«Блок памяти повреждён на ноль целых пять десятых процента.»
«Сейчас…»
«Инъекция сделана. Рекомендуется несколько часов покоя. Даю команду на восстановление»
«Понял…» – в реанимационном блоке есть препарат, он поможет прийти в себя. Жаль, с девчонкой не вышло. А могло бы, впрочем, нет. Не могло.
Меридиан – двенадцать – один из самых первых районов Арканума. Вик даже помнил, как возводили кварталы вокруг арены в самом центре города, постепенно расширяя купол, а здесь жил монтажный отряд, а где-то рядом даже есть законсервированный стыковочный шлюз. Вот тогда было действительно весело. Первое время казалось, что правила обошли Арканум стороной. Но нет, вскоре появилась и Служба Территориальной Безопасности, а затем и свои законы. Бесконечные ограничения. То от чего люди бежали с Терры, догнало их и здесь. Как ни странно, Вик даже помнил первые игры на выживание. Они назывались «Кубезумие». Правилами ещё и не пахло и декларацией об использовании андроидов тоже. Вот это были схватки, больше похожие на кровавые оргии. Это потом разделили биологические и кибернетические организмы, и сейчас запрещено использовать андроидов в схватках с людьми, а тогда было можно всё.
Одного он не мог вспомнить, что же держит его в этом городе. Сколько раз он порывался вернуться на Терру, но каждый раз его что-то останавливало.
Улицы в этих кварталах ещё широкие, это потом начали экономить пространство и в-последних, построенных недавно, районах проходы между блоками похожи на трещины в огромном теле Арканума. Здесь – нет, здесь можно раскинуть руки и даже не задеть проходящего мимо попутчика. Только вот с освещением по-прежнему полная дрянь. Видно разве чуть дальше вытянутой руки. И пахнет тяжёлым запахом отработанного механического тела. Арканум старел ровно так же, как человек, и возможно, хотел бы уйти, но ему не давали. Как и Вику.
После приступа всегда казалось, что все прожитые годы разом наваливаются на плечи. Сколько их? Три сотни? Четыре? Дерьмовое бессмертие биологического тела не даёт бессмертия душе. Иногда казалось, что она замерла, застыла, умерла, кому как нравится. Вик предпочитал термин «сдохла». И добавлял «на хер», но в более жёстком варианте. Прогресс, догнав человечество, здорово приложил его по самым уязвимым точкам: человек не должен жить вечно, да ничто не должно существовать вечно! Только небо. И звёзды. Они красивые. Вот бы когда-то дождаться первых экспедиций. Только никто туда особо не стремится. Космос холоден и жесток. Особенно к людям.
Сигарета снова моргнула диодом, что капсула почти пуста.
Впереди почудилось движение. Слух и немного интуиции подсказывали, что впереди та самая девчонка. Не ушла. Говорил же ей. А, нет, постойте, не успел. Звуки сбивающегося дыхания прерывал только мерный глухой стук. Ток-ток-ток. И кто-то натужно стонет. Кажется, всё действо происходит на вентиляционном блоке.
Ещё три шага и можно разглядеть, что творится впереди. Их двое и девушка, распятая на крышке дефлектора. Кажется, она не сопротивляется. Совсем обдолбалась? Вмешаться или не стоит? С одной стороны, она сама приняла это решение, с другой… Дура.
– Эй, братва, – Вик сжал кулаки в карманах. Обе тени, чертыхаясь, отступили в глубину улочки, а потом послышались быстро удаляющиеся шаги.
Девушка, как ни странно, молчала. Ни стонов, ни движения. Убили? Хотя, она под кайфом, ей, быть может, всё равно. Вик подошёл ближе. Вот, чёрт! Это даже не рыжая! Это андроид-парень! Видимо уведённый из борделя. Робот сел на крышке блока и равнодушно взглянул на вновь прибывшего. Красивые мужские черты лица оставались неподвижными. Этим не нужны эмоции. Дешёвый товар. Хотелось плюнуть под ноги. Никак он их не научится отличать издалека андроидов от людей. Есть же у первых диод под кожей на виске.
– Браво, браво! – услышал Вик насмешливый женский голос за спиной. Тори.
– Ты как меня находишь всё время? – хотелось ударить эту девку, чтобы не появлялась вот так, без предупреждения.
