Еще совсем недавно Артем лежал замотанным кульком и пускал пузыри. А сейчас, деловой, стоит в джинсах и кедиках, держась за косяк, и высокомерно причмокивает. Ка-а-ак?! И что дальше? Пиво из горла, и вот, предки, познакомьтесь, эта стремная баба с пирсингом – моя невеста?!
Какая же это идиллия: слева жена, справа я, а посередине сопит наш малыш. Засыпаешь – и будто слышишь, как десятки розовых фей порхают вокруг вас, точно мотыльки. И без всякого кокаина… Но первая эмоция ранним утром следующего дня – ощущение тотальной тревоги. За ночь случилось что-то непоправимое. Я вдавлен в стену спальни какой-то чудовищной силой. Жены нет рядом. Где моя жена? Ах, вот она, свернулась калачиком у меня в ногах. Что же случилось здесь за несколько часов ночного сна? Нас с женой словно разбросало в стороны ядерным взрывом… А вот и он, эпицентр взрыва: по-прежнему лежит и посапывает рядом, только теперь уже в победном одиночестве посередине кровати, в позе звезды.
Своих тараканов по плинтусам не кормлено…
Теме нравятся голуби. Однажды я даже увидел белого. Мы вдвоем с малышом бежали за ним с визгами. Сынок еще не видит за фантиками мусора, за дождем – плохой погоды, за людьми – нелюдей. Иногда мне хочется крепко-крепко обнять малыша. Чтобы удержать его в детстве.
твое второе детство. Уникальная возможность снова вернуться в мир ребенком. Все вокруг опять вырастает. Ты как Алиса. Я иду с Артемом по улице и смотрю вокруг его глазами. Вон собянинский трактор корежит здравый смысл. Я кричу: «Смотри, Тема, трактор!» Для него же это просто трактор, а не идеологический враг. Или голуби. Когда я так последний раз радовался голубям?
или еще что-нибудь. Я же – как 486-й комп. Очнулся утром – и минус одна фича. То загружаюсь по полчаса, вглядываясь в волосатого йети в зеркале, то дисковод не открывается, то экран гаснет сам по себе. А иногда сам вздрагиваешь вдруг от противного такого мерзкого клацающего металлического звука. Домашние нервничают: что это, где это? И только малыш взирает сочувственно со своих айклаудных
с немым вопросом в умных глазах: «Что, папа, через диалап-модем опять в интернет пытаешься выйти? Ну-ну, смотри картридж
Открываю дверь ключом, захожу домой. Артем уже бежит из кухни ко мне в коридор со словами: «Папа, папа». И никто его не науськивал, не подталкивал, не направлял. Сам он так решил сделать, от души. Как же я сразу посыпался! Как нимфетка перед Егором Кридом. Тут же с порога отдал сыночку всю запрещенку: мобильный телефон, ключи от машины, очки. Если бы Артемка в этот момент сказал: «Папа, папа, я женюсь на татуированной дуре с зелеными волосами и тремя кредитами», – я бы ответил: «Хорошо, сынок, живите здесь, а мы с мамой поселимся во дворе в палисаднике за помойкой».
Какие мы знаем виды сна? Сон, бессонница. Еще дремота, может быть. Родителям малышей известно гораздо больше видов сна. Сморило. Колобродит. Щемит. Возюкается. Кемарит. Похрапывает. Вырубился. Глаза на пять копеек. Разоспался. Недопереспал. Перенедоспал. Недозаснул.
нашего дома до роддома – почти километр. Но встретить главное событие во всеоружии не получилось. Все великое случается спонтанно. Посреди ночи жена растолкала меня со словами: «Воды отошли, поехали». – «Отошли