Разбудило меня журчание воды. Нежные звуки, какие обычно издают тонкие струйки, падающие в наполненную чашу. Как хорошо быть дома в Итонии. Сквозь раскрытые окна слышен фонтан в королевском саду. Но почему он работает? Это неслыханная роскошь для страны, умирающей от засухи. Я лично велел отключить все фонтаны, пока не решу проблемы с водой.
– Что такое? – пробормотал я. – Кто нарушил приказ?
Что-то прошелестело над головой, обдав меня брызгами, я проснулся окончательно и открыл глаза. Надо мной возвышался сводчатый потолок, украшенный росписью и позолоченной лепниной. Я вскочил с подушек и в страхе огляделся. Куда меня снова занесло? На том самом месте, где стоял столик с едой, теперь красовался трёхступенчатый фонтан из белого мрамора. Вода с нежным журчанием стекала из чаши в чашу тонкими серебристыми струйками. Вокруг фонтана выстроились высокие светильники на витых золотых ножках и с крупными, размером с куриное яйцо, огранёнными алмазами вместо ламп. Трудно было оторвать взгляд от их сияния, но другие изменения, произошедшие за время моего сна, оказались достойны не меньшего внимания. Я хорошо помнил, что заснул в светлой комнате с голыми стенами, а проснулся в великолепной зале с потрясающим роскошным убранством. Меня не так легко можно было бы удивить королевскими апартаментами. Я прожил месяц в замке Тиаранты и гостил во дворце лигийского короля Эрга Пятого, но эта комната ни в какое сравнение ни шла с ними и больше напоминала сокровищницу. Стены под самый потолок были выложены мозаичными картинами из огранённых камней, играющих всеми оттенками цветов. Я подошёл ближе и потрогал кусочки мозаики – у меня не возникло ни малейших сомнений в том, что это не стекляшки, а настоящие драгоценные камни. Сколько же их понадобилось, чтобы создать завораживающие причудливые пейзажи незнакомых миров! Со звёздами на зелёном или огненном небе, с лазурными облаками и пурпурными долинами, с цветущими изгибающимися деревьями и порхающими яркими птицами. Идя вдоль стен, я чуть не упал, наступив на валяющиеся россыпью огромные сияющие жемчужины. Белоснежные, молочные и розовые разных оттенков. Я наклонился и поднял одну из них – прохладный перламутр мягко осветил ладонь. «Такая пошла бы Мерисе», – мелькнула мысль, рука сама чуть было не потянулась к карману, но я опустил руку, и жемчужина покатилась по полу. Я поднял глаза и невольно ахнул. Увлёкшись созерцанием мозаики и жемчуга, я не сразу заметил стеклянные стеллажи, парящие в воздухе. Как на витрине ювелирного магазина на них были разложены перстни, серьги, подвески, диадемы, браслеты и ещё какие-то украшения, предназначение которых я не знал. Моё внимание привлёк перстень с крупным изумрудом, играющим гранями, точно под цвет моих глаз. Я снял его с полки и только собрался примерить, как вдруг спохватился – а где же хозяин этого великолепия? Разве столько сокровищ могут оставаться без присмотра? Вряд ли, тем более в таком странном загадочном мире, где всё не то, чем кажется. Я вернул перстень на место и решил больше не рассматривать драгоценности.
– Ты правильно поступил, Даронт, – за моей спиной послышался знакомый женский голос.
Я резко обернулся и попятился от неожиданности. В том месте, где раньше был фонтан, теперь стоял круглый каменный постамент, а на нём… Я сразу узнал свою покойную мать, королеву Итонии. Она была точно такой же, как в моих детских воспоминаниях – молодой, с чёрными струящимися волосами и зелёными глазами, одетой в длинное жёлтое платье.
– Мама, – прошептал я, но вдруг очертания королевы расплылись, помутнели, преображаясь, и на меня взглянул приёмный отец.
– Или, может, лучше называть тебя Рома? – спросил он.
Смена образов и голосов была так стремительна, что я не успел удивиться. Тем временем приёмного отца сменил родной отец, он продержался не дольше нескольких секунд, и на постаменте вновь появилась мать.
