– Сволочь, – плюнул Дима и попытался врезать Глебу по лицу.
Но тот, давным-давно занимаясь борьбой, предотвратил эту попытку. Дима накинулся на него, но пара – тройка приёмов боевого самбо, и неприятель с разбитым лицом повалился к его ногам. Глеб со звериной яростью последний раз сильно ударил уже лежащего Диму. Затем встал на одно колено рядом с ним, взял за лацканы и приблизил его лицо к своему. Два стальных лезвия глаз Глеба и дикая боль сводили Диму с ума.
– Ты – жертва аборта – надеюсь, понял, что значит со мной связываться? Это послужит тебе хорошим уроком.
И Глеб сильно оттолкнул его, и Дима, сильно ударившись головой об пол, потерял сознание. Глеб набрал номер телефона.
– Влад, зайди, – сказал он.
– Что это? – спросил Влад, указывая на валяющегося Диму.
– Не узнаёшь? Это Дианин жених Дмитрий. Хорош?
– Что ты с ним сделал?
– Он поднял на меня свой облезлый хвост, и я показал ему, кто в доме хозяин.
– Жестоко, Волк, но справедливо.
– Помоги мне, надо сдать его Диане, не валяться же ему тут. Она о нём позаботится.
– У нас совещание и важная встреча ещё, напоминаю.
– Успеем.
Под удивлённые взгляды сотрудников, они вытащили его из кабинета, отнесли к машине и положили на заднее сиденье. Уже в машине Глеб позвонил Диане.
– Глеб? – удивилась она. – Что случилось?
– Диана, ты где? Мне надо заехать, кое-кого завести тебе.
– Что с тобой? Кого?
– Твоего жениха. Давай адрес, он немножко раскис.
Дима зашевелился.
– Где я? – спросил он.
– Сейчас будешь, где надо, – ответил ему Влад.
Диму пробрал нешуточный страх. Он в тонированной машине, с Глебом, жестоко избившим его, и его дружком, одетыми во всё чёрное и в тёмных очках. Настоящие бандиты. Куда они его везут? Убить? Дима застонал.
– Слушай, не рыпайся, мы везём тебя к Дане, – резко сказал Глеб, посмотрев в зеркало заднего вида. – И хватит орать, у меня от твоих воплей голова раскалывается.
– Что ты мне врёшь? Вы везёте убивать меня!
– Вот и вся благодарность за то, что я просто не выкинул его на улицу, – обратился Глеб к Владу.
Но, к удивлению и радости Димы, они, действительно, привезли его к дому Дианы. И даже не выкинули из машины, а донесли до квартиры.
– Это кажется ваше? Получите, распишитесь, – сказал Глеб, когда Диана открыла дверь.
Диана, скользнув взглядом по Диме, смотрела, не отрываясь, на Глеба.
– Что вы с ним сделали?
– Точнее, я сделал. Твой храбрец ворвался ко мне в кабинет с несправедливыми упрёками. Пришлось доказывать кто, есть кто.
Диана и Глеб молча смотрели друг другу в глаза.
– Я, пожалуй, вернусь на работу, – улыбнулся Влад.
– Сейчас вместе поедем, – не отрываясь от лица Дианы, сказал Глеб.
– Я тачку поймаю, у меня работы много, – и двери лифта за ним закрылись.
Зачем он приехал? Совсем недавно, она всё для себя решила, но он такой красивый, мужественный, сильный, она чувствует запах его необыкновенного парфюма, смешанного с тонким запахом сигарет. И ещё он так шикарно выглядит сегодня, очевидно, у него деловая встреча, обычно она видит его в кожаных куртках, а тут полупальто, и оно ему так идёт. Нет, нет, Диана очнись, вспомни, как он недавно ласкал при тебе Машу, тебе было противно до тошноты. А теперь он стоит рядом, немного усмехаясь и смотрит нагло в глаза, и она поплыла. Нет, она не должна поддаваться. И Диана пыталась восстановить картину, увиденную у входа в клуб. Глеб и Маша, Маша и Глеб… целуются жадно, взасос, а потом залезают в машину, она первая, мелькают ноги в чулках, а он за ней, на заднее сидение в полумрак тонированных стекол.
– Спасибо, мы дальше сами, можешь идти.
– Отлично и попроси своего парня больше не приходить ко мне. Надоел, ей богу.
Дима ещё слегка опирался о Глеба, и теперь он его довольно грубо оттолкнул от себя, и тот полетел на пол.