– Это моя работа, болван, – фыркнула Тори и подошла ближе к роботу. Оба смерили друг друга взглядами. Девушка насмешливым, а андроид равнодушным. – Ну, что? Зачем он тебе? Хочешь совокупиться с ним?
– Да, пошла ты! – настроение испортилось совсем. Вик, грубо оттерев плечом девку, прошёл вперёд.
– Я с тобой ещё не закончила! – услышал он в спину.
– А я закончил!
Раздались её лёгкие шаги за спиной.
– Пригласишь на кофе?
– Сходи в кабак, – огрызнулся Вик.
– Покажешь новую ячейку?
Довольно навязчивая особа. Вик встал, как вкопанный, пришлось притомозить и Тори, а в трёх шагах от них застыл андроид. Тоже увязался следом.
– Иди к месту работы! Кыш! – слова не подействовали на робота, угрожающие движения руками тоже. – Кретин.
– Кретин здесь один, и это не он, – рассмеялась Тори, легко обходя Вика по кругу.
– Слушай, чего тебе, а? – было весело, но не сейчас.
– Я тебе уже сказала. Есть работа. Только ты опять меня не слушаешь.
– Ты кто такая, чтобы я тебя слушал?
– Зайдём? – Тори кивнула на возвышающийся над ними жилой блок.
Надо прогнать её. Только что-то внутри подсказывало, что он должен выслушать.
– Пошли, – бросил угрюмо, и повернулся к красавчику-роботу, – а ты вали!
Андроид застыл, словно не понимал, чего от него хотят. Вик махнул рукой. Чёрт с ним, подберёт кто-то.
***
– Говори коротко, не занимай моё время, – Вик зашёл в ячейку и бросил куртку на выдвинувшуюся из стены панель. Больше в комнатке из мебели – ничего. Только вода стоит в углу в большой пластиковой бутыли.
– Через десять суток начнётся новый сезон «Армаггедона». Твоё имя должно быть в списке участников уже завтра. – Отрезала Тори, превращаясь из игривой кошечки в свирепую пантеру.
– С хера? – фыркнул Вик. – Мне там делать нечего.
– Я приказываю – ты делаешь.
– Уверена? – Вик недобро улыбнулся. А Тори открыла рот. Она что-то, определённо, сказала. Только слова её вошли в уши белым шумом. Как помехи. Вик тряхнул головой. Это после приступа? Дела, видимо, совсем плохи.
– Смотри на меня, – приказала Тори, и мысль, что можно не подчиняться, сразу стёрлась. Словно он перестал владеть собственным сознанием. Он взглянул ей в глаза.
– Я очень даже уверена, – жёстко отрезала Тори, присаживаясь рядом. – Я приказываю – ты подчиняешься.
Столько слов были готовы сорваться с языка, но остались невысказанными. Язык онемел, губы так и не разомкнулись.
– Каждый раз приходится повторять тебе одно и то же, – меж тем посетовала Тори, вытаскивая из объёмного кармана куртки какой-то прибор. – Но удивляться нечему, ты всегда был слишком заносчив. Надо обновить твой модуль связи. Какая у тебя версия?
Тори безапелляционно склонила голову Вика к коленям, нашла серийный номер импланта на затылке.
– Старьё, – разочарованно вздохнула она, – может не хватить мощности. Ложись лицом вниз. Будет немного неприятно.
Он сопротивлялся, ещё как, но толку это не принесло никакого, и он оставался наблюдателем в собственно теле. Где-то в подкорке билась мысль, что надо бежать. Но что-то не давало. Что-то. В конце концов весь вид перед глазами заслонил пластик ложа. Он сделал, как приказано – лёг лицом вниз.
– Могут возникнуть проблемы с синхронизацией, – услышал он её глухой голос, – думаю, пары дней тебе должно хватить на восстановление. Потерпишь.
Он почувствовал её бёдра на своей спине. Под кожу там, где располагались диагностические порты, вошли три тонкие иглы, а потом в голове случился термоядерный взрыв. Перед глазами вспыхнул нестерпимо яркий огонь, казалось где-то внутри черепа зашипел, испаряясь, растекаясь плазмой снаряд. В ушах зазвенела высочайшая нота, лишая слуха, обоняния и ориентации. Весь мир сосредоточился на конце иглы, что, не останавливаясь, проникала сейчас в мозг. Кажется, он кричал. Все органы чувств сосредоточились на острие режущей боли внутри черепа. Он не слышал и не чувствовал.
