© Нина Гаврикова, Сокол, 2016
© «Союз писателей», Новокузнецк, 2016
Н.Н. Коновалов и А.А. Точин (дедушка Н.П. Гавриковой)
В Вологодской областной газете «Красный Север» в номере за 11 марта 2015 года опубликовали воспоминания о моем дедушке – Алексее Александровиче Точине. Сколько было удивления, когда из редакции газеты пришло сообщение о том, что меня разыскивает некий Николай Коновалов, который узнал на фото с моим дедом своего отца.
Я позвонила по указанному редакцией телефону, и в светлый праздник Пасхи Николай Николаевич со своей женой Татианой Георгиевной приехали в гости. Не описать волнение и ту радость, которую испытала, когда Николай Коновалов достал из сумочки точно такое же фото, как у меня, где его отец стоит рядом с моим дедушкой. Начались бурные обсуждения: кто, что, откуда родом?
Из разговора с гостями узнала, что Николай Николаевич Коновалов родился в 1904 году в деревне Кромино бывшего Кокошиловского сельсовета ныне Сокольского района и был призван на фронт в 1941 году.
Совместная фотография Николая Коновалова и Алексея Точина сделана перед отправкой на передовую. Сводный отряд от Вологодской области, в который определили друзей, направили на Ленинградский фронт речным транспортом. По пути следования их баржу разбомбили. Выжившие бойцы вернулись в свои райвоенкоматы для повторной мобилизации.
Моего дедушку отправили на фронт, а Николаю Коновалову, как работнику железной дороги, дали бронь и направили на обслуживание Северной железной дороги, имевшей стратегическое значение.
Начав трудовую деятельность путевым рабочим, во время войны он стал экспедитором по развозке продуктов в магазины, находящиеся на станциях по пути следования поезда от Данилова до Коноши.
На фото слева направо: Николай, Николай Николаевич, Сергей, Нина, Мария Михайловна
Николай Коновалов рассказывал: «Постоянные бомбардировки железной дороги результатов не давали: при подлете вражеских самолетов все покрывала густая облачность, и бомбы падали мимо цели. Вероятно, эту дорогу жизни хранили вологодские святые, а может, и сама Царица Небесная».
В 1952 году Коноваловы переехали жить на станцию Морженга. Николай Николаевич высоких должностей не занимал и правительственных наград не имел, но был исключительно порядочным человеком. В Морженге его звали по имени-отчеству.
На Северной железной дороге Николай Коновалов работал до 65 лет, воспитал шестерых детей: Анну, Александра, Нину, Николая, Сергея, Юрия. Род Коноваловых продолжился и пополнился десятью внуками. Из-за неизлечимого заболевания он ушел из жизни в возрасте семидесяти четырех лет.
Рассказывая о Николае Николаевиче, невозможно не вспомнить о его жене Марии Михайловне, 1909 года рождения. При замужестве ей не пришлось менять девичью фамилию, так как она тоже была Коноваловой. В деревне Кромино, где она родилась, было около десяти семей однофамильцев.
У Марии Михайловны две медали «За материнство». Она – труженик тыла, вынесшая основную тяжесть сельхозработ во время войны и в послевоенные, самые голодные годы. Имея корову, сохранила своих детей и помогала молоком односельчанам, страдающим от голода. Брала на себя самую тяжелую работу. При метании стогов сено подавала только Мария. Поэтому медаль «За трудовую доблесть» нашла ее по заслугам.
Мария Михайловна с сыновьями Николаем, Сергеем и Юрием
20 лет жизни были отданы колхозу, но пенсию по старости Марии Михайловне не дали (было не положено). Поэтому трудолюбивой женщине пришлось по ночам, когда засыпали дети, плести вологодские кружева, которые сдавала в «Артель», благодаря чему и заработала пенсию.
Материнская любовь и забота о детях значима не менее заслуг трудовой деятельности. Сын Николай учился в Вологде и четыре года ездил на учебу в областной центр. Поэтому Мария Михайловна, чтобы отправить сына в школу, вставала в пять часов утра (поезд в Морженге останавливался в шесть), до этого времени она успевала приготовить завтрак. Будильников в деревнях не было, поэтому местные жители следовали своему внутреннему распорядку дня.