– Диана! Он вчера был со СТЕШЕЙ, моей любимой певицей! Я вчера пришёл к ней в гостиницу, попросить автограф, а они там пьяные, полуголые, – прокричал Дима.
– Отползи отсюда, – посоветовал ему Глеб. – Ещё добавки дождёшься.
– Это правда? – тихо спросила Диана, смотря ему в глаза.
– Ну ты же живёшь с самым честным парнем на свете, и он не я.
– А ты, Дима, всё-таки из-за меня или из-за СТЕШИ пошёл сегодня к Глебу?
– Я пошёл защищать тебя!
– От кого? От Глеба? Но зачем?
Диана вновь вцепилась глазами в своего бывшего мужа. А Дима продолжил беспомощно лежать на полу. У Глеба от взгляда её чарующих глаз застучало в висках, он вспомнил её нежность, понимание, как она обнимала его, гладила его расшатанные нервы, и он успокаивался. Ему захотелось зарыться в её тёмных мягких волосах, прижать её к себе.
Почему он так смотри на неё? Опять обволакивает, кружит, она тонет в серой пелене. Диана, вспомни Машу, представь, как он задирает ей платье, сажает к себе на колени в машине и…. И тут она почувствовала прикосновение губ к щеке.
– Мне пора, – сказал тихий голос.
Нет, нет, не уходи. Диана резко повернула лицо, слегка оцарапавшись о его щетину, она хотела увернуться, но получилось наоборот, как будто подставилась ему, и вот он уже целует её, долго, нежно, трепетно, и её мягкие, чуть припухлые губы, возбуждающе податливы. И эти волосы, и губы так напоминают ему давно забытые ощущения любимой девушки…Какая пытка. Зачем он так целует её, как будто любит, как будто скучает? Если бы не Дима, Диана отдалась бы ему прямо тут, и смогла везде и по-всякому, как Маша. Но стон и царапанье паркета, напоминали, что они не одни. Дима, держась за стену, сделал попытку встать, но опять упал, тогда он подполз к Диане и Глебу и начал дёргать Диану за ноги, а Глеба за подол пальто. Они с трудом оторвались друг от друга.
– Извини, – тяжело дыша, прохрипел Глеб и облокотился о дверь.
Скорей уходи отсюда, нельзя поддаваться своим слабостям. И он, не говоря больше ни слова, открыл дверь и вышел. Глеб бегом спустился по лестнице и прыгнул в машину. Он не простит себе этого. Руки сжались в кулаки. Чёрт! Чёрт! Чёрт! Как он мог поддаться её чарам? Что с ним? Не хочет он быть с ней, не любит он её. Зачем он поехал? Влад бы и один отлично справился и доставил бы Дмитрия домой. Не будет он больше с ней встречаться, будет избегать всеми силами, задушит себя свиданиями с Машей, Анной, и кем там ещё… Дрожащими руками он сунул сигарету в зубы и нажал на газ. Машина взвизгнула и резко дёрнулась с места.
– Диана! – сбросил её с небес на землю резкий голос того, кто остался рядом. –Ты, ты!!! Сука!!! Как ты могла???
Диана, с ужасом посмотрела на Диму и выбежала в дверь, как была, в одном тонком костюме и домашней обуви. Глеб, подожди, подожди!!! Но, выбежав на улицу, она увидела лишь свет удаляющихся задних фар.
– Как дела? – подмигнул Влад, когда Глеб бледный зашёл в офис.
– Обычно. Сдал, принял. Давай, собирай народ, пора проводить совещание и, попроси Лену налить мне очень крепкого кофе, желательно бидон, – ответил Глеб.
Диана медленно вернулась домой, если бы не наступающая зима, или хотя бы у неё был с собой телефон и кошелёк, она бы ни за что туда не пошла, но у неё с собой ничего не было. Слёзы застили глаза, медленно, словно больная, она поднялась в свою квартиру. Дима сидел у двери, увидев её он с невероятной для избитого человека, силой втолкнул её в дверь.
– Что ты себе вообразила? Что можно целоваться со своим бывшим у меня на глазах? А я на это буду смотреть? Ты ведь его сейчас хотела, да? Нужна ты ему! У него и без тебя баб миллион.
