Как проснется, мы его накормим и напоим чаем.
Катя пожала плечами и поставила котелок к костру :
– Пожалуйста.
Виктор проспал до утра. «Забег» с Семеном его сильно вымотал и обеспокоил.
По не многу, трудами Гали и Веры, шалаш превращался в уютное жилище. Стены и крышу отсыпали снегом и утрамбовали. Забор вокруг лагеря, тоже сделали из снега. Получалась огромная иглу.
Проснувшись, наскоро позавтракав и налив чай Виктор спросил у Гали :
– Как тут у нас обстановка?
– Обживаемся потихоньку.
– Завтра идем на Запад. Семен больше не пойдет со мной – сказал Виктор отхлебывая чай.
– Я пойду- сказала Вера. Я в походы ходила в институте, я выдержу.
– Ладно походница, собирайся – согласился Виктор.
Виктор подошел к шалашу Семена. Он сидел на пеньке рядом и плел ходуны.
– Одолжишь еще одни «ходуны»? – спросил Виктор.
– Пожалуйста. Я еще одни сделал – сказал Семен и достал из шалаша пару новых ходунов.
– Спасибо, выручил – сказал Виктор уходя.
Для кого, интересно, Семен плетет еще одни ходуны – подумал Виктор.
Поведение Семена, все больше, начинало его настораживать.
Вернувшись к костру, Виктор вручил ходуны Вере :
– Сделай подвязки какие ни будь, чтобы с ног не спадывали. По тренируйся ходить по снегу, а я пойду обойду всех, поговорю – сказал Виктор.
Когда он вернулся было уже темно. Вера уже спала на мягкой кровати из больших еловых веток.
Галя сидела у костра и неподвижно смотрела на огонь.
Виктор присел рядом.
– Надо похоронить Стаса – сказала она.
– Надо, – ответил Виктор. Только земля промерзла, а инструмента и сил у людей нет.
Пока будем делать то, что можно сделать для живых,.. прости.
Он попытался встать, но она схватила его за руку.
– Не уходи. Извини меня за вчерашнее. Нашло что-то.
Виктор снова присел у костра.
Галя уткнулась ему в плечо и заплакала.
На вид сильная и строгая, она хотела иногда быть слабой.
На пять минут.
– Ложись, отдыхай – сказал Виктор. Тебе надо поспать. Я пойду дров наберу на ночь.
…
Виктор решил больше не устраивать ночевок – пол дня туда, остальное обратно, сделав не большой крюк немного в стороне.
Утром вышли затемно и до обеда прошли километров десять-двенадцать. Весна все увереннее наступала на зиму. Снег становился рыхлым.
Странно. Но не было никаких следов – ни зверей, ни охотников.
Аномальная зона, да и только.
Забравшись на пригорок, остановились на отдых и обед.
– По моему там дым – сказала Вера и показала в сторону…
Их взгляды встретились.
– Да. Где то там наш самолет – ответил на немой вопрос Виктор.
– Нас нашли? – вскрикнула Вера.
– Может быть – сказал он. А может мы потеряли последнее.
– О чем ты говоришь? Я не понимаю – крикнула Вера.
– Не паникуй. Ешь и пойдем обратно – резко ответил Виктор.
Обратно дошли очень быстро. На опушке их встречали все, включая больных и беременных.
– Что случилось? – издалека крикнул Виктор.
Подбежала Катя.
– Семен с фифой ушли сразу после вас— сказала Катя. Мы проснулись от запаха дыма – когда загорел самолет.
– Я думаю, это они его подожгли. Мне кажется, он знал, куда идти, и почему-то нам не сказал? – затараторила она невпопад.
– Не спеши с выводами – остановил ее Виктор, и направился к центральному костру.
– Они еду почти всю забрали, – тихо сказала она.
Виктор оказался в кругу вопросительных взглядов.
– Семен видимо местный, к тому же не плохо знает эти края. Может и выберется – сообщит о нас – попытался он всех успокоить.
…
Прошло уже больше пяти дней. Поисковая группа таки не появилась. Днем небо было ясным и почти все, время от времени следили, не появится ли на горизонте самолет или вертолет.
Квадрат оказался действительно не летным.
На небе не нарисовалось ни одной трассы.
Виктор подгадал момент, когда Коля остался один.
– Ты ничего не хочешь сказать? – спросил Виктор, подойдя к Николаю.
