали до лагеря. Было уже почти шесть утра. Я вышла из кареты, на улице было тихо и довольно прохладно, я думала о том, что и вправду немного перебрала с шампанским.
– Доброе утро! – раздался мужской голос.
От неожиданности я вздрогнула и чуть не упала, как вдруг меня подхватили.
Я обернулась. Это был Том.
– Доброе утро! Так вы, оказывается, можете быть вежливым?! – недовольно произнесла я и постаралась отстраниться, чтобы убрать его руки, но тут же опять поскользнулась.
– Вы пьяны, – заметил Том.
– Вы правда так думаете?! – дерзко спросила я и добавила: – Я выполнила задание и иду спать.
– Всего доброго, – ответил он.
Я вошла в палатку и прямо в платье легла на кровать и уснула. Сквозь сон я слышала, как приехали мои подруги. Утром, часов в десять, я открыла глаза. Я лежала и вспоминала вчерашний день и вечер, и наш разговор с Томом. Мне было очень стыдно. Я даже не знаю, что на меня нашло. Мне хотелось провалиться сквозь землю или вообще не выходить из палатки. Но проснулась Беатрис и, конечно же, разбудила всех.
– Кира, ты знаешь, с кем ты вчера танцевала? Это Сеид Али-паша – майор турецкой армии, – сказала Беатрис.
– Я поняла, что он военный, но таких подробностей не знала! – ответила я.
– Да, на вас все смотрели, когда вы танцевали. Только вас и обсуждали, – подтвердила Луиза.
– Я не знаю, само собой так получилось. Ладно, девочки. Я узнала очень важные сведения! Нам надо срочно к полковнику, – вздохнула я, а затем поинтересовалась: – А у вас есть информация?
– Я узнала, что турецкая армия меняет позиции своих войск, причем в срочном порядке, – ответила Луиза.
– Да, я тоже слышала об этом, они что-то готовят, – подтвердила Беатрис.
Мы умылись, оделись и срочно отправились к полковнику. На улице уже наступил теплый день, скоро обед. В моей голове билась одна мысль: главное, не встретить Тома. Мы вошли в палатку полковника, там уже были Том, Метин и Максим. Мы сели напротив них. «Отлично», – подумала я.
– Добрый день, полковник!
– Добрый день, барышни! Что вы нам расскажете?
– У меня есть важные сведения. Мы не знаем, как или через кого, возможно, есть шпион среди наших, но турецкая сторона знает о нашем скором наступлении на Плевну, – доложила я.
– И более того, они к нему готовы и меняют дислокацию своих войск, – добавила Луиза.
– Шпион?! – воскликнул полковник. – Надо срочно что-то делать! Надо найти этого паразита! Расстрелять! Прошу всем быть внимательными: следим, наблюдаем. Надо выяснить, кто это! Они знают только про наступление? Или у них есть еще сведения? – спросил полковник.
– Мы не знаем, к сожалению, – ответила Луиза.
– Хорошо, спасибо вам, барышни, за хорошую работу! Вы можете быть свободны! Мне надо срочно доложить об этом начальству! В ближайшее время будет еще задание, – сказал полковник.
Мы вышли из палатки и отправились обедать.
Погода стояла очень теплая, пригревало солнышко. Мы взяли еду и сели чуть в стороне от всех. У меня в голове никак не укладывалась мысль о шпионе. Я смотрела на всех и не могла поверить, что среди офицеров или солдат есть шпион. Чуть позже к нам присоединились Том, Метин и Максим.
– Расскажите, как вы вчера сходили на прием? – попросил Максим.
– Сначала очень волновались, но все прошло очень хорошо, – ответила Луиза.
– А как вы узнали про шпиона? – спросил Метин.
– Наша Кира танцевала с майором Сеидом Али-пашой, – ответила Беатрис.
– И он вам прямо вот так и сказал, что у них есть шпион в русском лагере? – неожиданно спросил Том.
– Нет, он сказал не так. Мы долго разговаривали, и он упомянул, что скоро будет наступление русских и им надо подготовиться. И мы сделали вывод, что, возможно, есть шпион, а иначе откуда бы он узнал о тайной операции? – ответила я. Вам что-то не нравится? – обратилась я к Тому.
– Мне кажется, что вы не до конца понимаете, где находитесь! – ответил он.
– Мы все прекрасно понимаем! Мне кажется, вы просто не верите, что женщины могут на что-то влиять на войне, и из-за этого злитесь! – недовольно высказалась я.
– Вы ошибаетесь! – возразил он и добавил: – Но я и вправду считаю, что на войне женщинам не место!
– Ну, это мы еще посмотрим! – ответила я.
Видя, что разговор между мной и Томом не клеится, Луиза решила сменить тему.
– Когда у вас следующее задание? – спросила она.
– Скоро будет наступление, мы пойдем вместе с отрядом пехоты. Если удастся взять Плевну, то наша задача – вывезти важные документы, карты, чтобы узнать важные сведения о дальнейших действиях турецкой стороны.
– Но это же очень опасно! Вас могут убить?! – воскликнула Беатрис.
– Мы на войне, и каждого из нас в любой момент могут убить, но если нас будут ждать такие прекрасные барышни, то мы обязательно вернемся, – сказал Метин.
Все улыбнулись.
– Конечно, будем ждать, – сказала Беатрис.
Мы пообедали и разошлись.
Вечером я решила взять лист бумаги и написать всех, кого я подозреваю, и далее делать записи под их фамилиями: может, так я смогу что-то понять. Я перечислила всех тех, кто мог владеть информацией. Включила даже Метина, Максима и Тома. После имени Том я задумалась: что-то в нем меня одновременно и пугало, и настораживало, а что-то привлекало. И только он мастерски мог вывести меня из себя!
Pulsuz fraqment bitdi.