Дима грязно ругался, обзывался, но Диана его не слышала. Но когда он дал ей пощечину, она как будто проснулась, и двинула ему со всей силы в пах, Дима согнулся и захрипел, а она воспользовалась моментом и заперлась в ванной. Пытаясь отмыться от поцелуев одного и от грязных слов другого, она позволила себе разреветься. А через пару часов в ванную раздался стук, и голос Юльки спросил:
– Дина, можно войти?
Диана пропустила Юльку и тут же закрыла дверь.
– Мне позвонил Дима, сказал, что ты давно сидишь в ванной. У тебя истерика. Что с тобой?
– Дима пошёл к Глебу, а тот его избил.
– Тебе Диму стало жалко что ли? Из-за этого слёзы?
– Глеб привёз его сюда, ко мне. А я не смогла, я так люблю его, я побежала за ним, а он уехал.
– Хочешь, я отвезу тебя к нему? – помолчав, спросила Юля
– Нет, у него есть другие – вскинула голову Диана. – И он меня не хочет.
– А если он никогда не захочет?
– Значит, буду учиться жить без него.
А вечером, когда Дима ревел и просил прощения за свой поступок, за то, что грубо толкнул её и обзывал, Диана внезапно поняла, что ей всё равно, кроме усталости и опустошённости она ничего не чувствовала. Никакая физическая боль не сравнится с болью душевной. Этот ревущий у её ног жалкий человек не заслуживает даже её гнева и ненависти. Наказанием ему будет служить осознание того, что ему никогда не стать первым в её жизни. Диана надменно улыбнулась, ведь этот поступок – лишь очередное доказательство его слабости.
Глава 47. Сокровища Индии
– У меня отпуск! – закричала в трубку Яна. – Первый отпуск за чёрт знает сколько лет!!!
– Приезжай, оторвёмся! – улыбнулся Глеб.
– У меня предложение лучше! Как ты относишься к индийской философии, буддийским храмам?
– Я к ним не отношусь, да и на индийца я не похож.
– Так предлагаю стать похожим! Рванём в Индию! Встряхнём их культуру!
– Тебе больше не с кем поехать? Тут не давно писали, что певица СТЕША крутит роман с…
– Пошёл на хер! Этот самый, с кем у СТЕШИ роман, вообще голубой, ему бы не СТЕШУ а Степана.
– Тогда постой, до этого я читал, что у СТЕШИ был бурный роман с…, может он?
– Слушай ты, твои издёвки меня напрягают! Едешь или нет?
– Еду, если Влад возьмёт о себе заботы о фирме.
– Он возьмёт, не сомневаюсь! К Новому году мы вернёмся, у меня куча корпоративов.
Глеб ждал Яну в Домодедово. Чёрт её побери, если она сейчас не придёт, то они опоздают на самолёт.
– Вот и я, – услышал он сзади.
– Чего так быстро то? Я мог ещё пару часов подождать. И человек двести в самолете тоже бы подождали, чего уж там.
– Не ворчи. Возьми лучше мой багаж.
– Ну и маскировочка у тебя, никак не привыкну.
На Яне были очки на пол лица, а на голове огромный шёлковый платок.
– Я страшно популярна. Ты же не хочешь, чтобы меня разобрали на сувениры?
– Почему нет? При условии, что мне останется лучшая твоя часть.
– Надеюсь, ты о моих глазах?
– Несомненно.
Разговаривая таким образом, они зарегистрировались на рейс до Дели.
– Загоняем стюардессу за напитками или запасёмся в Дьюти Фри? – спросил Глеб.
– Мы летим в бизнес-классе, так что пусть побегает.
– «На сухую» я всё равно не летаю, так что пока возьму себе бутылёк чего-нибудь.
– Да? Ну, тогда и на меня рассчитывай!
– Вот тебе раз! Ты ввергаешь меня в финансовую пропасть, на тебя я денег не брал.
За эти слова он получил дамской сумкой по спине.
– Ай! У тебя там кирпичи что ли? – со смехом спросил Глеб.
– А как же, специально для тебя везу. Как никак мне тебя очень долго рядом терпеть.
– Тогда я буду молчаливой галлюцинацией. Кстати, давай сразу уясним один вопрос, мы едем просто, как друзья или сможем немного расслабиться?
– Посмотрим на твоё поведение, Волков.
Стюардессы суетились, как никак в бизнес-классе летит знаменитая певица со своим спутником, так что напитки и еда приносились с молниеносной быстротой.
– Мне нравится с тобой лететь, – сказал Глеб, когда им в качестве презента от авиакомпании принесли бутылку дорогого шампанского.
– Да, я классная.