– Что именно? – вздрогнул Николай.
– Все по порядку. Начни с того, что за груз был в самолете. Почему топливо быстро закончилось.
Почему аварийный маяк не работал? По какому курсу мы летели?
Видишь сколько вопросов и все: один интереснее другого.
Если останемся живы, так тебя все равно на изнанку вывернут, а если не выживем, то покайся, сбрось камень с души.
– Семен меня убьет, – опустив голову сказал Николай.
– Ну я так примерно и думал, – сказал Виктор. Это его груз и не учтенный поди.
– Да, мы, по бумагам все сгрузили в Н-ске, но у него там свои прихваты и, два паллета должно было вернуться.
– Ты все знал?
– Да.
– А Станислав.
– Он увидел груз, когда мы уже на рулежке стояли. Если бы не погода и не другой маршрут, все бы обошлось – не первый раз.
– Что за груз?
– Продукты, обмундирование, может инструменты какие – Семен с военными что-то крутил и с администрацией. У него здесь по всему краю все схвачено.
– Видимо не все, если мы оказались здесь, – сказал Виктор.
Самолет был не исправен, о смене маршрута ты не сообщил, и искать нас никому не выгодно.
Перспектива не очень, – размышлял в слух Виктор.
– На много мы отклонились от «обычного» курса?
– Километров на 200, но не это главное. Мы, по всей вероятности, по другую сторону горного хребта и в этом районе нет авиамаршрутов. Нас здесь вообще искать не будут.
Через два- три дня поиски прекратят, и если бы даже мы упали на маршруте, вероятность нас найти без маяка один из тысячи, не более – закончил Николай упавшим голосом.
– Успокоил, – сказал то ли в шутку, то-ли в серьез Виктор, повернувшись к Николаю спиной.
Он уже сделал несколько шагов, когда Коля окрикнул его.
– Виктор, подожди.
Виктор обернулся.
К нему подбежал Николай.
– Семен вооружен и очень опасен, – прошептал он. У него пистолет и большой охотничий нож.
– Спасибо, – сказал Виктор и улыбнулся. Ты просто кладезь жизненно важной информации.
Вот завтра вместе и пойдем искать Семена или что от него осталось.
…
Утром, пока еще все спали, Виктор разбудил Николая и вручил ему «ходуны».
– На голодный желудок лучшее думается, пошли – сказал он тоном, не терпящим возражений.
Снег начал «садиться» и самолет было видно из далека.
Ни огня ни дыма уже не было. За сутки, самолет выгорел полностью.
Подойдя ближе, Виктор заглянул в проем двери – дверь в кабину пилотов была открыта.
– Скорее всего аккумуляторы замкнули и возник пожар. Обшивка пропиталась парами керосина.
Одна искра и все. Несколько секунд – прокомментировал Николай.
– Может быть, может быть – сказал Виктор и снял шапку – но почему то только нос самолета сгорел.
– и командир сгорел – продолжил Николай.
Виктор постоял еще минуту и одел шапку.
– Как ты думаешь, груз который выпал уцелел? – спросил Виктор.
– А что ему будет. Он сеткой перевязан.
– А где он может быть?
– Вон за тем валуном, с километр отсюда – показал Николай.
– Ну давай веди, – похлопал его по плечу Виктор.
Пройдя половину пути, они действительно увидели впереди серое пятно. Подойдя в плотную, они нашли тот самый груз, обтоптанный вокруг и уже вскрытый.
Именно его и ходил смотреть Семен в первый день.
– Ну давай посмотрим, что тут есть – сказал Виктор.
Он снял «ходуны» и спустился в траншею, в которой лежал паллет.
Прямо возле разорванной дырки валялись листки накладной на груз.
– Даже так – сказал Виктор, собирая пачку бумаг.
– Так. Продукты, инструменты, спецодежда. Все, что нам надо – улыбнулся Виктор.
Так бывает только в сказке.
– Давай начнем с продуктов, разрезай с противоположной стороны – сказал он Николаю и подал нож.
Со стороны Виктора была только одежда и инструменты.
Виктор нашел плащ -палатку, развернул и начал складывать теплые вещи в вперемешку с топорами и пилами.
Николаю повезло больше, он сразу наткнулся на тушенку и сгущенку и солдатские сух пайки.
Виктор бросил ему плащ-палатку.
– Грузи, сколько утащишь.