Спустя вечность всё прекратилось. Тяжесть со спины ушла, а звуки и запахи вернулись, отчего-то вызывая тошноту.
Снова заложило уши, и собственное тело вновь стало подвластно Вику.
– Су-у-ук-а-а, – только и успел выдохнуть он прежде, чем спазм сжал всё внутри, и содержимое желудка с желчью вышло прямо на пол.
– Не смертельно, – констатировала Тори, устраиваясь на полу. Равнодушно проследила взглядом за роботом-уборщиком, деловито проследовавшему из своего гнезда к вязкой луже.
Вик протяжно выдохнул, не в силах даже приподняться, так и оставаясь лежать на платформе, свесив голову.
– Теперь мы можем связаться друг с другом в любое время. Голосовая сигнатура не понадобится, – равнодушно сказала мучительница. – Давно пора было заменить твоё старьё на что-то более современное. Вот смотри…
В памяти Вика всплыло лицо молодого человека. Ничем не выделяющееся на фоне остальных молодых людей планеты.
– Это Александр Роуз. Наша цель.
Да хоть кто! Всё ещё мутило. И вид размазанной на полу лужи делал Вику только хуже.
– Оч-чень хороший мальчик. Играет на аэроарфе. Степень бакалавра в гуманитарных науках. Надежда Терры.
– Мля… – простонал Вик, переваливаясь на спину. Затылок ломило будь здоров.
– Но есть одна проблема. Не у нас, но решать её будем мы. Нужна поддержка определённых кругов его матерью в Конгломерате Терры.
– Что ты сделала? – Вик боялся открыть рот, выцеживая слова сквозь зубы. – Со мной.
– Ты меня слушаешь? – Тори звонко хлопнула ладонью по полу. – Сосредоточься!
– У меня другое предложение… не пойти ли тебе на хер?
– Он зарегистрировался в этом сезоне «Армагеддона». Уж не знаю, как его заставили, – меж тем продолжила девушка, не обращая внимания на стоны своей жертвы. – Твоя задача – быть рядом.
– Зачем? Хочет мальчишка сдохнуть смертью бестолковых, я мешать не стану.
– Впереди выборы. Он станет предметом торга. Рычагом, если хочешь. И должен быть кто-то, кто этот рычаг сможет повернуть.
– Я? – Вик закрыл лицо ладонями, чтобы комната не крутилась перед глазами.
– Ты будешь делать то, что я тебе скажу. Для начала зарегистрируйся. Твоё имя должно быть в списках в первой трети.
– Напомни ещё раз, почему я должен тебя слушать, а не вышвырнуть за дверь? – Вик с трудом приподнялся на локтях. Затылок словно сжало в стальных тисках.
На это Тори поднялась с пола, переступив через суетящегося на полу робота.
– Потому что я твоя Альфа, придурок!
– Это как в борделе? – не выдержав накала, рассмеялся Вик, – кожаный бронелифчик, плеть, все дела?
– Могу даже изнасиловать, если ты так хочешь, – не смутившись парировала Тори. Надавила коленом на живот, заставляя снова лечь, а ладонью на плечо, фиксируя жертву. – Шутки кончились. С этого дня делаешь только то, что я говорю.
– А ты не задумывалась над этимологией слова «придурок»? Придурок значит «при дуре», чувствуешь совпадения?
Короткая, но сильная затрещина дёрнула голову влево.
– Ещё? – Тори холодно улыбнулась.
– О, да, детка, – Вик широко улыбнулся, глядя снизу на девушку. С разбитой губы на язык попала кровь. – Сыграем?
И он резко подхватил её ладонями под колени, опрокидывая на спину. Тори, не ожидая такого, неловко упала на панель, а потом соскользнула на пол. Вик уже занёс кулак, но девушка сориентировалась быстрее и перекатилась в сторону, толкнув пискнувшего робота в угол. Вик оказался рядом, но она неожиданно сильно толкнула его от себя.