– Какое имя предпочитаешь?
– Конечно, Даронт. – Я шагнул к постаменту. – Кто ты и что это за место?
– Это Тупик между мирами. Мы его Смотрители, – ответила мама, расплываясь и покачиваясь. – Мы рады, что тебе удалось самому дойти к нам. С заблудшими это бывает редко.
– Вообще-то я не заблудший. Меня сюда отправил мой враг – лорд Вардэн.
– Мы знаем, он прислал тебя, чтобы получить освобождение. – Вместо мамы теперь со мной говорила госпожа Сайдэл. – Таково условие равновесия. Но ты прошёл Станцию и явился сам. Не всем это удаётся.
– Понятно, – кивнул я, хотя ничего не понял на самом деле. – А как теперь мне вернуться обратно?
– Очень просто, – отец подмигнул мне. – Тебя отведёт проводник.
– Хорошо, я готов идти.
– Сначала придётся оплатить выход.
– Оплатить? Кому? Проводнику?
– Нам.
– А если откажусь?
– Как не стыдно, Даронт! Мы и так очень добры, – теперь приёмная мама укоризненно качала головой. – Просим только стоимость выхода и никогда не требуем стоимость входа, хотя по условиям равновесия должны. В Тупик все заблудшие попадают совершенно бесплатно.
– Но я же не собирался к вам! – воскликнул я. – Меня лорд сюда впихнул!
– Разве тебе это чего-то стоило?
Я тяжело вздохнул – кажется, мы со Смотрителями плохо понимаем друг друга.
– Хорошо, как я могу оплатить выход? Денег у меня с собой нет, да и вряд ли вы в них нуждаетесь. – Я окинул взглядом комнату. – Есть неработающий телефон.
– Окажи нам услугу.
– Какую?
– Верни то, что взял предыдущий заблудший.
Милый женский голосок прозвучал как чарующая музыка. Передо мной стояла девушка, в которую я был влюблён – принцесса Мериса. До чего же она была хороша, несмотря на расплывчатые очертания.
– Он забрал один из Камней света, – девушка указала на пустующую золотую подставку.
А я и не заметил сразу, что одного бриллиантового сияющего «яйца» не хватает.
– А разве вы не можете вернуть его сами? Вы ж тут всем заправляете.
– Мы – Смотрители, – отчеканил приёмный отец, сменив Мерису. – Следим за равновесием системы и сообщаем правила. Принимаем оплату за выход. Встречать, провожать, искать мы не можем.
– А тот заблудший уже оплатил выход?
– Нет, – покачал головой отец. – Мы попросили его об услуге. Он ушёл с проводником, но, как выяснилось, прихватил Камень света. Равновесие Тупика нарушилось. Мы расстроены. С проводником связаться не можем, но знаем, что он жив. Он почти всё отработал, привёл заблудшего и должен был покинуть Тупик после его выхода.
– Ясно, – пробормотал я, хотя снова ничего не понимал.
Что за равновесие? Кто такой проводник? Как он отработал? Из всего сказанного становилось ясно лишь то, что какой-то человек (или не человек?) вместо того, чтобы расплатиться услугой за выход и отправиться восвояси, украл здоровенный светящийся бриллиант и где-то спрятался от Смотрителей.
– Не просто «где-то», – проговорила Мериса. – Появился чужеродный объект, и мы не знаем, что в нём происходит, но думаем, что похититель там. Даронт, верни Камень света и сможешь выйти.
– Хорошо. А как мне найти этого заблудшего?
– Твой проводник укажет путь.
– Кто же будет моим проводником? – поинтересовался я.
– Тот, кто сопровождал тебя к нам. Тот, кого ты зовёшь Джек.
Вместо Мерисы снова появилась мать и указала рукой мне за спину. Я обернулся и увидел знакомого зверя, тихо сидящего под стеночкой.
– Джек! Дружище! А я уж думал, что мы больше не увидимся! – Я подошёл к нему и похлопал по спине. – Так ты и есть мой проводник?
– Он выбран твоим проводником, Даронт, с самого начала, – пояснила мать. – Мы добры, и это тоже ничего не стоит. Каждый заблудший получает от нас проводника по прибытию.