Нагрузив «волокуши» они наскоро перекусили и двинулись обратно, оставляя за собой глубокие колеи на снегу.
В лагере царила тревожная суета.
Первая их заметила Клава и с криками :
– Вон они, идут, – бросилась им навстречу.
Тревога прошлых дней сразу куда то ушла – с такими запасами можно было еще пожить.
– Там еще много – ответил на все вопросы Виктор.
Разбирайте одежду инструменты, девочки готовьте праздничный обед.
Пот лил с него ручьем, одежду можно было просто выжимать.
Виктор вернулся к шалашу.
Галя принесла горячий чай и тушенку с галетами.
– Ешь давай, добытчик – сказала она по отечески.
Да ты весь мокрый. Раздевайся, я сейчас сухое что ни будь принесу.
Виктор скинул шинель и взял кружку с чаем, подцепил ножом кусок мяса и положил на галету.
Просто блаженство.
Не успел он доесть галету, вернулась Галя.
– Снимай рубаху и майку. Вот новая футболка и рубашка. Сейчас Вера телогрейку принесет.
Виктор снял рубаху и майку.
– Что это здесь происходит? – наиграно спросила Вера заглянув в шалаш.
Вот ваша футболка и телогрейка.
Виктор переоделся и допил чай.
– Я вздремну – сказал Виктор Вере, сидевшей возле него все это время.
– А я буду Вас охранять, чтобы никто не побеспокоил – ответила она скороговоркой.
Виктор улыбнулся.
– Охраняй, охранница.
Через мгновение он уже спал.
Проснулся Виктор далеко за полдень. Никто не хотел его будить. Все терпеливо ждали.
– Вера, ты чего меня не будила. Люди голодные наверно сидят – пробурчал он спросонья.
Оделся и почти бегом направился к центру лагеря.
Все расположились полукругом и встретили его аплодисментами.
– Ну, что вы – застеснялся Виктор. Я же не один. Мы с Николаем.
– Не надо стесняться молодой человек, – сказала Светлана Борисовна. В жизни всегда есть место подвигу. Вы спасли наши души – вселили надежду, сейчас мы точно дождемся когда нас найдут.
Николай тоже молодец.
Поляну окутал веселый гомон и стук новеньких ложек по новеньким котелкам.
Это был праздник.
Именно такой праздник был нужен, что бы снять удушающую пелену прошедшего страха и зажечь путеводную звезду спасения.
– Завтра пойдем снова за провизией – объявил Виктор. Надо успеть пока не растаяло болото.
Следующие пять дней Виктор с Николаем регулярно, по два раза в день собирали караван и везли в лагерь.
Со стороны, могло показаться, что они стали воинским подразделением – все были одеты в военную форму. Вопрос с жизнеобеспечением, неожиданно был решен.
Жизнь становилась комфортнее. Особенно обрадовали медицинские комплекты с большим набором медикаментов и медицинских инструментов.
Пилы, топоры, лопаты и самое главное – ракетница.
Хорошо, что это был военный груз – подумал Виктор. У гражданских торгашей нет такого разнообразия необходимых для выживания, вещей.
…
Прошло уже больше двух недель… спасателей не было.
– Пока снег совсем не растаял и утром крепкий наст надо идти на юг – сказал вечером Виктор Екатерине. Я думаю, после завтра выйти.
– Доктор, кто у нас самый здоровый? – спросил Виктор.
– Я пойду с тобой – безапелляционно ответила Катя.
…
Сегодня начиналось обследование последнего, «южного» сектора. В напарниках у Виктора была Катя.
Этот маршрут должен быть полегче, чем все остальные. Вообще, с Катей Виктору было полегче, во всем – лишнего не болтает ни истерит и не пререкается.
Все как в армии.
Она в свои «немного за тридцать», выглядела очень хорошо. Стройная подтянутая и рыжеволосая – просто огонь.
Собралась она тоже основательно и увесистый рюкзак заботливо обвил плечи Виктора.
Спальный мешок, найденный на паллетах, очень даже пригодился.
– Не много набрала на пару дней то – пошутил Виктор.
– Много не мало, главное, что бы хватило – серьезно ответила Катерина.
Она все делала серьезно – жила, лечила, любила и ненавидела.
Воевала и воспитывала детей.
– Ну что Иван Петрович, остаетесь за старшего, – сказал Виктор за ранним завтраком.
Через пару дней, думаю, вернемся.