Яна забралась в кресло с ногами и прижалась к Глебу.
– А ты помнишь, – спросила она, – когда нам было по пятнадцать лет, мы страстно мечтали поехать вдвоём на море? А нас не выпускали, поскольку мы были несовершеннолетние. А когда нам исполнилось восемнадцать, у нас у каждого уже была личная жизни. И наши личные жизни не поняли бы, если бы мы отправились в путешествие вдвоём.
– Надо сказать, наша мечта через десять лет сбылась, – улыбнулся Глеб.
– Я помню, как представляла себе, что мы целуемся в солёных брызгах на фоне заката…
– Предлагаю этим заняться прямо сейчас, – сказал Глеб и начал страстно её целовать.
Они не услышали, как стюардесса заглянула к ним, и тут же смущённо вышла.
– Какие у нас планы? – спросил Глеб, когда они приехали в роскошный отель в центре Дели.
– Осмотр достопримечательностей, Тадж-Махал, буддийские храмы и купание в океане на ГОА.
– Может, начнём с купания?
– Нет! Сначала пища духовная.
– И кстати о пище, хочется чего-нибудь индийского.
– Кто о чём. Ладно пойдём, только переоденемся, жара на улице невыносимая.
Первое посещение буддийского храма захватило Глеба. Он никогда не был религиозным человеком, но тут было так умиротворённо, что уходить совсем не хотелось. Мысли сделались тягучими, как патока, душа успокоилась, и всё вокруг показалось вдруг не нужным. Всё это суета сует: деньги, женщины, проблемы на работе. Разве это так важно? Деньги, машины, восторженные взгляды противоположного пола. Разве это делает человека счастливым?
– Задумался? – спросила Яна, когда они покинули храм.
– Я под впечатлением.
– Я специально поехала в Индию. Я знала, что обрету здесь душевное равновесие. И снова соберу своё разбитое сердце.
– Я что-то упустил?
– Неудачный роман.
– Так всё-таки то, что писали в газете, правда?
– Нет, конечно. Это был совершенно нормальный мужчина, не из мира шоубиза. В шоубизе нормальных, в принципе, не бывает.
– Расскажи мне.
– Позже, Глеб, ладно? Пока мне очень больно вспоминать.
– Подожди меня, минутку.
– Куда это ты?
Через минуту Глеб вернулся с букетом превосходных орхидей.
– Ты меня пожалел? – спросила Яна, улыбнувшись.
– Вовсе нет, неужели, я не могу старой подруге подарить цветы?
– Мужчины просто так не делают ничего.
– Да, ты права. Купил, просто потому что они здесь дешёвые.
– Я так люблю тебя, сукин ты сын.
После нескольких дней хождений по храмам, познания философии, разговоров с кришнаитами, индийскими йогами и толкователями индуизма душа, и вправду, освободилась от лишних проблем и, казалось, воспарилась.
– Я так его любила, – вдруг сказала Яна, закуривая сигарету, когда они лежали в постели, утомленные любовью, – я думала, что нашла, наконец, ЕГО, давно у меня сердце не выпрыгивало из груди от прикосновений мужчины.
– Кто он?
– Один московский бизнесмен, я выступала у него на дне рождении. Мы виделись не часто, из-за его бизнеса, из-за моих гастролей, но, когда мы были вместе, я улетала. Я влюбилась в него по самые уши, Wolf, понимаешь, я ни в кого так не влюблялась. Я всячески пыталась показать, что я на самом деле совсем не такая, как на сцене. Показывала, что я интересная, образованная, много чего понимаю в жизни. В общем, блистала интеллектом и знаниями, а он… когда он понял, что в жизни я совсем не СТЕША, я стала ему не нужна. Оказывается, ему нужна была глуповатая знаменитая вертушка. Потом я узнала, что и до меня у него были то модели, то певички, то какие-нибудь «мисс…».
– Значит, он сам весьма недалёкий. В жизни ты куда лучше, чем на сцене.
– Я тоже думала, что я есть лучше, чем на экране. А он… он…
Яна отвернулась от Глеба и зарыдала в подушку.
– Плачь, плачь, девочка, тебе надо выплакаться, – сказал он, целуя её в затылок.
Яна повернулась, крепко обняла его, уткнувшись в шею, и рыдала, рыдала, рыдала.
Утром, проснувшись первой, она привела себя в порядок, заказала кофе в номер и, закурив сигарету, встала у окна. Внизу кишел огромный город.