Девушка быстро оказалась на ногах в пружинистой боевой стойке и с разворота ударила противника пяткой в челюсть. Благо роста в ней было не много, в отличие от Вика, которому как следует размахнуться не давали габариты ячейки. Получив ещё один удар по лицу, едва успев его блокировать, он завалился на бок. А затем с завидной скоростью последовала ещё серия ударов: по голове, по корпусу и по ногам. Самое обидное, что он не успевал реагировать. Что-то в голове не давало даже возможности помыслить, о том, чтобы ударить в ответ. Комната сделал вираж и замерла, опрокинувшись наверх. Над головой кассетный потолок, слева борт платформы, и где-то на грани видимости эта мразь. Плохо.
– Остудись! – и в лицо полилась вода. Вот, тварь, остатки пятилитровой бутыли сейчас лились на лоб, на щёки, забивались в ноздри и рот, растеклись бесполезной лужей на полу. А пить хотелось смертельно. Тори вытряхнула последние капли из бутыли и отшвырнула её в угол.
Вик перекатился на бок.
– Хватит паясничать! У тебя ещё сутки будут проблемы с координацией. Так что ляг в уголок, как послушный мальчик, и внемли. Первый тур будут одиночные забеги, там ему подыграют. Во втором ты вступаешь в дело. Протащи его до финала.
– Хочешь, чтобы я там всех покрошил? – Вик провёл мокрой рукой по волосам. Хорошо теперь, прохладно.
– На твоё усмотрение. Но, он должен дойти до финала живым. А там я тебе выдам инструкции. И если ты думаешь, что сможешь хрен на меня положить, то ошибаешься, понял? – Тори присела рядом и неприятно ткнула пальцем в лоб. У неё стриженные ногти. И даже натуральные.
– Вот тут, – она несколько раз ткнула в лоб, – зашита программа. И хочешь – не хочешь, тебе придётся её отработать.
– Кем зашита?
– А ты покопайся в своих архивах. Там много интересного. Ничего не припоминаешь, а?
Вик поднялся, отмахнувшись от надоедливой девицы. Вот это поворот! Если то, что она говорит – правда, то… А может быть и правда. Достаточно вспомнить те дни, когда у него были провалы в памяти. После них случалась вспышка насилия в том или ином квартале. Или оказывалось, что кто-то из муниципалов найден с пулей в черепе. Запах смазки и пороха на руках. Или ещё много-много подтверждений, которые не хотелось вспоминать. Тело качнуло в сторону, и он осторожно присел на платформу.
– Дошло? – усмехнулась Тори. – Ты выполняешь мои приказы, кретин.
Вик уронил голову на руки. Из него, словно бы вынули элемент питания. Хотелось, чтобы надоедливая девка ушла.
– А что потом? – глухо спросил он.
– Когда?
– Выведу я мальчишку, что потом?
– Снова затаишься, – Тори пренебрежительно махнула рукой. – Пока не понадобишься.
– И давно мы так? – Вик поднял на неё взгляд. Тори наклонилась, нависая над ним.
– С самого начала. Тебя что-то не устраивает?
– На кого ты работаешь?
– Эта информация не для тебя.
– Да, там на Терре все такие стервы?
– Нет, повезло только тебе, – усмехнулась Тори. Вик окинул её взглядом. А ведь у неё всё натуральное. Глаза, кости, даже грудь. Потому что её нет. Почти.
– Всё? – нетерпеливо спросил он, надеясь, что девка уйдёт.
– Ты понял, чего я хочу от тебя?
– Понял, не дурак.
– Соскочить не выйдет, – Тори подошла близко-близко. Вик даже почувствовал её запах: пот и что-то синтетическое. Она ласково погладила мокрую щетину на подбородке, а потом её пальцы коснулись шрама на щеке, чуть надавив ногтями на выступы на коже, – но ты всегда можешь попробовать. Опять…
– Пошла вон, – ровным голосом парировал Вик, глядя в глаза гостье.
– Я свяжусь с тобой, – Тори махнула рукой, словно бы прощалась после лёгкого флирта, и дверь с шипением выпустила её в коридор.
– Тори – это же не настоящее имя? – крикнул Вик ей в спину. На что девушка послала ему милую улыбку и легкой походкой ушла в сторону лифта. Дверь закрылась, на время отрезая Вика от внешнего мира.