– А может и раньше, – весело поддержала разговор Катя. Настроение у неё было хорошее и ее улыбка вселяла надежду для всех.
Выдвинулись еще затемно.
– Пусть нам сегодня повезет больше чем вчера, – крикнула Катя и помахала провожавшим рукой.
Виктор шел впереди, протаптывая лыжню и намечая маршрут. В обязанности «ведомого» было, внимательно смотреть по сторонам.
– Ты что-то задумал? – спросила она на привале.
– С чего ты взяла?
– Мы шли четыре часа без остановки и ты не проронил ни слова.
– Да решил, – ответил Виктор. Мы пойдем дальше чем обычно, намного дальше.
– А если мы заблудимся и не вернемся, они же погибнут, – спокойно сказала Катя.
– Через месяц-два, мы все погибнем, если не выберемся, – так же спокойно ответил Виктор.
Еще один переход и ночлег.
За последний месяц значительно потеплело, но световой день увеличивался медленно.
Снег становился тяжелым и мокрым. К вечеру промокшие и уставшие, они остановились на ночевку. Поднявшись на сопку Виктор заметил впереди что-то подобие просеки, – возможно это была река.
За ужином он рассказал о своей догадке Кате.
К его возвращению, она уже развела костер и выложила топчан из веток, оставалось накинуть брезент и получился вполне комфортный шалаш.
На углях разогревалась тушёнка.
– Ну прямо барский кров и стол, – похвалил Виктор.
– Садись, разувайся, надо просушить хотя-бы обувь, – сказала она по хозяйски.
В первые за последний месяц, Виктор почувствовал домашний уют и тепло. Он скинул телогрейку и унты и расположился у костра. Через минуту от него пошел пар
– Сколько до реки, как думаешь? – спросила Катя.
– Километров пять-шесть, за пару часов дойдем, осмотримся и обратно, – сказал Виктор потягиваясь.
– Схожу дров приготовлю на ночь, – сказал Виктор, одевая горячие «парящие» унты, – ты отдыхай, устала ведь.
Найдя валежину по толще, он начал отрубать бревно, которое можно было унести.
Виктор вспомнил детство, как они с отцом и братом рубили дрова на зиму. Отец валил березы пилой «Дружба», а они с братом обрубали сучки.
Его воспоминания оборвал звук, который он не мог спутать ни с чем.
– СВД *, – произнес он, вслушиваясь в тишину.
Еще один. Километра три, четыре.
Сердце забилось.
Больше тишину ничего не нарушало.
– Показалось – подумал он. Откуда здесь СВД? Местные охотники вроде не используют оптику – это очень дорого. Ракетница осталась в рюкзаке.
Виктор сделал еще замах и перерубил бревно.
Утром посмотрим. Идти в темноте по болоту было равносильно самоубийству.
– Вот так, должно хватить на всю ночь, – сказал он укладывая бревно по средине костра.
Катя сидела возле костра, ожидая возвращения Виктора.
Как ты, устала? – спросил Виктор.
– Нормально, – протяжно ответила Катя.
– Ложись к «стенке», – сказала Катя, – и похлопала по спальнику.
Костер разгорался, приятное тепло разливалось по всему телу.
– Можешь обнять меня, – сказала Катя сквозь зевоту, когда они улеглись. Я приставать не буду.
Она прижалась к нему спиной. Разогретая у костра, она была большой грелкой, теплой и очень приятной.
Она взяла его руку и «обняла» себя.
– Вот видишь, ничего сложного.
Тепло было основой выживания. Весна наступила еще только по календарю и ночи были еще холодные.
Проснулись когда уже светало. Виктор чувствовал себя не ловко.
Он поправил перегоревшее по полам бревно, костер снова разгорелся. Одежда за ночь почти высохла.
Катя поправила прическу и поежившись начала одеваться.
– Ты что, такой – спросила она улыбаясь.
– Не знаю – пожал плечами Виктор.
– Серьезно? Ты стесняешься? Подержался за грудь незнакомой женщины и теперь не знаешь как с ней разговаривать? – с иронией спросила она. Перестань, ты же не мальчик и я не девочка. Ничего же не было. Это просто экстремальные условия выживания – не унималась Катя.
– Извини, если я сделала что-то не так?
– Ну, что ты – оживился Виктор. Это я такой неуклюжий.
– Ладно, замяли —сказала решительно Катя. На завтрак, перловая каша и чай.