– Чего там нового? – неожиданно обнял её сзади Глеб.
– Поехали отсюда, а? Здесь народу больше, чем в Москве. Я устала от людей.
– Куда ты хочешь?
– Пляж, море, солнце, ты и я.
– Тогда, за чемоданы!
– Прости меня за вчерашнее, я не должна была реветь, как видишь, иногда из меня прёт СТЕША.
– А перед кем нам с тобой ещё плакаться, если не перед друг другом?
– Ты мне никогда не плачешься.
– А я после смерти Эллы вообще не плачу. Но, если хочешь, я готов, давай поревём вместе, только сделаем это на берегу моря.
– Ловлю на слове, ты мне обещал.
– Забились. Давай-ка выпьем кофе, и начнём собираться. Снимем какое-нибудь уединенное бунгало, будем целыми днями ничего не делать, есть каких-нибудь морских гадов и швыряться в обезьян фруктами.
Несколько километров утренней пробежки по берегу моря, и Глеб повалился на песок. Яна, как ни в чём не бывало, остановилась рядом и начала делать энергичные упражнения.
– Давай, давай, поднимайся! – сказала она, активно сгибаясь и разгибаясь.
– Мы каждое утро бегаем по несколько километров, это потрясающе, но прежде чем продолжить, пять минут перерыва.
– Зато ты видишь, какой результат! У меня ни капли жира и великолепная фигура!
– Яна – попа без изъяна. А что ты на это скажешь?
Глеб резко вскочил, схватил Яну и прямо в одежде бросил её в море. Яна подняла кучу брызг, и с хохотом пытался встать на ноги, но её сбивали волны.
– Водные процедуры! – крикнул ей Глеб.
– Помоги мне.
Но когда он подал ей руку, она рывком притянула его к себе, и он тоже оказался в воде. Он упал сверху на неё, и на пару секунд их захлестнула волна. Отплёвываясь морской водой и выбравшись на берег, они упали на песок.
– Всё, бля, покурил, – сказал Глеб, доставая из кармана размокшую пачку сигарет.
– Заметь, здоровый образ жизни: спорт, плавание, морепродукты, практически отсутствие алкоголя, а теперь и сигарет.
– Вот я и чувствую, что скоро сдохну.
– Вперёд! – крикнула Яна, вскакивая на ноги и завязывая волосы в хвост. – До нашего бунгало бежать ещё пару-тройку километров!
– В мокрых кроссовках – это актуально
– Зато освежает.
Яна о чём-то говорила по телефону со своим продюсером, а Глеб, чтобы ей не мешать, налил себе холодный чай и вышел на веранду. Шум прибоя, шелест пальмовых листьев, свежий воздух, восхитительно.
– Мой продюсер настойчиво требует, – оборвала тишину Яна, – чтобы я посетила какую-нибудь знаменитую дискотеку. Тут сейчас как раз отдыхает несколько журналистов, которых может заинтересовать моё появление на курорте.
– Мы же собирались пробыть всё время одни.
– Но у меня контракт, и по контракту я должна повиноваться продюсеру.
– Мне казалось, что времена рабства давно позади.
– Но не в шоу-бизнесе.
– Какого чёрта тебя туда понесло?
– Сама не знаю, но пока не кончится контракт, мне никуда не деться.
– Ладно, как скажешь. Дискотека, так дискотека.
– Смотри, что я увидел в газетном ларьке, – сказал Дима Диане и кинул перед ней газету светских сплетен.
На большой фотографии были изображены Глеб и Яна, целующиеся на фоне тропического пейзажа. На другой фотографии, они шли вдоль моря, держась за руки, на Яне была накинута лёгкая куртка Глеба, а его светлые, такие любимые глаза, смеясь, смотрели на неё. Под фотографиями излагался текст, что певица СТЕША была замечена на побережье Индийского океана, на курорте ГОА в сопровождении своего бойфренда Даниила, с которым она уже какое-то время назад встречалась, они снимают уединённое бунгало на побережье и всё время проводят вдвоём. Репортёр с упоением смаковал подробности романтического отдыха красивой пары и намекал на свадьбу. Диана скомкала газету и отшвырнула её. То есть на отдыхе с ней, он всё время смотрел в ноутбук, отговариваясь работой, а тут уехал на другой конец света, наплевав на бизнес. Значит дело не в работе, а вопрос, кто рядом. Со своей драгоценной Яночкой он и в брызгах целуется и на дискотеки ходит! Подонок, он ещё смеет называться именем её бывшего мужа! СТЕША и Даниил – как трогательно! Вот как они «дружат»!
