– А, ну вот и моя красавица! – воскликнул уже немного захмелевший Дмитрий. – Как провела время?
– Хорошо, а ты чем занимался? До моря хоть дошел сегодня?
– Да, и вот познакомился с замечательным человеком. Владимир, – представил Дмитрий своего собеседника, – это моя Марселина. Они тоже из Серого города, представляешь?
– Очень приятно, – вежливо кивнул в ее сторону Владимир.
Он был невысок и немного полноват, но держался очень прямо, а его белоснежная рубашка с коротким рукавом придавала особый шарм. На фоне Дмитрия, одетого в простую в катышках футболку и шлепках, он выглядел очень респектабельно. На вид ему было около тридцати пяти лет. В руках так же, как и у Дмитрия, бокал, но, что заметила Марсель, он лишь слегка отпил, а в целом содержимое было не тронуто. В отличие от ее мужчины, у которого оставался на дне бокала уже только лед.
– Если вы не против, я бы хотела пойти в номер, переодеться и пока не поздно немного поплавать в море.
– Давай, мы тут посидим, пообщаемся. А потом пойдем ужинать.
– А вы с кем, Владимир?
– Я тут со своей девушкой Валерией.
– Надо же, какое мелодичное сочетание имен.
– А у вас очень необычное имя. Город же такой есть, кажется, где-то на Западе?
– Да, родители решили увековечить свой медовый месяц. Говорят, там меня и зачали.
– А они у вас с юмором.
– Точно.
Марсель пришла в номер, все ее беззаботное настроение улетучилось. Он опять был пьян. Надев купальник, легкое платье сверху, она побежала к морю. Марсель плыла навстречу уже заходящему солнцу. Вода окрасилась в золотой цвет, на горизонте горело яркое пламя заката. Она завороженно наблюдала за ним и плыла в эту золотую сердцевину, место соприкосновения двух стихий. Марсель вдруг вспомнила свои сны. Такое же чувство она испытывала, когда видела их, осознавала. Ей давно уже ничего не снилось, и она вдруг поняла, что что-то очень важное пропало из ее жизни. Марсель бы так и плыла, все дальше погружаясь в глубину моря, если бы не услышала кричащий со стороны пляжа голос. Это береговой охранник звал ее обратно, время близилось к ночи, нахождение в воде было опасным.
Она вышла на сушу и еще немного полюбовалась закатом. Возвращаться к Дмитрию не было желания. Марсель прикрыла глаза, и перед ней возник образ Муньера. Вот с кем бы ей действительно хотелось пойти на ужин. Она поняла, что увлеклась. Видимо, местный воздух так на нее действовал. «Надо срочно это прекращать, – подумала она, – ведь я же здесь со своим мужчиной. Мы приехали вместе и должны отдыхать вместе. Ведь мы же так об этом мечтали». И она решительно направилась к отелю.
– Дорогой, может, пойдем примем вместе душ и переоденемся к ужину? – она ласково обняла Дмитрия со спины, поборов отвращение к парам алкоголя.
Он развернулся к ней, приобнял и чмокнул в щеку.
– Хорошая идея, я соскучился по тебе. Владимир, присоединитесь к нам позже за ужином?
– Да, я пойду тоже проведаю свою любимую, она наводит марафет, – пояснил он Марсель.
– Отлично, встретимся здесь через час.
Марсель с Дмитрием поднялись в номер и, не успев переступить порог, он вдруг прижал ее к стене, скинул платье и принялся жадно целовать в губы, лаская руками все еще влажное после моря тело. Напор и грубость Дмитрия возбудили. Марсель обхватила ногами его бедра. Он овладел ей прямо в узком проходе коридора, и их тела слились в яростных ритмах. Давно она не испытывала такого желания, оргазм разливался в каждой клеточке тела.
– Я люблю тебя, – сказал он, когда все закончилось.
«А я тебя нет», – где-то глубоко тихонько кольнуло ее сердце.
Они спустились в лобби, где их уже ждал Владимир с длинноногой брюнеткой. Она вся была увешана драгоценностями, а высокие шпильки делали ее еще выше своего спутника на целую голову. Марсель невольно опустила голову, посмотрела на свои плетеные босоножки на пробковой платформе, когда-то ведь и она ходила на высоченных каблуках. Как давно это было?