– Пир продолжается, – хотел весело сказать Виктор, но у него не получилось. Все его мысли были заняты услышанным вчера.
– СВД *? – спросила Катя усаживаясь рядом и глядя в глаза Виктору.
– Да, – ответил Виктор – я думал показалось.
– В стрессовой ситуации, люди иногда слышат и видят то, чего нет – объяснила Катя, как доктор.
Но массовые галлюцинации – это огромная редкость.
– Охотники обычно не используют такое оружие. Не знаю. Пойдем посмотрим – сказал Виктор допивая чай. Если – это охотники, то они где-то рядом.
Как то все просто получилось. Казалось они понимают друг друга с одного звука.
Ничего не надо было объяснять.
Собирались молча.
Выстрелы были в стороне от реки и поэтому пришлось скорректировать маршрут.
Лес закончился. Они спустились в низину.
– Скорее всего там болото, обойдем по краю леса, – сказал Виктор.
День выдался солнечным – припекало. Снег проваливался, идти было все сложнее.
Вышли на большую поляну.
Катя чуть отстала.
Виктор оглянулся.
– Вон там, что-то темное, – сказала она и показала рукой направление.
Виктор присмотрелся. Медведь, лось?
Из оружия был только топор и нож.
– Останься здесь, я схожу посмотрю, – сказал Виктор.
– А..?
– Здесь, – показал жестом Виктор.
Он сбросил рюкзак и пошел по направлению «чего то темного».
Подойдя метров сто он начал различать силуэты людей, сидящих в какой-то не естественной позе возле чего то.
Виктор прибавил шаг, на сколько это было возможно.
Подойдя ближе, он увидел лежащий на боку снегоход. Опершись на него спиной, сидели два человека.
На лице первого застыл снег.
Второй, накинув капюшон, согнувшись сидел рядом.
Виктор дотронулся до его плеча.
Человек вздрогнул, откинул капюшон, выдернул из-за пазухи ракетницу и выстрелил.
Все случилось в одно мгновение. Виктор упал на колено, тем самым увернувшись от ракеты, и ударил по руке стрелявшего.
Раздался громкий визг.
Это оказалась девушка. Она попыталась вскочить, но тут же упала.
– Неет, – закричала она, закрывая лицо руками.
– Тихо, спокойно, – крикнул Виктор, – я вас не трону.
Девушка перестала кричать, опустила руки и посмотрела на Виктора.
– Ты кто? – спросил Виктор.
– Викаа, – ответила она на распев, сквозь слезы.
Она бросилась к Виктору и обняла его.
– Господи, – навзрыд причитала Вика.
– Что тут у вас происходит?, – крикнула запыхавшаяся Катя.
– Все хорошо, – сказал Виктор, гладя Вику по голове, то ли отвечая Кате, то ли успокаивая Вику.
Катя присела на колени возле Вики.
– Вы кто? Откуда – спросила Катя.
Вика наконец-то оторвалась от Виктора.
– Я Вика, а это мой, ну, как-бы жених, – сказала она и снова зарыдала.
Катя дала ей какую-то таблетку и Вика быстро успокоилась.
– Они убили его, – сказала она. Я не знаю, что у них там случилось. Он прибежал ко мне, сказал, что нам надо спрятаться. У него где-то тут охотничье зимовье.
Летом сюда не пройти, даже если дорогу знаешь. Он сказал, что сегодня еще проскочим, а завтра болото сядет и нас не достанут.
– До поселка далеко?
– Километров 100—120, – ответила Вика, – может больше. Мы гнали часа два-три.
Они видимо уже ждали где то не далеко. Я слышала выстрелы, потом мы перевернулись.
Она снова заплакала, но уже молча.
Вдруг она вздрогнула.
– А вы. Вы кто? Полиция?
– Мы друзья, остальное не важно, – резко ответила Катя.
Вику бил озноб.
– Ты замерзла? – спросил Виктор.
– У неё шок, разводи костер, дай фляжку, – также резко ответила Катя. Она находилась в своей стихии.
– Один большой глоток и задержи дыхание, – Катя протянула Вике открытую фляжку.
Вика, взяла не решительно флягу.
– Давай, давай, – скомандовала Катя, – хуже не будет.
Вика, сделала большой глоток. Дыхание перехватило. Она закашлялась, отмахиваясь руками.
– Сейчас полегчает. Пойду схожу за рюкзаками.