Я невольно подумал о ноже, заботливо вложенном мне в руку лордом Вардэном. По его замыслу я должен был им воспользоваться и попытаться убить своего проводника. Если бы мне это удалось?
– Ты бы стал проводником вместо него, – словно прочитав мои мысли, сказала мать. – У нас равновесие. Кто-то должен встречать заблудших. Но не волнуйся. Джек очень сильный. Он убил всех заблудших, нападавших на него. Закон равновесия – или ты, или тебя.
– Хороший закон, понятный, – пробормотал я. – Но зачем же вы посылаете к заблудшим таких чудовищ? Люди начинают защищаться, думая, что это страшный хищник, мечтающий сожрать тебя.
– Разве Джек чудовище? – удивился родной отец. – Он обычный человек, Даронт. Мы не только добрые, но и честные. То, что скрыто внутри, у проводников становится видно снаружи.
Холодные мурашки пробежали по телу, когда я понял, какая меня ждала участь. Я либо был бы убит, либо убил бы сам и превратился в жуткое чудовище.
– То есть, я бы стал таким как Джек?
– Нет! Что ты! – воскликнула Мериса. – Ты бы выглядел совсем иначе!
Принцесса заколыхалась, расползаясь клубами тумана, и на пьедестале начала формироваться уродливая фигура. Длинные птичьи ноги оканчивались крепкими когтями-ножами, громоздкое тело блеснуло металлической чешуёй, чёрные глаза без зрачков глянули с жуткой морды, украшенной вытянутой зубастой пастью доисторического ящера. Всего лишь несколько секунд я созерцал образ, в который мог преобразиться, но и этого времени оказалось достаточно, чтобы испытать невыразимый ужас.
– Видишь, совсем не похож на Джека, – произнесла вернувшаяся Мериса.
– Действительно, – пробормотал я, потрясённый увиденным и услышанным.
Ай да лорд Вардэн! Как здорово всё устроил! Только я всё равно не понял, почему он не убил меня сам. Зачем этот цирк с отправкой в Тупик между мирами?
– Потому что мы обещали ему свободу в обмен на заблудшего, – проговорила Мериса, превращаясь в госпожу Сайдэл. – На того, за кем он гнался перед тем, как попал в Тупик.
– Но зачем?
– Взамен убитых.
– Кем? Лордом Вардэн?
– Проводником, которым он был.
Кажется, до меня начало многое доходить. И слова лорда, что он провёл в чужом мире целую вечность, и удивление смотрителей, что мне удалось пройти станцию, и их забота о равновесии.
– Значит, лорд убил своего проводника, когда оказался здесь?
– Да, – кивнула госпожа Сайдэл.
– И стал сам проводником?
– Да.
– И убивал заблудших, к которым его приставляли.
– Не по желанию, по закону равновесия.
– Это я уже понял. И долго он здесь находился?
– Мы не понимаем, что такое «долго». Заблудшие приходили и погибали, потом появлялись новые.
– Хорошо, – вздохнул я. – Как ему удалось оплатить выход?
– Проводники не платят. Однажды он провёл заблудшего от встречи до выхода, и мы отпустили его.
– Почему же на Землю, а не в Намирус?
– Потому что он собирался попасть туда, отправляясь в путь между мирами.
– А я куда уйду после оплаты?
– Туда, откуда прибыл.
– Ладно, – вздохнул я. – Теперь всё более-менее ясно. Постараюсь вернуть камень света. Только как я узнаю похитителя?
– Он выглядит вот так.
С постамента на меня смотрел высокий худой мужчина. Длинные светло-зелёные волосы обрамляли его бледное лицо. Острый подбородок, водянистые глаза в тёмных кругах и тонкий хищный нос делали его вид отталкивающим. От земли до шеи мужчину окутывал плащ болотного цвета, полностью скрывая руки и ноги.
– Запомнил? – проговорил мужчина, меняя очертания.
Я кивнул.
– Да. Можем идти.
– Отведи Даронта, – велел отец Джеку.