Вместе они вышли в город в поисках приятного местечка для ужина.
– Мы вчера посетили одно неплохое заведение, правда ведь, Марсель?
– Я бы не сказала, что оно было таким уж хорошим, – вдруг кольнуло беспокойство, ей не хотелось сталкиваться с Муньером, а она точно знала, что он будет ждать ее сегодня там. – Предлагаю разнообразить наши ужины и пойти куда-нибудь в новое место. Может, вы что-нибудь посоветуете? – обратилась она к новым знакомым.
– О, мы приехали буквально на пару дней раньше вас. Так что давайте вместе что-нибудь поищем, – вежливо ответила Валерия.
Марсель хотелось уйти как можно дальше от вчерашнего ресторана, чтобы даже случайно не столкнуться вдруг с их гидом. Она чувствовала, что это может все не очень хорошо закончиться.
– А пойдем вдоль набережной, ужинать под звуки волн, это же так прекрасно, – вдруг предложила Марсель.
– Да, поддерживаю, – отозвалась на ее предложение Валерия, – устроим романтику на четверых. Будет здорово!
– Ну что же, раз девочкам хочется романтики, разве мужчины могут отказать, – галантно согласился Владимир.
– Мне все равно, где есть, лишь бы там наливали, – буркнул Дмитрий.
Марсель с облегчением выдохнула, чувство тревоги стало отступать.
Они нашли милое кафе на набережной. На столиках стояли вазы с алыми цветами, звучала легкая местная музыка, официанты неспешно разносили заказы. Они вчетвером болтали, как будто уже давние знакомые, делились первыми впечатлениями о стране.
– Марсель, ты же сегодня ездила на экскурсию, расскажи, что видела, где была? – полюбопытствовал Владимир.
Марсель замешкалась, вспоминая, как Муньер укутал ее в махровое полотенце после ледяной воды, какие искры промелькнули между взглядами.
– Нууу? Что ты молчишь? – почувствовал что-то не ладное Дмитрий.
– Мы были в горах, смотрели на водопад.
– Я слышал, там очень ледяная вода, но есть такие смельчаки, которые окунаются в нее. Типа, есть такое поверье, что эта вода очищает от невзгод, – сказал Владимир, – это тот?
– Да. Не знаю, очищает или нет, но вода там и правда очень и очень ледяная.
– Ты что окуналась в нее? Ты же ненавидишь холод! – глянул на нее с недоверием Дмитрий.
– Хорошо, что мне есть еще, чем тебя удивить, – улыбнулась Марсель.
– Кто эта женщина, ее явно подменили!
Все четверо дружно засмеялись. Дмитрий привлек ее к себе и поцеловал в щеку.
– Горжусь тобой! Удивила!
Все снова стало как прежде, казалось, Дмитрий гордился ею, его глаза сияли нежностью. Марсель посмотрела на возлюбленного: «Все у нас наладится. Он же тот самый. А этот гид – просто какой-то солнечный удар».
Весь следующий день они провели на пляже со своими новыми знакомыми. Плавали, загорали и наслаждались отдыхом. Владимир и Валерия оказались очень приятной веселой парой. Марсель даже стала забывать о нахлынувших вдруг на нее чувствах к гиду.
– Может, вечером прогуляемся по местным магазинчикам? – предложила она.
– Так договоритесь девочками и идите, а мы, мужчины, пропустим по стаканчику в баре. Что скажешь, Владимир?
– Ой, я за! Обожаю всякие тряпочки! – поддержала идею Валерия. – И мужчины нам явно в этом деле ни к чему. Я слышала, тут есть отличный крытый рыночек со всякими традиционными безделушками и одеждой.
– Лера, только не надо опять набирать этих бесполезных магнитиков. На холодильнике места уже нет, – взмолился Владимир.
– О, так вы часто путешествуете?
– Не особо, но Лера любит понакупить их про запас.
– Но они же приносят такую радость среди нашей серости, – возразила Валерия.