– Пойдем, – сказал Виктор, – помогая встать Вике. Сейчас разведем костер.
Виктор отправился за дровами и обнаружил большую яму.
Развели костер, разогрели еду и вскипятили чай.
– Там не далеко, яма какая-то, надо похоронить Вашего жениха, – сказал Виктор.
– А может он жив еще, – опять заплакала Вика.
– К сожалению нет, – ответила Катя. Раны были глубокими. Обе пули попали в него. Он умер от потери крови.
Похоронить конечно надо.
Виктор нарубил веток и соорудил небольшой шалаш.
– После ужина, Катя протянула фляжку Вике, – еще один глоток, тебе надо поспать.
Все будет завтра.
Вика залезла в спальный мешок и уснула мгновенно.
– Вот так оно и бывает, – сказала задумчиво Катя.
Виктор ничего не хотел говорить. На душе было тяжело.
– Завтра, давай все завтра, – сказал он как то неопределенно – залазь в мешок. Я у костра вздремну.
Не нравится мне местный обычай в людей стрелять из снайперской винтовки.
Утро было хмурым во всех отношениях. Наскоро попили чай и принялись за похороны.
Виктор соорудил подобие носилок-волокуш и перетащил «жениха» к яме.
Катя с викой к тому времени разгребли яму от снега и набросали на дно веток.
– Здесь золото ищут, таких ям много, – сказала грустно Вика.
Сверху яму забросали ветками. Получился, довольно крепкий саркофаг.
Вернулись к костру обсушиться.
– Так, что ты говорила про зимовье, – спросил Виктор Вику.
– Егор говорил на берегу реки, скоро доедем говорит и … – она снова заплакала.
– Ну тогда к реке, – сказал Виктор Кате, – собирайтесь.
– Куда она без лыж пойдет?
– Может снегоход заведется, – робко спросила Вика, – я умею. Егор меня научил.
– Может и заведется, – ответил Виктор, – пойдем попробуем.
Катю словно подменили. Улыбка пропала с ее лица. Она снова стала «по уставу».
Ох уж эти бабы- подумал Виктор.
Они с трудом подняли снегоход лежавший на боку. Встав «на ноги» он закрыл замерзшую лужу крови Егора.
К удивлению Виктора, снегоход сразу завелся.
Вика привычно села за руль и они подъехали к костру.
– До реки не далеко, мы съездим посмотрим, – сказал Виктор и положил руку на плечо Вики.
Поехали.
Река была километрах в трех и на снегоходе до нее добрались за считанные минуты. Вика действительно уверенно управляла достаточно большой машиной. Выехав на крутой берег, Виктор сразу заметил зимовье, левее от них.
Он рукой показал направление Вике.
Она кивнула и буквально рванула с места, так что Виктор чуть не выпал с сидения, в последний момент обхватив ее вокруг талии.
Через минуту, они были уже возле небольшой избушки с надворными постройками с просторным сараем.
Территория была очищена от снега. Видимо хозяин наведывался сюда частенько и совсем не давно.
На двери висел замок – большая редкость для охотничьих домиков. Обычно вместо замка используется сучок ветки.
– У меня есть ключ, – сказала Вика, и подала его Виктору. Открывайте, я за Екатериной Александровной съезжу.
…
Обстановка в доме была обычной – стол, стулья, печка и топчан.
Было все хорошо и можно было жить.
От самолета придется уйти.
Больным необходимо тепло и Саше скоро рожать. Сколько ждать помощи и будет ли она вообще..
А тут – река. Может рыба будет а может рыбаки или охотники.
В таких тяжелых раздумьях его и застала Катя.
– Ты о том же думаешь, что и я? – спросила она с порога.
– Да, наверно – ответил Виктор.
– Как врач говорю: у нас выбора нет. Надо перебираться сюда. Как вот только перевозить больных и раненых, вот вопрос?
– Решим как ни будь.
Вошла Вика.
– Ну, что, хозяйка, принимай гостей, – сказала Катя.
Вика прошла и села на топчан.
– В сарае должна быть бочка с бензином. Егор несколько раз ездил зимой. Может и корыто для снегохода осталось – сказала Вика.
– Ну вот и ладненько, – сказал Виктор. Пойду посмотрю, а вы давайте обустраивайтесь.
Виктор ушел.
– Здесь должен быть погреб. Егор там хранил мясо и рыбу. В лабазе мука и соль.