Зверь поднялся и пошёл вдоль стен, принюхиваясь. Возле мозаики, где на фоне ночных зеленоватых облаков сплетались кривые ветви деревьев, он остановился и упёрся шипами на голове в картину. Я подошёл к Джеку и встал рядом в ожидании. От мозаики потянуло запахом сырости и гнили. Дуновением ветра подхватились редкие коричневые листья и зашелестели, словно шушукаясь. Облака в тёмном небе поплыли, медленно открывая зелёную яркую луну. Джек взглянул на меня и шагнул через образовавшийся проём в стене в незнакомую ночь. Под его лапами чавкнула жижа, рядом захлопала крыльями вспугнутая птица.
– А с заблудшим что делать? – Я обернулся к Смотрителям, но вместо постамента снова стоял фонтан, только в этот раз он был сух. – Похоже, разговор закончен. Ладно, надеюсь, до скорой встречи.
Я переступил через стену и невольно задержал дыхание от ударившего в нос запаха разложения. С этой стороны он оказался гораздо противнее. Я обернулся, чтобы взглянуть на оставленный зал Cмотрителей, но он исчез. Позади меня в свете луны поблёскивала чёрная жижа, из которой тянулись, причудливо изгибаясь, кривые деревья. В кроссовках мерзко зачавкало, ногам сразу стало холодно и неуютно.
– Ты уверен, что заблудший ушёл сюда? – спросил я Джека, оглядываясь. – Тут же сплошное болото!
Зверь не ответил, а уверенно зашагал, шлёпая по жиже и ломая ветки. Я благоразумно последовал за ним по пружинящей под водой земле. Унылое это было место. Луна то скрывалась за облаками, то появлялась снова, заливая болото зелёным светом. Лёгкий ветерок дул, не переставая, и вскоре я ужасно продрог и обхватил себя руками за плечи.
– Ну и холодрыга, – пробормотал я. – Так и заболеть можно, не добравшись до камня света.
Джек обернулся, и я невольно отшатнулся, увидев его морду в свете луны. На тусклой шерсти плясали зелёные блики, шипы походили на торчащие кости, а зелёные клыки вкупе с горящими красными глазами придавали зверю вид обитателя преисподней.
– Ну ты и красавец! – не удержался я от возгласа. – Умереть можно от страха! Хорошо, что мы знакомы. Хотя… – Я погладил Джека по голове. – Ты прости меня, вырвалось нечаянно. Я ведь знаю, что ты другой на самом деле.
В красных глазах промелькнула тоска, а потом Джек опустился прямо в жижу, подставив мне спину. Я быстро взобрался верхом и с удовольствием прильнул к тёплой жёсткой шерсти, надеясь согреться. Вонь от болота полностью перебила запах зверя, да и не до капризов сейчас было. Я крепко вцепился в ошейник, и Джек продолжил путь. Ехать на его спине было гораздо комфортнее, оставалось только уворачиваться от веток, чтобы не свалиться в жижу. Вокруг царила тишина, если не считать редких далёких криков животных и хлопков, с которыми лопались появляющиеся на поверхности жижи пузыри. Окружающий пейзаж не менялся, и мне казалось, что ночь и болото никогда не исчезнут.
От нечего делать я говорил с Джеком, точнее, вёл монолог. Рассказывал о своей жизни в земном мире и в Намирусе, о том, как стал королём Итонии, в подробностях расписал, как попался в ловушку лорда Вардэн. Не знаю, кем был Джек на самом деле и понимал ли мои слова, но оба его треугольных уха, как локаторы, развернулись ко мне. Я так увлёкся собственным рассказом, что не сразу заметил жёлтый огонёк вдалеке. Джек двигался прямо к нему.
– Что это? – прошептал я, вглядываясь в темноту.
Может, прямо сейчас предстоит встреча с похитителем? Не уверен, что она получится дружеской. Интересно, зачем ему понадобился Камень света? Неужели заблудший не понимал, что не сможет выбраться из Тупика между мирами самостоятельно? Огонёк приближался и вырисовывался в прямоугольник окна, а вскоре начали проступать контуры избушки, стоящей на высоких сваях, как на курьих ножках. Послышался скрип открываемой двери и на пороге возникла фигура с фонарём. Луч света метнулся по сторонам, прочертив темноту, и мазнул меня по глазам, ослепив на несколько секунд.