– Ладно-ладно, – Владимир поцеловал ее губы. – Главное, не опустоши мне всю кредитку сразу.
Вечер наступал стремительно, в Южном городе рано темнело. На улочках аккуратными рядами выстроились фонари, освещая путь гуляющим туристам. Марсель шла по крытому рынку со своей новой подругой. Отовсюду их зазывали к себе в лавки темнокожие лица местных жителей.
– Давно вы вместе? – спросила Марсель, ощупывая разноцветные шарфики на прилавке.
– Года два примерно. А вы?
– Также.
– Я думала меньше.
– Почему?
– Прости, может, я не в свое дело, но вы как будто злитесь друг от друга.
– В последнее время мы часто ссорились.
– Все еще притираетесь?
Марсель пожала плечами.
– Не знаю.
– Со временем отношения меняются. Мы быстро притерлись друг к другу с Вовчиком и совсем как родные сейчас, – улыбнулась Валерия, вытаскивая изумрудный лоскуток. – Тебе очень пойдет зеленый шарфик. Подчеркнет твои глаза.
– Да, зеленый хорошо, – Марсель покрутила шарф в руках. – Как родные, да?
– Да, а что у вас не так?
– Нет. Иногда, мне кажется, я вообще его не знаю, – Марсель с досадой положила шарфик обратно на прилавок и посмотрела на Валерию. – Мы и отпуск этот затеяли, чтобы как-то все наладить.
– Получается?
– Он стал какой-то агрессивный. И много пьет.
– Слушай, ну отпуск же. Мой Вовчик вон тоже расслабился. Хотя дома почти не пьет. Только на меня ворчит за каждый бокал вина.
– Ты с такой теплотой о нем говоришь.
– Он меня тоже иногда раздражает. Не бывает отношений без ссор. И мы ссоримся. Правда, миримся быстро. Он у меня такой, ммм, очень сговорчивый и отходчивый, вот. Иногда, знаешь, это даже раздражает. Хочется сказать ему, будь мужиком уже, наори на меня, порви одежду и трахни, как следует.
– У нас как раз наоборот.
– Это все такие глупости. Каждому, видишь, свое нужно. Вы два года вместе, а это что-то да значит. Мужиков порядочных вокруг не так уж и много. Не надо ими разбрасываться. Вот я и держусь за своего Вовчика. И ты за своего держись. Дима, вроде, неплохой, открытый такой.
– Да, ты права, наверное.
– Будем дружить. Мы, девочки, должны держаться вместе. – Глаза Леры расширились и заблестели. – О, смотри какие там украшения, идем скорее смотреть!
Вернувшись после прогулки, Марсель обнаружила Дмитрия глубоко храпящим в номере. С минуту она смотрела на него, пытаясь понять, что ей делать. В комнате разило алкоголем, и оставаться там было противно. Несмотря на насыщенный день, она была еще полна энергией, так что, недолго думая, вышла из номера и прямиком направилась в тот самый ресторанчик, где в первый день отдыха встретила Муньера. Она не понимала, зачем это делает, но ноги сами несли туда.
Войдя внутрь, Марсель увидела его за тем же самым столиком.
– Привет, не против компании? – дружелюбно спросила она
– Тебе я всегда очень рад, моя прекрасная леди.
– Ты всегда ужинаешь здесь?
– Нет, только когда обещаю милой девушке, что буду ждать ее, если она вдруг захочет присоединиться, – смутил он Марсель.
– Я как-то это не планировала. Просто вышла и ноги сама меня сюда принесли.
– А где твой спутник?
– Спит, – пожала плечами Марсель, – очень уж его утомила дегустация местного алкоголя.
– Ты голодная?
– Не особо, а что?
– Так, может, прогуляемся? Я уже поел.
– Покажешь мне местные романтические места под луной? – игриво улыбнулась Марсель.
– Как пожелает моя прекрасная леди.
Они шли вдоль набережной, слушая легкий шелест волн. Он аккуратно взял ее за руку, а она ни капли не сопротивлялась. Кафешек по дороге становилось все меньше, и вот уже кроме них двоих никого не было вокруг. Ночь была глубоко-черной, ярче и отчетливее на небе горели звезды, и таинственно светила луна.