Он иногда уезжал на все лето, поэтому запасы готовил большие – сказала Вика грустно.
– А чем он занимался, – спросила Катя.
– Не знаю. Я не интересовалась. А вы так и не сказали, что вы тут делаете? – спросила она Катю.
– Мы, с упавшего самолета – спокойно ответила Катя.
– С какого самолета, – искренне удивилась Вика.
– С самолета, потерпевшего катастрофу, – пояснила Катя.
– Где потерпевшего, – также удивленно спросила Вика.
– Здесь, не далеко, ты что ничего не слышала? – с раздражением ответила Катя.
– Нет, ничего не слышала. А когда?
Катя махнула рукой и вышла во двор. Дверь в сарай была открыта.
– Есть бензин, – сказал Виктор, – и корыто есть и мотор еще лодочный есть.
– Они нас не ищут, – перебила его Катя. По крайней мере по эту сторону хребта. Так что до следующей зимы нам здесь как минимум.
– До зимы, так до зимы, – спокойно ответил Виктор. Надо всех перевести сюда, потом будем решать что дальше делать.
– Да, конечно, извини. Это я так что-то. Пойду ужин готовить.
– Завтра спозаранку, поеду, – ответил Виктор.
– А ты умеешь? – недоверчиво спросила Катя.
– Да Вика научила, – ответил Виктор, почему то улыбнувшись.
– А Вика. Ну да, ну да, – буркнула Катя.
Вечер прошел спокойно. Все измученные за день быстро уснули.
Виктор разместился на широкой лавке возле печки, а Катя и Вика на топчане. В доме было не привычно жарко после шалаша в лесу и Виктор несколько раз за ночь вставал попить.
Уснул он только под утро.
– Вставай, пора собираться, – сказала Катя потрепав его за плечо.
Снегоход, заправленный под завязку и подцепленным корытом стоял во дворе в полной готовности.
По меркам снегохода, ехать было не далеко – 50 – 60 километров.
Но проехать можно было уже не везде – снег совсем размяк и превращался в кашу.
Надо было ехать в объезд уже протаявших болот.
– Через пару часов буду в лагере, – сказал Виктор. К ночи должен вернуться.
Вика тоже вышла во двор, заспанная и взлохмаченная, с черными разводами под глазами, она походила на бабу-ягу.
– На спусках осторожнее с полным корытом, может развернуть – зевая сказала Вика.
В болото не лезь, по краю леса старайся.
– Ладно, не скучайте, – крикнул Виктор и «добавил газу».
С непривычки старт получился резким.
– Не балуй, ехай спокойно, – сказал Виктор, приноравливаясь к мощной машине. Стало совсем светло. Горизонт осветило заревом просыпающегося солнца.
В добрый путь.
…
В лагерь Виктор добрался только к обеду и возвращаться обратно учитывая сборы, было уже поздно.
Все с удивлением и надеждой окружили снегоход.
Как всегда первой прибежала Вера.
– Ты, вы нашли людей, мы спасены? – заорала она подбегая.
– Сейчас все расскажу – остановил ее Виктор.
Они подошли к собравшимся.
– Мы нашли охотничий домик на берегу реки – сразу начал Виктор.
Все оживились.
– Но есть и плохая новость. Извините за откровенность – но нас, по всей вероятности, не ищут. Поэтому придется выбираться отсюда, как-то самим.
Сказать надо было много, но кратко и Виктор пытался подобрать нужные слова.
Воцарилась звенящая тишина.
– Снег быстро тает. У нас максимум три дня на переезд. Собирайте, упаковывайте вещи.
Надо увезти самое необходимое. Сюда мы сможем вернуться только будущей зимой.
Все стояли в оцепенении.
– Ну я пойду собираться, а вы как хотите – сказала Светлана Борисовна.
Пойдем, Иван.
Виктор продолжил :
– Первыми едут: Саша, Светлана Борисовна и Иван Петрович – объявил Виктор.
– Светлана Борисовна – обратился Виктор, – вы, извиняюсь, поедите с Иваном Петровичем в корыте, так – что обустраивайтесь по удобнее. Ехать придется часа четыре.
– Не беспокойся, Витя, все сделаем, – сказала она. Иди отдыхай. По раньше выедем.
Лагерь ожил и засуетился.
Виктор пошел к своему шалашу.
Возле костра уже стоял котелок с кашей и чай.