Робот-уборщик ткнулся в ступню, требуя дать ему возможность поработать. Вик закинул ноги на платформу и лёг. Не настоящее.
– Атум?
«Да, Виктор»
– Покопайся в самых первых архивах. Мы встречались с этой бабой?
«Сейчас»
Внизу позвякивал деталями старенький робот-уборщик. Хоть что-то в этом мире неизменно.
«Данные не найдены»
– Посмотри ещё раз, должны быть.
«Анализируя объёмы памяти, могу предположить, что все данные об этих встречах могут иметь место, но зашифрованы, Виктор»
– Как это? – целостность программного кода Атума всегда казалась чем-то незыблемым. Даже при массированных хакерских атаках он устоял. Это лучшее, что было создано за столетия.
«Боюсь, у вас недостаточный уровень доступа, Виктор»
Вот это поворот! Недостаточный уровень доступа к собственной памяти. Чертовщина!
«Тори, Тори», – где-то он должен был пересекаться с этой бабой! Почему Атум не может ничего найти кроме встречи на терминале полгода назад? Это самое невинное, что случилось с ним за всё время пребывания в Аркануме. А сколько он здесь, кстати? Кажется, с момента основания. Уже почти триста земных лет. Рука сама потянулась к затылку, пальцы нащупали твёрдое тело ипланта под кожей. Многие пользуются возможностями киберпластики. Заменить себе глаз или руку – всё равно, что зубы почистить. Мир стал более звенящим металлическим, смердящим маслами и синтетикой.
Вик расправил плечи. Кто она такая? Почему он должен слушать её? Можно снова исчезнуть и появиться в другом районе. Например, Септ восемь, как раз у самых коллекторов, которыми по-детски пугают в ТСБ. Запашок ещё тот, но там и искать никто не станет. Мало кому хочется там бывать.
Но что-то подсказывало – не выйдет. Не получится скрыться от неё, и ещё меньше ослушаться приказа. Что-то внутри, в самом центре головного мозга не даёт просто так развернуться и уйти. Словно черепная коробка чешется изнутри. Да, ровно так. Поэтому Вик вошёл через Атума на страницу регистрации тридцать пятого, юбилейного сезона больших игр с пафосным названием «Армагеддон». Ввёл имя и номер муниципальной страховки с прикреплённой медицинской картой. Это было несколько дней назад. Теперь приходилось делать то, чего он никогда не любил, даже ненавидел всем сердцем: находиться среди оголтелой, орущей толпы.
Стоек регистрации было всего пять, а желающих в десятки раз больше. Сейчас он ступит за порог арены и всё. На пару недель точно пропадёт с радаров. Это в какой-то степени отвечало его интересам. На почту как раз пришло извещение о судебном разбирательстве по делу о незаконных боях. Адвокаты разберутся, а территориалы никогда его не найдут среди запутанных лабиринтов арены.
Когда создавали проект «Арканум» никто и помыслить не мог, сколько людей захочет подвергать свою жизнь опасности не только в виртуальном но и реальном мире. Людям нужен выход энергии, а ни один виртуальный сеанс с погружением не даст того заряда адреналина, когда ты понимаешь, что можешь перестать существовать. Совсем. Думалось, что это временная мера после эпохи войн и революций, а нет, Арканум рос, развивался и вот он уже готов составить конкуренцию самой Терре. Кому-то это не нравится. Помнится как раз полгода назад погиб один из основополагающей партии «Арк-Терра», после чего город ещё долго лихорадило и било в огнестрельных припадках.
Как будто, на этой арене даже территориалы устраивали свои турниры. Сейчас арена будет открыта вся. Это значит сотни павильонов, десятки километров в ширину и несколько в высоту. Никто не уйдёт обиженным.
«Ты на месте?»
Вик вздрогнул от внезапного звучания в своей голове чужого голоса. Чёртова девка! Опять она это сделала!
– Да.
«Ты можешь не говорить вслух, идиот. Достаточно настроиться на частоту»
– Пошла ты на хер.
Вик поднял ворот куртки, скрывая лицо от проходящего патруля.
«Александар Роуза видишь?»
Мальчишка ещё не показывался, а пора бы.
– Нет.
«Соберись!»
– Давно.