– Как он подцепил её? – спросил Дима.
– Зачем ты мне притащил эту газету? – спросила Диана.
– Чтобы ты не думала, что нужна ему. У него вон какая подружка!
– Вот оно что? Тоже хочешь СТЕШУ? Что же ты тогда делаешь рядом со мной?
– Люблю, – просто сказал Дима.
И за одно это простое слово, Диана тут же простила его. Ведь Глеб никогда ей так не скажет.
Глеб дремал на подвесной кровати, которая была растянута между двух пальм, завтра надо уезжать. А в Питере декабрь, холод, работа и пустой дом.
– Ты стал похож на индийца, – подошла к нему Яна, – колоссальный загар! Ещё бы глаза тебе тёмные!
– Меня мои вполне устраивают.
Яна легла к нему, и вытащила у него из кармана сигареты.
– Мои последние сигареты, – вздохнула она, – в Москве не покуришь.
– А мне это не грозит, я никем не притворяюсь.
– Не язви, у каждого из нас свой способ зарабатывания денег. Я сейчас на новогодних корпоративах заработаю столько, что тебе останется только завидовать.
– Мне моих деньжат вполне хватает.
– Ты не думал помириться с Дианой? Она страдает, наверное.
– У неё есть утешитель, а мне абсолютно всё равно, есть она рядом, или её нет.
– Она тебе подходила, жаль, что вы разошлись.
– Тогда как же бы я поехал с тобой сюда?
Глеб повернул голову и посмотрел на Яну.
– Верно! – рассмеялась она.
– Иди ко мне, сегодня наш последний вечер.
– Ты так мне говоришь, как будто мы расстаёмся навсегда. Прям представила, как ты это говоришь своим бабам перед расставанием.
– Перед расставанием я предпочитаю молчать и делать равнодушный вид.
– Какова скотина!
В аэропорту Домодедово, СТЕШУ встречали поклонники и журналисты, И Глеб поспешил раствориться в толпе. Он поцеловал Яну в щёку, шепнув, что у него самолёт на Петербург. Яна рассеянно кивнула. Она вернулась в Москву, и ей надо сосредоточиться на СТЕШЕ.
Глава 48. Семейный праздник
Новый год Глеб отмечал один. Влад предлагал отметить вместе, но Глеб попросил его оставить в покое. Что такое Новый год? В конце концов, просто обычный день. Он сидел у камина в своём загородном доме, и у него не было даже ёлки. Он никого не хотел видеть, и был совсем один в звенящей тишине. Вдруг кто-то позвонил в ворота, залаяла соседская собака. Наверное, Влад решил нарушить его одиночество, чёрт бы его побрал. Если он сейчас пришёл сюда со всей их компанией, он пошлёт их всех куда подальше. Но за воротами стояла раскрасневшаяся Маша с бутылкой шампанского. Она была уже немного пьяна.
– Глеб, – напрыгнула она на него.
– Что ты здесь делаешь? А где Макс?
– Он со своими родителями, а я сбежала от него к тебе. Месяц без тебя, я чуть не свихнулась. Я просто умираю от желания.
Маша побежала в дом. Глеб вздохнул и пошёл за ней. Она уселась на мягкой шкуре перед камином, и пила шампанское прямо из бутылки.
– Есть же бокалы, – сказал Глеб.
– Иди, иди скорей ко мне, мой страстный котик.
Едва Глеб опустился рядом с ней на шкуру, как она начала срывать с него толстовку, так, что молния разлетелась.
– Маш, Маш, – пытался ей что-то сказать Глеб.
Но Маша закрыла его рот поцелуем и навалилась на него. А к чёрту всё! Диана всё равно для него потеряна, пусть развлекается со своим пресным женихом. А рядом с ним есть Машка, и её горячее требовательное тело.
Ни Глеб, ни Маша не слышали боя курантов, но мобильный телефон Глеба они услышали. Маша первая подбежала к нему:
– Алло, – рассмеялась она. – Привет, Диана! Приезжай к нам, мы с Глебом вдвоём, будешь третьей, славно развлечёмся. Ты же помнишь клуб?
И тут Глеб вырвал трубку у неё из рук.
– Извини, что помешала. Маша уже отвечает на твой телефон?
– Ты звонишь, чтобы проверить меня? Чего ты хочешь?
– Глеб, ты пьян?