– Галеты нашла, – сказала Галя улыбаясь.
– Здравствуй. Как вы тут?
Она села возле него.
– Боже. Как я волновалась. Сутки прошли, вторые, третие…
Она привстала на колени и поцеловала его в щеку.
– Ой, извини. Кушай, кушай. Не обращай на меня внимания – сказала Галя, смахнув слезинку..
– Они уже целуются – раздался недовольный голос Веры.
– Ну, что-ты, малыш, – сказал Виктор.
– Я, не малыш. – фыркнула Вера и ушла.
– Что это с ней? – спросил Виктор, прожёвывая мясо.
– Влюбилась – сказала Галя, серьезно.
– В кого? – снова спросил Виктор, отхлебнув чая.
– В Вас, полковник. Вы совсем слепой? – сказала Галя и отвернулась.
– Какая такая любовь. Тут такое. Не до любви – совершенно откровенно сказал Виктор.
– А, что на войне не бывает любви? – спросила Галя.
– Бывает наверно? – пожал плечами Виктор. Давай не будем, об этом, пожалуйста – сказал Виктор.
– Извини, испортила тебе ужин, – сказала Галя и ушла.
Поужинав, Виктор мгновенно уснул.
Разбудила его Саша.
– Полковник, вставайте – она легонько дотронулась до его плеча.
– Уже утро – почти шёпотом сказала она.
– Да я уже не сплю – сказал Виктор, вставая с лежака.
– Меня Виктор зовут – сказал Виктор, зевнув.
– Поедешь на сидении за моей спиной. Держись крепко. Вихляет сильно.
– Как малыш, пинается? – спросил Виктор.
– Все нормально – вздохнула Саша.
Виктор вышел на поляну.
Все было собрано и уложено на корыто.
– Вы что всю ночь собирались – спросил Виктор с улыбкой. Тогда с богом.
Он помог Саше сесть на сидение. Проверил крепление корыта и завел снегоход.
– К вечеру вернусь – крикнул Виктор, помахав рукой.
Но до зимовья они добрались когда уже было темно.
Виктор очень боялся за пассажиров и ехал очень медленно.
Пока разгружались, взошла луна.
– Как дорога? – спросила Вика.
– Раскисает
– Осталось пару дней, потом не проехать. У нас здесь снег «садится» очень быстро.
– Я понимаю – сказал Виктор.
– Не думай даже – резко прервала их разговор Катя.
В ночь не поедешь. Иди отдыхай.
– Какая она у тебя строгая – сказала Вика.
Виктору показалось, что она улыбнулась.
– Сколько успеешь, столько и перевезешь – сказала Катя, подойдя к Виктору вплотную.
– Ты, с ума сошла – вырвалось у Виктора.
– Может быть, – сказала Катя, – вам с Иваном Петровичем постелено на полу, – резко развернулась и ушла в дом.
– С новосельем, – сказал Виктор, протискиваясь в узкие двери зимовья.
Следующий день сулил быть тяжелым в прямом и переносном смысле – следующие на очереди были: Клавдия с сыном и Нина Геннадьевна.
Виктор спешил и нервничал.
Но вторая поездка оказалась на удивление спокойной и они приехали еще засветло.
– Тут и кухонька есть – первое, что сказала Клавдия оглядевшись.
– Тепло то как, – заметила Нина Геннадьевна. На холоде, еще не зажившая нога очень болела.
Больную уложили на кровать и она мгновенно уснула.
Много-ли человеку для счастья надо.
На поляне оставался экипаж и Пашка – это было решение Гали – уезжать последними.
Она, все еще не могла освободиться от мысли, что экипаж виновен в произошедшем.
Еще перед первым рейсом, Виктор попросил Николая сделать на бревне надпись, куда мы перебрались, чтобы оставить его по средине поляны в виде стрелки.
– Галя на сидение, а молодежь в корыто – попытался пошутить Виктор.
– А почему? – возмутилась Вера.
– Потому, что вы легкие – объяснил Виктор.
Таскать вещи пришлось очень далеко, лед на ручье был очень тонким и проехать там было уже не возможно.
Виктор завел снегоход.
– Я ракетницу забыл- вскрикнул Николай и побежал в лагерь.
– Началось, – сказал Виктор, разведя руками.
Никто больше, ничего не забыл, а то до зимы не забрать будет.
Pulsuz fraqment bitdi.