– Ну, наконец-то! – ворчливым тоном проговорил хриплый мужской голос. – Сколько можно ждать? Еда остывает.
Человек говорил не на итонском и не на земном русском, но я прекрасно понимал его. Удивительно и странно прозвучали слова о том, что он нас ждёт. Зачем? И кто он – друг или враг? В ближайшие минуты нам предстояло познакомиться, но, судя по приземистому, коренастому силуэту, это точно не был похититель. Особого страха я не испытывал, пожалуй, лишь чувство тревоги. Сон и еда в зале Смотрителей восстановили мои силы, и теперь я мог воспользоваться защитой фиронга.
Джек прошлёпал к избушке, легко вскочил на широкий помост перед входной дверью и припал на лапы, давая мне возможность слезть.
– Да у нас тут проводник и заблудший! Очень рад! – воскликнул хозяин, выключая фонарь. В свете, падающем из раскрытой двери, он показался мне стариком с всклокоченными волосами и короткой бородой. В его голосе послышались приветливые нотки, как при встрече добрых друзей. Похоже, вид Джека его совсем не испугал, наоборот, скорее обрадовал. – Устали, наверное? – Он потрепал зверя по спине. – Иди вот сюда, под навес. Там сухая трава и стена тёплая от печки. Сейчас приготовлю тебе вкусненького, поешь и поспишь перед дорожкой. Вот всегда они так! Предупредить не могли, что прибудут двое. – Старик провёл Джека по широкому деревянному помосту за угол дома и сразу вернулся. – Да ты внутрь проходи, не стой на пороге.
– Для начала, здравствуйте, – проговорил я. – А вы кто?
– Я – Ларигор.
– Очень приятно, но одного имени мало, – пожал я плечами. – И почему мы друг друга понимаем, хотя говорим на разных языках?
– Так о том Смотрители позаботились. В тупике все должны друг друга понимать. Идём, не бойся.
Не дожидаясь меня, старик шагнул в дом. Я постоял с минуту в нерешительности и вошёл следом.
– Дверь прикрывай, чтоб тепло не вышло, – велел Ларигор.
Он стоял у большой печи и что-то помешивал в кастрюле без ручек. Жёлтое пламя ярко освещало комнату и Ларигора, которого в темноте я принял за старика и человека. Двупалые клешни, как у краба, ловко держали длинную ручку мешалки. Толстые ноги, одетые в тесные штаны, не имели ступней и напоминали слоновьи. То, что мне показалось волосами и бородой на самом деле выглядело как ветки туй, только длинные, струящиеся по плечам и груди. Ларигор почувствовал мой взгляд и повернулся, продемонстрировав крохотный бугорок с отверстием вместо носа и четыре тёмных глаза – два на привычном для человека месте и два на висках, возле круглых, как баранки, ушных раковин. Он улыбнулся, и от вида треугольных острых зубов у меня пробежал мороз по коже.
– На мой взгляд, ты тоже выглядишь ужасно, – заметил он. – А я, между прочим, очень привлекателен в своём мире.
– Что это за место? – спросил я, оглядываясь, чтобы скрыть неловкость.
Комната казалась просторной и уютной, несмотря на скудную обстановку. Рядом с печкой стоял накрытый стол с двумя лавками, под одной из стен – пузатый комод, а в углу стопкой лежали толстые матрацы. Закрытая дверь указывала на ещё одно помещение в доме.
– Место для отдыха на границе болотных земель, – пояснил Ларигор. – Дальше таких мест не будет, придётся самим искать еду и выбирать, где спать улечься.
– Вы здесь один живёте? Откуда узнали о нашем прибытии?
– К счастью, я уже давно своё отработал в Тупике и живу дома, – вздохнул Ларигор. – Здесь бываю иногда, по вызову Смотрителей. – Заметив удивление на моём лице, он снова улыбнулся. – Ты обувку-то сними и сушиться поставь у печки, а сам присаживайся к столу. Я проводнику еду отнесу и поболтаем немного, если спать не сильно хочешь.