Вот и его очередь. Администратор проверил разрешение, вид на жительство, медицинские показания. Задержался на препарате, что не входил в стандартный перечень.
– Это в медицинских исключениях, – заверил его Вик, выкладывая наспех сляпанное разрешение. Администратор замер, видимо, консультируясь с кем-то из начальства. Вик огляделся ещё раз. Вот они все, жаждущие приключений и крови, главное, не своей, индивидуумы. Не все из них на сто процентов биологические организмы, а некоторые профессионально идут сюда зарабатывать деньги. Здесь, как в любом спорте на кровь крутятся большие ставки. Вик не видел в этом ничего плохого, он бы и сам так поступил, если бы не мясорубка, которую извечно устраивают игроки в финале. Надоело. Однако, Роуза не видно.
– Может, он передумал?
«Нет, его прилёт зарегистрирован, и я могу отследить его на видеокамерах»
– Так отследи.
«Не учи меня работать»
– А ты профи не только в постели, да?
«Не только. Как и ты, сладенький»
– Сочту за комплимент, – промурлыкал Вик. Администратор снова обратил на него внимание, сделал знак, что можно проходить через детектор.
«Вижу его. Он только отправляется из гостиницы»
– Хорошо, я внутри.
«Удачи»
– Иди в ж.пу, – раздельно произнёс Вик, зная, что это лишнее, но очень хотелось добавить осязаемых красок своим словам.
***
В огромном, похожем на гигантский тоннель, фойе следовало настроить чип связи на частоту игрового сервера для облегчения задачи организаторам. Каждый получил стандартный «набор приключенца»: униформу игрока с порядковым номером, нож и сухпаёк на первое время. Собственное оборудование запрещено. Это правило даёт игрокам видимость равных условий. В игровых боксах во время раундов будут секретки, которые предстоит найти по подсказкам. Если ты оказался достаточно туп, то можешь идти дальше без снаряжения, или подавай заявку на выбывание. На первых этапах отсеются многие. Всегда так было. А вот в финале соскочить уже не выйдет. Только идти до конца.
– Приветствую, приветствую, – над участниками возникла голограмма одного из организаторов. Невысокий, почти круглый мужчина, с широким бритым лицом, похожим на жирный блин, широко улыбнулся, – приветствую на тридцать пятом сезоне нашего «Армагеддона». Вы же любите его?
– Да-а-а-а, – раздалось в ответ.
– В этот раз мы решили, что игры будут тематическими. Наша тема сегодня – «Кровь и сталь». Никакого огнестрела! Только клинки и рукопашные схватки. То, что достойно самых настоящих безумцев!
Толпа вокруг согласно заревела, поднимая руки. Да, они все безумцы, мог бы и не уточнять.
«Вендетто!» – заревел чип связи. – «Попался, крысёныш!»
– С кем имею, собственно? – Вик отступил от беснующегося соседа, прикрывая уши от громких звуков.
«С кем ты там имеешь, мне без интереса. Знал, что зассышь и спрячешься! Но я тебя всё равно достану, веришь?»
Кажется, это…тот дознаватель из Территориальной службы безопасности, «бобёр»! Нашёл-таки. Едва опознавательные данные появились в сети, территориал сразу их отследил и вышел на нужную частоту через сервер. Стоило подумать об этом при регистрации и поставить блокировку от лишних контактов.
– Так ты заходи на арену, я не прячусь.
«Ты только выйди, козёл, и мы сразу встретимся. Там и поговорим» – и оппонент отключился. Ничего, за те деньги, что им падают каждый квартал, помимо премиальных, адвокаты его разделают, как кролика, им палец в рот не клади.
«Вижу Роуза» – это уже Тори. Иногда слышать её даже приятно. – «Он у стойки регистрации»
– Что ж, добро пожаловать в ад, крошка – Алекс, – промурлыкал Вик, перехватывая лямку рюкзака крепче. Над головой заканчивал свою речь толстяк в униформе игр, словно он сам полезет в это пекло. Он говорил, что всё предусмотрено, что можно в любой момент выйти из игры, отработав алгоритм. На костюме есть детектор. Лицемеры. Ничего такого там не будет. Половина костюмов бракованы. Люди хотят зрелища – они его получат.