– А ты знаешь, что имя Муньер значит «луна»?
– Вот в чем заключается вся романтика. В твоем имени? – улыбнулась Марсель.
– И в нем тоже.
Они остановились полюбоваться, как луна играет светом на спокойной поверхности воды. Муньер неожиданно крепко обнял ее, посмотрел в глаза, а потом их губы соединились в долгожданном поцелуе. Марсель почувствовала, как ноги стали ватными. Ее тело пронзило возбуждение к этому мужчине. В сердце кольнуло, оно участило свой ритм в такт только ему ведомой кадрили. Марсель хотела Муньера, желала его всем своим существом. То было новое чувство, которое она никогда не испытывала к Дмитрию. Мир превратился в одну пульсирующую точку, не существовало ничего, лишь только они вдвоем и их желание.
Усилием воли Марсель удалось отстраниться от него.
– Прости, я не могу. Мы не должны.
– Это ты меня извини, я не должен был. Просто не удержался, ты так сладко пахнешь, от тебя исходит такая нежность.
– Я должна вернуться в отель.
– Как скажешь, моя прекрасная леди. Но подумай, я снова буду ждать тебя завтра.
К счастью, по возвращении в номер Марсель обнаружила своего Дмитрия все так же храпящим. Она сходила в душ, дабы попытаться смыть с себя это наваждение, но, едва прикрыв глаза, снова видела Муньера, ощущала его губы, прикосновения.
Во сне Марсель увидела ночное море, озаряемое холодным светом луны, но почему-то таким теплом веяло от него. Она видела, как обнаженная ступает в ночную морскую гладь и растворяется в бесконечном пространстве.
Очарование Луны – пленительно-магическая сила,
Когда-то и меня поработила.
Холодный блеск, зовущий в бесконечность,
И ледяное пламя, что внутри сжигает.
Мы просто думаем, что в Мире нет Чудес,
Вселенной мы совсем не доверяем.
Она одна ведь знает суть вещей,
Теперь я это знаю, ощущаю.
Пред ней смиренно голову склоняю,
Смешно решить, что я ее сильней.
Она уговорила Дмитрия отказаться от оставшейся половины экскурсий. Ей хотелось по максимуму оградить себя от встреч с их гидом.
– О, женщина, что творится в твоей тупой голове? – в бешенстве орал на нее Дмитрий. – Мы кучу денег на это потратили! Я сразу тебе говорил. Приехали отдыхать – надо отдыхать, а не таскаться не пойми, куда и зачем
– Давай отдадим их нашим новым друзьям? – предложила она.
– Договаривайся с ними сама. И ничего не проси у меня тут больше, поняла?
– Вот и договорюсь.
Владимир с Лерой обрадовались возможности приобрести у них экскурсии со скидкой. Все оказались довольны. Валяние на пляже с коктейлями Дмитрия устраивало гораздо больше, чем какие-либо другие развлечения.
Оставшаяся часть отпуска прошла спокойно. Только иногда Марсель мыслями возвращалась к тому вечеру с Муньером и их поцелую. Закрывая глаза перед сном, она снова ощущала его прикосновения, и то же самое желание пронзало тело. Оно жаждало его, и Марсель хотелось поскорее уже уехать от этого соблазна.
Вернувшись домой, первое время Дмитрий и Марсель жили вполне себе счастливо, воспоминания по теплым дням и морю сблизили их. Пока не пришло время возвращать кредит.
– У меня нет сейчас денег и вообще, кредит – это была твоя идея, – кричал он на нее, когда пришел срок очередного платежа.
– Я обсуждала это с тобой. Почему я одна должна его выплачивать?
– Ты не одна, я помогу тебе. Просто сейчас у меня нет, – уже спокойнее отвечал Дмитрий.
Подобный диалог происходил каждый раз, когда наступал день оплаты.
– У тебя никогда нет! Мне надоело! – Марсель впопыхах собралась и вышла из квартиры, яростно хлопнув дверью.