Он подхватил горячую кастрюлю клешнями, толкнул дверь ногой и вышел наружу, а я воспользовался его советом и поставил кроссовки на сушку. Не успел я расположиться за столом, как Ларигор вернулся. Он шустро сдёрнул салфетки с тарелок, наполненных едой, налил душистого кипятка в высокие кружки и захрустел кусочками каких-то фруктов.
– Пробуй, – предложил он. – Если что не по вкусу – я доем.
Я с опаской зачерпнул зелёную кашу и откусил кусочек от толстой мягкой лепёшки. Оказалось неплохо – похоже на мясной паштет и рыбную котлету, только почти без специй. Оранжевые горячие кубики я определил как сладковато-кислый десерт, а мелкая светлая соломка сошла за хлебные сухари.
– Очень вкусно, – проговорил я с набитым ртом. – Это вы приготовили?
Ларигор кивнул. Пока я ел, он цедил напиток, с задумчивым видом повернувшись к огню и глядя на меня правым височным глазом. Я всё ждал, когда Ларигор начнёт откровенничать, но он делал вид, что увлечён танцем языков пламени. Наконец хозяин дома поставил кружку и в блаженстве откинулся на спинку лавки, запрокинув голову. Кусок лепёшки застрял у меня в горле, а рука, сжимающая ложку с кашей, повисла в воздухе, когда я увидел на нём чёрный ошейник.
– Что случилось? – поинтересовался Ларигор, заметив, как я смотрю на него.
– Ошейник, – проговорил я. – У человека, по чьей милости я здесь оказался, был такой же. Тот человек напоил меня чаем с какой-то дрянью, а вы что подмешали в еду?
– Я? – Ларигор в удивлении вскинул мохнатые брови. – Ничего. Здесь обмен не происходит, не волнуйся. Смотрители всё предусмотрели. Да и ненависти у меня к тебе нет, а без этого ничего не выйдет.
– Вот как?
– А ты думал? – Лагигор вздохнул. – Первому встречному свою судьбу не перекинешь. Только у меня после работы проводником вообще ни к кому ненависти не осталось, одна жалость. Вот и придётся, видно, до конца своих дней быть слугой у Смотрителей.
– Вы были проводником?
– Сначала я оказался заблудшим, – Ларигор погладил бороду клешнёй. – Влез по дурости не туда, вот и занесло в Тупик. Я тогда в охране одной знатной особы служил и в полном боевом облачении очнулся на Станции, а тут и чудовище под руку подвернулось. Ну, я его, не долго думая, и порешил. Да… вот как бывает… Думаешь, что справился с монстром, а оказывается, что ты и есть монстр, только ещё отвратительнее.
Ларигор поднялся с лавки и подкинул в печь несколько крупных веток. Огонь набросился на них с жадностью, и в комнате стало светлее.
– Ты пей отвар, он очень хорош. Там лучшие травы из разных миров. Смотрители постарались.
– И долго вы были проводником? – спросил я, делая глоток ароматной жидкости.
– Кто ж знает? – пожал плечами Ларигор. – Время тут бежит по-особенному. Как по мне – так целую вечность.
– А много заблудших…
– Да! – резко ответил хозяин дома. – Но я даже не успевал рассмотреть их или запомнить. Только искажённые страхом и злостью лица с одним желанием в глазах —«убить»!
Он замолчал, а я сидел потрясённый его исповедью.
– Пока не появился заблудший, – продолжил Ларигор, – разглядевший под маской чудовища несчастное существо. Это была женщина с добрым сердцем. Таким же, как у тебя. Ты ведь не убил своего проводника. Почему?
– Не знаю, – пожал я плечами. – Догадался, что именно этого ждал человек, ненавидящий меня. Я просто не воспользовался его подарком.
– Значит, ты не только добрый, но и умный, – кивнул Ларигор.
– Не уверен, – я усмехнулся. – В ловушку попал как наивный дурачок. Хорошо, я так понял, что тебе удалось проводить ту женщину в её мир, за это тебя освободили из проводников и отпустили. Но почему тебе оставили ошейник? И почему он был у человека, отправившего меня сюда?