***
Костюм самоотрегулировался под размер. Хорошая штука, но с программированием у них беда. Вик размял шею. Взглянул на себя в полированную стенку кабины отправного лифта. Над створкой двери мелькали цифры «-001, −002, −003…».
В целом, вид неприятный, казённый какой-то. Костюм серого цвета из мегаполимерной ткани с алыми полосами по рукавам и выбитым номером на груди и спине – ноль двадцать семь. Не горит, не даст утонуть и защитит от первых двух ударов колющим предметом. Так говорится в рекламном ролике. Даже есть демонстрация на камеру. Проверим.
Теперь Вик не человек. Просто номер на трёхмерной карте арены в большом сферическом зале администрации проекта. Оттуда же ведётся трансляция. Игроков отслеживают по маякам и камерам видеонаблюдения. В боксах с затемнением будут инфракрасные камеры. Надо бы вести свою запись для страховки.
– Атум…
«Я его отключила. Его частоты мне мешают»
– Я буду по нему скучать.
«Ты никогда ни по кому не скучал, не ври себе»
– Слушай, мы давно знакомы?
Тори помолчала, и Вик уже решил, что она не ответит.
«Очень давно», – голос её был тих и задумчив. «-012, −013, −014…»
– Почему в моих архивах о тебе нет ни слова?
«Я расскажу тебе, если всё сделаешь, как надо»
«-021, −022…»
– А если бы я отказался?
«Ты бы не отказался, Вик», – кажется она устала объяснять, – «с тобой так поработали, что у тебя даже мысли такой не возникнет»
– Кто поработал? – а вот это уже интересно. Само собой, обычному человеку администратор памяти ни к чему. Архивировать, собирать нечего, если твоя жизнь длится максимум сто земных лет. Но если она растягивается на три, четыре или пять таких сроков, всего не упомнить. Это не нормально и противоестественно. Но он давно перестал задавать себе вопросы, как же так с ним вышло. Вышло и всё.
«-031»
Лифт мягко притормозил и двери с тихим шорохом раскрылись.
– Слабоумие и отвага, – выдохнул Вик, делая шаг вперёд, в охваченный тропическими сумерками павильон.
***
Первый тур – полоса препятствий. Пустяк. Длинный, как беговая дорожка со множеством преград. Задача усложнялась отсутствием нормального освещения. Какой там у них слоган в этом сезоне? «Кровь и сталь»? Грязь и боль, вот это было бы вернее. Костюм, и верно, не промок, за что разработчикам большая благодарность. Падать с отвесных стен из-за скользких, в плесневом налёте, камней было больно. И очень унизительно. Наверное, зрители вдосталь повеселились с этого зрелища.
«Вик, ты теряешь форму. У тебя сердечный ритм выше нормы», – заметила Тори, когда он в очередной раз съехал в канаву, заполненную грязной жижей. – «Надо будет тебя погонять в тренажерном комплексе»
– С формой у меня всё нормально, – прошипел Вик, потирая ушибленную ягодицу. К куполу, как вражеский флаг, взлетел, волчий вой.
«Кажется, и без меня есть кому о тебе позаботиться»
– Это просто антураж, – рассмеялся Вик, выбираясь из канавы. Где-то там, над головой висит голографическая пиктограмма, обозначающая конец испытания.
«Отстаёшь от графика. Можешь не пройти. Ускорься»
– Тебя бы сюда! – пришлось бежать, перепрыгивая препятствия. Рядом зашуршали мягкие звуки пружинистых прыжков.
«Это киберволки!», – кажется она волнуется. Забавно. И Вик побежал быстрее. В сумерках препятствия вставали перед ним, как огромные призраки. А справа и слева горят внутренним светом зрачки механических зверей. И снова волчий вой, как хлыст, длинно, с оттяжкой, мазнул по слуху. Прыжок, и по ноге скользят стальные когти. Сейчас они бить, скорее всего, не станут. Вот к финалу – да. Но неприятно – факт.
«Соберись!» – она почти кричит. С чего бы? Отвечать Вик не стал, экономя дыхание. Прыжок, толчок от стены, перекат и снова спринт. На голограмме цифры обратного отсчёта. Осталось двенадцать минут, а впереди ещё около километра. За спиной – шипение механических суставов.