– С каких пор это тебя стало волновать?
– Я только хотела поздравить тебя с Новым годом.
– Бля, Маша, подожди секунду, – в ответ услышала Диана.
– До свидания, счастливо развлекаться, – прошептала она и бросила трубку.
Она надеялась, что воспоминания о том, что когда-то у них всё началось с празднования Нового года, хоть что-то всколыхнут в нём. Нет, всё бесполезно. Перед новым годом, он был с Яной, и теперь будет Машку не выпускать из кровати. Интересно, как это втроём? На секунду Диана представила себя, Глеба и Машу в постели, как это происходит?
– Зачем ты ему звонила? – грозно спросил её Дима.
Диана мигом очнулась.
– Поздравить с праздником.
– Нашла повод! Тебе бы лишь позвонить ему! Что, нагрубил тебе? Ты в каком-то трансе.
– Замолчи!
– Как ты с ним тогда целовалась! Меня ты так никогда не целовала! Признайся, если бы не я, ты бы трахнулась с ним! Да?
Диана молчала. Дима был прав.
– Сука! – Дима врезал кулаком в стену. – Ещё и звонит ему! Сука!
Диана упала на диван и зарыдала. Так ей и надо, она это заслужила. Дима тут же сел рядом, обнял её и сказал:
– Извини, родная, я не хотел, прости меня. Я просто вышел из себя. Прости меня, моя девочка.
И Диана уже рыдала на его плече.
На следующий день, пока Маша спала, Глеб потихоньку выскользнул из постели, спустился вниз и набрал номер Дианы. К её телефону подошел Дима:
– Дима, привет. С наступившим тебя.
– Чего тебе надо?
– По-моему, это телефон Даны. Позови-ка её, – нагло сказал Глеб.
– Ещё чего?!
Диана посмотрела на Диму, по его выражению, она поняла, кто звонит.
– Дружочек, я хочу слышать свою бывшую жену, а не тебя.
И Дима, увидев умоляющий взгляд Дианы, бросил трубку. Глеб выругался, но попытку повторять не стал. Диана сама ему позвонила, как только Дима отошёл в ванную.
– Детка, рад тебя слышать, а то твой храбрец не даёт мне с тобой говорить.
– Что ты хотел?
– Извиниться за вчерашнее. Я был нетрезв и нагрубил тебе.
– Ты только что вернулся из путешествия со СТЕШЕЙ, а теперь встречаешь Новый год с Машей?
– Она уже ушла, – соврал он.
– А вообще ты с кем из них? Или с двумя сразу?
– А вообще я ни с кем. Как у тебя дела?
– Так себе… Ладно, Дима идёт.
Диана бросила трубку. А Дима, подойдя к телефону, посмотрел последние исходящие вызовы, и, швырнув трубку, крикнул:
– Ты звонила ему!
Напялил куртку и убежал, чтобы вечером возвратиться вдрызг пьяным.
– Глеб, – обняла Маша его сзади, – Доброе утро. Я проснулась, а тебя нет.
– Чего-то есть хочется, вот я и спустился к холодильнику. Но в нём пусто. Давай, чего-нибудь закажем?
– Давай, лучше поедем куда-нибудь пообедаем. На побережье много хороших ресторанов, и, кроме того, ты меня прокатишь на своей чудесной машине.
– Собирайся! Только в машине не приставай ко мне.
Но Маша обещания не выполнила. Всю дорогу она развлекала Глеба своими ласками, так что машину ему пришлось вести предельно аккуратно.
– Вам столик на двоих? – спросила администратор.
– Нет, мы сегодня едим за четверых, так что нам столик побольше, – улыбнулся Глеб.
– Бедный, – сказала Маша, когда они уселись, – ты так проголодался, да? Набирайся сил, я собираюсь у тебя пробыть ещё пару дней.
– Тогда, боюсь, в ресторане еды не хватит.
Сделав обильный заказ, Глеб спросил:
– Я хочу сделать тебе какой-нибудь подарок на Новый год. Что ты хочешь?
– Тебя, – не раздумывая, ответила Маша и опрокинула в себя коньяк.
– А кроме? Давай, съездим в магазин, выберем тебе шубку или украшения? Мне так хочется тебе что-нибудь подарить.
– Котик, меня мой пуховик вполне устраивает. Шубу и украшения мне носить не по статусу, я не Диана. Мне ничего, ничего не надо от тебя, кроме твоего тела.
– Неужели, это всё, что тебе нужно для счастья?