– Из-за убитых заблудших. Смотрители выпускают проводников из Тупика, но мы продолжаем служить им. К счастью, живя дома, и в своём нормальном обличье. Они могут призвать нас в любое время, когда им захочется, для выполнения разных услуг. Это не так ужасно, как быть проводником, но всё-таки тяжело – жить с постоянной мыслью: «А вдруг я понадоблюсь именно сейчас?» Такова расплата за содеянное. И только в обмен на присланного заблудшего бывшие проводники получают свободу.
– Сочувствую. Не представляю, каково вам живётся.
– Привык, – усмехнулся Ларигор. – Но обмен решил ни с кем не совершать. Даже врагу не желаю такой участи. Я потому с сочувствием отношусь ко всем проводникам, независимо от того, кто скрывается под их личиной. Работу мне Смотрители поручают не сложную – то здесь гостей принять, то в другом месте навести порядок. Из-за разницы в течении времени дома я отсутствую пару часов, не больше. Жена уже привыкла к моим отлучкам, она у меня добрая и понятливая. Ладно, – спохватился он, – что это я всё о себе. Ты, как я понимаю, должен оплатить выход?
– Да, – кивнул я и рассказал Ларигору о похитителе Камня света.
– Погоди, так до тебя уже был один. Не сильно приветливым оказался, на проводника кричал, что тот в болото его привёл, со мной почти не общался, но я понял, что он идёт по следу заблудшего, укравшего вещь Смотрителей. Получается, он не смог выполнить задание?
– Не знаю, – пожал я плечами, – Смотрители ничего мне не говорили. А давно это было?
– Да разве ж тут поймёшь? – Хозяин дома нахмурился. – Очень странная история вырисовывается. Я как-то не задумывался до твоего прихода. Какой-то заблудший ворует Камень света, зная, что пропажа обнаружится. Зачем? Настолько глуп? Или сознательно решил остаться в Тупике? А что с его проводником?
– Смотрители уверены, что он жив, но не могут с ним связаться.
– Видимо, похититель не так прост и знает гораздо больше, чем обычные заблудшие. Удивительно, что он в мой домик не заглядывал. Был у меня как-то один странный вызов на службу. Просидел два дня, еды приготовил, но так никого и не дождался, пока Смотрители обратно не отправили. Похоже, этот человек хитёр. Но ты не расстраивайся. Ложись пока спать, а утром продолжим.
Я чувствовал усталость и не стал спорить с Ларигором, когда он быстро постелил на пол у стены один из матрацев и сделал приглашающий жест. Крепкий сон сморил меня сразу, как только я коснулся подушки, и погрузил в темноту без сновидений.
Меня разбудила возня и яркий свет, пробивающийся сквозь веки. Я открыл глаза и увидел Ларигора, возящегося возле печи. Сквозь прямоугольное окошко комнату заливало голубое сияние, а снаружи доносились звуки шлёпанья по воде.
– Это проводник твой вокруг дома расхаживает в нетерпении, – не оборачиваясь, произнёс Ларигор. – Хочет, чтобы ты поскорее оказал услугу Смотрителям и отправился домой.
– Понимаю, – кивнул я, вставая с матраца. – Я бы на его месте, наверное, за шкирку меня из дома вытащил. Что ж, Ларигор, спасибо за гостеприимство. Но нам с Джеком и правда пора.
– С Джеком? – удивился хозяин дома. – Впервые слышу, чтобы проводникам имена давали. Ты, видно, и правда какой-то особенный. Садись, поешь перед дорогой.
Я послушно сел на лавку и пока уминал остатки вчерашнего ужина, внимательно слушал Ларигора.
– Тут до границы болота осталось всего ничего. Пусть Джек тебя довезёт, чтобы обувь не намокла. Что за границей – не знаю, мне туда хода нет. Тут я положил в мешочек несколько лепёшек – на раз перекусить вам хватит. А теперь, – Ларигор подошёл к закрытой двери и толкнул её, раскрывая, – прошу сюда!