– Я так больше не могу! Никакой романтики нет, ни цветов, ни ухаживаний. Еще и плачу за все я сама, – жаловалась она Лере. Они очень сдружились после совместной поездки и часто встречались за бокальчиком вина.
– Может, это временные трудности?
– Временные трудности что-то как-то затянулись.
– После отпуска всегда бывают такие депрессняки, все наладится, – пыталась подбодрить ее Лера.
– Не знаю, он у нас нескончаемый, этот депрессняк. До отпуска ругались, сейчас ругаемся, – жаловалась Марсель. – И вроде все хорошо, но потом будто вспышка – и у нас скандал. Сначала я думала, что просто заработалась, устала и отпуск поможет, а сейчас…
– Дело не только в денежном вопросе, верно?
– Не только…
– Ты любишь его?
– Думала, люблю, – и Марсель мысленно вернулась в теплый вечер в объятия Муньера.
– Мне кажется, ты что-то не договариваешь.
– Да нет, ничего такого. Наверное, ты права, я просто все драматизирую, – она не стала рассказывать о своем небольшом романтичном инциденте подруге.
Посиделки закончились довольно поздно, Марсель пришла домой и обнаружила уже спящего Дмитрия. Она с минуту посмотрела на него, ложиться рядом не хотелось. Марсель прошла на кухню, не включая свет, села на стул и уставилась в одну точку. Она пыталась отыскать ту самую мысль, которая бы подсказала ей, что происходит и куда двигаться дальше. Вот оно вроде бы все хорошо, мужчина мирно спит за стенкой, а ей все равно чего-то не хватает. Может, она его уже и не любит, а может, и не любила, раз так легко и быстро увлеклась новым знакомым. А может, это просто солнце ударило в голову. Марсель знала только одно – ей нравилось возвращаться мыслями в тот момент, чувствовать влажное прикосновение губ Муньера, тепло его рук у себя на талии. Хотелось вернуться в то мгновение, чтобы остаться навсегда. Там были только они, ночь, звезды и полная луна. Это был ее мир, тайна, куда она сбегала от всех сложностей повседневной жизни.
– Мы никуда не ходим! Мне надоело, что мы никуда не ходим! – срывалась на крики Марсель.
– В смысле «никуда»? Мы почти каждую неделю встречаемся с друзьями в баре, – возразил Дмитрий.
– Да, с твоими друзьями в этом дурацком баре! Хорошо, в двух барах, одних и тех же двух барах!
– Ну, сходи куда-нибудь с Валерией, я же тебе не запрещаю.
– Я хочу, чтобы мы что-то делали вместе еще. Кроме того, что просто смотрим фильмы, лежа на диване, попивая пивко. Меня воротит уже от твоего пива.
– Не трогай пиво – это святое! Мне необходима бутылочка, иначе я просто не перенесу твои ежевечерние спектакли.
– Я давно хочу пойти на танцы, я говорила тебе. Давай запишемся вместе? На какую-нибудь латину? Будем танцевать, вспоминать о солнечных днях в отпуске, – тон Марсель смягчился и приобрел жалобные нотки.
– Ты явно спятила, дорогая моя. Ну какие танцы? Я что тебе гей?
– Да почему сразу гей? Туда и нормальные парни ходят.
– Ну да, конечно, рассказывай мне.
– Давай тогда я пойду?
– Ага, конечно! Чтобы какой-нибудь мучачо лапал тебя своими черномазыми ручищами.
– Давай хоть культурную программу устроим – театр, музеи. У нас столько прекрасных музеев, где мы ни разу не были.
– Ты сбрендила? На улице лето, жара. Какие музеи, театры? Пиво, водка, шашлыки! Ты же знаешь мой летний девиз. Придет зима, и будем ходить.
– Точно? Обещаешь?
– Ну да, прям вот первые морозы, и сразу начнем.
В город пришли холода, а отношения между Дмитрием и Марсель не потеплели. На ее вопрос, когда же уже сбудутся все обещания, Дмитрий отмахивался. Он привык к ее выпадам и особо не реагировал, переносил их походы в театр и кино с одних выходных на другие, отнекиваясь то работой, то усталостью, то чересчур плохой погодой. Так прошла одна зима, и наступила вторая, в ее душе. Марсель все больше чахла в четырех стенах с ощущением, что ее жизнь крутится по одной и той же траектории. Она все чаще засиживалась в темноте на кухне в компании с бокалом красного сухого, смотрела в одну точку и пыталась понять, почему она все это никак не может закончить.