«У них режим агрессивного боя!» – с чего вдруг? В отборочном-то туре! Хорошо, что приладил нож на пояс вместо того, чтобы оставить его в рюкзаке, хотя, чем он поможет против этих зверей? Тут гранатомёт нужен. «Кто-то изменил им программу!»
От этого не легче. Марафон на выживание с самого старта. О чём ещё можно мечтать? Прыгнуть, подтянуться, соскочить, минуя скользкую чёрную жижу под ногами. Киберволки не отставали. Вик слышал звуки их приземления за спиной.
«Зачем? Какого чёрта?» – Вик почти безошибочно вышел на связь с Тори. Обучение в экстремальных условиях проходит удивительно быстро, как и внедрение передовых разработок.
«Не знаю. Это вмешательство извне. Я не могу отследить. Организаторы тоже в недоумении.»
– Сс-с-с, – перекат, рывок влево от пытавшейся приземлиться на голову карбоновой туши. И как с ними бороться? У них предусмотрена многоступенчатая защита и рассчитаны они на бои в полевых условиях с применением разрывных снарядов.
«Я ищу!» – стараясь оставаться спокойной, говорит Тори. Какого хера ты там ищешь? Учебник по киберзоологии?
А на табло гаснут и снова загораются цифры. Семь минут. Прыжок, перекат. Керамические зубы клацают у самого уха. Ноги уже устали, и сердце в груди стучит так, что готово финишировать отдельно. Ты права, детка, я в хреновой форме.
«Я же говорила»
Снова рывок, удар о хромированное плечо карбонового зверя. Неловкий шаг, и удар коленом о землю. На спину навалился киберзверь, впивая когти в тело, но костюм справился и здесь, усиливая защиту в уязвимых местах. Поворот на пределе возможностей, снова толчок. Хорошо, он весь перемазан в этой скользкой жиже, что не давала сделать и шага в самом начале пути. Немного, осталось немного.
«Ты мне ответишь!» – хочется кричать этой девке. Во что она его втянула? Эти игры – последнее, где Вик хотел оказаться.
«Ты почти на финише, они не пойдут за барьер»
Почти. Почти. Но это почти отделяют от Вика ещё несколько десятков метров и двухметровая стена со скользкими зацепами. Зверь прыгнул, толкнув жертву, отчего человек покатился кубарем вперёд. Вик вскочил, но сразу получил удар механической лапой по боку. Костюм справился и здесь, но чувствительный удар почти парализовал правую руку от плеча.
– Мля, – Вик отступил к стене. Киберволки угрожающе придвинулись. Что против них дешёвый нож? Ничего.
«Глаза у них уязвимое место», – наставительно говорит Тори.
– Серьёзно?
«Четыре минуты, поспеши»
– Куда, к чёрту, мне спешить? – выдохнул Вик, отслеживая движение горящих глаз. И снова вой поднимается к небу. Правая рука почти отошла. Попробовать рвануть к барьеру?
И в этот момент звери прыгнули. Вик дёрнулся в сторону, пригибаясь от ударов лап, в три рывка взлетел на стену и прямо с гребня прыгнул вперёд. Удар в ступни протянул огненную спицу до голени и бедра, несмотря на то, что он успел сгруппироваться перед падением. Несколько метров и две минуты. Не обращая внимания на боль в ступне, он сделал два последних прыжка и упал, прорвавшись сквозь силовую стену, на мощёные стальные плиты площадки, обозначающие, что здесь игроку ничего не угрожает. Киберволки встали, как вкопанные перед барьером. Вик поднял в их сторону кулак с оттянутым средним пальцем, сжал зубы от стреляющей боли в ступне при неловком повороте. Кажется, чёртово растяжение.
«Идентификационный порт» – напомнила Тори. Точно. Вик поднялся, пошёл, припадая на повреждённую ногу, к стене, где раскрылась створка шлюза. Он прижал ладонь к сенсорной панели. Отпечатки не идентифицируются, но тепло ладони и метрические параметры никто не отменял.
– Поздравляем с выходом в первый тур, номер ноль двадцать семь, – проговорил ласковый голос. – Вы с честью выдержали вступительные испытания. Сортировка команд для следующего этапа будет произведена после прохождения испытания всеми участниками игр. Если вам необходима медицинская помощь, обратитесь к куратору вашего сегмента.
Pulsuz fraqment bitdi.