Николаю Коновалову запомнились два случая, рассказанные матерью: «В голодные военные и первые послевоенные годы жители колхоза с нетерпением ждали, когда на полях растает снег, чтобы собрать вымерзший из земли картофель, случайно ненайденный во время осенней уборки урожая. Из этого картофеля пекли оладьи. Одна из колхозниц в воскресный день не вышла на работу, решив набрать драгоценных клубней и накормить детей. Бригадир, а потом и председатель колхоза, узнав, что женщины нет на работе, пришла к ней домой и, ни слова не говоря, взяла ведро с водой, залила печь вместе с выпечкой. Выпроводила женщину на работу, оставив детей голодными.
Второй случай, а вернее, объяснение причины, почему семье Коноваловых пришлось покинуть родное Кромино и переехать на станцию Морженга. В 1952 году председатель колхоза сказал Марии Михайловне следующее: «Если муж не вернется в колхоз (к тому времени Николай Коновалов пятнадцать лет отработал на Северной железной дороге), то семью придется лишить пахотной земли и сенокосных угодий». Супружеской паре пришлось покинуть милые сердцу края и обживаться на новом месте».
Последние годы жизни Марии Михайловны можно сравнить с догорающей свечой у святой иконы: она уходила благородно, без болей, как умирают святые люди, до конца исполнившие земной долг.
Мария Михайловна Коновалова с братьями Алексеем и Николаем
О родителях отца Николай Коновалов рассказал следующее: «Дедушка – Коновалов Николай Иванович в конце тридцатых годов был старостой храма в селе Великий Двор, бывшего Кокошиловского сельсовета ныне Сокольского района Вологодской области.
Как служитель храма был репрессирован, долгое время содержался в тюрьме города Кадников, там же и похоронен, но место захоронения неизвестно. До ареста жена и дети настоятельно просили уйти Николая Ивановича со службы, но тот отвечал, что не может оставить на разграбление церковное имущество. Противостоять в то, советское время, когда храмы повсеместно разрушали, было равноценно совершению великого подвига. Позже родственники неоднократно обращались в архивы городов Вологда и Сокол, чтобы узнать место захоронения, но получили такой ответ: «Н. И. Коновалов не подвергался репрессиям, скончался дома в деревне Кромино».
Николай Коновалов в память о дедушке продолжил его дело, занявшись восстановлением храма Святителя Леонтия Ростовского в селе Великий Двор.
Бабушка, Анна Никандровна, в девичестве была Ступихиной. Информации о ней очень мало, потому что умерла рано. Известно только то, что двоюродный племянник Юрий Павлович Ступихин живет в городе Череповец Вологодской области.
Очередной виток сделала судьба, еще больше запутав родственные связи. Необходимо отметить, что одна из сестер моей бабушки Анфия Васильевна Глебова (Коновалова) была замужем за Ступихиным Иваном Николаевичем.
О родителях матери Николай Коновалов рассказал скупо: «Дедушка, Михаил Васильевич Коновалов, родился и жил в деревне Кромино.
Бабушка, Аполлинария Петровна, в девичестве была Сеничевой, родом из деревни Заболотное Кубенского сельского поселения Вологодской области».
После нашей встречи мы с Николаем Николаевичем и Татианой Георгиевной общаемся по Интернету. Осенью они приехали ко мне вновь, и, будто близкие родные, мы говорили и говорили, обсуждая новости и анализируя наши родословные. Дело в том, что моя бабушка была Коноваловой, как и мужчина с фотографии, и были они из одной деревни.
Родители Марии Михайловны: Коноваловы Михаил Васильевич и Аполлинария Петровна (Сеничева)
Думы о хитром переплетении народных судеб до сих пор не отпускают. Мой дедушка и папа Николая Николаевича – земляки, родились в одном 1904 году, учились в одном классе, дедушка взял в жены девушку из деревни, где жил Николай, на войну были отправлены на одной барже. Сейчас, спустя столько лет, жизнь снова сводит нас вместе. Случайность это или нет – не знаю, но одно могу сказать точно: «У народа, не сохранившего свою родословную, нет будущего».
Дом Коноваловых на станции Морженга
Начальная школа в Морженге – 1958 год, Николай ученик 4-го класса, учитель Шангина Лидия Ополосовна
Pulsuz fraqment bitdi.