С приходом тепла, когда люди уже скинули свои тяжелые громоздкие одежды, а земля покрылась пушистым зеленым ковром, Марсель вдруг обнаружила, что изрядно поправилась. Осознание этого пришло не сразу, она давно уже перестала разглядывать себя в зеркало. Только мельком, чтобы как-то пригладить волосы и накрасить ресницы. В целом ансамбль из одежды был не плох, а что творилось под ней с ее телом, она упорно не замечала. В то утро она не смогла застегнуть свою легкую юбку. Марсель посмотрела на себя в зеркало, не взглянула как обычно, а стала смотреть. Ее лицо приобрело круглую форму, пухлые щечки скрывали когда-то изящные скулы. Плечи стали казаться огромными как у спортсмена. Только это были не мышцы, а в чистом виде жир. Единственное, что могло порадовать, – это грудь, которая соразмерно всему телу увеличилась, но в итоге на ней не сходилась ни одна летняя рубашка. Она открыла свой шкаф и обнаружила, что он битком забит черно-серой гаммой.
– Я же так любила белый цвет… Боже, в кого я превратилась? Как я могла этого не замечать? – в ужасе шарахнулась от шкафа Марсель.
Она заглянула на кухню, стол был полон всякими сладостями: ваза с конфетами, шоколад и печенье. В холодильнике она обнаружила макароны и жирные котлетки, майонез, сосиски, замороженную картошку фри. Весь их рацион питания состоял из вредностей. Она вспомнила, что давно уже не ела просто овощи или фрукты. Посиделки в баре на фоне футбольных трансляций всегда сопровождались жирными закусками под пивко. Марсель поняла, что перестала замечать все, что творится не только с ней, но и вокруг нее.
«Если ты поправишься, я уйду от тебя» – когда-то в начале их совместной жизни сказал Дмитрий. Тогда они оба восприняли это как шутку. Сейчас она вдруг вспомнила эти слова. Быть может, подсознание хотело именного этого, чтобы он ушел, и таким образом через тело пыталось до нее достучаться. Она закрыла глаза, по щеке потекла слеза: «Это конец. Финиш».
– Что опять случилось? – Дмитрий вернулся с работы и застал Марсель, сидящей на кухне в слезах и с бокалом вина.
– Я думаю, – она сделала глубокий вдох и отпила немного красного. – Я долго думала и … – слова никак не могли слететь с языка. Она полдня готовила эту речь, представляла, как скажет Дмитрию все, но в ту самую минуту, когда он был рядом, Марсель никак не могла найти подходящие фразы. Они просто вылетели из головы. Она залпом допила остатки вина в бокале. – Нам надо разъехаться.
– Неожиданно. Хотя, я, конечно, заметил, что с тобой что-то в последнее время происходит. Что с тобой?
– Ну может, не навсегда разъехаться, может, на время, – начала сомневаться в своем решении Марсель. – Мне надо побыть одной.
– Если я уйду из этой квартиры, я сюда больше не вернусь, – рявкнул раздраженный Дмитрий.
– Значит, не вернешься, – его раздражение придало Марсель силы и уверенности в правильности своего выбора.
– Подумай, видела себя? Да кому ты еще нужна, кроме меня?
– Я и тебе уже не нужна.
– Дурная твоя башка! Ну и черт с тобой! Все равно ты мне уже до смерти надоела.
Он собрал свои вещи и покинул их некогда уютную квартиру. Когда дверь за ним захлопнулась, Марсель почувствовала, будто камень свалился с ее плеч, она облегченно вздохнула, отчетливо осознавая эту новую эмоцию. Она ощутила, как в ее душу проникает весна, теплая, жаркая, как раз под стать погоде за окном. И почему-то именно сегодня утренний свет особенно ярко освещал теперь уже только ее жилище.
Pulsuz fraqment bitdi.