– Да, сейчас я счастлива. Я в хорошем ресторане, пью дорогущий коньяк, ты любил меня всю ночь, и будешь любить сегодня и завтра. Это всё, что я могу желать.
В первый раз в жизни Глеба, его девушке ничего от него не надо было, кроме него самого. Его это поразило до глубины души, и он почувствовал к Маше безграничную нежность. Глеб взял её руку и прижался к ней губами.
– Котик, я тебя обожаю, – высвободила она руку и погладила его по щеке.
Пообедав, и захватив еду с собой, они вернулись домой, чтобы есть, пить и снова наслаждаться друг другом.
… Утомлённые, они лежали на полу у камина, голова к голове и потягивали виски.
– Огонёк мой, мне так хорошо с тобой, так легко, – сказал Глеб.
Маша перевернулась на живот, её волосы густой волной упали ему на лицо.
– Знаешь, почему? – спросила она. – Потому что со мной не надо никем притворяться, не надо говорить про любовь, не нужны комплименты, не надо выяснять отношения.
Глеб убрал с лица её волосы и внимательно посмотрел ей в глаза.
– Как ты догадалась? Откуда ты меня так хорошо знаешь?
– Котик, мы с тобой одинаковые, мы ведь даже родились в один день.
Глеб крепко обнял её и, поцеловав, сказал:
– Машка, – прошептал он, – я хочу, чтобы ты всегда была со мной, что бы ни случилось.
– Я всегда твоя, ты же знаешь, котик. Мне без тебя тоже не жизнь.
– А правда, чего тебе хочется больше всего, кроме меня?
Маша задумчиво посмотрела на огонь.
– Я никогда не видела моря. Когда автостопом моталась по России каких-то несколько десятков километров не хватило, чтоб увидеть его. Страшно жалею теперь.
– Ты сможешь уехать сейчас из города на несколько дней?
– Куда? – улыбнулась Маша.
– Ну, загранпаспорт у тебя вряд ли имеется, тогда едем в Сочи.
– Сейчас зима.
– Море не замерзает. До конца новогодних праздников есть ещё несколько дней, сейчас всё организуем.
– Это невозможно.
– Со мной возможно всё, паспорт с собой есть?
Маша достала из рюкзака помятый паспорт.
– Ух ты, Мария Павловна, значит? Ну, Мария Павловна, скоро море увидишь. Больше, чем на пять дней не могу, ну думаю, нам хватит. Собирай вещи, завтра вылет.
– Я не поеду за вещами, боюсь, я потом не вырвусь от Макса. Я сбежала от него, когда он был сильно пьян, и не хочу возвращаться.
– И как ты ему объяснишь своё недельное отсутствие?
– Это не твоя забота, котик.
– Согласен, тогда поехали в магазин, подберём тебе гардеробчик.
В магазине Глеб выбрал ей одно платье, дальше, сунув ей банковскую карту, предложил справляться самой, ему надо было уладить несколько рабочих вопросов перед поездкой. Подумать, какой гардероб может подобрать себе Маша, он, конечно, не потрудился.
Маша с опаской вступила на борт самолёта, она никогда ещё не летала, и она крепко вцепилась в руку Глеба, её котик был рядом с ней, значит, всё будет в порядке. Зачем только она сказал про море? Он столько потратил на неё, билеты, отель, одежда… лежала бы лучше сейчас в его объятиях у него дома и пила виски.
– Не переживай ты так, – шепнул он ей, – сейчас выпьем и скоро ты увидишь море.
Но моря Маша в это день не увидела, они прилетели, когда уже стемнело. Едва взглянув на шикарный номер отеля, она открыла окна и шагнула на балкон. Море было невидно, но слышно. Глеб специально снял видовой номер рядом с побережьем. Маша опёрлась на перила, ноздри её подрагивали, она вдыхала непривычный воздух. Глеб разлил вино и принёс ей бокал.
– Я его слышу, – тихо сказала она.
– Завтра увидишь. У нас с тобой пять дней, ты, я и море.
– Спасибо, но до утра ещё целая ночь.
Целуя его, Маша расстёгивала кнопки на светлом кожаном платье.
– Ты же специально мне купил платье на кнопках?
– Мне кажется, мы и бюстгальтер тебе покупали, – лаская её, ответил он, – но я его что-то не вижу.
– Я его оставила, чтобы тебя случайно не придушить.
Маша расстегнулась, под платьем были только чулки.