Я вошёл в маленькую комнату и остановился в изумлении сразу за порогом. Все стены от пола до потолка были увешаны оружием. Чего здесь только не было! Охотничьи ножи, длинные острые кинжалы, закалённые мечи, арбалеты с лёгкими стрелами, копья, пистолеты разных модификаций и даже ружья. Среди понятного мне оружия выделялись какие-то прозрачные кристаллы с синим огнём внутри, золотые шары, извивающиеся змеями плети и обдающие холодом серебристые топорики.
– Это для магов, – пояснил Ларигор, заметив мой интерес. – Но ты ведь не из их братии?
– Нет.
– Ну и хорошо. – Хозяин дома приосанился. – А теперь, по давней сложившейся традиции, перед тем как покинуть этот дом, ты можешь совершенно бесплатно выбрать себе любое оружие, какое понравится, но только одно.
– Что? Просто так? Любое? – Я с недоверием покосился на Ларигора.
– Любое, – подтвердил он. – Подарок Смотрителей.
– Щедро с их стороны.
Я замер в раздумьях. Самым привычным для меня был кинжал. С ним я прошёл таинство посвящения в Итонии, прежде чем стал королём. Но то был кинжал моей матери, подаренный ей отцом. Сила и любовь моих родителей сосредоточились в нём и направляли мою руку в опасных ситуациях. А здесь – пустой, холодный металл, несущий смерть.
– У тебя есть ещё выбор, – подал голос Ларигор. – Либо выбрать бесплатное оружие, либо раскошелиться и получить платный совет.
А вот это уже совсем интересно! Прямо сюжет из сказки, просмотренной в детстве. Насколько я помнил, там умный главный герой выбрал совет, а его не слишком догадливые предшественники – разные цацки. Ну и соответственно, проиграли. Для подтверждения своей догадки я спросил:
– А что взял побывавший здесь до меня?
– Арбалет со стрелами.
– Понятно. – Я вздохнул. – Хотел бы оплатить совет, но у меня нет с собой денег.
– Можно чем-то другим.
– Чем же?
Я задумался. Обувь и одежда мне и самому нужны. Пластиковая карта Ларигора не впечатлила. Оставался только неработающий мобильный телефон, и я очень сомневался в его ценности, предлагая Ларигору. К моему удивлению хозяин дома быстро разобрал его, корпус отбросил в сторону и приблизил аккумулятор к лицу.
– Отличная вещь! – воскликнул Ларигор, пробуя аккумулятор на зуб. – Наполнение совсем свежее. Настойка из него выйдет – умереть от удовольствия! Заходи на обратном пути, оставлю немного попробовать.
– Спасибо, не надо. Можете выпить сами, я не обижусь.
– Ладно, – Ларигор ловко кинул аккумулятор в ящик комода. – Выпью за твоё здоровье. Считай, что оплата принята. Держи совет – никогда, ни при каких обстоятельствах не убивай заблудшего.
– И всё? – Я в удивлении вытаращил глаза.
– А разве мало?
– Слишком просто. Скажи хоть, почему?
– Потому что навсегда останешься в Тупике, без права выхода. О последствиях убийства проводника, думаю, повторять не стоит.
– А что делать, если попытаются убить меня?
– Прости, но я могу продать только один совет, – вздохнул Ларигор, потом взглянул на моё расстроенное лицо и проковылял к комоду. – Вот, возьми. – Хозяин дома протянул мне два маленьких круглых камешка. – Подарок за приятную беседу и хорошее отношение к Джеку.
– Что это?
– Яйца моркарийского вуалерота. Они защищают от воздействия магии. Недолго, но всё же. Вдруг пригодятся.
– Спасибо. А что с ними делать? – спросил я, пряча подарок в карман.
– Проглотить, если почувствуешь опасность.
– Хорошо, понял. Что ж, нам пора.
Я протянул руку и пожал клешню Ларигора, потом вышел из дома на помост. Джек бродил неподалёку. Увидев меня, он замахал хвостом, подняв жалом зелёные брызги, а потом неуклюже вскочил на помост, едва не столкнув меня в воду. По совету Ларигора я уселся верхом, махнул на прощание гостеприимному хозяину, и мы отправились в путь.
Pulsuz fraqment bitdi.